Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Майское утро на Пике Цинцзин в этом году выдалось невыносимо жарким. Солнце, едва успев подняться над зубчатыми горными хребтами, уже вовсю плавило остатки ночной прохлады, превращая прозрачный горный воздух в дрожащее марево. Бэй Фэн проснулась от отчетливого ощущения, что она — пережаренная начинка в наглухо закрытом чебуреке. Её знаменитое утяжеленное одеяло, которое в зимние месяцы казалось единственным спасительным панцирем, теперь ощущалось как семикилограммовый слой промышленной теплоизоляции. Оно удерживало внутри каждый лишний градус, не давая телу ни малейшего шанса на вентиляцию. Однако основной системный перегрев шел от лежащей рядом «печки». Справа от неё, строго за установленным валиком-разделителем, неподвижно лежал Ло Бинхэ. Он спал идеально тихо, ни на миллиметр не нарушая границы и следуя каждому пункту протокола, но от его мощного тела исходил такой жар, что воздух над кроватью заметно подрагивал. Демоническая кровь Бинхэ в такую погоду работала как форсированный двигатель на холостых оборотах, превращая юношу в живой ростовой обогреватель. Бэй Фэн с трудом разлепила веки. Её лицо было влажным, короткая челка намертво прилипла к горячему лбу. «Диагностика систем — температура в жилом модуле составляет плюс двадцать шесть градусов по Цельсию. Влажность — избыточная. Состояние пользователя — критический перегрев центрального процессора, вызванный аномальной теплоотдачей соседнего юнита». Она, стараясь не совершать лишних резких движений, высунула одну ногу из-под тяжелого края одеяла. Наружный воздух в комнате на контрасте показался ей едва ли не кипятком. Ло Бинхэ, чей внутренний «датчик присутствия» продолжал бдительно работать даже в фазе глубокого сна, мгновенно открыл свои темные глаза. — Доброе утро, Архитектор... — прошептал он непривычно хриплым спросонья голосом, инстинктивно потянувшись рукой, чтобы поправить сползшее с её плеча одеяло. — Стой на месте! — Бэй Фэн резко выставила ладонь вперед, жестко останавливая его движение в десяти сантиметрах от своей кожи. — Соблюдай дистанцию, Бинхэ. Ты только что совершил грубое нарушение моего теплового контура. Ло Бинхэ мгновенно замер, превратившись в восковую фигуру. Его взгляд, еще подернутый легкой сонной дымкой, в ту же секунду наполнился почти болезненной тревогой. — Тётушка Бей? Что-то пошло не так? Тебе... снова приснился какой-то кошмар из будущего? — Мне приснилась гребаная общественная сауна, — прогнусавила Бэй Фэн, с трудом садясь в кровати и раздраженно отпихивая от себя тяжелый «панцирь» одеяла. — Послушай меня, Бинхэ. Ты действительно отличный племянник. Ты прекрасно справляешься со стиркой, готовкой и лечебным массажа. Но твоя базовая биология... она несовместима с текущим майским климатом. Ты фонишь жаром, как доменная печь в разгар плавки. Она посмотрела на него предельно сурово, вытирая липкий пот со лба широким рукавом нижней рубашки. — Моя рабочая температура — семнадцать градусов. Сейчас в комнате все двадцать пять, а то и выше. Я не могу думать. Не могу нормально спать. Я физически чувствую, как мои нейронные связи плавятся от твоего присутствия. Ло Бинхэ стремительно побледнел, и в его глазах отразился подлинный ужас. Для него слова «несовместима» и «плавятся» прозвучали предвестником немедленной депортации из этой комнаты. — Я... я могу прямо сейчас использовать Ци холода! — выпалил он, подаваясь вперед. — Я буду всю ночь подавлять свой внутренний жар, я клянусь! — Это не поможет, — отрезала Бэй Фэн, окончательно слезая с кровати на холодный пол. — Это временные полумеры, ведущие к ненужному расходу твоего ресурса. Мне требуется надежное системное решение. Бэй Фэн подошла к своему рабочему столу, на котором в лучах утреннего солнца танцевали пылинки. Она опустилась на табурет и требовательно постучала пальцами по корпусу «Коробки Ветра 3.0». Устройство послушно гудело, нефритовые пластины были холодными на ощупь, но воздух, выходящий из них, мгновенно нагревался, не успевая долететь до кровати. — Видишь это, Бинхэ? — она указала на прибор, не оборачиваясь. — Это называется системным коллапсом. Мой кондиционер был спроектирован с учетом теплоотдачи одного тела. Он справлялся с задачами, когда я жила одна. Но ты вносишь в уравнение критическую погрешность. Твоя демоническая природа генерирует столько избыточной энергии, что этот хладагент превращается в пар за считанные минуты. Ло Бинхэ, застывший у края кровати, выглядел так, будто его только что уличили в государственной измене. Его пальцы нервно сминали край серого халата. — Я могу... я могу сидеть в самом дальнем углу, Архитектор! Я даже дышать буду реже, чтобы не нагревать воздух! — в его голосе звенела неприкрытая мольба. — Нерационально, — отрезала Бэй Фэн, подпирая подбородок рукой. — Конвекция всё равно разнесет твоё тепло по комнате. Самое простое и логически верное решение сейчас — вернуть тебя обратно на конопляную сетку. А еще лучше — в прачечную. Там сквозняки, там ты не будешь мешать моей терморегуляции. Честно говоря, мне запредельно лень сейчас что-то переделывать, чертить новые схемы и возиться с массивами. Проще устранить источник перегрева, то есть тебя. При слове «прачечная» Ло Бинхэ ощутимо вздрогнул. Перспектива потерять доступ к её присутствию, к её запаху и праву спать на расстоянии вытянутой руки была невыносимой. — Тётушка... пожалуйста, — прошептал он, делая робкий шаг вперед. — Не прогоняй меня на сетку. Там холодно и одиноко. Я сделаю всё, что ты скажешь. Если текущая версия не справляется — значит, нам нужна версия посильнее. Я сам достану материалы! Я сам вырежу пазы! Тебе нужно будет только начертить схему... или просто сказать, что делать! Бэй Фэн лениво повернула голову и посмотрела на него. Её взгляд был тяжелым и оценивающим. Она видела, как он дрожит от страха разлуки, и её Логика довольно заурчала — объект готов к нагрузкам ради сохранения текущего статуса. — Хм. Ты предлагаешь модернизацию за счет собственных ресурсов? — она сделала вид, что раздумывает. — Теоретически, можно создать четвертую итерацию. С активным охлаждением и замкнутым контуром. Но это потребует от тебя запредельной концентрации. Тебе придется не просто таскать камни, а лично поддерживать стабильность массива Ци внутри устройства. — Я справлюсь! — выпалил Бинхэ, и в его глазах вспыхнула фанатичная решимость. — Посмотрим, — Бэй Фэн наконец взяла со стола свой любимый маркер и с предвещающим бурю грохотом положила его на чистый лист пергамента прямо перед лицом Бинхэ. — Теперь слушай внимательно условия нашего временного контракта, — её голос стал ледяным. — На период проведения инженерных работ вводится режим строгой изоляции. До тех пор, пока в этой комнате не будет зафиксирована стабильная температура в семнадцать градусов по Цельсию... протокол «Обнимашки» приостановлен. Ло Бинхэ смотрел на неё взглядом человека, которому только что объявили, что весь свободный кислород в мире внезапно стал платным. — Никакого совместного сна в одной плоскости, — продолжала Бэй Фэн, безжалостно вбивая гвозди в его надежды. — Никаких вечерних почесушек за ушами. Никаких прикосновений. Ты немедленно возвращаешься на свою сетку под потолком и работаешь исключительно в режиме пассивного наблюдения и технической поддержки. — Совсем никаких... обнимашек? — его голос предательски надломился, став жалобным. — Никаких. Я не желаю испытывать физический дискомфорт ради твоей стабильности, — Бэй Фэн оставалась беспощадна. — У тебя есть ровно три дня. Коробка Ветра 4.0. Нам требуется хладагент высшего порядка. Массивы Льда. Циркуляция потоков. Решай эту задачу, Бинхэ. Помни — мой личный комфорт является твоей единственной твердой валютой, на которую ты можешь купить мою близость. Первой его реакцией была паника, сковавшая легкие посильнее ледяного речного холода. Сердце зашлось в бешеном ритме. Неужели она прогонит его? Снова на сетку? В прачечную? Неужели тепло ее объятий, мокрая от слез ткань на его плечах и тихий шепот о том, что он дома, оказались сном, растаявшим под майским солнцем? Но следом пришло другое спасительное осознание. Она не выгоняла его насовсем. Она не испытывала к нему брезгливости или отвращения, как Шэнь Цинцю или Мин Фань. Ей просто было жарко из-за его нелепой демонической природы. И она дала ему условие. Понятное условие, которое нужно выполнить, чтобы она приняла его обратно. Если он сделает эту коробку — он вернет себе право быть рядом. Это не было отказом. Это был контракт. Ло Бинхэ поднялся с края кровати, и его фигура в полумраке пристройки показалась огромной. Его плечи расправились, а в глазах, направленных на Архитектора, вспыхнул пугающий блеск, всегда появлявшийся у него, когда Бэй Фэн ставила перед ним очередную задачу. Эта задача превратилась в священную войну за право касаться её руки. — Три дня, — эхом повторил он, и его Ци непроизвольно качнула воздух в комнате, заставив пламя свечи присесть. — Я всё понял, Архитектор. Я предоставлю вам нужную температуру в кратчайшие сроки. Даже если ради этого мне придется собственноручно заморозить солнце. Следующие семьдесят два часа Ло Бинхэ существовал в режиме беспрерывного оверклокинга, выжимая из своих систем максимум возможного. Первым делом он предпринял тактический рейд на Пик Аньдин. Шан Цинхуа, мирно пересчитывавший запасы дров, едва не поседел, когда в его кабинет ворвался Ло Бинхэ. Юноша выглядел как разгневанное божество, которому забыли выплатить дань за последнюю тысячу лет. — Шан-шишу, — прорычал Бинхэ, нависая над столом Самолёта и подавляя его своей потяжелевшей аурой. — Мне необходим Небесный Лёд. Прямые поставки из Северных Пустот. Кристаллы высшей очистки с нулевым коэффициентом теплопоглощения. Только те, что не тают под воздействием солнечных лучей. — Б-бинхэ? — Шан Цинхуа икнул и едва не выронил свои счеты. — Зачем тебе такая редкость? Это же стратегический ресурс, предназначенный исключительно для охлаждения главных арсеналов школы! Глава Школы лично контролирует каждый грамм... — Шимэй Бей крайне недовольна текущим климатом в жилом модуле, — жестко перебил его Бинхэ, не понимая причин этой истерики. В его низком голосе прозвучала такая вибрирующая угроза, от которой Самолёт мгновенно открыл секретный ящик со спецразрешениями. — А, ну если это для нашего Бро... — пробормотал Шан Цинхуа, лихорадочно выписывая накладную дрожащей рукой. — Забирай всё, что нужно. Третий склад, термоконтейнер номер семь. Только умоляю, не говори Шэнь Цинцю, что это я санкционировал выдачу! Второй день Ло Бинхэ провел в библиотеке, окруженный горами свитков по прикладной магии и механике. Он не спал ни секунды. Его руки, на которых от постоянного контакта с инеем и концентрации Ци начала лопаться кожа, собирали обновленный механизм. Мэн Мо в его голове не умолкал, извергая ругательства — «Ты — позор своего рода! Ты бездарно тратишь энергию Небесного Демона на то, чтобы охладить спальню девчонки! Изучай "Меч Тысячи Криков"! Учись разрывать пространство!» «Если в этом пространстве будет температура плюс двадцать пять градусов, мне этот меч ничем не поможет, старик», — огрызался Бинхэ во внутреннем диалоге, бережно вплавляя ледяные кристаллы в медные трубки контура. — «Лучше помоги мне зафиксировать Массив Ветра. Мне нужно, чтобы исходящий поток был мягким и равномерным, как дыхание весны, избегая ледяного шторма. Я не могу допустить ошибок в ТЗ». Он виртуозно балансировал между обязанностями на Пике и своим секретным заданием. Он готовил безупречный завтрак для Шицзуня, стирал горы белья, используя собственную Ци для мгновенной сушки тканей, а затем сразу возвращался к чертежам. Его глаза покраснели от предельного напряжения, но он совершенно не чувствовал усталости. Страх перед дистанцией гнал его вперед эффективнее любых физических наказаний. Наступил вечер третьего решающего дня. Бэй Фэн возвращалась с затянувшихся занятий по каллиграфии, чувствуя себя измотанной. Весеннее солнце за долгие часы успело раскалить камни дорожек до состояния жарочного шкафа, и каждый шаг к пристройке казался ей сеансом поджаривания на гриле. Она толкнула тяжелую дубовую дверь, внутренне готовясь к очередному приступу удушливой жары и липкого пота. Но стоило створке приоткрыться хотя бы на пару сантиметров, как в лицо ей ударил мощный поток чистого морозного воздуха. Бэй Фэн замерла на пороге, не веря своим сенсорам. Она быстро шагнула внутрь и плотно прикрыла за собой дверь, отсекая зной внешнего мира. В комнате царил приятный полумрак, свет от единственной масляной лампы был намеренно притушен до минимума. Но главным была температура. Она ощущалась как идеальная — хрустящая, чистая, лишенная малейших примесей влаги или пыли. В дальнем углу величественно возвышалась Коробка Ветра 4.0. Коробка превратилась в изящный высокий шкафчик из белого полированного дерева, искусно инкрустированный тончайшей серебряной вязью. Внутри него практически бесшумно вибрировали стабилизированные массивы. Ло Бинхэ неподвижно стоял у самой стены. Его руки были глубоко спрятаны в широкие рукава халата, лицо казалось мертвенно-белым, а на густых черных ресницах Бэй Фэн отчетливо заметила крошечные кристаллики настоящего инея. Было очевидно, что юноша выжал из своих меридианов все доступные ресурсы, чтобы поддерживать этот арктический режим в течение нескольких часов. Бэй Фэн подошла к небольшому столику, где лежал её старый спиртовой градусник (честно спизженный у Самолета). Она внимательно всмотрелась в шкалу. Красная полоска замерла ровно на отметке семнадцать и две десятых. Бэй Фэн долго и размеренно выдыхала, чувствуя, как её центральный процессор наконец-то разворачивается на полную проектную мощность. Она перевела взгляд на Бинхэ. Парень застыл как изваяние, не смея поднять глаз. Он всем своим существом ждал вердикта. — Погрешность в две десятых градуса... — произнесла Архитектор своим привычным сухим тоном. — Вполне приемлемый результат. Допуск по ТЗ официально соблюден. Ло Бинхэ шумно и прерывисто выдохнул, и из его губ вырвалось отчетливое облачко густого пара. — Значит... прежний протокол взаимодействия восстановлен? — почти шепотом спросил он, и в его голосе послышалась надежда. Бей Фэн медленно опустилась на свою кровать, которая теперь была восхитительно прохладной и манящей. Она посмотрела на замерзшего и изможденного племянника, который ради её минутного каприза совершил настоящий технологический прорыв за ничтожные семьдесят два часа. — Полностью восстановлен, — подтвердила она, кивнув. — Иди немедленно сюда, Бинхэ. Тётя тебя немного согреет. У тебя наблюдается критическое переохлаждение периферийных сосудов. Это крайне неэффективно для организма. Ло Бинхэ буквально рухнул на колени у её ног, порывисто утыкаясь лицом в её открытые ладони. Его кожа на ощупь была ледяной, почти неживой, но Бэй Фэн даже не подумала отстраниться. Она принялась ритмично гладить его по голове, чувствуя, как его тело начинает мелко вибрировать от возвращающегося к конечностям тепла. — Ты большой молодец, племяш, — негромко прошептала она. — Твой текущий КПД... начинает пугать даже меня. Ло Бинхэ плотно закрыл глаза, жадно впитывая каждое её прикосновение. Он победил в этом раунде. Он буквально купил себе право находиться рядом с ней ценой своего здоровья. И теперь, в этой идеальной прохладной комнате, он точно знал — он сконструирует любой артефакт, уничтожит любого врага и перепишет любую главу судьбы. Лишь бы эта маленькая рука продолжала так же мерно его гладить. «Лог Системы: [Проект "Климат-контроль 4.0": Завершен.] [Уровень комфорта Бэй Фэн: Максимальный.] [Ло Бинхэ: Лояльность — "Инфернальная". Он понял, что ваш комфорт — это единственное, за что стоит бороться.] [Внимание! Из-за использования Небесного Льда ваша пристройка теперь видна в духовном спектре как ледяная крепость. Шэнь Цинцю заинтересуется этим через 3... 2... 1...]»