Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Расписание Бэй Фэн, утвержденное Шэнь Цинцю, выглядело как приговор в исправительной колонии строгого режима. Если бы Бэй Фэн была обычным двенадцатилетним ребенком, она бы уже рыдала. Но она была репетитором с одиннадцатилетним стажем, поэтому она просто составила таблицу. 05:00 – 06:00: Утренняя «спортивная ходьба». (Бэй Фэн называла это «марш-бросок за выживание»). 06:00 – 07:00: Гигиена в тазу и попытка привести в порядок халат. 07:00 – 11:00: Каллиграфия. (Четыре часа вырисовывания иероглифа «Гармония», пока пальцы не сводит судорогой). 11:00 – 13:00: Гуцинь. (Пытка звуком и постановка осанки). 13:00 – 14:00: Обед. (Единственный час относительного покоя). 14:00 – 16:00: Медитация и Ци-гимнастика. (Попытка почувствовать Ядро, пока мозг пытается заснуть). 16:00 – 20:00: Работа над проектами (Библиотека, чертежи, надзор за строителями). 20:00 – 22:00: Самообучение. (Трактаты по материаловедению, от которых плавились мозги). 22:00: Отбой. «Итого: 15 часов активной когнитивной и физической нагрузки. Сон — 7 часов. Свободное время на депрессию — 0 минут. Эффективность системы: высокая. Уровень счастья пользователя: ниже плинтуса», — думала Бэй Фэн, выходя из павильона каллиграфии. Её правая рука дрожала так, что она не могла удержать даже палочку для еды. Обед сегодня был «царским». Ло Бинхэ принес ей поднос прямо к библиотеке. Тушеная говядина с овощами и кореньями — личный рацион Шэнь Цинцю. Бэй Фэн забилась в дальний угол бамбуковой рощи, где её не могли достать адепты. Но Нин Инъин, обладавшая талантом находить Бэй Фэн даже под землей, уже сидела там, болтая ногами на скамье. Рядом, как тень, стоял Ло Бинхэ, сцепив руки за спиной. Бэй Фэн молча села и открыла плошку. Запах мяса ударил в ноздри. Она посмотрела на Инъин. Шицзе выглядела... бледновато. На Пике Цинцзин девушкам полагалось питаться «чисто», что на практике означало диету из травы и риса. — Шицзе Инъин, — Бэй Фэн сделала паузу, подбирая скрипт. — Ты... совсем худая. Твой КПД на тренировках... падает. Покушай. Бэй Фэн подтолкнула к ней плошку с мясом. В её голове промелькнуло: «Надо поддержать легенду расчетливой суки. Скажу, что прикармливаю её как охранника». — Мне нужно... чтобы ты была сильной, — добавила Бэй Фэн, стараясь звучать сухо. — Если ты упадешь в обморок... мне некому будет... собирать сплетни. Это... инвестиция в информацию. Инъин просияла, не заметив фальши. — Ой, сестренка Бэй! Ты такая заботливая! Но я не могу... это же твоя порция! — Ешь, — отрезала Бэй Фэн. — Это приказ... то есть, просьба. Инъин взяла палочки, зацепила сочный кусок говядины и... тут же повернулась к Ло Бинхэ. — А-Ло, открой рот! Ты сегодня весь день таскал воду, тебе нужнее! Она попыталась сунуть мясо Бинхэ. Мальчишка отшатнулся, испуганно глядя в сторону библиотеки — не видит ли Мин Фань. — Шицзе, я не могу... это еда Бей-шимэй... Бэй Фэн смотрела на эту сцену с выражением лица человека, который видит, как кто-то пытается зажечь спичку в пороховом погребе. — Стоп, — громко сказала она. — Инъин-шицзе. Бинхэ-шисюн. Прекратите это... немедленно. Она встала, игнорируя боль в ногах, и подошла к ним. Её серо-зеленые глаза сузились. — Шицзе... ты хочешь сделать хорошо? Или ты хочешь делать... как обычно? Инъин замерла с поднятыми палочками. — А? Я просто... хотела угостить А-Ло... — Ты его не угощаешь. Ты его... подставляешь под удар, — Бэй Фэн вздохнула, включая режим «уставший педагог». — Послушай меня внимательно. Представь... стаю собак. У них есть хозяин. И в стае есть... один пес, которого все кусают. Шелудивый, слабый. И вдруг... хозяин при всех... дает этому псу лучший кусок мяса. Что сделает остальная стая, когда хозяин уйдет? Инъин моргнула. Ло Бинхэ замер, его дыхание стало почти неслышным. — Они... они расстроятся? — предположила Инъин. — Они его порвут, — жестко сказала Бей Фэн. — Они его загрызут прямо там, потому что он получил то, что они считают своим по праву силы. Она указала на Ло Бинхэ. — Каждый раз, когда ты при Мин Фане или других... проявляешь к нему доброту... даешь еду... улыбаешься ему по-особенному... ты рисуешь на его спине мишень. Шисюн Мин Фань не может наказать тебя — ты любимица. Но он может... и будет... вымещать злость на Бинхэ. Твоя доброта... стоит ему новых синяков. Ты этого хочешь? Нин Инъин выронила палочки. Кусок мяса упал на траву. Её глаза наполнились слезами. Она посмотрела на Ло Бинхэ, потом на свои руки. — А-Ло... это правда? Из-за меня... тебе хуже? Ло Бинхэ молчал. Он смотрел на Бэй Фэн с таким выражением, будто она только что прочитала его мысли, которые он сам боялся осознать. На Пике Цинцзин все считали Инъин его «спасительницей». И только эта маленькая девочка назвала вещи своими именами: она была его проклятием. — Бей-шимэй права, — тихо ответил Бинхэ, опуская голову. — Мин Фань-шисюн... часто сердится после того, как шицзе защищает меня. — О боже... — Инъин закрыла рот ладонью. — Но что же мне делать? Я не могу просто... быть злой! — Тебе не нужно быть злой, — Бэй Фэн снова села на скамью, чувствуя, что ресурс общения заканчивается. — Тебе нужно быть... никакой. При других... относись к нему как к мебели. Игнорируй. А если Мин Фань его бьет... не беги спасать. Лучше... приди ко мне и скажи. Я найду... логический способ... занять Мин Фаня вычислениями, чтобы у него не было сил махать руками. Она посмотрела на Инъин, стараясь вложить в взгляд остатки убедительности. — Если хочешь помочь... делай это в тишине. Без свидетелей. И особенно... не делай этого при Учителе Шэне. Он... ненавидит слабость. А твоя забота делает Бинхэ в его глазах... еще слабее. Инъин шмыгнула носом и вытерла глаза. В её пятнадцатилетнем мозгу сейчас происходила болезненная перенастройка. — Ты такая... — она посмотрела на Бэй Фэн с опаской и восхищением. — Ты такая страшная, сестренка Бэй. Ты всё видишь... как механизмы в своих коробках. — Это называется... стратегия выживания, — ответила Бэй Фэн. — Ешь мясо. И дай Бинхэ булочку. Только убедись... что никто не смотрит. Инъин кивнула, на этот раз серьезно. Она быстро запихнула кусок мяса в рот, а второй — аккуратно завернула в платок и сунула в руки Ло Бинхэ, когда тот наклонился поднять её палочки. Это было сделано быстро, почти профессионально. Бэй Фэн удовлетворенно кивнула. «Процесс обучения запущен. Юнит Нин Инъин переведен в режим скрытности». Она посмотрела на Ло Бинхэ. Тот стоял, сжимая в руке платок с мясом. Он не сказал «спасибо». Он просто посмотрел на неё — долгим, тяжелым взглядом, в котором не было детской благодарности. В нем было признание. «Он срисовал маневр», — подумала Бэй Фэн. — «Теперь он знает, что я знаю. Ладно. Пока это выгодно». — Идите, — махнула она рукой. — У меня... каллиграфия через десять минут. Если я опоздаю... Учитель Шэнь превратит меня... в "шелудивого пса". Инъин и Бинхэ ушли. Бэй Фэн осталась одна. Она посмотрела на остатки своего обеда. — Боги... — прошептала она, роняя голову на руки. — Как же я хочу просто спать. Почему в этом мире нельзя просто нажать "паузу"? Вечер застал её в каменной пристройке. Работа кипела. Послушники под руководством Лао Чэня уже пробили узкое окно под потолком (теперь в комнате был сквозняк, и Бэй Фэн была счастлива). В углу возвышалась основа для печи-кан. Лао Чэнь подошел к ней, вытирая руки о фартук. — Шимэй Бей, посмотрите. Мы заложили дымоход. Завтра начнем класть верхнюю плиту. Как вы и просили — идеально ровно. Бэй Фэн провела пальцем по кирпичной кладке. — Хорошо, Лао Чэнь. Твой... перфекционизм... меня радует. Она залезла в свой угол, на груду свитков, и открыла книгу по материаловедению, которую ей выдал Шэнь Цинцю. [Материаловедение: Свойства Холодного Нефрита. Глава 4.] Буквы прыгали перед глазами. Мышцы рук ныли после каллиграфии. Но Бэй Фэн заставляла себя читать. Ей нужно было понять, как сделать трубы для унитаза, чтобы они не треснули от перепада температур. «Так... коэффициент расширения нефрита... взаимодействие с Ци Земли... Если я добавлю в глазурь порошок лунного камня...» Она уснула прямо над книгой. Ей снилось, что она бежит по бесконечной лестнице, а за ней гонится огромный фарфоровый унитаз с лицом Мин Фаня, требуя, чтобы она рассчитала корень двенадцатой степени из его ярости. А в нескольких сотнях метров от неё, в дровяном сарае, Ло Бинхэ ел холодную говядину, завернутую в розовый шелковый платок. Он жевал медленно, глядя в темноту, и в его голове снова и снова звучал голос Бей Фэн: «Величие — это когда твоя жопа чистая». Он не понимал, почему, но эта фраза казалась ему самым честным Дао во всей этой Вселенной. Лог Системы: [Влияние на Ло Бинхэ: +15 (Статус: Прозрение).] [Влияние на Нин Инъин: +20 (Статус: Взросление).] [Уровень выгорания Бэй Фэн: 85%. Рекомендуется: Мягкий матрас (в процессе).]