Революция в глубинах души

"Гроб впервые был упомянут в "Сяоцзин" (《孝經》, дословно "Канон сыновней почтительности"; один из основополагающих конфуцианских текстов, приписываемый Конфуцию и его ученику Цзэн-цзы; посвящён принципу сяо — сыновней почтительности как основе нравственности): 'Чжоу накрывали тело гробом' (周屍為棺, цитата из "Сяоцзин": дословно "в эпоху Чжоу тело покрывали гробом"). Изготовление гробов подчинялось строгим стандартам: десять или двенадцать досок именно столько зафиксировано в записях о гробовом ремесле," — сказал Чжань Синь. "Три доски для крышки, три для дна, четыре по бокам итого десять. Разве не такова традиционная техника мастеров из Лючжоу?" "Но гробы здесь сделаны иначе: из целого ствола большого дерева. Срезают два продольных бока колоды, одна половина служит дном, другая крышкой. Посередине выдалбливают прямоугольный паз. Это не традиционное гробовое мастерство." Дядя Бяо медленно кивнул: "О? И что это значит?" Чжань Синь продолжил: "Точное происхождение гроба уже не установить. По преданию, люди эпохи Янь-ди и Хуан-ди (炎黃時代, дословно "эпоха Янь-ди и Хуан-ди"; Янь-ди и Хуан-ди — два легендарных первопредка китайского народа, считается, что они правили около пяти тысяч лет назад; их имена дали начало выражению "потомки Янь и Хуан" как обозначению китайского народа) не имели обычая хоронить мёртвых: когда умирал родственник, тело бросали в дикой местности на съедение зверям. Потом постепенно стали укрывать тела в пещерах. И лишь со временем начали класть мёртвых в деревянные ящики, которые ставили в пещерах. Гробы здесь без гвоздей, только с крышкой, все из цельного дерева — это и есть древнейшие первобытные гробы. Я предполагаю, что эта пещера была одним из мест хранения тел у южного первобытного племени." Дядя Бяо задумался. Чжань Синь добавил с удивлением: "Странно другое дерево, видно, пролежало уже очень долго, а не сгнило." Дядя Бяо любезно улыбнулся: "Познавательно. Значит, останки здесь очень древние?" Чжань Синь: "Да. Все погребальные вещи вы уже вывезли?" Дядя Бяо развёл руками: "Признаться честно, снова впустую съездили. Никаких погребальных вещей не нашлось." Чжань Синь понимающе кивнул: "Не нашлось, потому что в ту эпоху вещей в могилу просто не клали. Хотя дядя Бяо и трупы может увезти тоже неплохо. Кстати, что в этом огромном гробу посередине?" Дядя Бяо ответил: "Сам не знаю. Приехали сюда только вчера. Хочешь исследовать?" Чжань Синь был явно заинтригован. Однако дядя Бяо, судя по всему, открывать гроб не собирался. Он произнёс: "Маленький доктор, я заметил здесь кое-что странное. Посмотри вот сюда." Чжань Синь сказал: "Можно задать тебе один вопрос?" Дядя Бяо улыбнулся: "Конечно. Вопрос за вопрос. Что хочешь спросить?" Чжань Синь разглядывал его и никак не мог понять одного: "В Баоцзи (寶雞, город в провинции Шэньси; один из центров китайской цивилизации, место первых столиц эпохи Чжоу) полицейские же спустились в могилу. Как ты выбрался?" Дядя Бяо рассмеялся: "Из участка? Деньги и всегда вытащат. Дядя Лань очень помог. Вот и пришлось отблагодарить его." Чжань Синь кивнул. Дядя Бяо сделал приглашающий жест. Тан Ю едва сдерживался. Судя по тому, как общались Чжань Синь и дядя Бяо хоть сейчас за руки и в парный танец (貼面舞, дословно "танец лицом к лицу"; парный танец с близким телесным контактом; в китайском контексте метафора чрезмерной фамильярности). Уже собирался что-то выпалить, как один из людей дяди Бяо приклада ружья ударил Чжань Сина по затылку: "Живее!" Дядя Бяо торопливо остановил его со смехом: "Я всегда очень уважаю образованных людей." Чжань Синь подошёл туда, где стоял дядя Бяо к самому внутреннему кольцу из тысячи с лишним гробов. Один, два... Ровно двадцать четыре деревянных гроба. Одни открытые, другие закрытые. В первом открытом гробу тихо лежал женский труп. На ней была синяя парчовая накидка. В волосах заколка с ночной светящейся жемчужиной. Золото, серебро. Единственное, что пугало это то, что по лицу чуть проступал зелёный пушок. Чжань Синь вздрогнул: "Погребальные вещи есть." Дядя Бяо: "Какой эпохи?" Чжань Синь: "Эпоха Хань (漢代; 206 г. до н. э. — 220 г. н. э.)." Дядя Бяо жестом пригласил к другому гробу. Подчинённые подошли и совместными усилиями сдвинули крышку. Чжань Синь: "..." Дядя Бяо: "А этот?" Чжань Синь произнёс: "Эпоха Мин (明朝, дословно "Светлая династия"; 1368–1644 гг.; предпоследняя из великих китайских династий, основанная этническими ханьцами)..." Дядя Бяо по очереди открыл ещё четыре гроба. В одном лежала женщина в золотистом шёлке, на шее лежал белый шёлковый платок. На голове цинский головной убор (旗頭, дословно "знамённый головной убор"; высокий плоский головной убор маньчжурских женщин в эпоху Цин; носился на специальных шпильках, возвышаясь надо лбом). На ногах туфли на котурнах (花盆底屐, дословно "башмаки на дне цветочного горшка"; обувь на высокой средней платформе, типичная для знатных маньчжурских женщин эпохи Цин; высота платформы могла достигать нескольких сантиметров). Губы чуть съёжились от разложения, обнажив дёсны. Во рту чуть поблёскивал погребальный жемчуг(в китайской традиции клалась умершему в рот, чтобы душа не покидала тело и не допустить превращения в нежить). Можно было и не смотреть — явно эпоха Цин (清代, дословно "Чистая династия"; 1644–1912 гг.; последняя императорская династия Китая, основана маньчжурами). Следующий гроб оказался пустым. Дядя Бяо произнёс: "Дальше уже нет." Голос у Чжань Сина дрогнул: "Есть. Здесь должен быть ещё один..." Дядя Бяо нахмурился: "Что?" Чжань Синь вспомнил женский труп в чёрной воде. И подумал: где же Линь Цзинфэн? Уже в засаде? Нужно тянуть время? Куда делся Чжан Хуэй? Дядя Бяо спросил: "Ну, маленький доктор, к какому выводу пришёл?" Чжань Синь немного постоял и сказал: "У меня есть один инструмент. Он у Тан Ю. Можно воспользоваться?" Дядя Бяо с улыбкой согласился: "Конечно." Тан Ю держали чуть в стороне. Чжань Синь взглядом дал ему знак: спокойно. Порылся в его кармане, достал инфракрасную линзу, подумал и надел. Линза немного барахлила, шипела. Чжань Синь прикрыл правый глаз и посмотрел левым на пустые гробы. Дядя Бяо понятия не имел, что он мудрит, и только спросил: "Это детектор?" Чжань Синь кивнул. Быстро обвёл взглядом весь зал. Помимо стоящих рядом людей обнаружил три оранжево-жёлтых человеческих контура. Один притаился у входа в пещеру. Второй пригнулся за рядами гробов. Третий стоял в самом тёмном углу там, куда взгляд дяди Бяо и его людей явно не доставал. У Чжань Сина немного отлегло от сердца. Линь Цзинфэн и остальные уже здесь. Он снова повёл взглядом и вдруг замер, уставившись на огромный гроб в центре. В огромном гробу тоже было что-то светящееся... Чжань Синь оцепенел. Тан Ю заметил: что-то не так. Нахмурился и спросил: "Что ты увидел?" Чжань Синь тут же покачал головой, опустил взгляд на пустые гробы. Мысли были только об одном: о том огромном синем силуэте. Синий человеческий силуэт лежал внутри большого гроба. Если мерить человеческими меркам тело было метров четыре в длину. Что за чудовище?! "Пи-пи-пи!" — линза запищала сигналом неисправности. Чжань Синь снял её. Цель достигнута: "Здесь тоже должно быть тело... судя по всему, в одежде эпохи Китайской Республики (民國, 1912–1949 гг.; период между падением последней императорской династии и образованием КНР). Но ушло." Дядя Бяо с улыбкой спросил: "Куда ушло?" Чжань Синь беспомощно покачал головой: "Не знаю." Тан Ю прекрасно понимал. И Чжань Синь тоже прекрасно понимал: в этом пустом гробу, скорее всего, и лежала та самая женщина в ципао, которую они видели в чёрном водоёме. Дядя Бяо произнёс "угу" и снова спросил: "К какому выводу пришёл?" Чжань Синь спросил: "Ты слышал о посмертном браке (冥婚, дословно "брак в потустороннем мире"; в китайской традиции — свадебный обряд между умершими людьми или между живым человеком и мертвецом; практиковалась ради успокоения душ умерших, не успевших вступить в брак при жизни; зафиксирована в текстах ещё со времён династии Шан)?" Дядя Бяо ответил с усмешкой: "Конечно." Тан Ю спросил: "А что такое посмертный брак?" Дядя Бяо повернулся к одному из гробов и с улыбкой произнёс: "Посмертный брак — это когда мертвец сочетается браком с живым..." — Говоря это, провёл рукой по лицу цинской женщины, мял его, как будто ласкал возлюбленную, потом наклонился вплотную лицом к иссохшему позеленевшему трупу, губами почти касаясь губ. "Ещё говорят, что посмертный брак это обряд, связывающий двух умерших. Порой мёртвые куда милее живых, не правда ли?" Чжань Синь и Тан Ю одновременно почувствовали отвращение. Парень в зелёном берете, стоявший в углу с чипсами, при этих словах набрал в щёки воздух, его едва не вырвало. Сдержался с огромным трудом. Чжань Синь всё понял. Дядя Бяо, должно быть, некрофил. Дядя Бяо ласково улыбнулся: "Тогда можно предположить, что все эти женщины были принесены сюда для посмертного брака? Кстати, я слышал одну историю об этом наземном заводе. Хочешь послушать?" Чжань Синь скривился, но кивнул: "Ты всё же перестань её трогать. Вдруг получишь трупный яд нехорошо же." Дядя Бяо скомандовал: "Подведите их." — Достал несколько механических деталей, разложил на крышке центрального большого гроба и начал собирать: "В годы войны между милитаристами Бай Чунси уехал в Гуанчжоу, оставив немало добра. Передал его одному своему офицеру." "Этот офицер носил фамилию Хуан. Заместитель Хуан (黃副官, дословно "заместитель-адъютант Хуан"; 副官 — военный чин, примерно соответствующий адъютанту или заместителю командира) имел наложницу. В те дни, когда в Лючжоу началась смута, эта наложница взяла ящик и спряталась в этом бомбоубежище." "Хуан направил больше тысячи солдат охранять её, а сам сражался в городе. В тот же день гуансийские милитаристы потерпели поражение. Офицер передал приказ: задушить наложницу. Сам же застрелился." Чжань Синь кивнул и спросил: "Ящик вы нашли?" Хуан Бяо засмеялся: "Не нашли. Только огромный гроб." Чжань Синь смутно почувствовал: смерть этой наложницы, возможно, как-то связана с посмертным браком здешних мертвецов. А та, что плавала в воде не она ли? Чжань Синь спросил: "Ты думаешь, что она спряталась сюда: вот почему и ищешь здесь?" Хуан Бяо кивнул и добавил: "Мы нашли один люк. Вот здесь." Один из подчинённых поднял крышку потайного люка. Хуан Бяо сказал: "Видишь: на люке стальная пластина. Явно не из древних времён. Скорее всего, вырыто позже. Возможно, именно здесь она и прятала ящик." Чжань Синь с любопытством заглянул вниз: "Значит, ящик должен быть там... Ваааа!" Хуан Бяо пнул его ногой в яму. Потом скомандовал: "Того парня тоже тащите. Бросайте вниз." Чжань Синь упал на дно ямы и едва успел встать, как сверху на него свалился Тан Ю и прижал к земле кверху тормашками. "Ты..." Следом вниз бросили ещё один предмет. Именно тот механизм, который Хуан Бяо собирал наверху. Ударился о дно и начал ритмично щёлкать. Таймер бомбы. Хуан Бяо произнёс: "Итак, всё прояснилось. Займёмся делом. Тебя зовут Тан Ю?" Чжань Синь из ямы возмутился: "Эй, я не Тан Ю! Зачем вы меня-то туда бросили?" Хуан Бяо с усмешкой в голосе ответил: "Составишь ему компанию. Всё-таки друзья!" Тан Ю знаком велел молчать, расстегнул кожаный наколенник и развернул на земле. Внутри был комплект для переноски: миниатюрные отвёртки, плоскогубцы, пинцет и гаечный ключ. Таймер продолжал методично щёлкать. Хуан Бяо взял конфискованный телефон Тан Ю и сказал: "Тан Чу. Твой брат взял у дядюшки Ланя товар на несколько миллионов." Тан Ю холодно произнёс: "Я с ним больше никак не связан." Хуан Бяо засмеялся: "Не торопись с выводами. Поддержка близких из-за кулис (場外親友支援, дословно "поддержка друзей и родственников из-за пределов площадки"; выражение из телевизионных игровых шоу, где участник может воспользоваться "помощью зала" или "помощью близких"), а? Маленький доктор ведь самый любимый, не так ли?" Хуан Бяо открыл на телефоне Тан Ю карточку контакта "Брат" и набрал номер. "Пинцет," — беззвучно произнёс Тан Ю. "Помоги. Вот эта деталь." Рука Чжань Сина была твёрдой. Он осторожно подцепил маленькую стальную пластину и аккуратно положил рядом. "Отлично," — похвалил Тан Ю. Из телефона послышался мужской голос, явно обрадованный: "Что случилось?" Тан Ю на мгновение замер. Чжань Синь держал корпус бомбы обеими руками. Хуан Бяо сказал: "У вас три минуты сорок секунд." Тан Чу насторожился: "Какие три минуты сорок секунд? Кто ты? Почему пользуешься телефоном моего брата?" Хуан Бяо засмеялся: "Тан Чу, давно не виделись. Хуана Бяо ещё помнишь?" Телефон был на громкой связи. В яме Чжань Синь кое-что разбирал. Тан Ю тихо сказал: "Чего замер давай быстрее." Тан Ю и Чжань Синь работали слаженно. Подцепили ещё один тонкий гвоздик. Хуан Бяо: "Твой младший брат у меня в гостях. Брат Тан Чу, дядюшка Лань недавно отправлял людей в Дуньхуан..." Тан Чу сразу всё понял и закричал в трубку: "Тан Ю! Ты что, не со своими братьями?!" Тан Ю молчал. Чжань Синь произнёс: "Он твой старший брат? Тан Чу я его тоже знаю!" Чжань Синь наконец вспомнил: давным-давно, когда они с Линь Цзинфэном ехали в Ганьсу, в дороге встретили одного грабителя гробниц. Тан Ю прикрикнул: "Я с ним не знаком! Хватит болтать! Быстрее!" Тан Ю ловко перевернул руки и указал: "Пружинная пластина снизу." Таймер тикал. Чжань Синь глубоко вдохнул, пинцетом поддел стальную пластинку в шаровом основании и потянул. Пружина была зажата очень туго. Тан Ю предупредил: "Осторожно, пружина не должна ударить по дну капсулы с взрывчаткой. Иначе нас разнесёт в клочья." У Чжань Сина дёрнулся уголок рта: "Может, ты сам?..." Тан Ю: "Я... я... я не могу..." Наверху: Тан Чу в трубку закричал: "Дайте Тан Ю трубку!" Хуан Бяо засмеялся: "Брат Тан Чу, к чему такое волнение? Твой брат сейчас в яме. Три минуты десять секунд." Тан Чу холодно произнёс: "Если не услышу его голоса откуда мне знать, что это он?" Хуан Бяо обернулся, навис над гробом и принялся гладить женский труп, будто любовался своей коллекцией: "Три минуты. Хочешь верь, хочешь нет." В зале воцарилась тишина. Линь Цзинфэн уже высовывался из-за гроба. И тут из угла молнией метнулась тёмная фигура. Стремительно прыгнула в люк. Обратным движением подцепила верёвочный крюк и мягко приземлилась на дно ямы. Тан Ю от стремительно упавшего Чжан Хуэя пошатнулся и сказал: "Не толкайся!" Тан Чу сразу услышал. Голос в трубке задрожал: "Хуан Бяо, отпусти брата." Хуан Бяо: "Две минуты пятьдесят секунд. Где товар?" Тан Чу: "Сначала отпусти его!" Хуан Бяо засмеялся: "Ты умный человек, брат Тан." Чжан Хуэй скомандовал: "Уходим." Тан Ю: "Нельзя. Сейчас нельзя выпустить. Продолжаем." Чжан Хуэй дёрнул штанину и присел. Трое склонились над таймером бомбы. Сверху в трубке Тан Чу произнёс: "В Цяньфодуне (千佛洞, дословно "Пещера тысячи будд"; другое название пещер Могао в Дуньхуане; одно из крупнейших скальных буддийских святилищ в мире, объект наследия ЮНЕСКО), горизонталь сорок семь, вертикаль тринадцать..." Хуан Бяо положил трубку. Велел подчинённому: "Сходи один. Скажи сестре Цю, пускай приедет." Телефон снова зазвонил. Хуан Бяо небрежно бросил его в один из гробов. Лениво выдохнул. Тан Ю сноровисто снял стальной корпус с капсулы. Показался кольцевой балансировочный механизм (環裝平衡器, дословно "кольцевое балансировочное устройство"; внутренний стабилизирующий механизм взрывателя, предотвращающий случайную детонацию от сотрясения). "Теперь предельно осторожно," — сказал Тан Ю. "Последний шаг. Я держу. Тебе нужно повернуть металлическое кольцо так, чтобы разрыв в кольце совместился точно напротив взрывателя бомбы. Потом вытащить. Если задеть трубку с нитроглицерином мы взорвёмся." Чжан Хуэй молниеносно развернулся, прижался спиной к стене ямы, провёл ладонью перед лицом и растворился в тени. Чжань Синь поднёс пинцет, зажал краешек металлического кольца. Именно в этот момент зазвонил телефон. Хуан Бяо услышал звук снизу и вспомнил о бомбе. Чёрт! Зачем звонит именно сейчас! Чжань Синь поспешно сбросил звонок. Телефон зазвонил снова. Чжань Синь боялся привлечь Хуан Бяо, пришлось отвечать, не отрываясь от бомбы. Сквозь зубы: "Что?" Две минуты ровно. Недовольный голос Чжань Яна: "Алло! Слышишь? Хочу сообщить тебе хорошую новость." Чжань Синь: "..." Чжань Ян: "Брось всё, чем занимаешься. Нам нужно серьёзно поговорить." Тан Ю: "..." Чжань Синь взорвался: "Некогда! Ты что, хочешь моей смерти?!" Сбросил звонок. Покосился на бомбу, застыл с безумным выражением лица и с усилием провернул металлическое кольцо, вытащил. Одна минута пятьдесят секунд. Тик... таймер остановился.