Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Утро в бамбуковой хижине Горного Лорда пахло дорогим чаем и опасностью. Бэй Фэн стояла перед столом Шэнь Цинцю. Она не стала приносить ему кипу черновиков, которую «приватизировала» для своих нужд. Вместо этого она положила перед ним один-единственный лист. На нем ровным (насколько позволяла её щепка-перо), математически выверенным почерком была начерчена таблица. В самом низу, обведенное в прямоугольник, красовалось итоговое число: 1,05947. Шэнь Цинцю смотрел на цифры. Затем он перевел взгляд на свой гуцинь, стоявший на подставке у окна. Он не сказал ни слова. Подняв руку, он выпустил тонкую, невидимую нить Ци. Энергия, острая как скальпель, скользнула по одной из струн, смещая деревянный порожек ровно на ту долю миллиметра, которую диктовала формула. Затем он ударил по базовой струне, а следом — по той, которую только что перестроил. Звук заполнил комнату. Это не была просто мелодия. Это был акустический кристалл. Две ноты слились воедино с такой математической безупречностью, что в воздухе не осталось ни единого биения, ни малейшей «грязи». Звук был настолько чистым, что у Бэй Фэн по рукам побежали мурашки. Шэнь Цинцю закрыл глаза. Его веер лежал на столе. На какую-то долю секунды его лицо, вечно искаженное презрением, стало абсолютно умиротворенным. — Идеально, — выдохнул он. Звук растворился в тишине. Горный Лорд открыл глаза, и в них снова появился лед, но теперь в нем отражался расчет. — Твои «вычислители» справились. Ты... нашла то, что искала. — Мы нашли, Учитель, — Бэй Фэн чуть склонила голову, не забывая о субординации. — Метод работает. — Работает, — Шэнь Цинцю взял лист и аккуратно свернул его. — Это знание останется на Пике Цинцзин. А теперь перейдем к тебе, Бей Фэн. Ты доказала свою полезность. Пора определить твой путь. Что ты предлагаешь? Бэй Фэн мысленно открыла подготовленную презентацию. — Мой план прост, Учитель. Во-первых, медитация для формирования Ядра. Во-вторых, материаловедение: я должна знать свойства металлов, камней и трав, чтобы понимать, как они проводят Ци. В-третьих, постановка руки для печатей. В-четвертых... практика создания мелких артефактов. Это всё. Ничего лишнего. Эффективность. Она посмотрела на него, ожидая кивка. Но Шэнь Цинцю издал тот самый сухой смешок, который никогда не предвещал ничего хорошего. — Какая... трогательная лень, — он медленно раскрыл веер. — Ты хочешь сидеть в своей каменной норе, читать книжки и ковыряться в железках? Ты забываешь, на каком Пике находишься. Ты составила расписание для ремесленника с грязной улицы, а не для личной ученицы Шэнь Цинцю. Бэй Фэн напряглась. «В смысле личной? Мы так не договаривались. Я просила статус технического персонала!» — Я вношу коррективы, — голос Лорда не терпел возражений. — К твоему списку добавляется четыре часа каллиграфии ежедневно. Моя ученица не имеет права писать как хромая курица. Далее. Музыка. Раз ты понимаешь математику звука, ты будешь учиться извлекать его. Гуцинь — два часа в день. — Учитель... — Бэй Фэн почувствовала, как рушится её зона комфорта. — Мои руки... — Твои руки станут сильными, — отрезал он. — И последнее. Базовое фехтование и физическая закалка. Если ты будешь падать в обморок от каждого порыва ветра, твоё Ядро не сформируется. Утром ты бегаешь с остальными. «Бегать? По горам? Четыре часа каллиграфии? Система, сделай откат сохранения, я хочу обратно в яму!» — внутренне взвыла Бэй Фэн, но внешне её лицо лишь слегка окаменело. Она поняла, что спорить бесполезно. Если корова дает хорошее молоко, её заставляют участвовать в сельскохозяйственных выставках. — Я... поняла ваши указания, Учитель, — она выдавила из себя поклон. — Разрешите... приступить к изучению библиотеки? — Иди. Твое расписание вступает в силу завтра. Бэй Фэн вышла на залитый солнцем двор. У неё дергался глаз. Её идеальный план «лежать и читать» превратился в казарменный режим. Она побрела по дорожке в сторону западного архива, погруженная в мысли о том, как оптимизировать утренние пробежки (может, привязать к ногам утяжелители, чтобы Шэнь Цинцю решил, что она перетренировалась, и отменил их?). — Сестренка Бэй! Крик ударил по ушам. Из-за кустов бамбука выскочила Нин Инъин. Она была похожа на радостное желто-розовое облако. — Я тебя везде ищу! — Нин Инъин подбежала и, прежде чем Бэй Фэн успела уклониться, схватила её за обе руки. — Куда ты пропала на четыре дня? Мин Фань-шисюн злой как демон, сидит в беседке и бормочет какие-то цифры, а тебя нигде нет! Бэй Фэн моргнула, пытаясь отстраниться, но хватка у пятнадцатилетней культиваторши была железной. — Шицзе Инъин... — Бэй Фэн включила режим «тормоза». — Я... была занята. Мы с шисюном Мин Фанем... делали важную штуку. Для музыки. Считали. Это... очень сложно. Мой мозг... болит. Она сделала жалобные глаза, демонстрируя свои синяки, которые действительно никуда не делись. — Ой, бедненькая! — Нин Инъин всплеснула руками. — Шицзунь слишком строг с тобой! Ты же совсем ребенок! И посмотри на себя... Нин Инъин критически оглядела Бей Фэн. Сиротский балахон (пусть и постиранный Ло Бинхэ), спутанные волосы, серый цвет лица. Для Инъин, которая обожала наряжаться, это был вызов. — Ну уж нет! Садись! — Нин Инъин потянула её к каменной скамье у пруда. Бэй Фэн не успела сориентироваться, как оказалась усажена на холодный камень. Нин Инъин встала у неё за спиной, и в её руках материализовался костяной гребень. — Что... что ты делаешь? — Бэй Фэн попыталась встать, её инстинкты кричали об опасности нарушения личного пространства. — Сиди тихо, — скомандовала Инъин и провела гребнем по спутанным волосам Бей Фэн. Бэй Фэн зажмурилась, ожидая боли, но гребень прошел мягко. Затем еще раз. И еще. Ритмичное, монотонное движение по коже головы. Приятное давление. Внутренний сибарит Бэй Фэн внезапно заурчал. Это был классический животный груминг. Её перегруженная нервная система, уставшая от цифр и страха перед Шэнь Цинцю, получила дозу чистого, безопасного эндорфина. Бэй Фэн обмякла. Её плечи опустились. Она решила просто сидеть и получать бесплатный массаж головы. Но расслабление было недолгим. — Вот так! А теперь... добавим цвета! — радостно возвестила Инъин. Бэй Фэн почувствовала, как её волосы стягивают, крутят, а затем в них вплетают что-то шелковистое. — Шицзе... — осторожно начала Бей Фэн. — Что это? — Это ленточки! Ярко-розовые! Тебе очень идет, сестренка Бэй! Ты теперь похожа на настоящую девочку, а не на заморыша! Бэй Фэн открыла глаза. Она посмотрела на свое отражение в глади пруда. На её голове красовались две аккуратные «шишечки» (оданго), перевязанные вырвиглазно-розовыми лентами, концы которых спускались до плеч. Она выглядела как классическая анимешная лоли-дурочка. «Я — тридцатилетний аналитик. Мастер гармонического строя. И я сижу с розовыми бантиками. Если Мин Фань это увидит, мой авторитет тирана рухнет в минуса». Она хотела сорвать их, но поняла, что это обидит Нин Инъин (а она — ценный ресурс). Значит, нужно было отвлечь внимание. Нужно было извлечь из этой ситуации максимальную выгоду. — Шицзе... — Бэй Фэн вздохнула, принимая свою судьбу. — Спасибо. Это... очень мило. Знаешь, мне так скучно было сидеть с цифрами. Может... поиграем? — Поиграем? — Инъин тут же забыла про прическу и захлопала в ладоши. — Во что? В прятки? В волан? — Нет. Я же новенькая. Я никого не знаю. Давай играть в «Угадайку», — Бэй Фэн чуть повернулась, указывая подбородком на тропинку, по которой шли старшие адепты. — Я буду смотреть на человека и угадывать, какой он. А ты мне будешь говорить, правду я сказала или нет. Заодно и познакомишь меня со всеми. — О, это весело! Давай! — Нин Инъин уселась рядом, подперев щеку рукой. Бэй Фэн прищурила свои серо-зеленые глаза. Включился режим «Репетитор на родительском собрании». Она просканировала первого идущего парня. Высокий, идет выпятив грудь, подбородок задран. Руки держит слишком далеко от тела, словно у него невидимые арбузы подмышками. — Вот этот, в светлом халате, — Бэй Фэн указала пальцем. — Спорю на булочку, что он ведет себя как важный петух. Наверняка громко храпит, требует к себе уважения от младших, но когда Учитель задает вопрос — прячется за спины других. И он точно не умеет стирать свои вещи. Нин Инъин прыснула от смеха, прикрыв рот рукавом. — Ха-ха-ха! Сестренка Бей, ты как в воду смотришь! Это шисюн Ван! Он именно такой! Вчера он заставил Бинхэ чистить его сапоги, а сам на уроке каллиграфии уснул! «Так. Шисюн Ван. Статус: Наглый, ленивый, трусливый. Использует Ло Бинхэ. Записываем в базу данных "Бесполезный мусор, легко запугать"». Бэй Фэн перевела взгляд на следующего. Худой, бледный, идет идеально ровным шагом, ни на кого не смотрит. Свиток прижимает к груди, как щит. — А этот... — Бэй Фэн склонила голову. — Этот проглотил бамбуковую палку. Он знает наизусть все десять правил Пика, но если спросить его, что они значат — он зависнет. Зубрила. И, скорее всего, он ябеда. Если кто-то нарушит правило, он первый побежит к Мин Фаню. Инъин восхищенно ахнула. — Ого! Ты точно мысли читаешь! Это Лю-шиди. Он вчера нажаловался, что я смеялась во время медитации! Он такой скучный! «Лю-шиди. Статус: Системный доносчик. Риск: Высокий. Меры предосторожности: Не нарушать правила в его поле зрения. Не вербовать в проекты». — А вон та девочка? — Бэй Фэн указала пальцем на невысокую ученицу, которая шла в группе сверстниц, но держалась чуть в стороне, постоянно поправляя воротник. — М-м... Эта — тень. Она всегда рядом с тобой, шицзе, но когда ты отворачиваешься, она поджимает губы. Она... — Бэй Фэн сделала паузу, имитируя работу мозга, — она записывает все твои ошибки в маленькую книжечку в голове. И она очень хочет такую же заколку, как у тебя, но делает вид, что считает её слишком вычурной. Нин Инъин замерла, её глаза округлились. Она медленно повернулась к Бэй Фэн, игнорируя то, что чуть не выронила гребень. — Сестренка Бэй... — Инъин растерянно захлопала ресницами, — ну, не совсем так, но ты почти угадала! Откуда ты узнала про заколку? Сяо Мэй действительно вчера сказала, что такой крупный жемчуг — это вычурно и безвкусно... Но зачем ей точно такая же, если она ей не нравится? Странно как-то. А вот про книжечку в голове... — Инъин надула губы и тихонько вздохнула, — тут ты точно права. Она всегда так слащаво улыбается, но стоит мне забыть иероглиф или ошибиться в шаге на тренировке, она сразу громко говорит об этом при всех, будто бы хочет помочь. Оказывается, она просто считает мои ошибки... «Классическая пассивная агрессия. Тип: "Завистливый сателлит". Уровень опасности: 3 из 10. Мелкие пакости, сплетни. Нейтрализация: подарить ей что-то ненужное, чтобы вызвать чувство вины». — Я просто... вижу линии эмоций на лицах, шицзе, — Бэй Фэн вздохнула, ленточки на её плечах качнулись. — Когда человек врет, у него... дергается ноздря. Это... физиология. А вон тот? Который идет так, будто у него в карманах золотые слитки, а не свитки? Она указала на пухлого юношу, который шел вразвалочку, обмахиваясь веером (явно пытаясь подражать Шэнь Цинцю, но выглядя при этом как задыхающийся мопс). — О, это шисюн Чжоу! — Инъин снова хихикнула. — Его отец — богатый купец из города. Он привез Учителю целый воз шелка, чтобы Чжоу приняли. — М-м... — Бэй Фэн прищурилась. — Он не хочет учиться. Он хочет... спать и есть. Он привез с собой заначку еды, верно? И он платит кому-то из младших, чтобы за него мели рощу. У него... слишком чистые подошвы сапог для адепта, который якобы «трудится на благо Пика». — Да! — Инъин хлопнула в ладоши, совершенно очарованная игрой. — Он дает Бинхэ медные монеты, чтобы тот делал за него всю грязную работу! Как ты это делаешь, сестренка? Ты как маленькая гадалка! Бэй Фэн промолчала. Гадалка? Нет. Просто одиннадцать лет наблюдения за подростками научили её отличать «маменькиных сынков» от «реальных бойцов» по одному наклону головы. В этот момент на дорожке появился тот, о ком только что шла речь. Ло Бинхэ шел со стороны ручья. На его плече висела огромная корзина, доверху набитая мокрым бельем. Ткань пропиталась водой, корзина была тяжелой, лямки впивались в плечи пятнадцатилетнего юноши, но он шел ровно, не сбивая дыхания. Его лицо было спокойным, но Бэй Фэн заметила, как напряжены мышцы на его шее. Увидев Инъин и Бэй Фэн на скамье, он замедлил шаг. Его взгляд упал на Бей Фэн. На её «шишечки». На ярко-розовые ленточки. Бэй Фэн почувствовала, как внутри неё что-то умирает. Это была её репутация серьезного специалиста. — А-Ло! — радостно закричала Инъин, махая рукой. — Посмотри, что я сделала с сестренкой Бэй! Разве она не прелесть? Ло Бинхэ подошел ближе и поставил тяжелую корзину на землю. Глухой звук удара мокрой ткани о камни заставил Бэй Фэн поморщиться — её слух зафиксировал избыточную вибрацию. Бинхэ вытер лоб тыльной стороной ладони. Он посмотрел на Бей Фэн. Долго. Внимательно. В его глазах не было насмешки. Там было... понимание. Он видел, как Бэй Фэн сидит, прямая как палка, с абсолютно «мертвым» лицом, пока розовые банты трепещут на ветру. — Шицзе очень постаралась, — тихо сказал Ло Бинхэ. Его голос был мягким, но Бэй Фэн уловила в нем те самые обертона, которые он использовал, когда «сдавал ей долю» за булочку. — Бэй Фэн теперь... очень заметна. Бэй Фэн медленно моргнула. — Шисюн... Бинхэ, — она сделала паузу, подбирая скрипт. — Это... сенсорная жертва. Ради... гармонии Нин Инъин на Пике. Шицзе Инъин... счастлива. Следовательно... уровень шума снижен. Профит. Бинхэ едва заметно дернул уголком рта. Профит? Опять она говорит слова, которых нет ни в одном словаре. Но смысл был ясен: она терпит это издевательство над внешностью, чтобы Нин Инъин от неё отстала. — Я принес твою одежду, — он указал на верхний слой белья в корзине. — Я не использовал щелок, как ты просила. Только золу и горную мяту. Она будет... мягкой. Бэй Фэн кивнула. — Благодарю... Бинхэ-шисюн. Твоя... исполнительность... будет учтена. — Учтена? — переспросила Инъин, переводя взгляд с одного на другую. — Вы говорите так странно! А-Ло, ты разве не знаешь? Шицзунь назначил сестренку Бей личной ученицей! Она теперь будет жить в каменной пристройке у архивов и... считать! Представляешь? Весь старший курс теперь под её началом! Ло Бинхэ замер. Его рука, лежавшая на крае корзины, непроизвольно сжалась. Личная ученица. За три дня. Он, Ло Бинхэ, провел здесь три года. Он терпел побои, спал в сарае, стирал чужие обноски, готовил, убирал... И Шэнь Цинцю ни разу не посмотрел на него иначе как на грязь. А эта девчонка, которая едва умеет кланяться, уже получила комнату и статус. Бэй Фэн почувствовала, как воздух вокруг Бинхэ стал... плотнее. Её гиперчувствительность забила тревогу. Она увидела, как тень легла на его лицо. «Опасно. Уровень зависти объекта может дестабилизировать наш альянс. Требуется немедленная калибровка». Бэй Фэн встала. Розовые ленты хлестнули её по щекам, но она даже не поморщилась. Она подошла к Бинхэ и посмотрела на него снизу вверх. Её серо-зеленые глаза были холодными и прозрачными. — Бинхэ-шисюн, — она понизила голос так, чтобы Нин Инъин, увлеченная разглядыванием бабочки у пруда, не слышала. — Личная ученица — это не награда. Это... каторжный контракт. Учитель Шэнь... — она сделала паузу, — выжимает мой мозг. Каллиграфия четыре часа. Гуцинь два часа. И я должна... давать ему Числа. Если я ошибусь... я стану мясом. Как корова на убой. Она протянула руку и коснулась мокрого края корзины. — Ты стираешь белье. Я — стираю свои мозги о цифры. Мы оба... инструменты в его руках. Но мой инструмент... может сломаться быстрее. Она посмотрела на него с тем самым «пластмассовым» сочувствием, которое практиковала раньше. — Бедный шисюн... — её голос звучал фальшиво для любого нормального человека, но для Бинхэ это было как секретный код. — Тебе тяжело носить корзину. Возьми... вот это. Она выудила из-за пазухи небольшую сушеную сливу в сахаре — «взятку», которую ей утром выдал Шэнь Цинцю за завтраком (он не доел, а Бэй Фэн технично упаковала). — Сахар... дает энергию. Тебе нужно... больше, чем мне. Моя работа... сидячая. Ло Бинхэ взял сливу. Он видел, что её жалость — подделка. Он видел, что она просто пытается «заплатить» ему за его плохое настроение. Но сам факт того, что она заметила его гнев и попыталась его нейтрализовать вместо того, чтобы высокомерно задрать нос... это подкупало. — Спасибо... шимэй Бей, — он снова опустил голову, пряча взгляд. — Я... я понимаю. Инструменты должны помогать друг другу. «Лог системы: Ло Бинхэ принял объяснение. Статус "Союзник по несчастью" подтвержден. Риск вспышки ярости снижен на 40%». — Сестренка Бэй! А-Ло! О чем вы там шепчетесь? — Инъин подбежала к ним. — Пойдемте скорее, скоро ужин! А-Ло, ты ведь приготовил что-нибудь вкусненькое? — Для Шицзуня — да, — ответил Бинхэ, подхватывая корзину так легко, будто она была набита пухом. — И для Бей-шимэй я тоже... постараюсь. Вечер застал Бэй Фэн в её новой «крепости». Пристройка была холодной, но она наконец-то была пустой. Бэй Фэн сидела на куче старых свитков, аккуратно развязав розовые ленты и сложив их в углу. Её пальцы ныли. Завтра начинались четыре часа каллиграфии. Она достала из-под свитков пачку бумаги, исписанную цифрами Мин Фаня. «Так. Глава 1, страница 1: Гигиена в условиях отсутствия водопровода. Проблема: Выгребная яма». Она взяла уголек и начала чертить. — Чтобы сделать простейший гидрозатвор... мне нужны трубы... — бормотала она. — И бамбук не пойдет, он гниет. Нужен камень. Или керамика. Шэнь Цинцю хочет артефакты? Хорошо. Моим первым великим артефактом будет унитаз. Пусть он называет это "Чашей очищения земных нечистот", мне плевать. Главное, чтобы не воняло. Она замерла, прислушиваясь. Снаружи, за каменной стеной, шелестел бамбук. Где-то далеко слышались голоса учеников. Но здесь, в её каменном мешке без окон, было тихо. «План на завтра: Не умереть на пробежке. Не сломать пальцы о кисть. Найти глину для труб. Выяснить, где Шэнь Цинцю прячет свои запасы Холодного Нефрита. Он идеально подойдет для охлаждения еды». Бэй Фэн легла на свитки, свернувшись калачиком. Её гиперчувствительность наконец-то успокоилась в этой прохладной тишине. — Ох... — выдохнула она в темноту. — Только бы завуч не зашел проверять натяжение моих нервов посреди ночи... За дверью, в тени библиотеки, стояла тонкая фигура в зеленых одеждах. Шэнь Цинцю пришел проверить, чем занимается его новое «приобретение». Услышав её бормотание про «керамику» и «затвор», он нахмурился. «Она чертит... систему стоков для уборных?» — Шэнь Цзю почувствовал, как к горлу подступает брезгливость, а на губах змеится ядовитая усмешка. — «Какая приземленная, грязная девчонка. Я ждал от неё великих стратегий, а она копается в нечистотах». Но затем он замер, вслушиваясь в её сухой, монотонный голос. Она расписывала проект так, словно это был план штурма вражеской крепости. В её схемах не было брезгливости — только холодное желание подчинить себе хаос Пика, начав с самого его низа. С дерьма. «Она хочет автоматизировать грязь, чтобы не тратить на неё свои ресурсы... и ресурсы тех идиотов, которых я ей подчинил», — Шэнь Цзю приподнял бровь, и в его глазах снова вспыхнул тот самый опасный, оценивающий азарт. — «Что ж. Если эта дрянь заставит Мин Фаня таскать камни и строить глиняные трубы вместо тренировок — пусть развлекается. Посмотрим, как старшие ученики взвоют под началом двенадцатилетнего инженера по утилизации отходов». Он неслышно развернулся и ушел, оставив Бэй Фэн спать на куче бесценных древних знаний, которые она использовала вместо матраса. Лог Системы: [Скрытый прогресс: Влияние на быт Пика — 5%.] [Шэнь Цинцю: Ожидание +15.] [Ло Бинхэ: Лояльность +5 (За сливу и признание его инструментом).]