Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Бэй Фэн всхлипнула в последний раз, сделала судорожный вдох, от которого в груди стало больно, и внезапно замерла. Её внутренний таймер истерики, настроенный на жесткую экономию ресурсов, наконец пискнул в подсознании коротким сигналом: «Лимит времени на нерациональное поведение исчерпан. Система перезагружена. Аварийный сброс завершен. Возврат к базовым настройкам и логическим протоколам». Она дюйм за дюймом отстранилась от Ло Бинхэ, чувствуя, как кожу лица неприятно стягивает от высохших соленых слез, а нос заложен настолько плотно, что дышать приходится через рот. Весь её боевой вид Архитектора сейчас был безнадежно испорчен. — Так, — прогнусавила она, пытаясь вернуть голосу хотя бы подобие властности. — Объявляется технический тайм-аут. Мне нужно немедленно привести себя в порядок... посетить санитарный блок. Сиди здесь. Не двигайся с места. Категорически запрещаю думать о плохом или анализировать мои предыдущие действия. Это прямой приказ. Она с видимым трудом поднялась с пола, пошатнулась от нахлынувшей слабости и, слегка придерживаясь рукой за шершавую стену, вышла в сторону общественной душевой. Ло Бинхэ остался сидеть на полу в той же позе, в которой она его оставила. Он не смел пошевелить даже пальцем. Каждой клеточкой своей кожи он всё еще чувствовал фантомное тепло её тела, оставшееся на его груди. Его руки помнили вес её головы и мягкость коротких волос. В этот миг весь его огромный мир сузился до размеров этой маленькой комнаты, прогретой печью. «Она плакала обо мне. По-настоящему. Она сказала, что я — её лучший проект, в который она не побоялась вложить свои силы», — эта мысль циркулировала в его сознании, вытесняя многолетнюю тьму. Через пять минут Бэй Фэн вернулась. Она тщательно умылась ледяной водой, пытаясь снять отек. Её глаза всё еще оставались припухшими, а нос смешно распух, но взгляд снова стал расчетливым и деловым. Её образ мамы-рыбы, качающей его в объятиях, остался в прошлом. Перед ним снова стоял Архитектор, который увидел системную проблему и приступил к поиску наиболее эффективного решения. Бэй Фэн подошла к кровати, тяжело опустилась на её край и дважды негромко похлопала ладонью по матрасу рядом с собой, приглашая к диалогу. — Бинхэ. Немедленно иди сюда. Нам необходимо в кратчайшие сроки согласовать и утвердить новый протокол нашего сосуществования. Ло Бинхэ послушно поднялся и сел рядом с ней. Он держался близко, но при этом старался не касаться её, чтобы не нарушить хрупкий баланс. — Смотри, какая ситуация, — начала Бэй Фэн, периодически шмыгая носом, что несколько портило её серьезный тон. — У нас имеется критическая системная проблема. Твоя абсолютная память — это баг, который мы технически не можем пофиксить или удалить. Тебе постоянно, перманентно больно. Ты фонишь этой болью в окружающее пространство. Это создает помехи и мешает мне полноценно расслабиться, потому что мои сенсоры улавливают твои деструктивные вибрации. Она повернулась к нему всем корпусом, заглядывая в его темные выжидающие глаза. — Я признаю, что не в силах стереть твоё прошлое. Но в моей власти изменить условия твоего содержания в настоящем времени. Я тут провела серию вычислений, пока умывалась, и пришла к выводу. Тебе ведь жизненно не хватает постоянного тактильного подтверждения безопасности? Тебе необходимо физически чувствовать, что ты не один в этой темноте? — Да... — выдохнул он, и в этом коротком слове было столько надежды, что воздух в комнате, казалось, вздрогнул. — Окей, принято, — Бэй Фэн коротко кивнула, словно только что заключила выгодную сделку на поставку строительных материалов. — В связи с новыми вводными данными я снимаю ряд старых ограничений. — Какие именно? — зрачки Бинхэ мгновенно дрогнули, расширяясь. — Все бытовые и дистанционные лимиты. Хочешь обниматься или нуждаешься в контакте для стабилизации Ци? — она равнодушно пожала плечами. — Просто подходи и обнимай. Условие только одно — ты обязан заранее предупреждать фразой: «Шимэй, требуется тактильный контакт». Я не буду возражать. Честно говоря, мне самой здесь иногда бывает довольно холодно из-за особенностей климата. Она задумчиво посмотрела на конопляную сетку, висящую под потолком, а затем перевела взгляд на свою черную кровать. — Эта сетка... теперь я вижу, что это было излишне жестоко с моей стороны. Ты сидишь там ночами, как каменная горгулья на карнизе. Если тебе снова начнут сниться кошмары, или если в комнате станет слишком темно и тебе станет страшно — не сиди наверху. Спускайся вниз. Спи здесь, на матрасе. Кровать имеет полтора метра в ширину, её полезной площади вполне достаточно для двоих юнитов. Мы спокойно поместимся, не мешая друг другу. Я просто положу между нами длинный валик-разделитель, чтобы не пинаться во сне. Ло Бинхэ на мгновение перестал дышать, его сердце пропустило удар. Спиритуальная связь, логика, приказы — всё это отошло на второй план. Спать с ней? На одной поверхности? В одном температурном контуре? — Ты... ты действительно разрешаешь мне лечь рядом с тобой? — прошептал он, боясь, что это очередная иллюзия Мэн Мо. — Я предлагаю тебе не любовь, а необходимый ресурс, — сухо поправила его Бэй Фэн, стараясь вернуть разговор в привычное рациональное русло. — Физическое тепло человеческого тела объективно снижает уровень кортизола и общую тревожность системы. Это простая биология. Хочешь, чтобы я целовала тебя в макушку перед сном, как это произошло сегодня в порыве эмоций? Пожалуйста. Если этот технический жест поможет тебе не сойти с ума и не сжечь окружающий мир в приступе боли — я готова делать это каждый вечер по расписанию. Она говорила об этом так буднично и ровно, словно предлагала ему курс витаминов или новую схему фильтрации воды. — Всё что угодно, Бинхэ. Я готова на любой уровень тактильной близости... за исключением того, что ведет к воспроизводству потомства. К детям я пока не готова, мне банально слишком рано и лень заниматься их воспитанием. Но в остальном... считай, что я твой стабилизирующий якорь. Просто используй мой ресурс для калибровки своего состояния. Она посмотрела на него предельно серьезно своим красным, заплаканным взглядом, в котором всё еще читалась глубокая усталость. — Я требую только одного взамен — стабильного уровня комфорта. Ты обязан быть предсказуем. Если я предоставляю тебе такой расширенный доступ — ты перестаешь ежесекундно излучать в пространство свой страх и накопленную боль. Ты успокаиваешься. Договорились? Ло Бинхэ смотрел на неё, чувствуя, как в его сознании рушатся последние барьеры. Она предлагала ему себя. Не как женщину для плотских утех, а как нечто гораздо более важное — как лекарство и единственное убежище. «Бери меня всего», — лихорадочно думал он, не сводя с неё глаз. — «Я добровольно отдам тебе каждый свой вдох, каждую каплю демонической крови и каждый удар сердца. Я буду спать у твоих ног, я буду греть твою спину своим дыханием, я буду твоим верным псом, твоим мужем, твоим покорным рабом — кем угодно, лишь бы эта связь никогда не прервалась». — Я согласен на любые условия, — прошептал он, и в его голосе слышалась сталь. — Вот и славно, протокол принят, — Бэй Фэн снова шумно втянула воздух носом. Сопли, вызванные недавней истерикой, неумолимо подступили к критической отметке. Она бегло огляделась по сторонам в поисках платка, но его нигде не было видно, а вставать и искать что-то в шкафах ей было запредельно лень. Её взгляд упал на широкий рукав халата Ло Бинхэ — того самого, драного снаружи, но с меховой подкладкой. — Немедленно дай мне свою руку, — потребовала она, протягивая ладонь. Ло Бинхэ беспрекословно подчинился. Бэй Фэн, ни секунды не сомневаясь, крепко схватила его широкий серый рукав, поднесла ткань к самому лицу и... Хрууууумп. Она смачно, с чувством и абсолютно не стесняясь, от души высморкалась в грубую ткань его одежды. Затем вытерла нос сухим участком халата. — Спасибо, — прогнусавила она, наконец отпуская его затекшую руку. — А то совсем... плотина потекла, дышать мешало. Ло Бинхэ завороженно смотрел на темное мокрое пятно, оставшееся на его рукаве. Любой другой человек испытал бы отвращение, однако Бинхэ лишь почувствовал, как по всему его телу разливается горячая сладкая волна абсолютной принадлежности. Она не стала извиняться. Она даже не спросила разрешения. Бэй Фэн просто использовала его как свою личную вещь. Как часть самой себя. Она не брезговала им, и она знала с абсолютной точностью, что он никогда не посмеет побрезговать ею. Это действие было для него интимнее и важнее любого поцелуя. — На здоровье, Архитектор, — мягко сказал он, и в его глазах сейчас светилась такая концентрированная нежность, что она могла бы осветить глубины Бездны. — Если возникнет нужда... у меня всё еще есть второй чистый рукав. — Пока обойдусь имеющимися ресурсами, — Бэй Фэн сладко зевнула и окончательно откинулась на мягкие подушки. — Всё. Основной протокол утвержден. Залезай под одеяло, если испытываешь в этом потребность. Я выключаюсь. Она привычно отвернулась к стене, мгновенно проваливаясь в сон. Ло Бинхэ еще секунду сидел неподвижно, прислушиваясь к наступившему безмолвию. Потом он максимально осторожно, словно боясь спугнуть это хрупкое чудо, снял свои сапоги. Он аккуратно лег на самый край огромной черной кровати, прямо поверх одеяла, но так близко к ней, насколько позволяли приличия. Он отчетливо слышал её мерное дыхание. Он чувствовал её живое тепло. А на его рукаве высыхали её слезы и её... биологические следы. Он наконец-то был дома. «Лог Системы: [Событие "Пакт о ненападении и обнимании": Подписан.] [Ло Бинхэ: Уровень счастья — "Небесный". Он получил доступ к VIP-зоне.] [Статус Бей Фэн: "Владелица ручного демона". Теперь вас греют 24/7.] [Примечание: Вы только что высморкались в мантию будущего Императора. И он счастлив. Этот мир сломан.]»