Революция в глубинах души

"Весенний дождь что масло" (春雨貴如油, дословно "весенний дождь ценнее масла"; китайская идиома о том, как редок и драгоценен дождь в начале весны, когда земля нуждается во влаге), однако Линь Цзинфэн совсем не хотел, чтобы он шёл ещё несколько дней. Тем не менее мелкий моросящий дождик, начавшийся вчера ночью с первого глухого раската грома, лить не переставал. На следующее утро горелка была мокрой. Все наспех пожевали печенье с молоком. Чжань Синь с Тан Ю ещё баловались с портативной микроволновкой, собираясь приготовить что-нибудь посерьёзнее. Но Линь Цзинфэн был совсем не в духе: "Давайте уже идём, прошу вас. Вы что, на пикник выехали?" За озером дорога кончилась. Вокруг серая мгла. Штанины у всех промокли насквозь от высокой травы. Нержавеющий горшок на голове Хо Ху позвякивал от капель. Чжан Шуай произнёс: "Раньше там ещё была тропа. Когда жемчужина пропала, я замуровал вход в пещеру внизу." Линь Цзинфэн подошёл к скале и осмотрел её. Повсюду беспорядочные обломки камней. На стене прибиты соломенные куклы (草偶, дословно "соломенная кукла"; ритуальный оберег в шаманских традициях народности мяо и Бо; вывешивается у входа в запретные места для отпугивания злых духов), окровавленные тряпки и тому подобное, по всей видимости, экстренные защитные меры народа Бо. Посмотрел вверх и спросил: "Это печать?" Чжан Шуай кивнул: "Не знаю, помогло или нет. Снять и зайти? За этой пещерой выход с другой стороны, в кольцеобразную котловину. Там и стоит гроб Бо-Му. Старейший приказ (先老, дословно "прежний старец"; почтительное обозначение умершего предка или первого вождя; в данном контексте — наставление, оставленное предыдущим поколением): если в расстановке гробов что-то пойдёт не так, этот выход запечатать." Линь Цзинфэн остановил: "Пока не трогаем. Попробуем перебраться по скале." Он метнул крючок с верёвкой, тот зацепился за мокрую скользкую стену. Тан Ю произнёс: "Дайте мне полдня, и я соберу восьминогую горолазную машину." Линь Цзинфэн: "Не надо. Все твои штуки ненадёжные." Чжан Шуай с кислым видом произнёс: "Вчера Сяо Цзянь шандарахнул меня током. Все мои гу-жуки едва не передохли." Линь Цзинфэн начал вбивать в скалу крючья. Чжань Синь натянул лук и напряжённо смотрел по сторонам, в любой момент мог выскочить трупный нао.. Линь Цзинфэн поднимался всё выше. Уже на высоте пятидесяти метров над землёй стал маленькой чёрной точкой. Если упадёт, от него ничего не останется. "Не бойся," — произнёс Чжан Шуай. "Третий господин хорошо владеет собой." Сердце Чжань Сина подскочило к горлу. Тут он заметил: у самого верха скалы, справа, чернел вход в пещеру. Ничего не видно. Он навёл прицел и в объективе обнаружился человеческий череп. "Видишь меня, Сяо Цзянь?" — Линь Цзинфэн не останавливался. Будто почуял беспокойство Чжань Сина и сам громко крикнул. Голос у Чжань Сина чуть дрожал: "Вижу. Осторожно. Справа от тебя пещера. Похоже, там логово той твари." Линь Цзинфэн на миг замер и крикнул: "Понял! Не трясись зря!" Чжань Синь всё держал лук наготове. Линь Цзинфэн приближался к вершине. Оставалось ещё метров тридцать. "Сяо Цзянь!" — громко крикнул Линь Цзинфэн. "Потом купим квартиру. Позовём твоего отца пожить." Чжань Синь улыбнулся: "Хорошо." Линь Цзинфэн спросил: "Детей любишь?" Чжань Синь: "Люблю. Ты мне родишь?" Линь Цзинфэн: "Не перепутай роли. Ты рожай. Справишься? Сам ещё ребёнок!" Все засмеялись. Линь Цзинфэн внутренне тоже усмехнулся, продолжал медленно подниматься. Напряжение чуть спало. Но вскоре, будто что-то откликнулось в небе и земле со всех сторон донёсся детский плач. Чжан Шуай растерянно огляделся. Звук шёл будто сверху. Линь Цзинфэн остановился. Чжань Синь крикнул: "Не стой! Лезь дальше!" Тан Ю почувствовал, как мурашки побежали по коже: "Что это? Средь бела дня нечисть?" Чжан Шуай жестом велел успокоиться. Небо покрыто тучами. Везде мрачно. Дождь рябит озеро. На фоне мертвенно-белого небосвода вокруг скалы со всех сторон переплетались и отражались многочисленные голоса. Голос Чжань Сина задрожал: "Маленький наставник... не подходи к правой стороне." Он навёл прицел на вход в пещеру. Кажется, что-то выползало оттуда. Чжань Синь произнёс: "Ты мо..." Лицо Чжан Шуая изменилось: "Третий господин! Спускайтесь!" — Чжан Шуай и Тан Ю бросились к скале. Хо Ху остался охранять Чжань Сина. Чжань Синь не отрывал взгляда от пещеры, дыхание перехватило. Из пещеры выползал голый младенец. Весь зелёный. "Что ты видишь?" — Линь Цзинфэн ускорил движение. Чжань Синь произнёс: "Ничего! Лезь вверх!" В прицеле: зелёный младенец добрался до края пещеры и повернул голову влево. Чжань Синь мгновенно отпустил тетиву. Гудение. Невидимая стрела сорвалась. Вопль. Из пещеры донёсся хриплый рёв. Голосили надрывно, из последних сил. Один голос поднялся и по всему лесу заплескалось эхо. Весь горный лес наполнился криком. "Берегитесь!" — крикнул Чжан Шуай. Линь Цзинфэн несколькими рывками взлетел на вершину скалы, едва не соскользнув. Прыгнул наверх. Выхватил нож. Замер, глядя наверх. По обеим сторонам скального гребня на камнях плотно сидели чёрные трупные нао. Судя по виду не менее сотни. Все смотрели на группу внизу. Но не двигались. Детский плач затихал: малютка, очевидно, снова уползала в пещеру. Трупные нао замолкли. Один за другим стали расходиться. Линь Цзинфэн сжимал нож и ещё немного подождал, потом привязал верёвку к большому камню: "Поднимайтесь. Сначала сюда, потом разберёмся." Он опустил верёвку вниз по скале. Тан Ю принял её, закрепил на выступах крюков, поставил ворот со стальной опорой. "Ставишь ноги на трубку, обеими руками крутишь ворот," — объяснил Тан Ю. "Кто первый?" Чжань Синь произнёс: "Я прикрываю тыл. Вдруг что выскочит. Вы поднимайтесь." Все по очереди поднялись на вершину. Чжань Синь отошёл чуть в сторону, держал лук наготове, следил за верхом. Периодически наводил прицел на скалу, осматривал всё вокруг. В объективе он увидел, как Линь Цзинфэн усмехнулся. "Чего смеёшься?" — Чжань Синь перевёл прицел на пещеру. "Смеюсь, что сам прикрываешь тыл," — спокойно произнёс Линь Цзинфэн. Голос негромкий, но слышался отчётливо. Чжань Синь воскликнул: "Я тоже на что-то гожусь!" Линь Цзинфэн втащил последним Тан Ю на скалу и произнёс: "Всё, поднимайся. Я тебя подстрахую. Давай скорее." Чжань Синь быстро подбежал к основанию скалы, ухватился за верёвку и начал крутить ворот. Линь Цзинфэн с ножом наготове и Чжан Шуай встали по разные стороны и сбоку наблюдали за скалой. Из пещеры что-то медленно высунулось и упало со скалы вниз. Глухой удар. Чжань Синь вздрогнул и обернулся. Линь Цзинфэн снова рявкнул: "Не смотри вниз! Продолжай!" В тот же миг из пещеры вылетела чёрная тень, бросилась к свисающей верёвке. Чжан Шуай и Линь Цзинфэн ударили одновременно. Чжань Синь не успел разглядеть что произошло, но уже услышал визг и снова что-то упало со скалы. Чжань Синь изо всех сил крутил ворот. Рой золотых пчёл загудел, облепив трупного нао, выпрыгнувшего из пещеры. Сверху ему в лоб воткнулся кинжал Линь Цзинфэна. Нао сбросили со скалы, но тот уцепился за стену. Оскалился. Закатил глаза. Уставился мёртвым взглядом на Линь Цзинфэна. Чжан Шуай произнёс: "На тебя не нападает, Сяо Цзянь?" Трупный нао несколькими прыжками взобрался выше, намеренно обходя Чжань Сина, и рванул к вершине скалы. Чжань Синь без раздумий бросил ворот. Ногами зацепился за верёвку. Перевернулся назад вниз головой. Натянул лук и отпустил тетиву. Гудение. Снизу раздался пронзительный вопль. Трупный нао рухнул вниз с высоты в 100 чжанов (百丈, дословно "сто чжанов"; один чжан — около 3.3 метра; ), разбился о камни и превратился в лужу почерневшей гнилой плоти. Хо Ху и остальные подтянули верёвку наверх. Чжань Синь перевёл дух и спросил: "Ещё есть? Посмотрите ту пещеру. Что там?" В ладони у Линь Цзинфэна выступил холодный пот. Он перекинул верёвку к боковой пещере неподалёку, спустился заглянуть: "Пустая." "А что только что упало вниз?" Чжань Синь лёг животом на край и навёл прицел вниз. "Можно посмотреть?" — Чжан Шуай забрал прицел. "Это из прошлого раза... — произнёс Чжан Шуай. — Те, кто приходил сюда снимать." Линь Цзинфэн выбрался из пещеры и держал в руке чёрный агрегат. "О!" — Тан Ю торопливо взял. Это была видеокамера. "Работает?" — спросил Линь Цзинфэн. Тан Ю осмотрел: "Объектив разбит. Аккумулятор сгнил. Карта памяти цела." Все собрались вместе. Чжань Синь произнёс: "Можно посмотреть, что там записано?" Тан Ю вскрыл корпус камеры, немного подумал и произнёс: "Хочешь вывести на внешний экран? Можно. Только дай немного времени. Там ещё синхронная аудиозапись... сейчас посмотрю." Линь Цзинфэн выпрямился и огляделся. Они стояли на огромной каменной платформе. В гладких местах не росло ни травинки. В неглубоких лужицах плескались мох и зелёные водоросли. Открытая платформа занимала не меньше тысячи му (千畝, дословно "тысяча му"; один му — около 666 кв. м; тысяча му — примерно 66 гектаров; образ огромного открытого пространства). Со всех сторон обступали горы и вековые деревья. "Долго ещё?" — спросил Линь Цзинфэн. Чжан Шуай ответил: "Перевалим через эту гору и там. За горой котловина. Та пещера в скале как раз прорезает гору насквозь." Дождь усилился. Все промокли. Чжань Синь чихнул и начал трястись. Линь Цзинфэн произнёс: "Найдём место где можно отдохнуть. Переждём дождь. Посмотрим запись, и потом решим." Хо Ху вылил воду и развёл огонь под большим деревом. Весенний холод пробирал до костей, становилось всё холоднее. Все сели вокруг огня, сняли верхнюю одежду и сушились. Постепенно отогрелись. Тан Ю наконец управился с камерой. После обеда небо совсем потемнело. В облаках засверкали молнии. "Смотрим?" — Тан Ю вставил карту памяти в маленький адаптер, подключил к ноутбуку, прикрыл от дождя, натянул поверх прозрачный чехол. "Смотрите на ту стену. При внешней проекции картинка чётче." Тан Ю включил встроенный проектор ноутбука. Луч света упал на противоположную скалу. В темноте ночи на камне появилось изображение. Вечная мгла, беспредельный дождь, на границе дня и ночи, в первобытном лесу смотреть плёнку, купленную ценой жизни. У всех было странное, невыразимое чувство. Линь Цзинфэн произнёс: "Надеюсь, это поможет разобраться. Та съёмочная группа вошла до того, как пропала жемчужина, или после?" Чжан Шуай подумал и ответил: "Судя по всему, после девушки Чжан Хуэя, но до прихода группы." Помехи исчезли. На противоположной скале появилось изображение. Начало при ярком дневном свете. Зелёный густой лес. Солнечные пятна сквозь листья падали на землю. "Мы вошли в первобытный лес юго-восточного Гуйчжоу в июле," — произнёс мужской голос. "Лао Хуан отвечает за снаряжение и продовольствие. Ху Юнь за медицину." Камера повернулась к красивой девушке. Та помахала рукой. Мужской голос продолжил: "Мы хотели нанять проводника в воротах "Десяти тысяч гу", но большинство из местных жителей отказались. Говорят, в горах есть духи, которых нельзя тревожить." Линь Цзинфэн перебил: "Только трое?" Чжан Шуай насторожился: "Нет, должно быть четверо. Где четвёртый?" Линь Цзинфэн жестом велел погодить. Смотрели дальше. Мужской голос: "А теперь давайте войдём в лес и лично откроем лицо этого духа." Открыть лицо? Это скорее тебе откроют черепную коробку. Чжань Синь напел: "Приподнимем твою черепушку..." (掀起你的頭蓋骨, дословно "приподнять твою черепную коробку"; переделка на страшный лад советской и китайской популярной песни "Приподними свою красную вуаль" — 掀起你的蓋頭來, дословно "приподними свою накидку"; здесь 頭蓋骨 заменяет 蓋頭, пародируя смерть от нао) Тан Ю поднёс электрошокер. Чжань Синь мгновенно прикусил язык. Чжань Синь: "Угадаем, кто выживет до конца..." Тан Ю приставил электрошокер к виску Чжань Сина. Чжань Синь: "..." "Это прекрасный, нетронутый первобытный лес," — произнёс мужской голос. "Эвкалипты и баньяны составляют основу леса. Сейчас мы видим старинный гинкго. Наш местный проводник Да Дун привёл нас к этой реке." "Насекомые очень красивые," — произнёс мужской голос. "Этот зелёный сверчок-листовидка встречается редко." Камера повернулась к ползущему по ветке насекомому одного цвета с листом. Вдруг чёрная лапа метнулась к камере. Изображение сильно дёрнулось. Раздался девичий визг. "Ха-ха-ха!" — засмеялся мужчина. "Похоже, местные обитатели нам не рады. Сяо Ху, ты не пострадала?" Женский голос успокоился: "Всё нормально. Руку немного поцарапали." "Посмотрим," — произнёс мужчина. "О, это очень редкое животное. Отряд приматов, семейство игрунковых (狨科, дословно "семейство беличьих мартышек/игрунковых"; Callitrichidae; семейство небольших обезьянок; здесь автор помещает нао в научную классификацию, хотя реально нао — мифическое существо), отряд обезьяньих..." Камера развернулась и показала нао, сидящего на ветке. Маленький, весь чёрный. Мутные глаза. "Он предупреждает нас не вторгаться на его территорию. Чёрная мартышка (黑狨, дословно "чёрная беличья мартышка") очень редко упоминается уже пять тысяч лет. В китайских древних текстах её называют "猱" (нао). Это живое ископаемое среди приматов. Когти очень острые..." "Похоже на маленькую белку," — с интересом произнёс Лао Хуан. "Двигаемся дальше." Камера снова качнулась. Несколько вскриков. Изображение погасло. Мужчина выключил камеру. Запись шла дальше. Взволнованный голос: "Как она?" "Всё в порядке," — ответил незнакомый голос. "Намажем нашими горными травами." Девушка Ху Юнь произнесла: "Нельзя использовать что попало. Сначала нужно продезинфицировать йодом." Незнакомый голос грубо ответил: "Ничего ты не понимаешь. В горах по-своему делается. По нашим правилам и всё будет правильно." Камера снова включилась. На экране появился мужчина средних лет с густой бородой. Он достал из рюкзака горсть белого порошка, равномерно насыпал на руку другого мужчины. Запрокинул голову, набрал в рот вина и прыснул сверху. Тут же порошок затрещал и забулькал. Мужчина вскрикнул от боли. Линь Цзинфэн спросил: "Известь (石灰, дословно "каменная известь"; оксид кальция; в народной медицине и шаманстве используется для обеззараживания ран и защиты от нечисти)?" Чжан Шуай велел смотреть дальше. Бородач одной рукой придавил руку мужчины. Провёл над тремя царапинами пальцами, не касаясь. Что-то бормотал. Чжан Шуай произнёс: "Заклинание мяо для изгнания нечисти. Видно, что этот человек знает кое-что." "Ты умеешь?" — спросил Чжань Синь. Чжан Шуай: "Умею. Только не так морочно." Девушка громко воскликнула: "Так останется рубец!" Чжан Шуай и бородач на экране почти одновременно произнесли: "Дура." Бородач закончил с рукой Лао Хуана и повернулся к девушке. Та поспешно произнесла: "Я... я сама. У меня есть перекись водорода." Бородач настаивал. Девушка не соглашалась. Наконец он резко произнёс: "Я не буду использовать ваши лекарства!" Бородач махнул рукой. Чжан Шуай произнёс: "Она обречена." Линь Цзинфэн спросил: "Почему?" Чжан Шуай произнёс: "На её руке оставили гу. Я не мог разглядеть раньше, пока нао не напал. После того как поцарапал руку, гу уже проник внутрь." Чжань Синь с любопытством спросил: "Нао могут пускать гу? Они тоже умеют?" Чжан Шуай нахмурился. Попросил Тан Ю остановить кадр и несколько раз просмотреть изображение царапины. Вдруг ткнул пальцем в экран ноутбука: "Смотрите на её руку." На внутреннем сгибе локтя девушки проступала бледная фиолетовая тень. Под кожей прятался еле заметный бугорок. Чжан Шуай произнёс: "На теле нао не менее сотни видов ядовитых гу. Пока будем смотреть дальше."