Обречено на провал

      У них никогда не было общих знакомых. Что не удивительно, ведь у них настолько схожие, насколько же и разные сферы работы. Она - наёмник, а он - правительственный агент. Вот только что одному, что другому их знакомые всегда говорили:       — Она тебе не пара, что ты в ней нашёл...       — Эти отношения полны боли и страданий...       — Однажды он просто умрёт, так слепо бросаться в огонь...       — Она тебя использует, как же ты не понимаешь...       — Может это что-то значит? Что он не пошёл с тобой...       — Лучше бы вы никогда не встречались...       — Как можно ей доверять...       Да... Пожалуй, со стороны это было так. Эти отношения действительно всем могли показаться беспочвенными и обречёнными на провал. Казалось, что она играет с ним в кошки-мышки, относится несерьёзно к его чувствам и испытывает какое-то особое удовольствие, каждый раз ускользая от него, словно мыло из рук. Со стороны её отношение могло показаться достаточно жестоким. Будто она огонь, что манит на себя мотылька. Вдруг этот огонь оказывается лампочкой и выключается, стоит подлететь мотыльку слишком близко. Вот только это маленькое крылатое создание никак не потеряет интерес к уже остывающему пламени.       На самом же деле никто не мог увидеть всю глубину их чувств друг к другу.          Для него она всегда была загадкой. Он полюбил её в тот момент, когда она сняла солнцезащитные очки. В момент, когда карие и голубые глаза встретились, в его внутреннем мире прозвучал оглушительный гром. Он тогда завис на секунду, словно подросток, хотя так и не смог вспомнить, чувствовал ли когда-то ещё тоже самое. Наверное, нет.       Женщина, что спасла его жизнь, навсегда осталась в его сердце. Ему казалось, что его всегда тянет магнитом туда, где находится она. По счастливому стечению обстоятельств, на работе они встречались достаточно часто. Это были их счастливые минуты, выкроенные посреди очередного ада. Им казалось, что они готовы успокоить любой океан, только чтобы кто-то из них не пострадал. Хотя... очевидно, что счёт по спасению жизни был за ней. Отчасти ему было стыдно, что он никогда не вернёт должок обратно.        Для всех она была сильной, ловкой, независимой и своенравной, словно звезда на небе. Всем казалось, что у неё всегда есть план «Б», а для него план «В» и «Г» и... бесчисленное множество вариантов. Она была женщиной, что «что-то скрывает». Её улыбка была также загадочна, как и она сама, как её планы, как её взгляд. Лисица, что игриво хватает Волка за хвост и вечно убегает.       Вот только Волк никогда слепо за ней не бежал.         Для неё он был словно гора, которая непоколебимо и стойко переносит штормы и ветры, оставаясь непреклонным перед лицом трудностей. Он был для неё человеком, что твердо верит в свои принципы. Стальным якорем, удерживающим корабль посреди бушующего моря. Забавно, ведь часто именно его появление вызывало хаос. Она находила удивительным, как его огонь продолжал гореть внутри, освещая путь даже в самые тёмные времена.       Она ревностно относилась к девушке, которую он спасал. Ведь та девушка видела его мягкость, доброту, учтивость и заботу. Он был готов пожертвовать собой ради той девушки. Он носил её на руках. Он решил, что лучше вылечить от паразита ту девушку, хотя сам был уже на пределе. Он мог стать частью культа, но её безопасность для него была важнее.       Она бы хотела оказаться на месте той девушки, но у неё была другая проблема. Она считала его ярким огнём, огромным горячим костром. Настолько горячим, что бедный мотылёк мог просто сгореть, подлети он достаточно близко, словно Икар. Для неё такая привязанность к кому-то была в новинку. Это было что-то новое, непривычное и неконтролируемое. Она должна была выполнять свои рабочие обязанности, но решила с ним поболтать, тыкая в спину незаряженным пистолетом. Она предупредила его об обстреле города. Она спасла его от мутировавшего пса. Она ударила в колокол ради него, рискуя быть раскрытой. Она отказалась сотрудничать со своим агентом  не только ради сохранения мира, но потому что знала, что он бы больше никогда с ней не заговорил после этого.       Она подставлялась и рисковала ради него.         Он полюбил её всем сердцем, но ставил работу выше своих чувств.       Она любила его всем сердцем, но ставила работу выше своих чувств.       Между ними бесконечным рядом букв неслась работа.   РАБОТАРАБОТАРАБОТААДАРАБОТАЛЕОНРАБОТАРАБОТАРАБОТА         Он был готов рискнуть ради неё и умереть.       Она была готова рискнуть ради неё и умереть.       Вот только между ними всё ещё бесконечным рядом букв неслась работа.   РАБОТАРАБОТАРАБОТААДАРАБОТАЛЕОНРАБОТАРАБОТАРАБОТА         Они уже не молоды, но кроме друг друга всё также никого не видят. Хотя на самом деле у них не было даже фотографий друг друга. Только воспоминания. Внутри своей головы они могли лишь пролистать фотографии общих встреч. Снова и снова. Любить друг друга, но не быть вместе... неужели судьба такова?         Она первая к нему пришла, как всегда это бывало. Волк был спокоен, сидел в своей норе и к нему пришла Лисица. Неужели снова потрепать за хвост и просто убежать? Вот только Волк не ждёт никакого подвоха. И никогда не ждал. Ведь Лисица была им любима.          Звонок в дверь нарушил мёртвую тишину тёмной квартиры. Волк ворчливо поднялся с дивана, потянул плечо и направился в коридор. Он не ждал никого, ведь все его друзья и знакомые сейчас на заданиях. Возможно, это старая соседка с очередными жалобами на выдуманные шаги по потолку. Откуда им взяться... на верхнем то этаже. Однако это была не старуха соседка и даже не шаманы с их сомнительными услугами.        Лисица пришла к нему в дом.        Лисица знала, где он живёт.        Лисица улыбается ему.       Внутри разливается какое-то приятное тепло. Волк был под присмотром Лисицы. Он мог спать, доверчиво сложив уши, не дёргаясь от каждого громкого звука и треска половиц.          — Ада... — её имя всегда было первым, что он произносил при встрече. Её имя короткое и произносился слишком быстро, поэтому Волк старался немного его растягивать. Всегда получалось лишь немного.       — Поговорим, Леон? — она всегда произносила его имя голосом более низким, чем говорила обычно. Она тоже старалась растягивать его имя, хотя бы ненадолго. От неё оно звучало намного приятнее, чем от его коллег и друзей. Словно мёдом полили для пикантности.       Леон пропустил её внутрь и включил свет в коридоре. Потом в гостиной, на кухне, в спальне. Свет теперь горел везде, куда заходила Ада. Словно своим появлением она разогнала поглощающую его темноту. В логове Волка зажгли костёр. Так это ощущалось. Но Волк не мотылёк, он не сгорит.       — Так что ты хотела обсудить? — они вернулись на кухню и он решился сделать гостье кофе. Чёрный или с молоком... что-то подсказывало ему, что чёрный.        — Может, настало время обсудить наши отношения? — Леон обернулся на её слова и приподнял одну бровь. Кофемашина вполне могла справиться и без него, о чем свидетельствовал характерный кофейный запах.       — Наши отношения... — тихо сказал он, полностью оборачиваясь. — А они есть?         И ведь между ними действительно никогда не было отношений.       — Эти отношения полны боли и страданий...       Как может быть полно боли и страданий то, чего нет?        Между ними определённо что-то было, но это «что-то» ещё никогда не доходило до какой-либо оконченной формы.         — Нет, — она кивнула головой, окидывая его фигуру взглядом, и снова вернулась к голубым глазам. Ада всегда смотрела в глаза во время разговоров.       — Тогда обсудим... то, что существует между нами.        — Хорошо, — он развернулся, чтобы забрать кружку кофе, и медленно подошёл к столу, куда её поставил. — Начинай, — Леон кратко указал рукой на стул и сел напротив. Она тоже села.        — Давай поженимся. Просто распишемся. Без пышной свадьбы. Свиданий. Излишеств.       Предложение это нисколько его не удивило. В их неоформленных отношениях, заигрываниях, встречах и расставаниях всегда было больше, чем просто... нравится. Они оба хотели поддаться своим желаниям, но не могли. Они практически никогда не касались друг друга, что уж говорить о поцелуях. Видимо, Ада решила за раз оформить «что-то» в отношения. Муж и жена...       — Кажется, у нас было достаточно неудачных свиданий. И мы в итоге не проведём хотя бы одно? — это был не отказ, но еще и не согласие. Хотя это было больше согласие. Она была уверена, что он склоняется к согласию.       — Разве удачное свидание это не то, где в конце я спасаю тебе жизнь?       — Кто знает, может на меня попробует упасть вывеска какого-нибудь кинотеатра? — он принял правила этой игры. Волк снова поддался на заигрывание Лисицы.       — Пока там не начнётся какой-нибудь акт биотерроризма... это сомнительно, Леон, — с улыбкой сказала она.       Она пришла к нему в характерном для её стиля красном платье. Благодаря ей он полюбил красный, хотя в жизни предпочтение отдавал чёрным, серым и тёмно-синим цветам.        — И какой же будет наша супружеская жизнь? В ней будет медовый месяц?       — Не думаю, что в нашей работе когда-нибудь появится возможность взять отпуск.        — И детей у нас не будет?       — Мы уже не в том возрасте, Леон.       — А я не уверен, что в этом мире достаточно безопасно для детей.       — Мы можем умереть в любой момент.       — Мы можем брать под опеку тех, кого спасаем.       — Только лишь под опеку.        — Как Шерри.       — Да...         Между ними на минуту повисло неловкое молчание. В последний раз они виделись несколько месяцев назад. На работе. Вот только тогда они даже поговорить не успели, только обменялись долгожданными взглядами.          — Что ты ответишь? — спросила она, в итоге. Он в ответ протянул ей руку, Ада тут же в неё вложила свою. Каждое их движение в этот момент было медленным и тягучим. Казалось, что до слуха доносится громкое тиканье его наручных часов. Леон провел пальцем по её руке, взгляд потеплел, плечи опустились. Волк расслабился. Волк хотел быть частью стаи.       — Хорошо... я согласен, — ответил Леон, кивая. — Хотя я пока что не представляю себе нашу совместную жизнь.       Ада улыбнулась, сделала глубокий вдох и медленный выдох. Лисица боялась реакции Волка на столь неожиданное предложение. Глубоко внутри её сотрясал страх. Но Икар не упал, а мотылёк не сгорел. В этот момент у Лисицы тоже появился дом.