Революция в глубинах души

"Нет меня..." — слабо отозвался Чжань Синь. Звук открывающегося замка. Хо Ху произнёс: "Этим универсальным ключом и супермаркет открыть можно?" Тан Ю: "Ты только о еде и думаешь. Никому ни слова!" "Сяо Цзянь?" Тан Ю открыл дверь. В тесной комнате была кромешная тьма. Влажный весенний воздух, запах сырости. Подвал давил какой-то невысказанной тяжестью. Вещи разбросаны как попало. Тикают часы. На краю кровати свалена рубашка, от неё тянуло потом нестиранного белья. "Вот беспорядок, хоть бы прибрался," — пробормотал Тан Ю, шаря по стене в поисках выключателя. Глаза Хо Ху слегка блеснули, он ткнул куда надо и стало светло. Чжань Синь лежал на кровати не шевелясь. Тан Ю: "Хо-гэ пришёл тебя проведать... Сяо Цзянь? Что с тобой?! Сяо Цзянь, только не умирай!!" Тан Ю дождался своего часа. Редчайшая возможность! И вот — голодный тигр бросается на добычу: Тан Ю одним прыжком взлетел на кровать, вцепился Чжань Сину в плечи и принялся трясти с воплями: "Сяо Цзянь! Держись! Только не умирай!!!" Чжань Синь взорвался, схватил подушку и от души огрел Тан Ю: "Я сплю! Чего трясёшь, идиот?!" Полчаса спустя, KFC. Чжань Синь ел как оголодавший дух (餓鬼, дословно "голодный дух/призрак"; в буддийской мифологии существо из голодного мира, обречённое на вечный голод): выхватил у Хо Ху гамбургер и вцепился в него зубами, с каменным лицом выдавливая кетчуп в начинку. Тан Ю дочитал письмо и с сочувствием произнёс: "Там написано..." "Не говори мне." Чжань Синь уставился в кофе. Хо Ху потрепал Чжань Сина по голове. Слёзы у Чжань Сина потекли и закапали в чашку. Он машинально бросил туда сахар, размешал и выпил без сливок. "Он хоть что-нибудь сказал перед уходом?" — произнёс Тан Ю. "Я ведь пришёл попросить его об одном деле." Чжань Синь: "Он ушёл. О каком деле?" Тан Ю: "О деле моего брата." Чжань Синь вдруг вспомнил: "Точно, Сестра Бинь упоминала твоего брата!" Тан Ю мгновенно напрягся: "Что она говорила? Скажи, пожалуйста! Это очень важно." Чжань Синь пересказал сообщение Сестры Бинь и спросил: "Знаешь, где твой брат?" Тан Ю мучительно задумался, уткнулся лбом в стол и тихо пробормотал: "Единственный способ, которым они действуют, это обратная подмена груза. Что это значит, как ты думаешь?" Голова у Чжань Сина немного прояснилась. До этого он думал только о Линь Цзинфэне, но теперь рядом был Тан Ю, тема сменилась и он начал рассуждать. "Они," — произнёс Чжань Синь. "Я думаю, речь о школе маленького учителя. Его учитель, говорят, какой-то старик, есть ещё старшая сестра-ученица, ты её видел... помнишь, в Лючжоу Сестра Бинь её изображала?" Тан Ю кивнул. Чжань Синь спросил: "А что такое обратная подмена груза?" Тан Ю ответил: "Обратная подмена груза— это особое приграничное явление: прячешь вещи на себе, вывозишь за рубеж, там продаёшь иностранцам. Если речь об острове Хэйсяцзы (黑瞎子島, дословно "остров чёрного слепыша/медведя"; остров на слиянии рек Амур и Уссури; приграничная территория между Китаем и Россией; часть возвращена Китаем в 2008 году), значит, они действуют в районе китайско-российской границы. Скорее всего хотят переправить какие-то артефакты..." Тан Ю заметил, что вокруг много людей, и понизил голос: "Переправить культурные ценности за рубеж." Хо Ху слегка вздрогнул всем своим могучим телом: "Твой брат торгует?" Тан Ю: "Не мой брат. Он никогда с иностранцами не работал. Но он... похоже, в опасности." Хо Ху снова вздрогнул: "Почему?" Тан Ю: "Чжань Синь прав. Это, скорее всего, люди из школы Третьего Линя. Скажу вам честно: я опять сбежал самовольно. Рыжеволосый(Хун) с товарищами уже получили приказ от организации убить моего брата... Кто такой Чжуан Минцин?" Хо Ху вздрогнул в третий раз. Чжань Синь рассердился и влепил ему ладонью по затылку: "Ты что, болен падучей болезнью (羊癲瘋, дословно "овечья падучая болезнь"; народное название эпилепсии)?" Хо Ху потряс плечами. Тан Ю воскликнул: "Хватит дрожать! Весь стол заходил ходуном!" Чжань Синь: "Схватили твоего брата и какого-то типа по имени Чжуан Минцин. Я слышал от маленького учителя: лавка Синеглазой принадлежит ему с сестрой..." Хо Ху торопливо перебил: "Я был с Синеглазой! Тогда девушка там дала мне сто миллиардов..." Чжань Синь: "Это были поминальные деньги... блин, так это твой колокольчик?! Вот почему тибетский антиквариат тысячелетней давности стоил двести юаней... Нет, это так не оставлю! Я с ней разберусь!" Тан Ю произнёс: "Честно скажу: я шёл к Линь Цзинфэну за помощью. Но в письме ничего не написано, только..." Чжань Синь: "Не говори мне, что в письме." Тан Ю помолчал, глядя на него: "Тогда разорвать и выбросить?" Чжань Синь взял письмо и спрятал на груди. Слёзы катились по глазам. Ответил: "Подожду, когда он вернётся, тогда и прочту..." Чем дольше Чжань Синь думал, тем горше ему становилось. Тан Ю несколько дней добирался из Гуандуна в Пекин, всю дорогу думал о брате, и уже почти сломался от усталости. Глядя на Чжань Сина, тот хлюпал носом, как брошенная молодая жена, Тан Ю вспыхнул: "Это мне надо плакать, между прочим! Я даже не знаю, жив ли мой брат! Хун-эр с ребятами получили приказ ликвидировать его на месте! На месте! Что мне делать вообще!!!" Чжань Синь от неожиданного вопля Тан Ю наконец не выдержал и разревелся в голос. Тан Ю сам же его до слёз и довёл. Словно гром среди ясного неба понял, что натворил, и не знал, как теперь всё исправить. Махнул рукой и тоже завопил в голос, рыдая вместе с Чжань Синем прямо в KFC, не обращая ни на кого внимания. Хо Ху смотрел на них в полной растерянности. В ту ночь лунный свет падал сквозь мансардное окошко в подвал. Тан Ю и Хо Ху временно устроились у Чжань Сина. Чжань Синь с Тан Ю легли валетом на кровати, Хо Ху расстелил что-то на полу. Живот у него урчал, он не наелся. Тан Ю пробормотал: "Светло как днём." Чжань Синь придвинулся к подушке Тан Ю и посмотрел наружу: "Каждую ночь я сплю у стены, маленький учитель снаружи. Когда не спится, смотрю на луну. Иногда и звёзды видно." Тан Ю: "У вашей семьи столько денег, а ради него переехал в такую нору. Не тяжело? Эй, ты куда руку тянешь?" Чжань Синь: "Не тяжело. Не на всю же жизнь, переходный период. Наверное, маленький учитель и правда думал... ай, прости, привычка такая: когда засыпаю, надо что-нибудь подержать в руке... хорошо хоть ты в штанах." Тан Ю: "Хм. Он в письме написал..." Чжань Синь: "Стоп. Больше не упоминай письмо. Что теперь делать?" Тан Ю: "Рыжеволосый со всеми своими двинулся к границе перехватывать. Думаешь, мой брат успеет уйти?" Чжань Синь: "Они не станут, наверное... думаю, ради тебя пощадят." Тан Ю: "Они не знают, что он мой брат." Чжань Синь: "Ты не сказал?" Тан Ю: "Как бы я сказал? Мой брат наворотил столько, что электрический стул ему грозит раз десять. Раньше вообще нельзя было говорить. А в этот раз получили задание и сразу умчались, я даже рта открыть не успел! Специальная оперативная группа занимается всеми делами на материке, связанными с разведкой, контрабандой культурных ценностей и незаконной переброской людей." Чжань Синь: "Занимается?" Тан Ю: "Когда полиция уже не может преследовать: уничтожают всех подозреваемых, причастных к делу." В комнате стало тихо. "Но это же мой брат," — тихо произнёс Тан Ю. Чжань Синь: "Пойдём вместе. Я с тобой. Что ты хотел попросить Цзинфэна сделать?" Тан Ю ответил: "Я думал... попросить его оглушить брата и вывезти за границу. Но теперь понимаю: даже если найдём всё равно не выйдет. Задание организации должно быть выполнено. Просто ещё и учитель поляжет... Я взял все свои военные сбережения и деньги, которые брат мне откладывал. Всё с собой. Хотел отдать вам, чтобы Третий Господин взялся за это дело." Чжань Синь: "Пойдём вместе. Заодно сэкономим. Не нужно платить маленькому учителю, я всё равно думаю, он особо-то ничего и не делает." Чжань Синь раскусил правду. "Толку от тебя никакого (你能做個屁, дословно "ты сможешь только пёрнуть"")," — Тан Ю перевернулся лицом к стене. С пола неожиданно произнёс Хо Ху: "Мне тоже здесь оставаться не хочется. Поеду?" Чжань Синь: "И у тебя что-то случилось?" Хо Ху неопределённо мыкнул. Чжань Синь: "Да что с тобой?" Хо Ху кое-как объяснил: изначально он собирался жить у Сунь Ляна, пока самому не надоест. Но Сунь Лян, судя по всему, относился к нему с беспокойством: человек неизвестного происхождения, а с Лу Яо сдружился слишком хорошо. Как бы не появился зять на халяву. Чжань Ян наорал на Хо Ху так, что тот готов был провалиться сквозь землю (被展揚直接吼到爪哇國, дословно "Чжань Ян заорал на него до самой Явы"), и поневоле приходилось держаться подальше. Сегодня Лу Яо улетала в Нью-Йорк. Позвонила Чжань Сину, а тот не отвечал, видимо на работе, попрощаться не пришла. Сунь Лян прислал машину, Хо Ху проводил Лу Яо до аэропорта и проследил до входа в зону досмотра. Вышел обратно, машина Сунь Ляна уже уехала. Пошёл в никуда. Бросил сотню в монетоприёмник, доехал досюда. Потоптался у ворот Суней, они не открыли. У ворот столкнулся с Тан Ю, который шёл к Чжань Сину по адресу. И пришли вместе. Чжань Синь: "..." "Второй дядя совсем не по-человечески поступил," — произнёс он. "Я и не знал, что он такой." Хо Ху жалобно вздохнул: "Ну да, ай." Чжань Синь успокоил его: "В следующий раз я сам его отругаю. Прости, старший брат, это я недосмотрел. Отныне куда я туда и ты. Живи у меня. Пока у меня есть кусок хлеба с голоду не умрёшь." Хо Ху с благодарностью кивнул. Тан Ю из темноты произнёс: "Дай ещё подумаю." На следующий день Чжань Синь, не зная чем заняться, вернулся в музей на смену. В обед Тан Ю и Хо Ху пришли к нему перекусить. После обеда Чжань Синь поводил их по залам. "Каждая минута на счету (分分鐘幾塊錢, дословно "каждую минуту несколько юаней"), а я теперь первый экскурсовод (花魁, дословно "королева цветов"; в прошлом — самая известная куртизанка заведения; в переносном смысле — самый лучший, самый популярный в своём деле)!" — с наигранным воодушевлением произнёс Чжань Синь. Тан Ю остановился перед нефритовой скульптурой и вдруг произнёс: "Эй, цветок, я решил." Чжань Синь поднял микрофон и на весь зал объявил: "Ты идёшь искать брата? Отлично! Я как раз думал, как тебя уговорить..." Тан Ю ладонью сбил микрофон вниз: "Я ухожу. Спасибо, что был рядом." Чжань Синь ответил: "Я иду с тобой. Никуда без меня!" Он побежал в административный корпус в восточном крыле, нашёл директора Вана и подал заявление об уходе. Директор Ван: "Директор Линь говорит, что вы прекрасно справляетесь." Чжань Синь, запыхавшись: "Мне... кое-что нужно сделать. Уеду на время." Директор Ван с улыбкой произнёс: "Молодёжь такая энергичная." Чжань Синь улыбнулся в ответ: "Когда начнётся учёба обязательно вернусь." Директор Ван поверх очков посмотрел на него с каким-то значением, достал из ящика конверт: "Тебе. Раз практического листа нет пусть это будет его заменой." Чжань Синь замер. Только теперь вспомнил, главный прокол: он так и не сдал отчётный бланк... Тревожно взял конверт. Директор Ван добавил: "После начала учёбы приходите на подработку." Чжань Синь торопливо кивнул: "Спасибо." — И, не решившись больше ничего говорить, откланялся. Тан Ю спросил: "Что там?" Чжань Синь вскрыл конверт: "Рекомендательное письмо... он советует поступать на гуманитарный факультет. Значит, Лу Шао Жун всё-таки звонил ему." Уголки его губ дрогнули в улыбке. Он обнял Тан Ю за плечи, и они вышли из музея. В тот же день заглянули в магазин туристического снаряжения и собрали Тан Ю с Хо Ху комплект экипировки по образцу Третьего Господина. Вернулись домой. Чжань Синь залез под кровать и вытащил ещё один рюкзак. Рюкзак был чуть сырой. На нём был приколот значок, выпрошенный у Синеглазой. Чжань Синь с усмешкой произнёс: "Я тоже умею копать!" Тан Ю сидел на краю кровати и разбирал микрофон, который Чжань Синь забыл вернуть: "Ну конечно. Ты ученик Третьего Господина. Я верю в тебя." Чжань Синь пошёл рассчитаться за воду, газ и электричество. Хо Ху и Тан Ю остались сидеть в тишине. "Мяу..." — из-за окошка раздался робкий голосок. Тан Ю: "??" Хо Ху: "!!!" Хо Ху засуетился, схватил одеяло и заткнул мансардное окошко. Тан Ю в полном недоумении спросил: "Хо-гэ, к тебе кот пришёл?" Хо Ху с невинным видом спросил: "Что?" Тан Ю: "..." Кот за окошком замолчал. Прошло довольно много времени. Потом в дверь заскреблись тихонько. Хо Ху подскочил, лёг на пол и заглянул в щель под дверью. Там сидела пушистая молочно-белая лапка. "Мяу..." — кот мяукал у двери не переставая. Хо Ху не знал, что делать, и пошёл открывать. Молочно-белый пятнистый котик повернулся и с трудом втащил внутрь пакет кошачьего корма для котят. Это была семейная упаковка "Вискас" больше самого кота. Хо Ху: "Ами (阿咪, уменьшительное от 咪咪 или просто имя кота; ласковое обращение к кошке, как "Мурзик"), ты это... из дому притащил?" Тан Ю: "О, даже имя есть. Это твой друг?" Хо Ху впервые в жизни погрузился в такое состояние, которое лучше было не объяснять. Котик сел на полу и смотрел на Хо Ху, мяукая: ясно было, что корм принесён для него. Хо Ху запихнул корм в рюкзак и спрятал. Вернулся Чжань Синь. "А это ещё кто? Твой?" — удивился он, обнаружив на кровати кота, замотанного в детский подгузник: Хо Ху на всякий случай намотал, чтобы кот не нагадил на постель. Хо Ху торопливо замахал руками: "Это мой друг... нашёл меня из дома твоего второго дяди... вот..." Чжань Синь: "Возьмём его с собой?" Хо Ху: "Нет-нет, опасно. Можно он пока поживёт здесь?" Чжань Синь с сомнением поглядел на пятнистого кота, потом на Хо Ху: "Кот или кошка? Уж не твой ли..." Хо Ху: "Кот!" Чжань Синь: "Дома еды не осталось, чем кормить-то." Хо Ху торопливо объяснил: "Оставь форточку открытой. Он днём будет сам находить еду, а ночью возвращаться спать." Чжань Синь кивнул: "Ладно, пусть живёт. С чего начнём?" Тан Ю открыл ноутбук, посмотрел: "Сначала найдём Рыжеволосого? Они сейчас должны быть в Далянь (大連, дословно "Большое соединение"; крупный портовый город на юге провинции Ляонин на берегу Жёлтого моря)." Чжань Синь: "Хорошо. На месте разберёмся." Той же ночью все трое собрали вещи и сели в поезд до Даляня.