Стекло и пламя

Я бежала. Ветки хлестали по лицу, ноги путались в высокой траве, легкие горели огнем, но я не останавливалась. Не могла остановиться. Потому что знала: если я остановлюсь, он найдет меня. Лагерь Дарклинга остался позади несколько часов назад. Я сбежала, когда стража сменилась, когда тьма на миг отвлеклась на какой-то шум в лесу. Я не думала, не планировала — просто рванула, подчиняясь инстинкту выживания. Глупая, — шептал голос в голове. Его голос. Он всегда был там, с того момента, как мы встретились взглядами. — Куда ты бежишь? Я все равно найду тебя. — Заткнись, — прошептала я вслух, зажимая уши. — Заткнись, заткнись, заткнись. Но голос не затыкался. Он смеялся. Тихо, почти ласково, но в этом смехе чувствовалась стальная уверенность хищника, который знает, что жертва никуда не денется. Ты чувствуешь меня, Иша? Так же остро, как я чувствую тебя? Это только начало. Чем дальше ты убегаешь, тем сильнее становится связь. Ты будешь слышать меня всегда. Даже во сне. Я споткнулась о корягу и упала, больно ударившись коленом. Слезы брызнули из глаз — от боли, от страха, от отчаяния. Я сидела на холодной земле, сжимая разбитое колено, и позволяла себе минуту слабости. Всего минуту. Потом я встала и пошла дальше. --- Три дня спустя Я потеряла счет времени. Дни и ночи слились в бесконечную череду переходов, коротких привалов и постоянного страха. Я питалась ягодами и кореньями, которые находила в лесу, пила из ручьев, спала урывками, прижимаясь спиной к деревьям. Дарклинг не отпускал меня. Его голос звучал в голове постоянно — то тихий, почти нежный, то насмешливый, то угрожающий. Он играл со мной, как кот с мышью. Ты замерзла, — шептал он, когда ночной холод пробирал до костей. — Я мог бы согреть тебя. Ты голодна. У меня есть еда. Ты одна. А я здесь. Всегда здесь. Я научилась не отвечать ему. Научилась игнорировать этот голос, как игнорируют назойливую муху. Но иногда, в минуты слабости, я ловила себя на том, что прислушиваюсь к нему. И это пугало больше всего. На четвертый день лес кончился. Я вышла к тракту — пыльной дороге, уходящей в обе стороны. Налево? Направо? Я понятия не имела, где нахожусь и куда мне идти. Направо, — подсказал голос. — Там есть деревня. Люди. Еда. — Я не просила твоего совета, — огрызнулась я. Я знаю. Но я все равно его даю. Потому что хочу, чтобы ты выжила. Пока ты не стала моей. Я стиснула зубы и повернула налево. Голос рассмеялся, но спорить не стал. --- Дорога на Цибирь Я шла по тракту уже несколько часов, когда услышала впереди какой-то шум. Голоса, лязг металла, крики. Я замерла, прислушиваясь, а потом нырнула в придорожные кусты и затаилась. Мимо проехали всадники. Много. В черных плащах с красными нашивками. Второе армия. Гриши Дарклинга. Я вжалась в землю, стараясь даже не дышать. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно за версту. Всадники проехали мимо, даже не взглянув в мою сторону. Я выдохнула, только когда топот копыт стих вдали. Близко, — довольно заметил голос. — Очень близко. Еще немного, и я достану тебя. — Не достанешь, — прошептала я, поднимаясь на дрожащие ноги. Я пошла дальше, но теперь уже не по тракту, а параллельно ему, прячась в лесополосе. Голос молчал, но я чувствовала его напряжение. Он знал, что я рядом. Искал меня. К вечеру я вышла к небольшому селению. Домики, припорошенные первым снегом, дымок из труб, мычание коров где-то вдалеке. Обычная равкинская деревня, каких тысячи. Я уже хотела подойти поближе, когда заметила их. Трое в черном у околицы. Опричники. Они стояли и смотрели на дорогу, явно кого-то ожидая. Меня. Я отступила назад, в тень деревьев, и замерла. Что делать? Куда идти? Впереди — засада. Позади — лес, где Дарклинг наверняка уже расставил свои сети. Я в ловушке. И вдруг чья-то рука зажала мне рот. Я дернулась, пытаясь закричать, но сильные руки прижали меня к чьему-то телу. — Тихо, — прошептал голос над ухом. Женский. Молодой. Напуганный, но решительный. — Я не сделаю тебе плохо. Ты та, кого они ищут? Гриша? Я замерла, а потом осторожно кивнула. Руки отпустили меня. Я обернулась и увидела девушку. Чуть младше меня, с темными волосами, собранными в небрежный пучок, и огромными испуганными глазами. Одета она была в форму — простую, солдатскую, с нашивками картографа. — Ты… — выдохнула я. — Ты кто? — Алина, — быстро ответила она, оглядываясь по сторонам. — Алина Старкова. Я из Первой армии. Мы с отрядом возвращались в Крибирск, но тут эти… — она кивнула в сторону опричников. — Они всех разогнали, ищут какую-то девушку. Тебя, наверное. Пойдем, здесь небезопасно. Она схватила меня за руку и потащила вглубь леса. --- Лесной лагерь Мы сидели у маленького костра, который Алина развела в овраге, скрытом от посторонних глаз. Девушка протянула мне кусок хлеба и кружку с теплой водой. — Ешь, — коротко сказала она. — На вид ты несколько дней голодала. Я жадно набросилась на еду, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Простая еда. Тепло. Человек рядом. После дней одиночества и страха это казалось невероятным счастьем. — Спасибо, — прошептала я, когда первый голод немного утолился. — Ты даже не знаешь, как ты меня спасла. — Знаю, — Алина смотрела на огонь задумчиво. — Сама недавно была в такой же переделке. Правда, меня искали не только опричники, фьерданские убийцы тоже. — Фьерданские? — удивилась я. — За что? Алина помолчала, а потом подняла на меня глаза. И в этот момент я почувствовала это. Слабое, едва уловимое тепло, исходящее от нее. Совсем не такое, как моя сила. Другое. Светлое. — Я Гриша, — тихо сказала она. — Заклинательница Солнца. Только… только я не знаю, что с этим делать. Я не умею. Не хочу. Я просто хочу быть обычной. У меня перехватило дыхание. Заклинательница Солнца. Та самая Алина Старкова, о которой я читала в своей книге. Та, кто должна была стать главной героиней этой истории. Спасительницей Равки. Избранной. А я ворвалась в этот мир и всё перепутала. — Ты… ты не знаешь, — медленно сказала я. — Не знаешь, какая ты на самом деле. — Что? — Алина нахмурилась. Я закусила губу. Я не могла рассказать ей правду. Не могла сказать, что знаю ее судьбу, знаю, что она должна сделать, знаю о Дарклинге, о Мале, обо всем. Это было бы слишком. Слишком безумно. — Твоя сила, — осторожно сказала я. — Она особенная. Я чувствую. Она… светлая. Настоящая. — А ты? — Алина посмотрела на меня с интересом. — Ты тоже Гриша? Я видела, как ты сбегала от опричников. Они ищут тебя не просто так. Я кивнула. — Меня зовут Иша. И да, я Гриша. Только я не такая, как другие. Я — Грань. Ни свет, ни тьма. Стекло. — Стекло? — удивилась Алина. — Я никогда не слышала о таком даре. — Потому что меня не должно быть, — усмехнулась я. — Я вообще не отсюда. Мы сидели у костра и говорили. Часами. Я рассказывала ей свою историю — без подробностей о книге, конечно. Просто о том, как оказалась в этом мире, как обрела силу, как Дарклинг охотится за мной. Алина слушала, и в ее глазах загоралось что-то новое. Не страх — понимание. — Он и за мной охотился, — тихо сказала она, когда я закончила. — Дарклинг. Он хотел, чтобы я была с ним. Говорил, что только вместе мы сможем уничтожить Каньон. Но я сбежала. Багра, его мать, рассказала мне правду. Он не хочет уничтожать Каньон. Он хочет расширить его. Захватить всё. Я поверила ему, он почти заполучил меня, мою любовь... — Я знаю, — вырвалось у меня. Алина удивленно посмотрела на меня. — Откуда? Я отвела взгляд. — Долгая история. Просто поверь: я знаю о нем больше, чем хотела бы. Мы замолчали. Где-то вдалеке завыл волк, и я поежилась. — Что теперь? — спросила Алина. — Куда ты пойдешь? — Не знаю, — честно ответила я. — Он везде найдет меня. Чувствует. Слышит мои мысли. Это связь, которую я не могу разорвать. — Тогда не беги, — вдруг сказала Алина. — Встреть его. — Что? — Ты говоришь, что он сильный. Что он контролирует тебя. Но ты тоже сильная, Иша. Ты создаешь стекло из ничего. Ты можешь сделать невидимое видимым. Может быть, ты сможешь сделать видимой и его тьму? Я смотрела на нее и не верила своим ушам. Эта девушка, которая еще вчера была простым картографом, которая ничего не знает о своей силе, давала мне советы мудрее, чем все наставники вместе взятые. — Ты правда так думаешь? — Я думаю, что бояться — нормально, — твердо сказала Алина. — Но позволять страху управлять собой — нет. Так меня учили. Вернее, так меня никто не учил, но я сама это поняла. Когда на меня напали фьерданцы, когда я чуть не погибла, когда Дарклинг смотрел на меня своими темными глазами… я поняла одно: если я не буду бороться, меня сломают. Я смотрела на неё и видела не ту испуганную девушку, которая нашла меня в лесу. Я видела будущую Заклинательницу Солнца. Ту, что бросит вызов самому Дарклингу и выживет. — Спасибо, — прошептала я. — Ты даже не представляешь, как мне это нужно было услышать. Алина улыбнулась. Впервые за весь вечер. — Мы поможем друг другу. Вместе мы сильнее. --- Ночь. Костер догорал. Я лежала, глядя на звезды, и впервые за много дней не чувствовала холода. Рядом сопела Алина, укрытая плащом. В лесу было тихо. Но голос не молчал. Заклинательница Солнца. Я чувствую ее свет. Слабый, необученный, но чистый. Очень чистый. — Не трогай ее, — мысленно огрызнулась я. Не бойся. Она мне не нужна. У меня есть ты. Ты — моя Грань. Моя. И чем дольше ты бежишь, тем слаще будет встреча. — Я никогда не буду твоей. Будешь. Ты уже моя. Просто еще не знаешь об этом. Я зажмурилась, пытаясь заткнуть этот голос, но он только смеялся. И в этом смехе было столько уверенности, что мне становилось по-настоящему страшно. Но рядом была Алина. Ее свет, пусть слабый и необученный, согревал лучше любого костра. И я решила: я буду бороться. Ради себя. Ради нее. Ради всех, кого этот темный человек хочет подчинить. Пусть только попробует до меня добраться.