Революция в глубинах души

Чжань Синь глубоко вдохнул и опустил лицо в воду. Вокруг тьма. Свет с запястья Линь Цзинфэна исчез. "Буль-буль..." — Чжань Синь вынырнул: "Маленький наставник!" Некогда думать о рюкзаке. Он резко нырнул вниз. На дне всё было взбаламучено мелкими песчинками. Из воды донёсся глухой оглушительный удар "бум". "Буль-буль..." — Чжань Синь разом сбился с дыхания. Снова глотнул воздуха, бросил световую трубку на дно. Та осветила небольшой участок среди обломков затонувших кораблей. Там рухнувшее судно развалилось, трухлявые доски разлетелись в стороны и открыли тёмный зев отверстия. "Буль-буль-буль..." — Чжань Синь, изворачиваясь всем телом волнообразно, продолжал погружаться. Ещё один громкий удар. На этот раз в тёмных глубинах поднялась настоящая буря. В свете холодного жезла появились огромные размахивающие щупальца. "Мм!" — Чжань Синь в ужасе вытаращил глаза. Линь Цзинфэн едва выплыл наружу, как его снова потащили назад. "Мм-буль-буль!" — Чжань Синь отчаянно замахал руками и схватился за пистолет на поясе. Линь Цзинфэн держал в руке кинжал. Несколько яростных ударов. Отрубил одно щупальце. Запрокинул голову, выдохнул цепочку пузырей и жестом показал Чжань Сину: не стрелять. Рука Чжань Сина с пистолетом непрерывно тряслась. Глаза в воде нестерпимо жгло. Он смутно разглядел, что Линь Цзинфэн вытаскивает из-под щупалец что-то. Похоже на человека. Из пещеры выдавилось ещё одно огромное существо. Кальмар длиной в десять метров! Чжань Синь выдохнул пузыри. Ружьё выстрелило само. Выстрел отозвался эхом под водой. Пуля, оставляя за собой белый след из пузырей, прошла почти тридцать метров и попала в тело кальмара. В следующий миг весь морской участок перевернулся вверх дном. Перед глазами стало совершенно темно. Кальмар раздул тело, выбросил густое чёрное облако чернил, разжал все щупальца, юркнул обратно в нору и исчез. Линь Цзинфэн, таща Лили за волосы, вынырнул на поверхность и не мог отдышаться. "Я попал!" — Чжань Синь вынырнул неподалёку и потряс кулаком: "Да!" Линь Цзинфэн: "Просто голова у него слишком большая." Чжань Синь радостно поплыл следом за Линь Цзинфэном к берегу. Вытащили Лили на берег, положили рядом с рифом. Линь Цзинфэн: "Ты выстрелил слишком рано. Я хотел посмотреть, куда делись погребальные предметы. Иначе снова зря съездили." Чжань Синь сказал: "Она ещё жива?" Линь Цзинфэн пригнулся и пощупал сонную артерию на шее Лили: "Жива. Гнездо кальмара соединяется с нашей гробницей. Это был другой путь." "Тайный ход в рифах наклонён вверх. В дальнем конце большая полость. Там есть воздух. Они бежали с вещами по проходу, который открылся первым. Механизм Бессмертных запустился, наверное, загнал их туда." Чжань Синь сказал: "Что-нибудь нашёл?" Линь Цзинфэн: "Нет. Слишком хаотично. С этим кальмаром очень сложно было. Ты делай ей искусственное дыхание. Откачаешь и спросишь." Чжань Синь: "Почему я!" Линь Цзинфэн: "Ты ученик!" Чжань Синь: "Не буду. Я женщин не люблю. Я гей!" Линь Цзинфэн: "Я тоже не люб..." Чжань Синь наконец добился своего. Вытащил признание из Линь Цзинфэна. "...делать искусственное дыхание!" — Линь Цзинфэн вовремя свернул. Чжань Синь сказал: "Я всё слышал! Ты тоже женщин не любишь! Почему раньше не говорил! Эй, маленький наставник, ты поступаешь нечестно. Я же сам признался..." "Вы двое ублюдки!" — Лили очнулась сама и завопила во весь голос. Чжань Синь: "..." Линь Цзинфэн: "..." Линь Цзинфэн: "Цзянь Вэй и Чжан Шуай где?" Лили что-то вспомнила и тупо огляделась. Поняла, что спаслась. Тут же разразилась громкими рыданиями. "Ва-а-а!" Чжань Синь торопливо заткнул уши. Лили, казалось, была безмерно убита горем. Надрывалась без конца и края. Линь Цзинфэн смотрел на неё с невозмутимым лицом. Лили долго-долго рыдала, колотя себя в грудь и топая ногами. Наконец затихла. "Умер..." — сквозь всхлипы сказала Лили. Линь Цзинфэн взволнованно спросил: "Оба умерли?" Чжань Синь подлил масла в огонь: "Говорил же, не надо было идти той дорогой! Задним умом все крепки (千金難買早知道, дословно "и тысячю золотых не купить заблаговременно зная")! Надо же!" Лили снова зашлась горькими рыданиями. Линь Цзинфэн недовольно сказал: "Замолчи. Что сделано, то сделано. Слова тут не помогут." Лили с всхлипами изложила в общих чертах, что произошло. Несколько часов назад они бежали по потайному ходу. Звук капающей ртути из статуй Бессмертных не умолкал. Как только дверь тайного хода захлопнулась, первая пара Бессмертных по пути перевернула золотые подносы. Нескончаемый дождь из стрел полетел им вслед. Чжан Шуай, Лили и Цзянь Вэй мчались сломя голову. Неизвестно сколько времени они бежали. Потайной ход постепенно пошёл под уклон. Цзянь Вэй споткнулся первым. Все трое скатились по наклонному склону. В конце склона зияла бездонная яма. Падая, Чжан Шуай одной рукой ухватился за основание стоявшего на краю Бессмертного с подносом и удержал Цзянь Вэя. Цзянь Вэй в свою очередь ухватился за Лили. Все трое оказались связаны в цепочку, свисающую с конца наклонной лестницы. Чжан Шуай в панике закричал: "Бросай вещи! Не жадничай!" Лили дрожащими руками развязала тюк и бросила его вверх. Тот упал на край каменного моста. Чжань Синь: "А потом ты упала вниз?" Лили со всхлипами сказала: "Да. Цзянь Вэй увидел, как я падаю, и сказал: "Лили, куда бы ты ни пошла, я пойду за тобой." И тоже прыгнул... Ва-а-а!" Линь Цзинфэн, хотя и без особой симпатии к обузе Цзянь Вэю, всё же не мог не восхититься им. Что там внизу было неизвестно. Уже один только прыжок с моста высотой больше десяти метров при каменном полу внизу означал как минимум тяжёлые переломы. Этот поступок был равносилен тому, чтобы умереть вместе с любимой. Лили: "Внизу была вода. Я упала на что-то скользкое, мокрое, мягкое. А потом это..." Чжань Синь: "Стало толстым, твёрдым, тёмным..." Лили пнула ногой: "Нет! Оно вдруг зашевелилось!" Линь Цзинфэн: "Ты упала на кальмара?" В воображении Чжань Сина возник огромный кальмар с золотыми кудрями, двойными веками, длинными ресницами и накрашенными губами. Он млел, наполовину погрузившись в морскую воду. Лениво тянул липкое щупальце и почёсывался. Наполовину высунутая голова покачивалась из стороны в сторону в полном блаженстве. Дальнейшее произошло так, как и предполагал Линь Цзинфэн. Цзянь Вэй и Лили один за другим свалились на кальмара и упали в воду. Тут же были захвачены щупальцами. Цзянь Вэй из последних сил вырвал Лили и велел ей бежать. Лили никак не могла найти выход. Ударилась о скалу и потеряла сознание. "У кальмаров есть биологический яд. Он может парализовать добычу," — сказал Чжань Синь. "Значит, тогда..." Линь Цзинфэн сказал: "Лили потеряла сознание. Скорее всего, была парализована. А Чжан Шуай где? Этот тип сбежал?" Лили продолжала рыдать. Толком ничего нельзя было от неё добиться. Линь Цзинфэн собрал поясную сумку и снаряжение и подумал: Чжан Шуай, скорее всего, сбежал. Чжань Синь спросил: "С Чжан Шуаем можно связаться?" Лили завопила: "Этот ублюдок наверняка сбежал с вещами! Если я его поймаю, буду преследовать по всей земле!" Чжань Синь сказал: "Не обязательно. Может, он как раз думает, как нас спасти?" "Эй!" — со стороны моря подплыл катер с тарахтящим мотором. Чжан Шуай кричал с борта. "Отлично, живые!" — за кормой у Чжан Шуая был незнакомый рыбак. Видимо, взял лодку напрокат поблизости. Лодка подошла к острову. Чжан Шуай облегчённо выдохнул: "Вы тоже выбрались? Слава богу." Чжан Шуай почувствовал враждебность товарищей по команде. Лили при виде него сразу рванулась в драку. Только Чжань Синь радостно улыбался, без капли злобы. "Сначала садимся на лодку. Вещи? Хватит, женщина! Его тут не за что винить." Проколесили почти полночи. Скоро двенадцать. Линь Цзинфэн не собирался здесь задерживаться. Нужно сначала найти место для отдыха. Чжан Шуай тихо сказал: "Там, где мы копали лаз в самом начале." Линь Цзинфэн с долей сомнения кивнул. Все сели на лодку. Пристали к берегу. Чжан Шуай дал денег лодочнику, отправил его восвояси и привёл всех к лазу. Звёзды рассыпались по небу. На тюке сидела кошка и умывалась. "Мяу!" — кошка увидела людей, прыгнула в лаз и исчезла. Чжань Синь: "О, снова она?" Чжан Шуай с улыбкой сказал: "Откуда взялась эта малышка?" — подошёл, встряхнул узел. Только тут рука Линь Цзинфэна, которая всё это время держала пистолет под курткой, наконец медленно расслабилась. "Делим здесь?" — спросил Чжан Шуай. Линь Цзинфэн огляделся и опустился на корточки. На расстеленной ткани лежало полным-полно бронзовых изделий и нефрита. По меркам Линь Цзинфэна, каждый предмет был дорогостоящим. Линь Цзинфэн спросил: "Я иду продавать и потом делим поровну или делим прямо здесь?" Лили устало сказала: "Делим. Поделили и разошлись." Линь Цзинфэн кивнул. Эти люди и без того почти незнакомы. Разделить после выхода из гробницы это наилучший вариант. Линь Цзинфэн пересчитал. За вычетом разбитых: двадцать семь предметов. "Каждый сначала выбирает один понравившийся. Остальное вслепую. Чжан Шуай вынес вещи из гробницы три лишних ему. Долю Цзянь Вэя отдать Лили." Лили снова заплакала: "Человека уже нет. На что мне вещи?" Чжань Синь с сочувствием сказал: "Раз ты его любила зачем так грубила с ним в начале?" Линь Цзинфэн безразлично сказал: "Не надо? Тогда поровну." Лили топнула ногой: "Нет!" Каждый выбрал по одному предмету. Когда очередь дошла до Линь Цзинфэна, он взглянул на Чжань Сина. Тот понял и кивнул на двуглавый бронзовый сосуд в форме птиц. Линь Цзинфэн взял его. Потом достал из рюкзака подвеску из белого нефрита с узором из дракона и передал Чжань Сину: "Это вы оставили. Включаю в общий котёл, ему отдаётся." Никто не возражал. Линь Цзинфэн снова разложил погребальные предметы и накрыл тканью. "По очереди берём," — сказал Линь Цзинфэн. Чжан Шуай, Лили, Чжань Синь по очереди вслепую нащупали что-то под тканью. Линь Цзинфэн доставал антикварные предметы из-под ткани и отдавал им. Последние три достались Чжан Шуаю. Линь Цзинфэн убрал свои вещи: "Найдём место где переночевать. Устроим прощальный ужин. Завтра разойдёмся." "Вон там сдают лодки. Я видел рыбацкую гостиницу," — сказал Чжан Шуай. "Идёмте, я поведу." Пробегали восемнадцать часов. Все смертельно устали. Разумеется, никто не возражал. Четверо, спотыкаясь, пошли по пляжу к ближайшей деревне. Ещё почти два часа ходьбы. Добрались до рыбацкого посёлка на берегу. Сели вместе за стол и заказали еду. Хотя была уже ночь, в рыбацкой деревне вечернее угощение всё же было. В огромном зале гостиницы они были единственными посетителями. Чжань Синь пребывал в прекрасном настроении и весело болтал с Чжан Шуаем. Ему-то не о чем горевать. Лили по-прежнему с покрасневшими глазами жевала без аппетита. "Когда вернусь, распечатаю фотографии и вышлю вам всем по почте," — с улыбкой сказал Чжань Синь. "Выпьем за всех." Линь Цзинфэн поднял бокал. Лили нехотя чокнулась. Каждый выпил немного пива. Вспомнили: на фотографии в начале было пятеро. Сейчас при расставании одного не хватает. Лили стало ещё тоскливее. Морепродукты были очень вкусные. Маленькие морские ушки и большие тигровые креветки. Поели на славу. После ужина Линь Цзинфэн сказал: "Каждый платит свою долю. Дайте мне чек." Лили: "..." Чжан Шуай вспыхнул от выпитого и торопливо сказал: "Не беспокойте Третьего Господина. Я угощаю!" Чжан Шуай навеселе обнял Чжань Сина за плечо и назвал его братом "Братец Сяо Цзянь! Все говорят про меня, что в делах я не мастак, зато прямой и честный человек! Что случится обращайся ко мне!" Чжань Синь хихикнул и согласился. Линь Цзинфэн заказал два двухместных номера и равнодушно сказал: "Хватит." Потом утащил Чжань Сина. Два двухместных номера? Хмель у Чжан Шуая мигом прошёл. Лили гневно сказала: "Как в этом размещаться?" Линь Цзинфэн: "Вы с Чжан Шуаем в одном. Я с учеником в другом." Лили: "Это не экономия, Третий Господин! Спать в одном номере с этим типом?" Линь Цзинфэн отмахнулся. Чжан Шуай сказал: "Что за слова! Я тебя не трону." Лили двинулась на него с кулаками. Линь Цзинфэн сказал: "Ты потеряла парня. Вот тебе замена в постель. Спать. В восемь утра встаём, едем." Произнёс и больше не обращал на этих двоих внимания. Взял Чжань Сина под руку и пошёл в номер. Первый этаж. Стандартный номер гостиницы. Линь Цзинфэн взял номер с видом на море. Он расположен в дальней части гостиницы на первом этаже, прямо напротив далёкого пляжа. Ночью шелестел прибой с приятным морским бризом. Очень приятно. Чжань Синь первым пошёл в душ. Линь Цзинфэн сидел за столом и разбирал вещи: доставал снаряжение из поясной сумки, протирал сухую ткань и убирал обратно. "Наставник... ля-ля-ля..." — из ванной донёсся голос Чжань Сина. "Куда мы дальше?" Линь Цзинфэн небрежно ответил: "В Шанхай. Сбыть добычу. Где моя вторая перчатка?" Чжань Синь: "Ля-ля-ля... Отдай мне. Хочу оставить себе." Когда Линь Цзинфэн крутил диск, он снял одну беспалую перчатку и бросил Чжань Сину. Тот с тех пор её хранил. Чжань Синь что-то мурлыкал. Линь Цзинфэн достал из рюкзака насквозь промокший тибетский молитвенный свиток. Осторожно развернул, положил на стол. Перевернул на другую сторону и увидел творение рук Чжань Сяо Цзяня. Линь Цзинфэн: "..." Линь Цзинфэн гневно крикнул: "Чжань Сяо Цзянь!" Чжань Синь: "Что, наставник?" Линь Цзинфэн: "Ничего. Сначала помойся." Он сложил свиток, ещё влажный, и убрал обратно. Лёг на кровать. Уставился в потолок. Чжань Синь вышел из душа. Теперь очередь Линь Цзинфэна. Чжань Синь напевал, сидел перед панорамным окном и вертел в руках подвеску из белого нефрита с драконьим узором. Приливы и отливы. Звук моря вместе со свежим ветром вплывал в комнату. Лёгкая занавеска чуть колыхалась. Бедняга... — подумал Чжань Синь о Цзянь Вэе, сгинувшем в чреве кальмара. Расхищение гробниц воистину опасная профессия. Когда ещё Линь Цзинфэн заработает достаточно и перестанет этим заниматься. "Маленький наставник," — сказал Чжань Синь. Он поднял голову и посмотрел на приоткрытое панорамное окно. В нём отразился его собственный силуэт. А на стеклянной стене, куда падал свет из ванной, проступила стройная мужская фигура Линь Цзинфэна. "Что?" — рассеянно спросил Линь Цзинфэн. Чжань Синь сказал: "Сколько ты хочешь заработать, какая у тебя цель... Мама родная!" За панорамным окном появился мужчина мертвенно-бледный, с половиной тела. Словно ночь отрубила ему другую половину. Голова и шея целые. Мокрые волосы упали на лоб. Это был Цзянь Вэй! "Сяо Цзянь," — жутковато протянул Цзянь Вэй. Чжань Синь окончательно слетел с катушек и завопил во весь голос. Линь Цзинфэн, замотанный в банное полотенце, молнией вылетел из ванной. "Назад!" — Линь Цзинфэн схватил с изголовья Пустынного орла. Цзянь Вэй торопливо замахал руками: "Я не умер! Не стреляй!" Чжань Синь с кругами под глазами был перепуган до потери сознания. Линь Цзинфэн стоял посреди комнаты, держа пистолет двумя руками. С загорелой обнажённой груди стекали капли воды. Он с нахмуренными бровями рассматривал "призрака" с половиной тела. Цзянь Вэй заикаясь сказал: "Я... я выбрался... повсюду вас искал... нигде не нашёл. Рыбаки на берегу сказали, что вы сюда приехали. Вот я и пришёл." Цзянь Вэй шагнул ближе. Обнаружилось всё тело. Линь Цзинфэн не знал, смеяться или плакать. Половина тела Цзянь Вэя была покрыта кальмарьими чернилами. В темноте одна половина чёрная как смоль, другая нормальная. Если отступить подальше видна только левая половина. "Как ты не умер?" — Линь Цзинфэн убрал пистолет и оглядел Цзянь Вэя. Цзянь Вэй гневно сказал: "Вы и не думали меня спасать!" Чжань Синь сказал: "На... напугал до смерти. Ха-ха-ха. Мы думали, тебя уже кальмар съел..." Цзянь Вэй сказал: "Тот кальмар-царь не двигался. Мёртвый." Линь Цзинфэн сказал: "Они в номере напротив, 1007. Твоя подруга в порядке. Иди скорее." Цзянь Вэй ещё спросил: "А вещи?" Линь Цзинфэн чуть раздражённо сказал: "Ничего не присвоил. Всё отдал Лили. Убирайся." Цзянь Вэй с отсутствующим видом ушёл. Линь Цзинфэн вернулся в душ. Немного погодя из соседнего номера донёсся вопль Лили. Её тоже напугал Цзянь Вэй. Чжань Синь расхохотался. Соседний номер: Лили: "Я думала, ты умер! Негодяй! Почему не вышел раньше! Ты, убирайся!" Чжан Шуай: "?" Лили орала на Чжан Шуая: "На кого уставился! О тебе и говорю!" Чжан Шуай торопливо собрал вещи и прижимаясь к стене выскользнул вон. Цзянь Вэй сказал: "Лили, я люблю тебя." Лили со слезами в голосе завизжала: "Я тебя не люблю! Я тебя ненавижу!" Цзянь Вэй нагло подошёл ближе. Лили колотила и пинала его. Наконец ему удалось подобраться и залезть на кровать. "Лили, ну перестань. И не в первый раз." Весь чёрный от кальмарьих чернил Цзянь Вэй целовал её снова и снова. Он уткнулся лицом в её грудь и вдруг обо что-то ударился. Раздвинул бретельки сарафана и обнаружил в декольте бюстгальтера засунутый туда Чжань Сином кусочек вяленой говядины. В ванной зашумела вода. Ещё немного погодя послышался голос Линь Цзинфэна: "Сяо Цзянь." Чжань Синь: "Что?" Линь Цзинфэн: "Чернила не смываются. Иди потри наставнику спину." Чжань Синь мгновенно оживился: "Без проблем! Я лучше всех спину тру!" И Чжань Синь с горящими глазами ринулся в ванную. Линь Цзинфэн совершенно голый сидел в ванне. Пах был прикрыт полотенцем. Ноги скрещены. Чжань Синь встал на колени на кафельный пол снаружи и принялся усердно тереть плечи Линь Цзинфэна. Мужская кожа чертовски сексуальная. На плече чернильное пятно. Тело Линь Цзинфэна стройное, мышцы равномерные, без слабины. На чистой шее приятный запах геля для душа. Волосы не длинные. Короткие пряди у основания уха мягко торчали. Восемь упругих кубиков пресса. Чжань Синь заметил, что полотенце на паху Линь Цзинфэна чуть приподнялось. Понятливо ухмыльнулся и поцеловал его в шею. Линь Цзинфэн равнодушно сказал: "Что опять делаешь. Я попросил только спину потереть." Чжань Синь: "Ничего не делаю. Что я такого делал?" Чжань Синь старательно тёр спину, но руки не слушались. Блуждали по телу Линь Цзинфэна. Вволю щупал всё подряд (大吃豆腐, дословно "объедаться тофу", разговорное выражение: приставать, распускать руки, щупать кого-то без разрешения). Когда добрался до грудных мышц Линь Цзинфэна и начал трогать его сосок, тот наконец не вытерпел. Протянул пальцы и сжал руку Чжань Сина. Чжань Синь: "Ой-ой-ой!" Линь Цзинфэн отпустил. Чжань Синь будто ни в чём не бывало продолжил тереть. Линь Цзинфэн сказал: "Ты меня любишь? За что именно любишь наставника?" Чжань Синь подумал и без смущения сказал: "Люблю, за то что красивый, умелый. Рядом с тобой чувствую себя в безопасности." Линь Цзинфэн уже было собрался съязвить, но вспомнил: Чжань Сину всего семнадцать. В таком возрасте он ещё наполовину ребёнок. Гормоны бурлят и выхода им нет. Естественно, для разно... однополого влечения на первом месте внешность. "Красотой сыт не будешь," — холодно сказал Линь Цзинфэн. Чжань Синь сказал: "Конечно буду. Разве не слышал: "Красота радует глаз." Я люблю красивых." Линь Цзинфэн сказал: "Ты красивее меня. Значит, должен себя самого любить." Чжань Синь сказал: "Значит, и ты меня любить должен." Линь Цзинфэн впервые столкнулся с таким горячим, раскованным маленьким геем (小基佬, дословно "маленький гей-парень", разговорное слово на кантонском диалекте и в путунхуа, обозначающее молодого гея; не обязательно оскорбительное, нередко используется с иронией или фамильярностью), выросшим за границей. Чувствовал, что Чжань Синь законченный маленький хулиган". Совершенно не знал, что сказать. Линь Цзинфэн долго думал и наконец спросил: "Ты в Америке тоже так себя вёл? Влюблялся в каждого встречного?" Чжань Синь серьёзно сказал: "Конечно нет! Большую часть времени учился. Сейчас просто совсем не хочется учиться. Поцелуй, наставник!" С этими словами повернул голову, потянулся поцеловать Линь Цзинфэна в щёку. Линь Цзинфэн сжал его губы пальцами и отвернул его голову. Линь Цзинфэн: "Ты же говорил, что влюблён во второго дядю? Как так быстро перестал его любить?" Чжань Синь честно сказал: "Моя сестра его раньше полюбила. Да и дядя, похоже, меня не любит. Вот я и ищу другого." Линь Цзинфэн: "..." Чжань Синь: "Это меня ещё второй дядя учил: широко забрасывай сети, сади побольше деревьев. Как только один подаёт знак, что будет дуть, сразу переходи к следующему (廣撒網，多種樹，一見哪個有吹的跡象，馬上換下一位, "широко забрасывать сети, сажать много деревьев; как только кто-то начнёт проявлять интерес, немедленно переключаться на другого"; разговорное выражение про стратегию флирта, рассматривающую большое количество потенциальных партнёров одновременно)!" Линь Цзинфэн подумал: у этого человека толщина кожи лица скоро сравняется с Великой Китайской стеной...