Милаш, малыш, красавчик!..

***

«Нарики ведь не такие, — размышлял До, пока чистил зубы перед зеркалом. — У них плохая кожа, стеклянные глаза, зрачки…» …Стоп!.. Вот та маленькая деталь, несостыковка!.. Уж он-то успел разглядеть Кэтрин с близкого расстояния! Совершенно обычные зрачки у ней, не расширенные и не крошечные. «Значит, она не была под кайфом, и директор нагло врет, наговаривает на неё! — обрадовался своей догадке Донмин. — Но она так странно себя вела… Хотя, европейцы ведь не такие как мы. Они вообще без заморочек…» Донмин вновь внимательно посмотрел на себя в зеркало, словно пытаясь найти там ответ. «Или я такой милаш, что она сходу в меня влюбилась?.. М?.. Почему нет!.. — весело подмигнул он своему отражению. — Короче, сплошные непонятки!..»

***

Кан Юньхэ был кем угодно, но только не клиническим идиотом. И он отлично понимал, что его шансы честным путем заполучить Донмина себе в любовники — равны нулю. Кроме того, тонкая романтическая натура Юньхэ жаждала именно любви. Искренней и взаимной, отсутствие которой не в состоянии компенсировать лаконичные услуги платных мальчиков. И особенно остро ощущался этот дефицит в последнее время, после того как судьба свела его со сказочным, очаровательно юным принцем Минни!.. …Как же хотелось целовать и нежить его, рассматривать каждую клеточку идеально красивого личика, каждую линию прекрасного тела… Ммм… Кан Юньхэ облизнул губы, в который раз представив… …Что снится тебе, милый мальчик?.. …Под прикрытыми веками пробегают сновидения, беспокоя собой длинные загнутые вверх ресницы… трепещущие крылья редкой бабочки напоминая… …Он вспомнил, как Донмин, уставясь в компьютер, неспешно потягивал кофе из чашки, в задумчивости пружиня чувственную нижнюю губку о ее стеклянный край… И как внезапное страстное желание сделаться вдруг этой самой чашкой накрыло Юньхэ, и он понял, что не просто в очередной раз увлекся, а что называется — «запал»… Именно такие моменты, перемноженные иной раз на изрядную порцию алкоголя, сладко терзали душу, — до слёз, до маньяческого бредового восторга… Хотя бы просто целовать и трогать дрожащими от вожделения алчными пальцами, чтобы он позволял, принимал его ласки. Пусть снисходительно… его принц, его высочество… «Мдя… Где мои восемнадцать лет?.. — сокрушенно вздохнул Юньхэ, поймав взглядом своё отражение в оконном стекле, изборожденном дождём. — Красавец и чудовище…» И поэтому — нет. Насилия он не хотел, ни в коем случае. «Но довольно лирики, — сказал себе Кан. — Пора действовать!..»

***

Обеим работницам склада было хорошо за сорок, поэтому в круг сексуальных интересов Донмина они не вписывались. И он прошёл было уже мимо, к стеллажу с надувными шариками и фейерверками, но обрывок их беседы случайно привлек его внимание. — …прикольная!.. Смотри, какая!.. Дорогущая, наверное. — А то!.. Я её дочке подарю… Совсем новёхонькая! — Это же сумочка той русской девушки из отделения Z. Её сегодня рано утром забрали родственники, но сумочку почему-то им не отдали… — Угу, странно. А Кан Юньхэ велел её выкинуть вообще… — Кого?.. Брендовую сумку?!.. Ага, щазз!.. Женщины ещё немного поболтали и ушли, прихватив с собой ценный трофей. «Значит, Кэтрин уехала! — в панике подумал До. — И где мне теперь её искать?!.. Надо каким-то образом выведать у Юньхэ её адрес, другого способа нет!.. Может, покопаться в базе данных?.. Наверняка его комп подключен к общей сети…»

***

Праздник удался на славу. Уже после обеда весь персонал собрался в просторном конференц-зале. Сотрудники заслушали как обычно пестрящую красивыми словечками и нашпигованную пафосом речь директора, в духе «наша работа — о людях забота», и так далее, и тому подобное. Глава администрации района и другие подъехавшие высокопоставленные гости также не преминули блеснуть своим красноречием. Затем, слегка притомившиеся от двухчасового выступления ораторов и праздничного концерта, сотрудники разбрелись по своим рабочим местам в ожидании вечернего банкета. А Кан Юньхэ со своими высокими гостями отправился на экскурсию по Центру, после чего уединился с ними отметить всё это дело в вип-зале. В результате чего к вечеру уже основательно набрался. Как только чиновники и спонсоры разъехалсь, директор Кан вышел на балкончик вип-ложи и радостно вдохнул свежий, наполненный ароматом цветущий вишни, воздух. Безмерно довольный собой и мероприятием в целом, он устремил затуманенный крепким алкоголем взор в темнеющее небо, и тут же вспомнил о предмете своего вожделения. «А где, интересно, сейчас Донмин?..» По центральной аллее разносился усиленный микрофоном бодрый голос ведущего, который проводил различные занимательные конкурсы и викторины. Народ бурно веселился, поглощая выпивку и закуску с накрытых под навесом столиков; многие танцевали под несущиеся из динамиков мегапопулярные хиты славных BTS. …О, так вон же он, Минни! Гуляет среди толпы, задрал голову вверх, любуясь салютом. Своим высоким, стройным силуэтом он заметно выделялся на фоне остальных. И захваченный романтическими чувствами директор поспешил поскорее к своему референту. …Конечно, Минни сейчас опять дернется, словно испуганный дикий лисенок… Вообще, на лисенка он похож необычайно, когда смеется!.. Такие хитренькие прищуренные глазки сразу, невероятная милота! Так и хочется прям затискать его всего!.. …Эх… Была не была!.. Юньхэ подошел к Донмину, и с шутливой фамильярностью приобнял за талию. На До была мистически роскошная белоснежная шелковая рубашка, его подарок. Он ощутил гладкость и горячесть молодого тела сквозь тонкую материю, и испытал необъяснимое блаженство. «Да что ж он так действует на меня, зараза такая, что я чуть не кончаю от одного прикосновения!..» — Ну, как вам наше мероприятие, Донмин? Нравится? — все же взял себя в руки Юньхэ. На удивление, Донмин не отстранился, и даже не вздрогнул. А напротив, лучезарно улыбнулся в ответ, так что Кан Юньхэ и не заметил легкого напряжения, мелькнувшего в его глазах. — Великолепно, господин директор! Никогда не бывал на таком празднике! — простодушно восхитился юноша. «Милый мой мальчуган!.. Да слаще морковки ничего ты и не едал, по ходу!» — Пойдем-ка, Минни, пропустим по рюмашке, — предложил Юньхэ. — Охотно, господин Кан! А… может, мы лучше перейдем в офис?.. Тут слишком шумно… — поморщился До. У Юньхэ чуть челюсть не отвисла от изумления. А может он неправ, и реально «не раскусил» Донмина?.. И красавчика вполне возможно «купить», не прибегая к препарату?.. Он лишь молча кивнул, и увлек Донмина за собой.

***

Донмин крепко сжал в кармане джинсов снотворное, которое выписал ему невролог. — …Дайте мне что-то посильнее, и чтобы сразу подействовало, — попросил он накануне у врача. — Чтобы я тут же уснул, и меня не тянуло больше на приключения. Кроме того, ему удалось подглядеть пароль от ноутбука Кан Юньхэ. Так что, До был во всеоружии и собирался приступить к осуществлению своего плана немедленно… — Прошу!.. — Юньхэ галантно распахнул дверь кабинета перед своим очаровательным гостем. В состоянии, близком к эйфории, он выудил из холодильника бутылку ледяного шампанского. Донмин, тем временем, вольготно расположился на низком диванчике, — так, что дырчатые джинсовые коленки его длинных ног сияли во всей красе над уровнем журнального столика. Рубашка юного прелестника была расстегнута на пару пуговичек, обнажая крепкую длинную шею с кадыком. Не сводя глаз с красавца, Кан Юньхэ расположился рядом, и щедро плеснув игристый напиток в тонкие фужеры, чокнулся с Донмином. — Ну, с нашим общим праздником, Минни! За процветание Центра! — Ура, ура!.. — пьяно рассмеялся До. — Стильная рубашка… Тебе очень идет!.. — облизнулся Юньхэ. — Аристократическая изысканность шёлка деворэ всегда выгодно оттеняет красоту своего владельца. — Вот точно!.. — широко качнул бокалом Донмин. — Между прочим, раньше на Востоке шёлком исцеляли многие болезни. Шёлк — природный антисептик и подавляет патогенную микрофлору. В нём никогда не заведутся пылевые клещики. Недаром шёлк называют второй кожей. А ещё — он замечательно впитывает влагу, оставаясь при этом сухим. Так что, можно носить шёлковую рубашку в любое время года. — Ого, я и не знал! Спасибо вам большое, господин директор, за такой чудесный подарок! Кан Юньхэ глянул на него оценивающе, решая про себя, достаточно ли Донмин выпил. — Да, не стоит благодарности, — махнул он рукой. — И вообще, ты можешь называть меня просто Юнни, когда мы не на работе… — О, я так не могу… у вас такая должность, а я кто… — Так давай выпьем на брудершафт, и всех делов!.. Тогда всё получится!.. Кан Юньхэ решительно придвинулся к своему обоже. — Подождите… — отстранился Донмин. — Я что-то совсем захмелел, голова кружится… мне надо срочно что-нибудь съесть!.. Хозяин кабинета вновь метнулся к холодильнику и достал оттуда аккуратно порезанный на ломтики шоколадный торт. — Вау-уу!.. Минни с детским восторгом ухватил кусок побольше... и тут же плюхнул его своему боссу прямо на дорогой костюм!.. — Ой… Простите ради Бога… Какой же я неловкий... — Да ничего страшного, не переживай. Я сейчас вернусь! — улыбнулся Юньхэ, и вышел из кабинета. А Донмин достал снотворное, быстро всыпал в директорский бокал, и тщательно взболтал. Кан Юньхэ вернулся минут через пять, с мокрым пятном на пиджаке, и решительно приступил к штурму своей неприступной крепости. — Ну же, давай, Минни!.. — Тогда уж до дна! — игриво улыбнулся До, продевая свой локоть за директорский. Они выпили шампанское одновременно, и Юньхэ потянулся к нему жадными губами… Донмин увернулся, подставив лишь щеку. — Я ещё не готов, Юнни… — Я понимаю, — вздохнул тот. — Просто, До… Ты один в этой жизни… И я мог бы оказать тебе весомую поддержку… нет! Не так!.. Юньхэ вдруг жарко вцепился ему в запястье. — Я бы всё для тебя сделал, слышишь?!.. Всё, что ты только пожелаешь!.. Подумай… Для меня невозможного — мало. Донмин высвободил руку и поднялся. — Я сейчас… Он вышел в туалет и постоял там некоторое время, переводя дух, умылся. «Быстрее бы этот придурок отрубился уже…» Но «коктейль», приготовленный Донмином, да еще и «на старые дрожжи» возымел, почему-то, совсем обратный эффект. Любвеобильный начальник совершенно потерял голову, и как только Донмин вернулся, набросился на него, заключая в объятия, и попытался засосать. — Да не пошёл бы ты на хер, старый уёбок!.. — разозлился До и оттолкнул его что было силы. Кан Юньхэ не удержался на ногах, и с адским грохотом повалился прямиком на стеклянный столик, расколотив его вдребезги... И затих среди осколков в луже шампанского. Донмин подскочил к нему. Юньхэ не дышал... — Вот черт… — растерянно пробормотал юноша. Ли Донмин выглянул в коридор и услышал отдаленные мужские голоса. Видимо, шум все-таки привлек внимание охраны. Недолго думая, До схватил ноут, сунул его в лежащую рядом сумку, и побежал вниз по запасной лестнице. Времени на то, чтобы забирать свои вещи, не оставалось. Праздник подошёл к концу, народ уже разъехался по домам. Тем более, что погода испортилась, похолодало и заморосил мелкий дождик. Ли бесшумной тенью выскользнул за ворота, и дунул во все лопатки, прочь, скорей...