Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Сон Бэй Фэн напоминал погружение в густую, теплую смолу. Впервые с момента перерождения в этом безумном мире её тело перестало бороться за выживание и просто существовало. Тысяча стальных пружин, изолированных плотным войлоком и накрытых туго натянутой парусиной, работали как единый, безупречный механизм. Матрас принимал каждый изгиб её позвоночника, обеспечивая жесткую и анатомически идеальную поддержку. Стены каменной пристройки, лишенные окон, надежно отсекали свет. Звукоизоляция работала на пределе возможностей: ни пение птиц, ни шелест бамбука, ни удары утреннего гонга не могли пробиться сквозь эту толщу. Печь-кан отдавала мягкое тепло, превращая пространство под шелковым балдахином в идеальный климатический кокон. Для человека, чья сенсорная гиперчувствительность была выкручена на максимум, этот уровень депривации стал кнопкой принудительного отключения. Мозг Бэй Фэн, измученный постоянным расчетом рисков, просто ушел в беспробудный оффлайн. Она пропустила час Тигра. Пропустила час Кролика. Наступил час Дракона, когда весь Пик Цинцзин уже выстроился на тренировочной площадке для утренней практики. А Бэй Фэн спала, пуская слюни в подушку. На тренировочной площадке Мин Фань мерил шагами пространство перед рядами младших адептов. Его взгляд, обычно цепкий и надменный, сегодня был дерганым. Он то и дело косился в сторону западного архива. — Выпрямить спины! Дыхание от живота! — рявкнул он на какого-то послушника, но мысли его были заняты другим. Бей Фэн не было. Её не было на перекличке. Её не было на утреннем чае. Мин Фань чувствовал, как внутри него закипает сложный коктейль из мстительного торжества и суеверного ужаса. После того инцидента в тупике, когда эта малолетняя ведьма посмотрела на него глазами Шицзуня и назвала «животным», он обходил её за тридцать шагов. Она пугала его до дрожи в коленях. Но бюрократия Пика оставалась его единственным оружием. Правила едины для всех, включая конструкторов водопроводов. «Она нарушила дисциплину. Проигнорировала приказ Шицзуня о спортивной ходьбе. Если я не доложу — Шицзунь накажет меня за укрывательство. Если доложу... Шицзунь накажет её!» Эта мысль придала Мин Фаню смелости. Он передал командование одному из старших адептов и поспешным шагом направился к бамбуковой хижине. Шэнь Цинцю пребывал в благостном расположении духа. Утренний чай, заваренный в новой чаше с двойным дном, обжигал язык идеальной температурой. В личной купальне его ждал горячий дождь из бамбуковой лейки. Жизнь наконец-то обретала те черты аристократического гедонизма, которых он так долго желал в этом бытовом средневековье. — Шицзунь! — голос Мин Фаня, преисполненный праведного негодования, разрушил утреннюю идиллию. Шэнь Цинцю поморщился. — Входи. И ради твоего же блага, Мин Фань, надеюсь, у тебя есть веская причина портить мне чайную церемонию. Старший ученик опустился на одно колено у порога. — Этот никчемный ученик просит прощения за вторжение! Но я обязан доложить о нарушении устава. Личная ученица Бэй Фэн... не явилась на утреннюю практику. Её нет уже две стражи. Пальцы Шэнь Цинцю, державшие фарфоровую пиалу, замерли. — Не явилась? — Так точно, Шицзунь! — Мин Фань воодушевился, почувствовав изменение атмосферы. — Она игнорирует ваши приказы. Послушники говорят, что она заперлась в своей пристройке со вчерашнего вечера и не выходит. Вероятно, она... спит! В то время как весь Пик постигает Дао! Глаза Горного Лорда опасно сузились. Благостное настроение испарилось, уступив место холодной, колючей ярости. Он дал этой девчонке беспрецедентные привилегии. Позволил ей заменить бег на ходьбу. Выделил ей серебро и личную комнату. А она решила, что теперь может плевать на его приказы? «Она тестирует мои границы. Решила, что раз стала полезна, то превратилась в незаменимую? Глупая, заносчивая дрянь. Пора напомнить ей, кто здесь Лорд, а кто — инструмент». Шэнь Цинцю резко поднялся. Пиала со стуком опустилась на стол. — Иди за мной. Он стремительно вышел из хижины, его зеленые одежды хлестали по воздуху, как знамена перед боем. Мин Фань семенил следом, с трудом скрывая злорадную улыбку. По пути к западному архиву они пересеклись с Ло Бинхэ. Юноша нес небольшой поднос с глубокой миской — завтрак для Бэй Фэн, приготовленный по её личным «мягким» спецификациям. Увидев лицо Шицзуня, Бинхэ мгновенно понял: надвигается буря. Он молча пристроился позади, стараясь слиться с фоном, но его сердце тревожно сжалось. Процессия подошла к глухой дубовой двери. На пороге лежал знаменитый коврик: «УХОДИТЕ». Шэнь Цинцю брезгливо наступил прямо на надпись своим белоснежным сапогом. Он не стал стучать, считая это ниже своего достоинства. Лорд Пика вскинул руку, формируя сгусток духовной энергии, и ударил им в засов. БАХ! Толстая дубовая дверь распахнулась настежь, ударившись о каменную стену с грохотом, подобным пушечному выстрелу. Свет утреннего солнца ворвался в темную, прохладную комнату, разрезая её пополам. Ло Бинхэ, стоявший за спиной Учителя, заглянул внутрь и замер. Комната выглядела настоящим логовом. Встроенный шкаф скрывал все вещи, поддерживая идеальный порядок. И в углу, на постаменте печи, возвышалась ОНА. Кровать. Она была огромной, накрытой шелковым балдахином, из-под которого виднелись края плотного серого холста и белоснежные простыни. Грохот двери заставил Бэй Фэн подскочить. Её организм, вырванный из глубочайшей фазы сна, отреагировал выбросом адреналина, но мозг еще не успел загрузить операционную систему. Бэй Фэн резко села на кровати. Волосы, обычно затянутые в тугую косу, растрепались и торчали в разные стороны. Глаза были полуоткрыты, на щеке отпечатался след от складок наволочки. Она выглядела как встревоженный, заспанный барсук, которого вытащили из норы в середине зимы. — Что за... — прохрипела она, жмурясь от бьющего в лицо солнца. Шэнь Цинцю переступил порог. Аура подавления, исходящая от него, была такой плотной, что Мин Фань остался стоять на улице, не смея зайти внутрь. — Бэй Фэн, — голос Лорда Пика был тихим, но от него завибрировала посуда на столе-книжке. — Ты забыла, на каком Пике находишься? Солнце взошло две стражи назад. Мои адепты уже закончили первый круг медитации. А ты валяешься здесь, как свинья в луже? Ты решила, что твои жалкие трубы дают тебе право плевать на мой устав? Мин Фань за порогом судорожно сглатывал, вслушиваясь в звуки внутри пристройки. «Почему он не орет? — билось в его голове. — Шицзунь слишком долго молчит... Он её уже расчленил? Или готовит что-то похуже?» Каждая секунда беззвучия казалась старшему ученику вечностью, проведенной на краю могилы. Бэй Фэн моргнула. Раз. Другой. Её сознание медленно прояснялось. Она увидела разъяренного Шэнь Цинцю, выглядывающего из-за его плеча Мин Фаня и Ло Бинхэ с подносом. Но она не чувствовала страха. Потому что под ней был Матрас. Она сидела на нем, и он идеально поддерживал её спину. Ничего не болело. Тело было наполнено энергией и согрето. Впервые она чувствовала себя физически превосходно. Контраст между её абсолютным комфортом и истеричным пафосом Шэнь Цинцю сыграл с ней злую шутку. Она забыла надеть маску. Репетитор из 2024 года, которого разбудили в выходной день звонком от неадекватных родителей, просто посмотрел на начальника. Бэй Фэн слегка ссутулилась, подтянула шелковое одеяло до подбородка и смерила Шэнь Цинцю долгим, спокойным взглядом. — Учитель... — её голос был хриплым ото сна и тягучим. — Завидовать... нехорошо. Тишина, рухнувшая на комнату, стала оглушительной. Мин Фань на улице подавился воздухом и начал беззвучно хватать его ртом, как выброшенная на берег рыба. Ло Бинхэ застыл, боясь даже дыхнуть. «Она сказала это. Сказала вслух Горному Лорду. Шицзунь распылит её на атомы прямо сейчас». Шэнь Цинцю окаменел. Его рука, сжимавшая веер, дернулась. Завидовать? Ему, Лорду Пика Цинцзин, завидовать этой сопливой девчонке? Это была дерзость, за которую в Цанцюн вырывали языки. Он сделал резкий шаг вперед, готовый обрушить на неё всю тяжесть своей ци. — Что ты смеешь нести, паршивая... Но его взгляд упал на неё. Она не проваливалась в перины, а сидела ровно, пока ткань вокруг обволакивала её тело. Шэнь Цзю моментально считал геометрию её позы: полное отсутствие мышечного напряжения и идеальная линия позвоночника. Его взгляд скользнул по самому матрасу. Туго натянутая парусина, ровные края и полное отсутствие скрипа при её движениях. Шэнь Цинцю подошел вплотную к кровати. Бэй Фэн даже не дернулась, лишь лениво приподняла бровь. Шэнь Цинцю протянул изящную руку и положил её на край матраса. Надавил. Матрас сопротивлялся. Это было упругое и рассчитанное противодействие, лишенное ненавистной ему мягкости пуха или жесткости дерева. Стальные пружины мягко приняли вес руки, а после исчезновения давления мгновенно и бесшумно вернули форму. Шэнь Цинцю замер. Его рука всё еще лежала на матрасе. В его голове, где до этого бушевал ураган гнева, наступила кристальная ясность. «Она права», — ударила его беспощадная мысль. — «Она чертовски права. Я завидую. Я сплю на жестком нефрите, убеждая себя, что это Дао, а эта мелкая дрянь изобрела ложе богов и дрыхнет на нем, пока я мучаюсь бессонницей. И она, глядя мне в глаза, прочитала это. Мою жажду комфорта». Но и спустить это с рук он не мог. Он — Лорд. Мин Фань стоит за дверью и всё слышит. Шэнь Цинцю медленно убрал руку с кровати. Он выпрямился, стряхивая с лица любые эмоции. Его голос зазвучал так холодно, что вода в кувшине на столе должна была покрыться льдом. — Завидовать ленивой свинье, которая не может поднять тело ради самосовершенствования? Твое самомнение переходит границы, Бэй Фэн. Твои «технологии» сделали тебя слабой. Бэй Фэн зевнула, прикрыв рот ладонью. — Мои технологии сделали меня эффективной, Учитель. Я сегодня готова переписать два трактата вместо одного. Мой мозг отдохнул. — Твой мозг будет работать, — отрезал Шэнь Цинцю. — Но раз ты так ценишь отдых... ты лишаешься утренней ходьбы. Мин Фань на улице радостно осклабился. «Вот оно! Наказание!» — Отныне, — Шэнь Цинцю сузил глаза, глядя на её уютный кокон, — ты будешь ходить быстрым шагом два часа. На закате. Когда все будут ужинать, ты будешь наматывать круги по Пику. Бэй Фэн слегка поморщилась, но промолчала. Два часа вечером — это паршиво, но лучше пяти утра. — И главное твое наказание, — Шэнь Цинцю раскрыл веер с подчеркнутой небрежностью. — Раз ты считаешь, что этот ящик с пружинами имеет ценность, ты докажешь это. До конца месяца ты подготовишь для моей хижины проект «Идеального покоя». Он сделал шаг к выходу, но обернулся через плечо. — Рассчитаешь звукоизоляцию для моих стен. И спроектируешь точно такое же ложе. Только из лучшего железа и императорского шелка. И если моя спина после сна на нем заболит хотя бы раз... я выкину твой матрас в Бесконечную Бездну, а тебя заставлю спать на битом стекле. Ты меня поняла? В её глазах мелькнула искорка удовлетворения. «Схавал. Он абсолютно, тотально купился на ортопедию. Заказ на элитную мебель получен. Наказание — это просто способ сохранить лицо перед Мин Фанем». «А вот с бамбуковыми стенами будет сложнее, — лениво прикинула она, — придется обшивать всё в три слоя войлока под шелком и вешать тяжелые портьеры. Но бюджет теперь резиновый». — Я поняла вас, Учитель. Проект «Абсолютный Покой» будет готов в срок. Разрешите приступить к гигиеническим процедурам? — У тебя пять минут, чтобы явиться в класс, — бросил Шэнь Цинцю. Он вышел за дверь, едва не сбив Мин Фаня, и рявкнул на него, отправляя на тренировку под угрозой закопать в яме. Старший ученик, ничего не понимающий, но до смерти напуганный, умчался со скоростью света. Шэнь Цинцю последовал за ним, стараясь не думать о том, как сильно ему хочется прямо сейчас лечь и вытянуться на этих странных пружинах. Ло Бинхэ остался стоять у порога. Он осторожно вошел внутрь и поставил поднос с едой на стол-книжку. Бей Фэн потягивалась на кровати, разминая затекшие от долгого сна мышцы. Она выглядела как кот, поймавший жирную мышь. — Шимэй... — голос Ло Бинхэ дрожал от благоговейного ужаса. — Ты сказала Шицзуню, что он завидует. И он не ударил тебя. Он заказал себе кровать. — Бинхэ-шисюн. Запомни одно простое правило, — она слезла с кровати. — Сильные мира сего могут простить тебе дерзость, глупость и даже предательство. Но они никогда не простят тебе покушение на их власть. — Я не покушалась на его власть, — буркнула Бэй Фэн, нащупывая тапочки. — Я ударила по его физиологии. Я показала ему то, чего у него нет, но что он отчаянно хочет. Я дала ему возможность забрать это себе под видом "наказания". Он сохранил лицо перед стаей, а я... — она хлопнула ладонью по матрасу, — я сохранила свою кровать и легализовала свой комфорт. Это называется дипломатия. Ло Бинхэ молчал. Его ум впитывал эти слова как губка. Страшные уроки выживания из какого-то другого, безжалостного мира. — Еда стынет, шимэй, — только и сказал он, отступая к двери. — Спасибо за доставку, — кивнула Бэй Фэн. Когда за ним закрылась дверь, перед её глазами мигнул зеленый текст. Лог Системы: [Скрытое событие завершено: «Яд зависти».] [Открыта скрытая черта Шэнь Цинцю: «Хронический недосып и потребность в безопасности».] [Награда: Контракт на обустройство покоев Лорда Пика.] [Предупреждение: Ло Бинхэ активно конспектирует ваши методы манипуляции. Риск создания Темного Владыки с дипломом MBA: 99%.] Бэй Фэн прожевала кусок мяса и философски пожала плечами. «Ну и пусть конспектирует. Если Темный Владыка будет уметь вести переговоры вместо того, чтобы сразу рубить руки-ноги, этот мир станет намного спокойнее. А пока... надо нарисовать ШЦЦ такой матрас, чтобы он с него вообще не вставал».