Другой путь | Another Way

Любовь тебе к лицу. Она смягчает черты, наполняет нежностью и гордостью. Заставляет выпрямить спину и широко открыть глаза. Дарует дом, где можно наконец-то оставить свою ношу. Какое же это благословение — когда в мире есть танцы, музыка и поэзия. Какой это бесценный дар — посмотреть в чьи-то глаза и произнести: — Какое счастье — обрести тебя... наконец-то, наконец-то, спустя такую долгую, бесконечно долгую вечность... ты здесь.

— Лэнг Лив

Настоящее время: декабрь 2001 года

Несколько недель спустя Драко и Гермиона стояли у самого края гостиной на площади Гриммо, дожидаясь начала обратного отсчета до наступления нового года. Впервые за весь вечер они оказались предоставлены сами себе, и Драко не преминул воспользоваться этим мгновением, чтобы украдкой сорвать с ее губ поцелуй. Внутри него все сладко заликовало, когда она, обвив руками его шею, с готовностью ответила на ласку. — Спасибо, что не оттолкнула, — прошептал он. — Драко, я тебя не стыжусь. — Словно желая закрепить эти слова, она оставила еще один невесомый поцелуй на его щеке. Краем глаза Драко заметил, как Долгопупс что-то недовольно пробормотал своей девушке, а затем отвернулся от них. Что ж, Драко и не питал иллюзий, будто сможет расположить к себе всех ее друзей за один вечер. В особенности таких, как Долгопупс, над которыми он с особой изощренностью измывался в школьные годы. — Полагаю, я ожидал, что в присутствии своих друзей ты будешь немного нас смущаться, — признался Драко. — Что ж, ты ошибся. К тому же, сегодняшний вечер оказался не таким уж ужасным, как ты себе напридумывал, верно? — Возможно, это лишь потому, что большую его часть я просидел в чулане, играя с трехлетним ребенком, — отозвался Драко. — И у меня есть с чем сравнивать — последние десять дней, которые были... — Ужасными, я знаю. — Она крепче обхватила его руками и уткнулась лицом ему в грудь. — Я перед тобой в неоплатном долгу за это. И обещаю, что потрачу следующие несколько дней на то, чтобы с лихвой тебе все компенсировать. Драко приподнял ее за подбородок, заглядывая в лицо. — Расскажи поподробнее. Он мог лишь догадываться, что выражение жадного предвкушения на его лице сейчас до боли напоминало горящий взгляд Тедди, когда чуть ранее Драко пообещал прислать ему все фигурки драконов, какие только сможет отыскать в дальних углах своего шкафа. — В последнее время нас окружало слишком много людей, — продолжила она. — Мои родители, Тео, все присутствующие здесь сегодня. Поэтому я хочу, чтобы следующие три дня мы провели только вдвоем. — Только мы? — Да. — И сотня домашних дел в придачу, верно? Стирка, покупка продуктов на неделю, куча работы, которую нужно подготовить к понедельнику... Гермиона нахмурилась. — Да, мне и правда нужно многое успеть... Драко обреченно кивнул. — Как насчет такого плана? Завтра будет день бытовых забот. Идет? Я втисну все дела в двадцать четыре часа, а субботу и воскресенье полностью освобожу только для тебя. Все, что пожелаешь. — Никакой «Норы»? — Никакой. — Никакой работы? — Я подготовлю все завтра. Правда, все, чего бы ты ни захотел. — Я не хочу делать абсолютно ничего, кроме как без конца заниматься сексом. — Чего-то подобного я и ожидала. — Я даже готовить не хочу. Я хочу, чтобы Финли приносил нам всю еду прямо в постель, — настаивал он. — Ох, — она запнулась. — Хорошо. Как скажешь, — в конце концов произнесла она, хотя было кристально ясно, что эти слова дались ей с мучительным трудом. Драко обнял ее и мягко поцеловал в макушку. — Я пошутил насчет Финли. — Правда? — Да. — Ему хотелось, чтобы в эти выходные она была в прекрасном настроении, а вмешательство домовика уж точно этому бы не поспособствовало. Гермиона с теплой улыбкой посмотрела на него снизу вверх. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю. Кто-то в комнате уже начал обратный отсчет. — Тридцать, двадцать девять, двадцать восемь... — Ты дал себе какие-нибудь новогодние обещания в этом году? — спросила Гермиона, наклонившись к самому уху Драко, чтобы он мог расслышать ее сквозь нарастающий в гостиной гул. Драко крепче сжал Гермиону в объятиях, притягивая ее еще ближе к себе. — Если в следующем году я буду стоять где-нибудь вот так же, сжимая тебя в своих объятиях, то сочту, что год увенчался оглушительным успехом. Гермиона улыбнулась, а затем, приподнявшись на мысочках, легко чмокнула его в щеку. — И когда это ты успел стать таким сентиментальным? — Думаю, ответ на этот вопрос очевиден. Он трепетно поцеловал ее в губы, полностью игнорируя полные неприязни взгляды, которые, как он знал, стрелами летели в их сторону. Остальные люди в комнате не имели ровным счетом никакого значения. Значение имело лишь то, что Гермиона была его, а он — ее. За всю свою жизнь Драко еще никогда не находил такого всеобъемлющего умиротворения ни в одной другой мысли.

***

Настоящее время: январь 2002 года

На следующий вечер Драко отправился навестить Дафну в поместье Гринграссов. Гермиона была по уши завалена работой: она пыталась разгрести все дела до конца дня, чтобы освободить те самые выходные, обещанные ему на вечеринке у Поттера, — выходные, которые они планировали провести, не вылезая из постели. Драко застал Дафну в библиотеке; она сидела у камина и лениво пролистывала журнал. Он счел добрым знаком то, что она не околачивается на крыше. Видимо, план с Блейзом сработал как надо. — С возвращением, — тепло улыбнулась Дафна, заметив его в дверях. — Как поездка? — Все прошло нормально, — ответил Драко, проходя в комнату. — Ты выглядишь... счастливой. Дафна поднялась, чтобы поприветствовать его, и запечатлела на его щеке мимолетный поцелуй. — Неужели ты единственный, кому в эти дни позволено светиться от счастья? — Нет, разумеется, нет. — Или, быть может, мне нужно получить специальное разрешение в Министерстве? В этом все дело? Я проявляю признаки радости без надлежащей лицензии? — Беру свои слова назад. Ты все та же язвительная особа, — сострил он, опускаясь в кресло напротив того, где она сидела минуту назад. Дафна вернулась на свое место и шутливо пихнула его ногой. — Я счастлива, потому что ты вернулся. — И я рад, что я здесь. Что тут у вас стряслось, пока меня не было? Как Блейз? Дафна пренебрежительно махнула рукой. — Давай сначала о тебе. Как там Австралия? Как Грейнджеры? Они тебя не прикончили? И эти Гриффиндорцы тоже? Я, честно говоря, удивлена видеть тебя в добром здравии. Или ты весь день залечивал раны в больнице Святого Мунго и тебя только что выписали? Драко хмыкнул. — Ты сомневаешься, что я способен защитить себя от двух безоружных маглов и шайки добродушных гриффиндорцев? Она изогнула бровь. — Насчет маглов я тебе поверю, но мы говорим о двух аврорах, человеке, убившем змею Темного Лорда, и ведьме, прославившейся своими болезненными Летучемышиными сглазами... и, ну не знаю, кто там еще был? — Все было в порядке, — быстро перебил ее Драко, обрывая перечисление. Он терпеть не мог, когда люди зачитывали список достижений друзей Гермионы. — Косых взглядов было предостаточно, но никто никого не проклял, так что я считаю это победой. И, судя по всему, теперь мы будем каждую неделю ужинать у Поттера, так что... не знаю... полагаю, они продолжат привыкать к моему присутствию. — А маглы? Драко вздохнул. — Это было тяжело. Ее мать заставила меня показать Темную Метку едва ли не с порога, и они... не знаю... они меня боялись. От этого меня буквально мутило. К тому же, нам нельзя было пользоваться магией, и это было отвратительно. В общем... тут потребуется время. Но Тео, по крайней мере, пришелся по душе ее отцу. — Ах, точно. Я и забыла, что он был там. Не знаю, что в этом придурке такого, но почему-то все приличные люди от него без ума. — Я думаю, в глубине души он тайно является хорошим человеком. Дафна задумчиво хмыкнула. — Совсем как ты, значит? — Я вовсе не такой! — Ну конечно... — Ладно, неважно, рассказывай про Блейза. Дафна откинулась на спинку кресла и непринужденно закинула ногу на ногу. — Все прошло неплохо. Даже хорошо. Сначала он был раздосадован моим появлением, но все же позволил остаться, и мы провели почти всю ночь за шахматами, болтая о всякой чепухе. — И как? Это тот результат, на который ты рассчитывала? — Да. Думаю, да. Я просто хотела, чтобы он знал: мне известно о том, что случилось с его бабушкой и всем прочим. И что, хотя его мать — чудовище, в его жизни есть люди, которые к нему добры. Кажется, мне удалось это до него донести. И тебе будет приятно узнать, что я осталась на ночь, но мы не переспали. Я ночевала в гостевой спальне. Драко иронично зааплодировал, за что тут же получил еще один пинок. — Рад за тебя. Искренне. Кажется, ты обрела некое умиротворение во всей этой ситуации с Блейзом. — Да, — кивнула она, погрузившись в свои мысли. — Твоя мать дала мне один совет, который очень помог. Она сказала, что я должна просто решить для себя, каких отношений с Блейзом я хочу — после того, как переживу все эти чувства. Она велела представить, каково это — быть просто его другом, как бы я себя вела, как реагировала бы на те или иные замечания. А потом сказала: «Просто делай это. Притворяйся». И что со временем этот фасад, который я возвела, станет реальностью. — Хм. Чистокровный совет до мозга костей. И что, сработало? — Да. Думаю, да. Мне стало гораздо спокойнее рядом с ним. Я чувствую себя его настоящим другом, а не кем-то, кто отчаянно влюблен и лишь имитирует дружбу. Перемена была тонкой, почти неуловимой, но все случилось именно так, как говорила твоя мать. Она потрясающая женщина. — По крайней мере, тебе она нравится, — мрачно заметил он. — Гермиона к этому придет. В самой своей сути она очень отходчивая. Думаю, ей просто нужно время, чтобы эта обида окончательно выгорела. — Не знаю, — неопределенно отозвался Драко. — В любом случае, я рад, что ты успокоилась. Наблюдать за твоими терзаниями было тем еще сомнительным удовольствием. — Счастлива избавить тебя от этой боли, — съязвила она. — И я собираюсь снова начать ходить на свидания. Я хочу найти то же, что есть у вас с Гермионой. Настоящего партнера. Драко лишь неопределенно хмыкнул в ответ. — Что? Что происходит у вас с Гермионой? Уверена, ее не волнуют все эти драмы с родителями и друзьями. — Ничего не происходит. У нас все хорошо. — Ты лжешь гораздо хуже, чем тебе кажется. Выкладывай. — Ладно. Но ты ей ни слова. Поняла? — Разумеется. Ну же, что случилось? Драко вздохнул и уставился в окно. Он рассказал ей, кто такой Тедди, и как провел большую часть вечеринки Поттера, играя с ним в чулане. А затем объяснил, к какому разговору о детях это привело тем же вечером. — Она спросила, хочу ли я их, и я ответил: «Да, я всегда хотел детей». И тогда она переспросила: «Все еще?» Дафна отмахнулась от его слов. — Уверена, она не вкладывала в это такой смысл. — А какой еще смысл в это можно вложить? — А ты ее спросил? — Нет. Она извинилась и попыталась перевести тему, но очевидно, что она все еще во мне сомневается. Я говорил ей, что люблю ее, тысячу раз, но где-то в глубине души она все еще думает, будто я не хочу будущего с ней из-за ее крови. Хотя она знает, что все закончится нашей свадьбой, хоть у нас и есть правило никогда об этом не упоминать. Я... я не знаю, как еще это ей доказать. — Возможно, это просто инстинкт, эхо школьных лет. Со временем это пройдет. Она обожает тебя, и всем вокруг, даже Блейзу, ясно, насколько идеально вы подходите друг другу. Но прошло всего несколько месяцев. Дай ей время. Драко вздохнул и снова повернулся к окну. Он наблюдал, как несколько гномов перебегают через двор и скрываются в кустах. — Ты очень повзрослела, Дафна, — констатировал он после долгого молчания. — Когда это произошло? — Не знаю. Наверное, тогда же, когда и с тобой. Он тихо рассмеялся. — Это было больно? — спросила она, и на ее лице заиграла медленная улыбка. — Сам процесс взросления? Драко усмехнулся. — Да. Чертовски больно.

***

Настоящее время: май 2003 года

(полтора года спустя)

— Черт подери! — вскрикнула Гермиона, откидываясь спиной на грудь Драко и продолжая ритмично покачиваться на нем. Драко усмехнулся. Он обожал, когда она ругалась во время секса. Повернув голову, он припал губами к ее шее, впиваясь в ту самую чувствительную точку чуть ниже уха, чем вызвал еще один громкий стон. Она снова выпрямилась и начала двигаться быстрее, упираясь ладонями в его бедра для опоры. Драко не мог насытиться этим видом: ее идеальные ягодицы и его член, раз за разом исчезающий в ней. Почувствовав, как внизу живота завязывается знакомый тугой узел, он перехватил ее за бедра, замедляя темп и до боли закусывая губу, чтобы не кончить раньше времени. Протянув руку вперед, он начал интенсивно ласкать ее клитор, отчего Гермиона сорвалась на громкие вскрики. Драко уже потянулся другой рукой, чтобы сжать ее грудь, когда за стеной раздался яростный стук, а следом — невнятные возмущенные крики. — Блять! — крикнула Гермиона, резко замирая. — Мы забыли про Силенцио. Драко принялся шарить рукой по прикроватной тумбочке в поисках палочки. — Не останавливайся, — прохрипел он, подаваясь бедрами вверх, чтобы заставить ее продолжить. Он задел палочку рукой, и та с тихим стуком скатилась на пол. Драко выругался, а затем призвал ее бессловесным заклинанием. — Силенцио, — пробормотал он, наугад направив палочку на стену. Отшвырнув ее в сторону, он снова сжал грудь Гермионы. — Всё нормально. Продолжай. Он вернулся к ее шее, лаская и целуя ее под аккомпанемент собственных прикосновений. — Да, хорошо, а-ах... — Она издала удовлетворенный вздох и снова поймала прежний ритм. — Ты чертовски великолепна, — промурлыкал он ей на ухо. — Спасибо, — выдохнула она, заставив его улыбнуться. Даже сейчас она не могла удержаться от вежливости. По крайней мере, в перерывах между ругательствами. — Ненавижу своих соседей, — процедила она следом. Драко едва не выпалил: «Тогда переезжай. Давай купим общий дом, и тогда мы сможем видеться постоянно и трахаться так громко, как только захотим». Он прикусил язык. Нельзя предлагать ей съехаться прямо во время секса. Гермиона заслуживает чего-то более романтичного. Знаю. Поэтому и молчу. — Драко! — вскрикнула она, двигаясь теперь рвано и беспорядочно. — Я уже почти... А ты? Ты...? Драко обхватил ее за грудь и потянул на себя, заставляя ее ахнуть от смены угла. — Не беспокойся обо мне, — выдохнул он ей в самое ухо. — Отпусти себя. Он толкался в такт ее движениям, снова лаская ее пальцами, пока она, наконец, не содрогнулась в его руках, распадаясь на части. Когда волна оргазма утихла, она повернула голову и начала неистово целовать его — она знала, что именно так он любит кончать. Драко запустил руку в ее кудри и спустя минуту нашел свою разрядку, вы стонав череду ругательств ей в губы. Он рухнул на изголовье кровати, увлекая ее за собой, все еще прижимая к себе. Он чуть не соскользнул вбок, но вовремя уперся правой рукой. — Черт. — Что там у тебя происходит? — лениво поинтересовалась она. — Секунду. — Драко помог ей приподняться, поправил подушки за спиной и снова откинулся назад. — Иди сюда. Он обхватил ее за плечи и притянул к себе. Она буквально растеклась на его груди. — Такое чувство, будто во мне не осталось ни одной косточки, — объявила она спустя пару мгновений. — Потребовалась одна весьма крупная и впечатляющая кость, чтобы добиться такого эффекта, — сострил Драко. Он кожей почувствовал, как она закатила глаза, хоть и не видел этого. — Мне стоило догадаться, что последует этот ужасный каламбур. — Я мог бы сказать еще кое-что про «внушительный прибор», но, пожалуй, оставлю это при себе. Она рассмеялась, и в комнате воцарилась тишина. Благодаря Силенцио слышно было только их дыхание. Драко убрал с ее шеи влажные, прилипшие к коже пряди и оставил там несколько ленивых поцелуев. — О чем ты думаешь? — пробормотал он. — О том случае, когда Гарри лишился всех костей в руке. — Я помню. — Я ведь уже рассказывала тебе эту историю со своей стороны, да? — Несколько раз. Гермиона что-то неопределенно промычала. Он знал, что у нее на уме. Ее удручало, что Драко знает все ее школьные истории, но они редко обсуждали его прошлое. Она давила на него множество раз, используя разные тактики, чтобы заставить его заговорить о Хогвартсе, но пару месяцев назад наконец сдалась — вероятно, осознав правду. В отличие от Гермионы и ее друзей, чьи проделки были невинными и обычно служили частью великого плана по спасению мира, истории Драко были полны жестокости: бессмысленные козни против гриффиндорцев и ненависть к маглорожденным. Лучше было их не ворошить. Драко не понравилось, какое направление принял разговор, и он попытался снова вырулить на тему ее квартиры и того, что ей пора переезжать, но так и не придумал, как это сделать до того, как она скатилась с него и объявила, что им пора собираться. — Ладно, — сказал он, пытаясь скрыть разочарование от того, что ему снова не удалось предложить ей жить вместе. Драко наблюдал, как она приводит себя в порядок с помощью палочки, затем собирает разбросанную одежду и складывает её аккуратными стопками на кровати. Она подошла к шкафу, и он залюбовался видом её спины, пока она выбирала наряд. Он присвистнул ей вслед. Она оглянулась через плечо, одарив его застенчивой улыбкой, прежде чем снова повернуться к вещам. Натянув трусики, джинсы, лифчик и свободную блузку, она присела рядом с ним на кровать, положив голову ему на плечо. — Что не так? Хм. Значит, она все-таки заметила его паршивое настроение? Черт, а она хороша. — Ничего. — Он повернул голову и поцеловал ее в макушку. — Я люблю тебя. Гермиона забралась с ногами на кровать, обхватила его за талию и снова прижалась к плечу. — Хочешь пойти со мной в Нору? — Уф. Нет. Мне разрешено сказать «нет»? — Конечно. Ты ходил на прошлых выходных. Я могу остаться, если хочешь. Ты кажешься подавленным. — У меня только что был невероятный секс с самой великолепной ведьмой. Я не подавлен. Я просто расслаблен и… задумчив. — Тебя что-то конкретное беспокоит? — Будущее, — ответил он. Туманно, но правдиво. Он уже давно размышлял об их будущем, а именно о том, как перейти на следующий этап. Он знал, что переезд должен случиться скоро, и целую вечность хотел попросить ее об этом, но всё осложнялось ситуацией с поместьем. Драко не мог навсегда покинуть свой дом и при этом остаться главой поместья. Так что, даже если бы он переехал куда-то с Гермионой, ему пришлось бы проводить в Малфой-мэноре как минимум две ночи в неделю (этот факт он узнал от своего будущего «я» много лет назад, но недавно подтвердил серией экспериментов — он был почти уверен, что должен дойти до этого сам, чтобы случайно не нарушить временную линию, создав парадокс). Теперь, когда вопрос со временем пребывания в Мэноре был решен и он уладил всё с матерью, оставалось только спросить Гермиону. Драко был почти уверен, что она согласится, тем более что Джинни неоднократно намекала, что им пора бы уже закругляться с этой неопределенностью (возможно, это был ее способ передать ему истинные чувства Гермионы). Но Драко продолжал ждать. Он помнил, что во время своего прыжка в май 2003 года (который по этому времени должен был случиться в среду) его будущее «я» (то есть он нынешний) планировало предложить Гермионе съехаться. Поэтому Драко считал крайне важным дождаться момента после этого прыжка, чтобы не изменить ни одного события на временной линии. Всё это дико запутывало и вызывало головную боль всякий раз, когда он об этом думал, но это казалось веским оправданием, и он ждал. Но теперь оправдания закончились. Нужно было просто сделать это и довериться ей. Она не давала поводов думать, что откажет. Они были крепки как никогда. Нужно было просто решиться и перестать всё усложнять. Гермиона что-то говорила, возвращая внимание Драко в настоящее. — Точно. Ты же увидишься с Драко-из-прошлого через несколько дней. Это официально положит начало прыжкам во времени с другой стороны. — Ага, — неопределенно отозвался Драко. Именно об этом она и подумала, когда он упомянул «будущее». — Эй, — сказала она, выпрямляясь и поворачивая его лицо к себе. — Обещай мне, что ты в порядке. Я не оставлю тебя одного в таком состоянии. Драко одарил её нарочито широкой улыбкой, демонстрируя все зубы сразу, затем наклонился и поцеловал её в нос. — Иди к друзьям. Я в порядке. Правда. — Правда-правда? — Да, — сказал он, наконец вставая с кровати и потягиваясь. — А теперь иди. — Я скоро вернусь, и тогда мы будем практиковаться в приготовлении запеченной курицы с пюре и подливкой. Устроим поздний обед, раз уж мы так поздно позавтракали. — Может, я попрактикуюсь, пока тебя не будет? — с надеждой спросил он. — И всё будет готово к твоему приходу. — И позовешь Финли, чтобы он всё приготовил? Хорошая попытка. Черт. Ну что ж, стоило попробовать. Драко закончил одеваться и притянул Гермиону для объятия. — Веселись с друзьями. Передай им всем, как сильно я хотел бы быть там, но как я ужасно занят работой. — Ага, конечно. — Она поцеловала его в щеку, затем шлепнула по заднице и подмигнула, прежде чем направиться к двери. — Люблю тебя, Драко. Скоро буду дома. Драко сел на кровать и повалился назад с тяжелым вздохом. Она только что назвала это место домом. Видишь? Она не хочет никуда переезжать. Ну, ей придется. Я же не могу предложить ей жить вместе, а потом напрашиваться к ней в квартиру, верно? Может быть…? Нет, новый дом — это хорошая идея. И если ей не понравится, она так и скажет. Просто поделись с ней своими мыслями. Это же Гермиона. Да, в этом-то и была проблема. Это была Гермиона — ведьма, которую он каким-то чудом завоевал вопреки всему. Хотя они были вместе почти два года, в глубине души его всё ещё преследовал страх: один неверный шаг — и он потеряет её навсегда. И теперь, когда прыжки во времени возобновлялись, он нервничал из-за возможной ошибки сильнее, чем когда-либо.

***

Тук-тук. На этот раз Драко и не надеялся, что дверь откроет Поттер, хотя и попытался изобразить удивление, когда на пороге возникла Джинни. — Твой муж вообще когда-нибудь сам открывает дверь? — протянул он, вальяжно прислонившись к стене. Джинни скрестила руки на груди и привалилась к дверному косяку, зеркально повторив его позу. — Ты прекрасно знал, что он на работе. А значит, пришел ко мне. Чем могу быть полезна, Хорёк? Эту ведьму было не провести — мало что могло укрыться от ее взгляда. По сообразительности она почти не уступала Гермионе. — Я и впрямь ожидал застать здесь его. Он упоминал, что во вторник у него патруль, а значит, сегодня он должен был освободиться пораньше. У меня к нему дело. — Патруль у него в четверг вечером. — Да? А я слышал, что во вторник. — Ну конечно, — отозвалась она, явно не поверив ни единому слову. — В любом случае, раз уж я здесь… — Да, давай сразу перейдем к истинной причине твоего визита. Драко проигнорировал ее колкость. — Ты, э-э, разговаривала с Гермионой? — Вообще когда-либо? Или в последнее время? — Ну, разумеется, ты с ней разговаривала. — Хватит мямлить, переходи к делу. — Вы обсуждали ее жилищный вопрос? — спросил он наконец. — А-а. — Джинни понимающе улыбнулась и мотнула головой, приглашая внутрь. — Заходи. — Нет, в этом нет необходимости! — крикнул он ей вслед, но она, не слушая, скрылась в глубине дома. Драко заглянул в прихожую. — Уизли! — Поттер! — отозвалась она из комнаты. Драко вздохнул и нехотя переступил порог. Джинни уже была в гостиной; она как раз наливала щедрую порцию Огневиски и протянула стакан Драко, едва тот вошел. — Похоже, тебе это сейчас нужно. — О, э-э, спасибо, — буркнул он, принимая напиток. Он так и остался стоять у дверей, пока она устраивалась на диване. — Так что происходит? — спросила она, когда устроилась поудобнее. — И почему ты не называешь меня Джиневрой? Драко отхлебнул виски и пожал плечами. — Просто сегодня нет настроения. Она впилась в него испытующим взглядом, а затем — совершенно внезапно — на ее лице расплылась лукавая ухмылка. — Назови меня «Джинни», и я тебе помогу. — Мне не нужна твоя помощь, — на автомате выпалил он и сделал еще один глоток. — То есть ты не ходишь вокруг да около, боясь предложить Гермионе съехаться? Драко тяжело вздохнул. С Джинни играть в прятки было бесполезно. — Ладно. Что она скажет, если я предложу купить общий дом? Это не слишком… чересчур? Джинни снова усмехнулась, выжидающе глядя на него. Драко допил остатки виски. Она явно наслаждалась моментом. Затем она приложила ладонь к уху, всем видом показывая, что ждет заветного слова. Драко закатил глаза. — Ты это серьезно? — Вполне. — Ты ведешь себя как ребенок, — проворчал он. — Меня это устраивает. — Джинни, — начал он, делая акцент на ее имени, — ты можешь мне помочь? Пожалуйста, — добавил он для пущей убедительности. — С радостью помогу тебе, Хорёк! — воскликнула она, выпрямляясь. — Для начала скажи мне: почему ты хочешь именно купить дом? Почему нельзя для начала просто переехать в ее квартиру? — Я не могу сначала предложить ей жить вместе, а потом напрашиваться в ее квартиру, верно? И я уж точно не собираюсь звать ее в Мэнор. Я бы никогда так не поступил. — Нет, разумеется, — согласилась Джинни, подавшись вперед. — К тому же ей и так не особо нравится ее квартира. Она не раз говорила, что хотела бы чаще пользоваться магией, но не может, потому что арендодатель — магл, да и кругом одни маглы. Ей не нравятся соседи, планировка, стиль. Кажется, единственное, что ее устраивает, — это район, но мы легко найдем дом в той же части города, деньги — не проблема. Но… не возникнет ли у нее с этим трудностей? С тем, что я куплю для нее дом? Это не слишком много и не слишком рано? — Это не рано, — быстро ответила Джинни. — Хотя покупка дома… это серьезный шаг… впрочем, всё относительно. Для обычного волшебника купить дом — это грандиозное событие, но для тебя — это скорее как купить… метлу высшего класса или, раз уж мы говорим о Гермионе, первое издание какой-нибудь знаменитой книги. — Ладно… то есть ты считаешь, я должен купить ей дом? — Только не делай этого, не сказав ей. Она захочет сама участвовать в поисках. И наверняка втемяшит себе в голову, что должна платить тебе аренду или еще какую-нибудь подобную глупость. Драко кивнул. Он и сам об этом догадывался. А затем спросил, немного смущаясь: — И она… э-э… ответит «да»? Джинни с энтузиазмом закивала. — Да. Однозначно. Драко подозрительно прищурился. — Это не розыгрыш? Ты не пытаешься выставить меня… не знаю, на посмешище? — Это не розыгрыш, — рассмеялась она. — Просто поговори с ней. Скажи ей всё то же самое, что только что сказал мне. — Хорошо. Я справлюсь. Э-э… когда? — Когда она вернется с работы. Когда же еще? — После изысканного ужина. А как насчет подарка? Стоит ли мне упаковать ключ или что-то в этом роде? Или, может, вложить его в первое издание ее любимой книги? Правда, сначала мне придется раздобыть этот ключ, и он будет лишь символом, ведь мы защитим дом магией… — Никаких излишеств, — перебила его Джинни. — Просто спроси ее. Драко кивнул и присел в кресло рядом с Джинни, обдумывая ее слова и потягивая напиток. Неужели всё действительно так просто? Возможно, он и впрямь слишком много накручивал. Это было в его духе. Он взглянул на Джинни и заметил знакомый отсутствующий взгляд. Драко проследил за ее взором и увидел на столике сложенный пергамент с наброском Хогвартса. Он мгновенно узнал программку мемориала, посвященного годовщине Финальной Битвы (не потому, что сам там был, разумеется, а потому, что Гермиона принесла ее домой). Драко откашлялся. — Как прошло поминальное мероприятие на прошлой неделе? — О, э-э, нормально. — Мне жаль. Я знаю, каково это — терять того, кого любишь. Джинни замолчала, а Драко мысленно прокрутил свои слова. Вроде бы всё было в порядке. К этому времени он уже вполне комфортно чувствовал себя в компании друзей Гермионы, но такие моменты, когда речь заходила о прошлом, всегда оставались щекотливыми. — Мы не обязаны это обсуждать, — объявила Джинни, снова переводя на него взгляд. — Я сказал это не потому, что ты мне только что помогла, — с вызовом бросил он. — Я говорил искренне. — Я это чувствую. Я приму твое сочувствие, но развивать тему не будем. Драко улыбнулся. — Идеально. Вот за это я тебя и ценю. — Он допил виски и встал, поставив пустой стакан на столик. — Неужели? — переспросила она. — Мы и впрямь так хорошо ладим? — Лучше, чем с любым другим Уизли. — Может, это потому, что теперь я Поттер? — Она поднялась и проводила Драко к выходу. — Кстати о нем: не хочешь оставить Гарри записку о том «особом деле», ради которого ты якобы заглянул? Она одарила Драко многозначительным взглядом, но он его проигнорировал. — Нет. Скажу ему при следующей встрече. Джинни покачала головой, открывая перед ним дверь. — Пока, Хорёк. И удачи с Гермионой, хотя я уверена, что она тебе не понадобится. — Спасибо, Джиневра.

***

На следующий день Драко был в Малфой-мэноре. Он мерил шагами гостиную, которую переоборудовал под кабинет, ожидая прибытия Драко из августа 2000 года. Предстоящая встреча заставляла его нервничать, но он старался скрыть это за щитами Окклюменции — впрочем, другой Драко наверняка раскусил бы его за пять секунд. Драко вздохнул и сбросил ментальные блоки. В тот же миг в дверях кто-то деликатно кашлянул. Драко вздрогнул и обернулся. Его прошлое «я» уже стояло там, внимательно наблюдая за ним. И как давно он здесь? — Нервничаешь? — спросил двойник из прошлого, входя в комнату с легкой ухмылкой на губах. Драко закатил глаза. Почему он был таким невыносимым? Был? В прошедшем времени? Заткнись. Драко глубоко вздохнул. У него не было причин для беспокойства. Вчера он трижды пересматривал эту встречу в Омуте памяти. Он точно знал, что нужно сказать, чтобы не нарушить ход времени. Ничто не должно было сбить его с пути. Драко надеялся, что эта безотчетная тревога — лишь следствие того, что это его первый прыжок «с другой стороны». Со временем должно стать легче. Обязано стать легче, иначе Драко схватит инфаркт прежде, чем наступит 2006 год. — Прежде чем ты начнешь ходить кругами, разглагольствуя о своей жене, и наотрез откажешься сообщать мне хоть какие-то интересные подробности моего будущего, спешу сообщить: мне дано строгое поручение расспросить тебя о Дафне, — начал другой Драко, точь-в-точь как помнил сам Драко по воспоминаниям в Омуте. Он расслабился. С этим он справится. Затем, подумав о Дафне и вспомнив разговор из прошлого, который привел к этой фразе, он улыбнулся. — С ней всё в полном порядке, — ответил он честно. — Она счастлива. Просто скажи ей, чтобы она расслабилась и что всё будет хорошо. — Мне нужно что-то более конкретное. Драко рассмеялся, представив реакцию Дафны, когда тот вернется с такими туманными заверениями. Но в его памяти он не сообщал себе никаких подробностей, и сейчас он не собирался ничего менять. — Просто скажи ей, что всё устроится. — Большего я от тебя не добьюсь, верно? — вздохнул гость, падая на софу в дальнем конце комнаты. — Верно. — Ну и ладно, — проворчал тот и извлек из кармана блокнот. — Давай обменяемся датами. Точно. У Драко уже был список всех дат временных прыжков (по сути, будущая версия того списка, который сейчас держал его двойник), но в нем не хватало некоторых деталей — например, продолжительности прыжков. Он рассудил, что должен начать отслеживать это сейчас, чтобы позже передать дополненный список своему прошлому «я», сообщив, когда и на какой срок будут происходить перемещения. Как странно. Он призвал со стола пергамент и перо, и каждый из них вписал в свои списки дату из времени другого. Когда тот Драко закончил с блокнотом и убрал его в карман, он снова развалился на софе. Пока он изучал потолок, Драко воспользовался случаем, чтобы изучить его самого. Весь этот опыт казался сюрреалистичным — не только потому, что он знал каждое последующее слово, заучив его по Омуту памяти, но и потому, что он знал этого Драко. Он знал каждую крупицу его жизни. То, как он проводил свободное время, изучая юридическую заумь вместе с матерью; то, как он ненавидел Гермиону (какой же идиот); то, каким совершенно, абсолютно потерянным он себя чувствовал и как отчаянно пытался это скрыть. Двойник прикрыл глаза рукой и тяжело вздохнул. Драко заметил, каким худым тот выглядит, и сам невольно вздохнул. Он уже и забыл, как паршиво всё было до Гермионы, и это был еще не самый худший период. Когда он начнет встречать себя из начала 2000-го... он сглотнул, сдерживая подступившие слезы при одной только мысли об этом. Это будет тяжело. — Что у тебя нового? — спросил Драко, так как помнил, что должен это спросить. Другой мужчина окинул его саркастическим взглядом. — Ты и так прекрасно знаешь, что происходит в моей жизни. Может, лучше ты расскажешь? Как там жена? — Я не женат. — Оу, ну да, но ты понимаешь, о чем я. Полагаю, вы уже вместе, раз в следующем году планируете свадьбу. — Да, мы вместе. Я как раз пытаюсь придумать, как предложить ей переехать ко мне. — Но не сюда. — Нет. Не сюда. — Почему она так ненавидит этот дом? — быстро спросил он, явно надеясь застать Драко врасплох. Но, разумеется, у него ничего не вышло. — Хорошая попытка. Его младшее «я» пожало плечами. — Просто спроси её. Зачем раздувать из этого проблему? Ты же знаешь, что она скажет «да», раз в итоге выйдет за тебя замуж. — Вообще-то, вчера я получил точно такой же совет от кое-кого другого. — Драко внутренне улыбнулся, представив реакцию этого Драко, если бы он упомянул, что совет дала Джинни Уизли. — Моя девушка склонна всё усложнять, — пояснил он. Твоя девушка склонна всё усложнять? Или ты сам склонен всё усложнять? — И… что? Ты не хочешь, чтобы она подумала, будто это слишком серьезно? Разве она не знает, что произойдет в будущем? — Без комментариев по второму вопросу. А что касается первого — нет, я не против, чтобы она считала это серьезным. Она и так знает, что у нас всё серьезно. — И как долго вы вместе? — снова последовал быстрый вопрос. — Этого я тебе не скажу. Другой волшебник тяжко вздохнул, сел и уставился в окно. — Хочешь полетать? Здесь, кажется, неплохая погода, а в моем времени сейчас стоит аномальная жара, так что я почти не выхожу на улицу. — Давай. Драко задержался, пока другой мужчина отправился в их спальню, чтобы переодеться в мантию для полетов. Он потянул за ворот рубашки, влажной от пота, пытаясь глотнуть воздуха. Он больше не будет заглядывать в Омут памяти перед этими визитами. Пытаться следовать за течением разговора, одновременно удерживая в голове события из времени другого Драко и имитируя каждое свое действие из воспоминаний, было слишком утомительно. Ему нужно было просто верить в то, что его место — рядом с Гермиолой, и что всё сложится правильно. Он обмахивался краем рубашки, идя по коридору. Полет пойдет ему на пользу. Он попробует расслабиться, ему не придется разговаривать со своим вторым «я», а потом он сможет принять ванну — отличный предлог, чтобы побыть в одиночестве еще дольше. К счастью, этот прыжок продлится недолго, и скоро он сможет вернуться к Гермионе и покончить с этим вопросом о переезде. Он и так слишком долго терзал себя сомнениями.

***

Драко из прошлого вернулся в свое время поздно вечером, незадолго до полуночи, и Драко не мог дождаться, когда наконец окажется в квартире Гермионы. Весь день он ломал голову над тем, как предложить ей переехать к нему, так и не сумев полностью последовать совету Джинни насчет «отсутствия мишуры», и в итоге придумал нечто простое, но безупречное. Гермиона уже спала, когда он пришел, что было только на руку: ему нужно было подготовить несколько вещей к утру. Перед тем как скользнуть в постель к Гермионе, Драко завел магический будильник на палочке на 6:30 утра — несусветная рань для выходного дня, но ради неё оно того стоило. Еще одно неоспоримое доказательство того, как сильно он её любит. Гермиона зашевелилась. — Как всё прошло? — спросила она сквозь сон. — Нормально. — Драко обнял её, чувствуя, как она уютно прижимается к его груди. — Мы всё еще здесь, значит, я не слишком сильно всё запорол. — Хмм... Я скучала. Драко поцеловал её в макушку и прошептал: — Я люблю тебя. — Люблю тебя, — пробормотала она в ответ и через пару секунд снова погрузилась в сон. На следующее утро Драко стоял в крошечной душевой кабине Гермионы с пустой вазой в руках, навострив уши и прислушиваясь к звукам её шагов по квартире. Ему нестерпимо хотелось видеть её лицо в тот момент, когда она находила каждый из цветов, спрятанных им по всему дому. Ему также было любопытно, догадалась ли она уже, к чему всё клонится. Он стоял не шевелясь и позевывая в ожидании, пока она его обнаружит. Мгновение спустя в душевую влетела маленькая желтая птичка с запиской на шее: «Иди за мной». В следующую секунду Гермиона распахнула дверцу. — О! — воскликнула она, увидев его. — Вот ты где! Она была в пижаме, с охапкой цветов в руках и сияющей улыбкой. Драко протянул ей вазу, и она заулыбалась еще шире, ставя в неё букет. — Ну как, тебе понравилось? — спросил он, выходя из душа. — Проснуться от того, что маленькая птичка показывает мне все цветы, которые ты припрятал в моей квартире? Это было очень здорово, но в то же время... как-то странно? — О чем ты думала, пока собирала их? — Драко указал на вазу в её руках. — Сначала я подумала, что это милый квест, а потом поняла, что ты пометил цветами все места в квартире, на которые я жалуюсь. Цветок на подоконнике, который я мечтаю расширить магией; другой — в шкафу с дверной ручкой не с той стороны, которая вечно сводит меня с ума; еще один парил в том месте на стене, где должна быть дверь во вторую ванную, но её там нет. И конечно, — она кивнула в сторону душа, — поиски закончились в моем самом нелюбимом месте. В душевой, которая так и не стала ванной. Драко улыбнулся и убрал непослушный локон с её лица. — Ты права. Это место просто ужасно. Так почему бы тебе не переехать? — Переехать? Драко на мгновение замялся, но заставил себя продолжить по заготовленному сценарию. — Переехать в другое место, со мной. Мы купим дом неподалеку и обустроим его именно так, как ты захочешь. — Дом? Драко кивнул. — Дом. Она пристально смотрела на него несколько мгновений, а затем произнесла: — Она ставит цветы на туалетный столик, которому, по её мнению, следовало бы стоять на пару футов левее, и делает шаг в объятия любимого. Драко улыбнулся. Иногда они так развлекались — комментировали свои действия от третьего лица. Это была их личная шутка, родившаяся около года назад, хотя Драко уже и не помнил, при каких обстоятельствах. Он подхватил повествование: — Она принялась перебирать его волосы, обдумывая предложение. Тем временем его сердце бешено колотилось в ожидании ответа. Ей лучше не отказывать ему. Если она это сделает, он умрет на месте. — Умрет? О боже. Мы не можем этого допустить. — Медленная улыбка расплылась на её лице, она поцеловала его в челюсть и прошептала: — Конечно, я перееду к тебе, Драко. Я думала, ты никогда не спросишь.