Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Октябрьский ветер выл за каменными стенами пристройки, пытаясь отыскать хоть малейшую лазейку в кладке, но внутри помещения властвовала абсолютная тишина. Это был вакуум покоя, в котором даже звук собственных вдохов казался излишним. Бэй Фэн спала. И этот цикл сна был пугающе похож на медленное погружение в вязкую, подогретую нефть. Ей грезилась нечто, не имеющее четкой визуальной формы, но обладающее колоссальной физической плотностью. Тьма. Она не была пустой или холодной; напротив, она ощущалась густой, живой и неестественно теплой. Эта субстанция обволакивала её оболочку со всех сторон, неумолимо надавливая на грудную клетку, на плечи, на бедра, создавая обманчивое, но такое желанное ощущение тотальной фиксации в пространстве. Это было сопоставимо с возвращением в материнскую утробу. Здесь не требовалось дышать, не нужно было совершать лишних движений для поддержания жизнедеятельности. В этом темном контуре не существовало ни гравитации, ни горящих дедлайнов, ни социальных обязательств. Но самый мощный поток ощущений концентрировался в районе позвоночного столба. Вдоль всей спины, от основания шеи до самого крестца, прокатывались волны тягучей энергии. Это было похоже на тысячи микроскопических, бархатных лапок, которые с хирургической точностью перебирали каждый позвонок, или на контролируемый поток мягкого, прогревающего электричества. Каждая такая пульсация вызывала каскад неконтролируемых АСМР-мурашек. Кожа на спине рефлекторно сокращалась, а мозг, в слабой попытке восстановить рабочий режим и сформировать мысль о расчетах угла наклона диска лесопилки, мгновенно «синел» от перегрузки эндорфинами и отключался обратно в блаженную черную пустоту. «Надо... провести аудит... угла наклона...» — вяло, сквозь помехи, пыталась пробиться Логика. Тьма в ответ мягко, но властно сжималась вокруг её черепа, гася любые искры рациональности. «Тише. В этой системе больше нет никаких углов и цифр. Здесь только покой. Только стабильность контура». Очередная волна концентрированных мурашек прошла по пояснице, резонируя в каждой нервной клетке, и Бэй Фэн во сне выгнулась дугой, издав тихий звук глубокого удовлетворения. Тьма тут же среагировала на этот импульс, сгустившись вокруг неё еще плотнее, практически герметизируя её в этом состоянии и отсекая любые пути к пробуждению. Из этой теплой изоляции её явно не собирались выпускать. И, что было самым деструктивным — она сама больше не хотела выходить. Процесс пробуждения был мучительно медленным, напоминая затяжное всплытие с самого дна бескрайнего океана, наполненного густым сахарным сиропом. Каждое движение сознания требовало усилий, которые Бэй Фэн сейчас не была готова тратить. Она приоткрыла глаза, но мир не спешил возвращать ей четкость линий. В комнате властвовал полумрак — шторы на узком окне-щели были задернуты так плотно, что не пропускали ни одного лишнего фотона света. В помещении было тепло. Пожалуй, даже слишком тепло для промозглого октября, но это тепло ощущалось как идеальная среда обитания для её расслабленного тела. Она предприняла ленивую попытку шевельнуть ногой или плечом, но быстро осознала, что её конечности весят по меньшей мере по тонне каждая. Левая рука, запертая в гипсе, больше не ныла и не пульсировала. Вообще. Она ощущалась как некий предмет, присоединенный к корпусу. Голова же была пустой, звонкой и пугающе легкой, словно её превратили в воздушный шарик. «Время... — вяло шевельнулась в мозгу мысль. — Наверное, утро. Или вечер. Какая, в сущности, разница?» — Ты проснулась, — тихий голос раздался пугающе близко, буквально у самого уха. Бэй Фэн скосила глаза в сторону звука. Ло Бинхэ сидел на самом краю её матраса. Он выглядел безупречно: халат свеж и выглажен, волосы уложены волосок к волоску, но его темные глаза смотрели на неё с той самой пугающей, гипнотической неподвижностью, которая была у Тьмы в её недавнем сне. В этом взгляде читалась не просто беспокойство, а какая-то абсолютная фиксация на объекте. Он потянулся к ней, и Бэй Фэн даже не подумала отстраниться или выставить барьер. У её организма просто не нашлось нужного электрического импульса для такого действия. Бинхэ приподнял её голову, подложив под затылок свою ладонь, которая грела лучше любой печи. Другой рукой он взял костяной гребень и начал расчесывать её запутавшиеся после сна пряди. — Я подготовил для тебя бульон, — прошептал он, и его дыхание коснулось её щеки. — Из дикого фазана. Я добавил туда вытяжку из трав для ускоренной регенерации костей. Он взял с тумбочки миску и зачерпнул ложкой серую, пахнущую специями массу. Бэй Фэн послушно приоткрыла рот, подчиняясь его движению. Ей не пришлось совершать ни одного лишнего действия: ни дуть на ложку (температура продукта была выверена до градуса), ни жевать (мясо было перетерто в нежную однородную пасту). Она просто механически глотала, бездумно глядя в пространство перед собой. — Тебе вкусно? — негромко спросил Бинхэ, бережным движением вытирая уголок её губ мягкой шелковой салфеткой. — М-г-м... — промычала Бэй Фэн. Язык во рту казался распухшим и ворочался с огромным трудом. В этот момент она чувствовала себя самым настоящим овощем. Элитным, ухоженным и запредельно дорогим овощем, выращенным на высокотехнологичной гидропонике. Её мозг, который в штатном режиме обычно генерировал по сто чертежей и идей в минуту, сейчас просто лениво дрейфовал в густом тумане эндорфинового покоя, полностью отказавшись от управления реальностью. «Уровень системного подчинения: Максимальный. Автономия: Подавлена комфортом. Мне... определенно... лень сопротивляться», — успела зафиксировать Логика перед тем, как уйти в фоновый режим. Но где-то на самой дальней периферии сознания, пробиваясь сквозь эту плотную ватную пелену эндорфинов, внезапно зажегся колючий лучик аналитики. «Аномалия, — заскрипели шестерни в её голове. — Я сплю по четырнадцать часов в сутки. Мне не снится ничего, кроме темноты и этих мурашек. И самое главное: я не фиксирую сигналов от сломанной кости, хотя при такой влажности и давлении она обязана ныть. И Бинхэ... он выглядит сейчас не как слуга, а как оператор, который только что поставил важный узел на подзарядку». Она с трудом перевела расфокусированный взгляд на юношу. Ло Бинхэ уже отставил пустую миску в сторону и теперь с фанатичным усердием поправлял её одеяло, разглаживая каждую мельчайшую складку на шелке. Его рука как бы невзначай коснулась её ноги через тонкую ткань пижамы, и Бэй Фэн мгновенно ощутила то самое знакомое покалывание, которое преследовало её в забытьи. Тень. Утроба. Мурашки. — Бинхэ... — её голос прозвучал неестественно тягуче, словно он был пропитан снотворным. Это был «пьяный» голос разума, запертого в перекормленном теле. Он замер, и его пальцы застыли на ткани. — Да, Архитектор? Ты что-то почувствовала? — Это... был ты? — она констатировала факт, сводя данные в отчет. — Ночью. Прямо в моей голове. Та... субстанция. Которая делает спине... приятно. Это твоя Ци, Бинхэ? Ты взломал мой сон? Ло Бинхэ побледнел, и его лицо стало белее простыней. Руки, всё еще сжимавшие край одеяла, дрогнули. Он понял, что маскировка пала. Он нарушил все установленные протоколы и границы. Он влез в её разум, в её сны без официального запроса и авторизации. С технической точки зрения это был несанкционированный взлом системы. За такое она, по всем правилам логики, должна была навсегда аннулировать его контракт и изгнать за периметр. Юноша медленно, словно под тяжестью невидимого пресса, сполз с кровати на колени, опустив голову. — Молю, прости меня, Архитектор, — его голос был глухим, надтреснутым и полным отчаяния. — Я... я не мог больше смотреть, как ты мучаешься от боли и мечешься в лихорадке. Обычные лекарства Му Цинфана имели слишком низкий КПД. Я использовал... технику теневого покрова. Я вливал свою энергию напрямую в твои меридианы, чтобы блокировать боль и... убаюкать твое сознание. Я осознаю тяжесть своего проступка. Я... я уйду. Я прекращу вмешательство. Бэй Фэн смотрела на его склонённый затылок, на эти покорные плечи. Её Логика была в ярости и обязана была выдать тираду о нарушении суверенитета личности и недопустимости ментального насилия. Однако её гедонистическая оболочка, которая в этот самый миг плавала в безбрежном океане тепла, показала Логике средний палец. — Стой на месте, — растягивая слова, произнесла Бэй Фэн. — Ты... действительно блокируешь мои рецепторы? — уточнила она, стараясь сфокусировать взгляд на его лице. — Полностью, — кивнул он, не меняя позы. В его голосе не было вины, лишь тихая констатация факта. — Я вливаю свою энергию в твои меридианы. Она действует как изолятор. Твоё тело продолжает восстанавливаться, но разум не получает отчетов о повреждении текстур. — А этот... странный эффект мурашек? — Бэй Фэн лениво пошевелила плечом. — Это тоже часть протокола? — Это побочное действие, Архитектор. Резонанс демонической Ци при контакте с человеческим позвоночником. Моя энергия слишком тяжелая, она вызывает... вибрацию нервов. Тебе неприятно? Если нужно, я попробую изменить частоту, но это может снизить уровень обезболивания. Бэй Фэн на мгновение прикрыла глаза, анализируя варианты. Она представила, что произойдет, если она прикажет ему прекратить. Вернется эта выматывающая ноющая боль в руке. Вернется зябкость октябрьской ночи, которую не может до конца победить даже печь. Вернутся бесконечные, тревожные мысли о дедлайнах по лесопилке, о капризах Лорда Ци на Сяньшу, о язвительных проверках Шэнь Цинцю... Снова навалится бессонница и необходимость самостоятельно контролировать каждую мелочь. — Нет, — выдохнула она, расслабляя мышцы шеи. — Что «нет»? — не понял Бинхэ, и в его глазах на мгновение мелькнула паника — он ждал приказа об изгнании. Бэй Фэн открыла глаза и посмотрела на него своим «пьяным» от эндорфинов взглядом. — Не прекращай. И не уходи. Оставляем текущие настройки... до завершения регенерации. Глаза Ло Бинхэ расширились, и в них вспыхнуло нечто такое, что заставило бы любого другого человека бежать из этой комнаты, не оглядываясь. — Ты... ты действительно разрешаешь мне остаться внутри твоего сознания? — прошептал он, и его голос сорвался от восторга. — Разрешаешь мне... держать тебя в этом коконе? Ты понимаешь, что это значит, Архитектор? — Реальность сейчас слишком... не эргономичная, — пробормотала Бэй Фэн, сползая обратно на гору подушек. — Постоянно дергаться от боли — неэффективно. Пытаться функционировать с одной рукой в режиме ограниченного доступа — еще менее эффективно. А так... я сплю. Мне тепло. Рука не болит. Она протянула свою здоровую правую руку и коснулась его плеча, ощущая через ткань халата его раскаленную кожу. — Ты официально признан хорошим анестезиологом, Бинхэ. Продолжай процедуру. Я делегирую тебе все бытовые полномочия. Корми меня, проводи гигиену, одевай, переноси с места на место... Я ухожу в оффлайн-режим. Разбуди меня, когда Му Цинфан подтвердит стопроцентное срастание кости. Ло Бинхэ накрыл её ладонь своей рукой. Его пальцы дрожали от запредельной, почти болезненной эйфории. Она не просто простила его несанкционированное вторжение — она добровольно отдала ему ключи от всех систем своего сознания. Она предпочла его Тьму свету этого мира. Она сама выбрала роль его «живой» куклы на ближайшие недели, полностью доверив ему свою оболочку. — Я сделаю твой сон совершенным, — прошептал он, склоняясь к её руке и касаясь губами кончиков пальцев. — Я буду твоими руками, твоими ногами, твоим дыханием и твоим разумом. Спи, моя тётушка. Спи, мой Архитектор. Я держу тебя. Ты больше никогда не почувствуешь холода. Бэй Фэн почувствовала, как его Ци, ставшая густой и тягучей, как теплая вода, снова начинает обволакивать её меридианы. «Ну и ладно, — была её последняя, ускользающая мысль перед тем, как Тень окончательно поглотила её. — Зато мне больше не нужно думать о том, как завязать шнурки одной рукой. И эти мурашки... боги, какие же здесь классные, качественные мурашки...» Она провалилась в бездну сна, чувствуя, как Тень-Бинхэ бережно подхватывает её сознание, унося в ту самую тесную, безопасную и уютную Утробу, из которой ей теперь совершенно не хотелось выбираться в реальный мир. Лог Системы: [Событие "Ментальный Наркоз" активировано.] [Статус Бей Фэн: "Спящая Красавица (добровольно)". Автономия отключена.] [Статус Ло Бинхэ: "Повелитель Снов". Уровень контроля над объектом: 100%.] [Предупреждение: Вы только что позволили Яндере стать вашей системой жизнеобеспечения. Выход из этого состояния будет сложным. Но вам всё равно, вам хорошо.]