Игра в ненависть

      Сонхва прыгал от радости, когда ранним утром ему пришло заветное письмо о поступлении.              Хоть он не мечтал стать юристом с детства, в этой области Сонхва хорошо оказывается ориентируется разбирается. Определённо, это оказался один из его лучших выборов. Омега старался, готовился к экзаменам, поэтому и смог пройти в хороший университет.              Но всю радость омрачила вечерняя посиделка родителей.              — Я не буду с ним жить! — вместе очень громко кричат Сонхва и Хонджун.              — Мальчики, почему вам так не нравится наша идея? Это же круто! — не понимал причин отказа Чан.              Сонхва и Хонджун переглянулись. Они сейчас, как кошка с собакой, хотя живут лишь как соседи через дорогу и одноклассники, а если они съедутся, то что будет? Война настоящая будет?              Родители предлагают, и очень даже настаивают, жить и снимать квартиру на двоих. Аренда дешевле, меньше переживаний для родительских сердец. Хонджун поступил в тот же университет, что и Сонхва, но на другую специальность. Омеге от этой новости не легче.              Они не хотят жить с друг другом. Несколько лет оба живут в состоянии “выпустимся и расстанемся”, а на деле им предлагают продолжить конфликтовать и выяснять отношения. Оба уже от этого устали.              — Отец прав, — Джисон обращается к сыну. — Мы посовещались и пришли к тому, что нам будет спокойнее.              — В каком месте будет спокойнее?              — Мальчики, мы за вас переживаем, поэтому если вы будете присматривать друг за другом, то мы меньше будем вас донимать, — поддерживает Сана.              — Мам, вам не будет спокойнее, — вклинивается Хонджун.              — Будет, — уверенным голосом заявляет Сухек. — Ты, Хонджун, будешь приглядывать за Сонхва, чтобы он не связался с каким-нибудь хмырем, а Сонхва, — он обращается к сыну, — будет присматривать за тобой, чтобы не ушёл в отрыв.              — И хотя бы ел и спал! — отзывается Сана.              Сонхва сжимает кулаки. Из Хонджуна хотят сделать Цербера, а из самого Сонхва — курицу наседку. И этот вариант никак не нравится им. Они хотят взрослой и самостоятельной жизнь, а не примерять навязанную роль.              Конфликт продолжается ещё некоторое время, пока Сонхва не встаёт из-за стола и не убегает к себе. Хонджун порывается за ним, но Сухек взглядом показывает даже не рыпаться.              — Вы уверены в этом? Разве я не могу жить с Бомджуном?              Сана и Чан переглядываются. Решение поселить одногодок в одну квартиру казалось куда логичнее, чем снова родным братьям привыкать к друг другу. Тем более, что Бомджун явно с кем-то встречается и родители не хотят рушить его тихое счастье. Ему уже пора жениться и детей заводить, а не нянчиться со старшим братом.              — Бомджун живёт свою жизнь, Джун-и, — говорит спокойно Сана, кладя ладонь на плечо к сыну.              — А я как будто не живу, — фыркает Хонджун.              — Прислушайся к старшим, — говорит Сухек. — Мы хоть и те ещё ворчуны, но вам будет гораздо легче жить вместе. Вы всегда были в состоянии войны, разве вам есть что терять?              — Просто… я не знаю, как жить с Сонхва, — Хонджун неловко отводит взгляд. — Когда я у вас, то всегда от него получаю. То тарелку не помыл, то что-то разлил, то тронул и нарушил композицию.              — Сонхва просто любит порядок. Ему это важно для душевного равновесия. Если поймёшь что он тебя хочет, то ты привыкнешь, — подсказывает Джисон.              — И именно поэтому он сейчас не согласится. Он будет считать меня… грязным.              Сухек качает головой, а Джисон улыбается уголками губ, будто это и есть правда.              — Он согласится, — уверенно заявляет Чан.              — Но как? — не понимает Хонджун.              В этот самый момент раздаётся звонок в дверь, а следом и появляется нежданный гость, который знает о гостеприимстве семейства Пак.              — Хей, мелкий, поздравляю с поступлением.       

***

             Сонхва сидел на подоконнике в своей комнате. Ему нужно было время остыть и подумать. Эта новость была полнейшим шоком. Он никоим образом не планировал жить с Хонджуном. Особенно зная, что некуда им от друг друга не разойтись.              Омега уже месяц морально готовил себя к общежитию. Что будет жить с ещё несколькими людьми, чтобы не нагружать родителей ещё сильнее. Готовился к тому, что желанный порядок не будет соблюдаться, а соседи по комнате окажутся теми ещё грязнулями.              Смотря в окно казалось, что идея родителей не кажется такой плохой. Жить с тем, кого знаешь чуть ли не лучше всех — словно подарок. Тем более, привычки Хонджуна он уже выучил и даже смирился с ними.              В дверь в комнату тихо стучат. Сонхва поднимает голову, громко говоря “открыто”.              — Привет, Сонхва, не ждал? — в дверном проёме появляется Бомджун.              Сонхва спрыгивает с окна и подходит к альфе, обнимая за шею. С Хонджуном Сонхва не любил обниматься, а вот с Бомджуном очень. Особенно, когда его приезды ограничивались выходными раз в пару недель или каникулами после сессии.              — Глаза красные у тебя, так сильно не хочешь жить с Хонджуном? — Бомджун треплет Сонхва по волосам.              Омега насупился. Мало того, что Бомджун недавно закончил бакалавриат, так ещё и на работу устроился. Из-за этого в долгожданный июль они не охлаждались под кондиционером, планируя съездить к морю, а присылали мемы про адскую жару. И сейчас, когда Бомджун наконец-то приехал, он сразу начал говорить про Хонджуна.              — Тебе подослали, чтобы меня уговорить? — сразу же понимает Сонхва и хмурится ещё сильнее.              Бомджун поднимает руки вверх, будто принимает проигрыш:              — Хва, не буду врать, родители насели с этим.              Сонхва цокает языком. Знают же, ему нужно время, и подсылают ещё и человека, который его точно уговорит. Хоть симпатия к Бомджуну постепенно сходит на нет, но и игнорировать его не получится.              — И ты будешь это делать?              — На самом деле, я тоже поддерживаю эту идею.              Сонхва возвращается на подоконник. Бомджун подходит туда же, опираясь бёдрами по другую сторону.              — Хва, ты не сможешь в общежитии, поверь.              — Смогу!              — Не сможешь, — Бомджун качает головой, — я тебя знаю.              Звучит так, будто вся моральная подготовка Сонхва к этому коту под хвост. Он кажется настолько легко читается?              — Ещё не пробовал и не знаю смогу или нет. А может смогу?              — Я понимаю, что Хон та ещё заноза в заднице, но не противься родителям. Они хотят тебе только лучше, ты же знаешь.              — Я прекрасно смогу пожить в общаге.              — Да, сначала может показаться, что это круто жить в общежитии, — Бомджун поднимает голову, — все эти квартирники, тусовки, люди рядом, но потом, ты понимаешь, что это всë тебя раздражает. Начнётся сессия и даже поговорить страшно. Всё жутко заняты, бегают с долгами, учат. И это ещё на фоне того, что на этаж вы делите одну плиту, а душевые и туалеты максимально страшные. Ещё и соседи: один храпит, другой до ночи ходит. Тебе оно надо?              — Людей можно потерпеть, — упрямится Сонхва.              — “Терпеть всю общагу” сравниваешь с “терпеть Хонджуна”? Хва, там вещи пиздят только так. Деньги, ценные вещи, еду из холодильников. Могу даже ношенные трусы с сушки отжать. Разве делить аренду с Хонджуном не лучше?              Сонхва молчит. У него столько мыслей. Он старался думать о хорошем, а Бомджун его настраивает на негатив.              — У юристов здание старое, ремонт уже несколько лет обещают, — продолжает топить Бомджун.              — Не жить же там всю жизнь, можно потерпеть.              — А ещё тараканы бегают, прямо в еду падают.              Сонхва испуганным взглядом смотрит на альфу. Тот выглядит серьёзно, не похоже, что это шутка.              — Ладно… буду жить с Хонджуном, — тихо произносит Сонхва.              — Что? Тебя только из-за тараканов так решил?              — Да…              — Ну Хва, тебя легко убедить.              — Завались, — Сонхва в шутливой манере шлёпает Бомджуна по руке.              — Да ладно-ладно, не буду больше про них говорить.              — А что нам делать… ну… — Сонхва пытается сформулировать свои мысли, — с течками и… гоном?              — Ну, если у кого-то начнется период, то второй поживёт пару дней со мной, — без промедления отвечает Бомджун              — Уверен? Разве не проще взять тебе тогда сразу Хонджуна у себя поселить?              — У меня есть омега, мы иногда ночуем вместе, поэтому я хотел бы жить без брата. Но я рад вас видеть на самом деле. Я же понимаю, что вы не пара, чтобы терпеть периоды друг друга.              — Твоя… омега… не будет против? — косится недоверчиво Сонхва.              Эти слова ойкнули где-то в сердец. Звучало неприятно, но Сонхва постарался не подавать виду, что это его задело.              — Я уже с ней посовещался, она не против. Думаю, что вы поладите. Она очень милая!              — Рад за вас, — Сонхва произносит это чуть агрессивнее, чем ожидал.              За пару секунд он испытал странную бурю эмоций из ревности, обиды, злости и даже стыда. Ему крайне неловко, что он так себя ведёт. Бомджун уже взрослый человек, закончивший учёбы и начавший работать по специальности. Он достоин счастья. Сонхва не должен надеяться на что-то.              — Ты всë ещё злишься? — спрашивает Бомджун, поймав эту злую нотку в голосе.              — Я… просто… мне надо это обдумать. Морально себя подготовить к жизни с Хонджуном.              — Относись к этому проще, — Бомджун опирается о стену. — Просто дай ему пространство. Слышал, что родители будут искать двухкомнатную, поэтому советую не лезть в его комнату. На общей территории просто установить правила, может даже напечатать, чтобы он не забывался. Пойди на встречу, продиктуй важные для тебя условия.              — Думаешь, что он послушает? — Сон хватает кладёт голову на колено.              — Ну… он уже не маленький, о себе заботиться умеет. Ладно, готовит паршиво, но думаю мама попросит тебя об этом следить. Так в принципе, если его не контролировать, то он вполне адекватный. Если не будешь скептично к нему относится, то и он не станет делать это в ответ.              — Почему ты не такой, как он?              — Я? Потому, что я не рос с детства человеком, на котором можно положиться. Которому я доверяю. Хонджун он хоть и дурак страшный, но добрый. Просто… стань для него лучиком солнца, а он, как цветочек, будет тянуться в ответ.              — Метафоры, как я их люблю.              — Вы просто очень странно общаетесь. Вы могли бы быть не разлей вода, а по итогу сретесь из-за всего. Никогда не понимал почему.              — Мы оба тяжёлые по характеру и ненависть проявляется вот так.              — Нет, это у вас дружба такая. Токсичная, болючая, но дружба. Нужно… её преобразить.              — И как это сделать?              — Начать с себя.              — Сложная задача.              — Поверь, отец давно талдычит Хону, что нужно это сделать. Как видишь, успехов нет, так что дерзай ты.              — И правда сложно.              Они ещё некоторое время разговаривали. Обсуждали экзамены, новости, работу. Бомджун рассказывал про свою омегу, а Сонхва улыбался уголками губ только от того, как сияют глаза Бомджуна.              Осталось только свыкнуться с мыслями, что от Хонджуна теперь не сбежать.       

***

             Хонджун расхаживал по комнате и думал что из вещей с собой брать. Хочется взять всë, но банально не увезешь. Рука тянется и к с любовью расписанным вещам, и к коробке с материалами, и к куче тетрадей с черновиками песен. Радует, что это всё не в общагу везти, а на квартиру.              Хонджун почувствовал странное ощущение в груди, когда Бомджун с победной улыбкой сообщил о том, что ему удалось уговорить Сонхва. Четверо родителей в районе часа талдычили об этом, а этот омега согласился после фразы про тараканов.              Хонджун нахмурился. Ему не нравится тот факт, что Бомджуна Сонхва слушает, а его — нет. Это неприятно отдаётся в самое сердце, хотя должно быть безразлично.              — Че у тебя тут, шмон наводишь? — Бомджун появляется в дверях, рассматривая беспорядок.              — Пытаюсь разобраться что взять, а что оставить, — фыркает Хонджун.              Его снова пробило на злость при виде брата. Раньше такое бывало редко. Даже в те времена, когда они были детьми.              — По своему опыту скажу, что бери базовые вещи, ценные для тебя самого, ну и по учёбе что нужно.              — По учёбе я уже всë собрал, — Хонджун распахивает шкаф с вещами.              Оборудование для продюсирование он уже подготовил, гитару завернул в чехол. Оставалось разобраться с одеждой и прочими необходимостями.              — В теории можно что-то у Сонхва из одежды украсть, тебе точно в пору будет.              — Намекаешь, что я мелкий?              — Намекаю на то, что с Сонхва можно иметь общий гардероб.              Хонджун поворачивается на брата. Бомджун сидел нс кровати, оперевшись в матрас руками и ехидно улыбался.              — Носить омежьи вещи не мой стиль.              — Ты притворяешься или реально тупой?              — Нам вроде не 7 лет, чтобы обзываться, — Хонджун смотрит на брата укоризненно.              — Ну, а как мне тебя назвать? — Бомджун меняет положения, опираясь на этот раз в колени. — У тебя шикарная омега под боком, умный, хозяйственный, а ты нос воротишь.              — Так и встречайся с ним, сам-то че тупишь? — выпаливает Хонджун, а после сразу прикусывает язык.              Сказал не подумав. Просто ответ, который всегда выступает защитой при споре с братом. Только вот не в этом случае.              — Я даже отвечать не буду. Твой запах тебя выдаёт с потрохами, Хон.              Комната наполнилась горечью кофе. Бомджун по своей природе пах не настолько ярко, зато Хонджун показывал своё настроение по максимуму.              — Слушай, не от меня зависит симпатия Сонхва, — Хонджун всплескивает руками. — Прости, её вообще нет! Он всю жизнь смотрит только на тебя, а я как сошка!              Бомджун молчит, не смея перебивать этот крик души. Хонджун снова резко замолкает, поняв, что сказал лишнего. В последние дни нервы не выдерживают, все хотят его довести.              — Да, но… можно расположить к себе омегу. Показать, что с тобой безопасно. Сонхва тебе и так доверяет.              — Почему вы все так хотите, чтобы мы встречались? Сначала отец, потом ты! Я уже молюсь на то, чтобы дядя Сухек был против, иначе не смогу вывезти.              — Я думаю, что если бы Дядя Сухек был против, то уже бы точил ножи. Так что думай о чем мечтаешь.              Братья переглянулись. Это было правдой. Иметь такого тестя, да и не благосклонного к тебе — настоящее самоубийство. Именно поэтому после того случая с первой течкой Сонхва, Хонджун старался не конфликтовать с Сухеком. Не просто ради Сонхва, а и для своей же безопасности. Кто знает что может взбрести в голову отца, на сына которого покушается нечестивый альфа.              — Послушай, Хон, — Бомджун тяжело вздыхает. — Да, возможно это всë наши больные фантазии о том, что мы погуляем на вашей свадьбе, но родители хотят, чтобы вы были просто в хороших отношениях.              — А ещё вы думаете, что это так легко.              — Родители они и на то родители. Просто будь проще, самому легче будет. Да и вы вдвоём хорошо смотритесь.              — Ну хорошо, мистер “будь проще”, что ты предлагаешь мне делать?              — Перестань просто конфликтовать, — очень серьёзно выдаёт Бомджун.              Хонджун моргает. Поверить не может, что в чужих головах они просто так могут закончить конфликт. Это уже так не получится.              — Действительно, это ж как сказать “переживаешь? Не переживай!”.              — Ну если оно на самом деле так.              — Да не будет так! Сонхва сам начнёт меня выводить из себя!              — А ты слишком по-тупому думаешь, — Бомджун крутит пальцем у виска. — Омеги любят внимание, поэтому тебе не просто нужно молчать, а давать его по-другому!              — Бля, я с кем разговариваю вообще? — Хонджун проводит устало по лицу. — Мне че теперь, цветами его осыпать и петь любовные оды?              — Браво! Дошло! — Бомджун хлопает в ладоши. — Надо показать, что у тебя есть симпатия, а не за косички дергать!              — Вот ты сейчас пальцем покрутил у виска, Сонхва также сделает, — Хонджун повторил за братом. — А то и сразу двумя это сделает.              — Хон, ну едрить твою, вы же уже не маленькие. Сериалы не смотрел? Омеги любят глазами и инстинктами! Если Сонхва поймёт, что с тобой безопасно, то и смотреть на тебя начнёт по-другому!              — Как же ты меня достал уже, может уже съебешься? Как тогда, четыре года назад?              — Ой-ой, молчи лучше, я буду здесь пока вы заселяться не поедете.              — Бля, ну пиздец.              Весь оставшийся вечер Бомджун старательно пытался донести мысль до Хонджуна, что нужно брать всë в свои руки. Хонджун противился, как мог. Это было делом принципа.       

***

             Сонхва осматривает их с Хонджуном хоромы. В гостиной переговариваются родители, а он уже в голове прикидывает что и где поставит.              Удалось найти очень хорошую квартиру буквально с новым и чистым ремонтом. Из мебели только кухонный гарнитур и сантехника в ванной. Друг Чана очень даже приветливо им всë рассказал и показал, подписывая договор аренды на всë время обучения.              Сонхва здесь нравится. Тут тихий район, большие окна и комнаты. Университет по картам не так близко, но в теории и можно дойти пешком. Ещё и это предвкушение самостоятельной жизни щекочет внутренности. И даже тот факт, что он не один, а Хонджуном, его никак не беспокоит.              — Выискиваешь тараканов?              Сонхва оборачивается, хотя успел ненадолго засмотреться в окно. Хонджун появился, стоило о нём подумать.              — Одно большего я всë же нашёл, — отвечает Сонхва.              — Где? — альфа с опаской осматривается вокруг, подходя ближе.              — А этот вид начинается на Хон, а заканчивается на Джун. Очень вредные и живучие.              — Ах ты, Пак Сонхва, как это низко называть меня тараканом!              Хонджун замахивается, в привычной манере за шутки пытаясь ударить Сонхва по плечу, но в последний момент осекается и опускает руку. Хлопок по бедру отражается от стен, а Сонхва даже перестаёт смеяться.              Между ними повисает молчание. Даже если бы Хонджун сейчас ударил Сонхва, то это было бы не сильно больно. Омега даже бы не шелохнулся, а продолжил бы подкидывать дрова в костёр. Но сейчас будто что-то щелкнуло в голове и насторожило. Привычное меняется неизвестным.              — Не хочу быть тараканом! Хочу быть жуком навозником!              Сонхва не успевает ответить, как Хонджун убегает и скрывается за углом, а за ним остаётся зловонный запах.              — Господи, Ким Хонджун!              Сонхва уверен, что Хонджуну нужно возвращаться в детский садик, а не учиться в университете. Шутки, как у дошкольников. И то не смешные.       

***

             Адаптация к самостоятельной жизни проходит со скрипом. Они заехали за неделю до начала занятий, чтобы обжиться, узнать район и просто набраться сил.              Мебели у них было немного, у каждого по кровати, напольная вешалка, два стула на кухне и небольшой стол. Что-то уже заказали, а что-то ещё нет, но родители стараются устроить детям комфортную жизнь. В комнатах стоит куча коробок, в которых покоится частично вся их жизнь, которую они забирают во взрослую.              Сонхва плохо спит. Смена обстановки, особенно после жизни в частном доме, влияет именно на отдых. Хотя, Сонхва еще переживает из-за учёбы. Скорее даже за новые знакомства. Близкая подруга для него только Сольюн, но та уехала учиться в другой город. С другими же друзьями он общается редко и то скорее в компаниях. От этого, Сонхва загоняется сильно.              Хонджун намного более общительный и харизматичный, поэтому находит контакты быстро, хоть и не поддерживает их постоянно. Сонхва даже завидно, что он может так быстро находить общий язык с людьми.              Чтобы отделаться от навязчивых мыслей, Сонхва решил загрузить себя работой. Кое-где осталась грязь от ремонта, поэтому омеги старательно пытался это исправить и дать их месту обитания блеск и сияние. В комнату Хонджуна, по совету Бомджуна, Сонхва не заходил. Дал ему личное пространство, не вторгаясь туда с половой тряпкой и ведром.              Ещё Сонхва старался выходить гулять, изучать местность. Воздух в городе более спертый, а шум от машин неприятно колит уши. Но это не делает место плохим. Хонджун пару раз с ним выходил, но его тянуло больше в сторону магазинов, чем парков.              Сам же Хонджун обустроился достаточно быстро. Ему много не надо, чтобы комфортно жить. Да и Сонхва перестал нервничать из-за их совместного проживания, пока что, как это было в доме у родителей. Омега даже установил общие правила и альфа им следовал, не желая вступать в конфликты.              Разговор то с отцом, то с братом, немного помог перестать агрессивно относиться. Хотя колкость или смешок временами проскакивают. Сонхва же не менялся, бесить продолжал, но Хонджун заметил, как тот переживает из-за многих вещей.              Жить с Сонхва было непривычно. Казалось бы, Хонджун провёл чуть ли не половину жизни в доме Паков, но сейчас этого будто не было. Сонхва по утрам готовил завтрак, убирался тщательно, а ещё и на видном месте развешивал свои вещи, включая нижнее бельё. Ещё и персиками пахло на всю квартиру. Они отдавали горечью, но даже так Хонджун не мог от них отмахнуться.              Сонхва же сам не привык жить с Хонджуном. Он ходил постоянно курить, уже не стесняясь никого, мог появиться в одних трусах на кухне и с грацией картошки продефилировать обратно к себе, а то и просто насвинячить везде так, будто у них есть персональная горничная. Ещё и на всю квартиру теперь пахнет кофе. Это Сонхва еще молчит о том, что по поздней ночью играет гитара, которая иногда помогает ему уснуть.              В общем, можно сказать о том, что они привыкали жить вместе. И учились быть взрослыми и самостоятельными.