Сын шерифа

Дин так и не дождался ответа от ангела, тишина в комнате лишь сильнее давила. Снова вытащив права на имя «Мечислава», он еще раз медленно пробежал глазами по строчкам, пытаясь навечно впечатать данные в память. Еще несколько томительных секунд он просто стоял, сжимая в пальцах холодный пластик, будто это невзрачное водительское удостоверение могло внезапно ожить и объяснить, каким образом он оказался заперт в теле семнадцатилетнего мальчишки. Чуда не произошло — карточка осталась безмолвной. С глухим раздражением сунув её обратно в кошелёк, Дин вновь обвёл комнату взглядом. Теперь это не был растерянный взгляд человека, проснувшегося в чужой постели; в нём проснулся охотник, привычно оценивающий вражескую территорию. Многолетняя привычка взяла верх над паникой, заставляя его методично сканировать пространство. Первым делом он сосредоточился на выходах. Подойдя к двери, Дин проверил замок: тот оказался до смешного обычным, неспособным задержать никого серьезнее грабителя-дилетанта. Затем он распахнул окно, впуская внутрь прохладный ночной воздух. Снаружи раскинулся сонный двор с аккуратно подстриженным газоном, залитый тусклым, мертвенным светом одинокого фонаря, но ни в тенях деревьев, ни в тишине улицы не ощущалось ни малейшего следа угрозы… — Ладно, — пробормотал он. — Значит не ловушка. Теперь — информация. Опустившись на стул перед рабочим столом, Дин принялся методично перебирать стопки тетрадей. Под обложками скрывался быстрый, местами нервный почерк с обилием хаотичных стрелок и пометок на полях — типичные следы спешки на уроках математики, истории и биологии. С виду — самая обыкновенная, скучная школьная жизнь. Однако его внимание привлекла лежащая чуть в стороне толстая папка. Стоило Дину раскрыть её, как он невольно замер, вглядываясь в содержимое. Внутри в беспорядке громоздились фотографии, пожелтевшие газетные вырезки и сложные, расчерченные от руки схемы. Кроваво-красные стрелки связывали фрагменты данных в единую, пугающую сеть. На одном из центральных листов красовался выведенный огромными буквами заголовок: «ТЕЛО В ЛЕСУ». Вокруг него теснились лихорадочные приписки: «Половина туловища? Животное? Или всё-таки убийство?» Дин медленно откинулся на жесткую спинку стула, чувствуя, как знакомый азарт смешивается с горькой иронией. — Ну конечно… — выдохнул он в пустоту комнаты. Судя по всему, пацан, в чьем теле он застрял, питал нездоровую страсть к поискам неприятностей. Продолжая изучать содержимое стола, Дин наткнулся на распечатку сетевой переписки, где в верхней части страницы навязчиво мелькало одно и то же имя — Скотт. Сообщения шли сплошным потоком, сочась нетерпением: «Ты идешь? Стилински, ты же обещал! Мы идем в лес». Дин нахмурился, вчитываясь в короткие фразы. — Кто еще, черт возьми, такой этот Скотт?.. Дин потянулся к смартфону, брошенному на краю стола. Экран тут же отозвался ярким светом, ослепив в полумраке и выдав целую гирлянду уведомлений о пропущенных сообщениях от того самого «Скотта». Открыв диалог, Дин наткнулся на последнюю реплику, отправленную всего пару часов назад: «Чувак, это было полное безумие». Дин прищурился, словно пытаясь разглядеть смысл между пикселями. — Что именно показалось тебе безумием, парень? Он принялся быстро листать историю чата. Разговор оказался лихорадочным и дерганым, переполненным специфическими шутками и полунамеками, понятными только двоим. Было очевидно: Скотт — лучший друг этого «Стилински», и, судя по бесконечному потоку текста, друг крайне навязчивый и разговорчивый. С глухим стуком Дин вернул телефон на столешницу. — Ладно, Скотт, — выдохнул он, принимая правила игры. — Посмотрим, во что вы вляпались. Взгляд Дина снова вернулся к стене, где висела доска, превращенная в настоящий штаб расследования. Здесь, среди хаотично закрепленных фотографий густого леса и подробной карты Бикон-Хиллс, были жирно отмечены ключевые точки, складывающиеся в пока непонятную систему. Внимание охотника зацепилось за еще одно имя, выведенное на отдельном листке. — Дерек, — тихо хмыкнул Дин, ощущая, как круг знакомств Стилински стремительно расширяется. — Отлично. Уже двое. Он поднялся со стула и подошел вплотную к доске, чтобы рассмотреть детали. Из центра экспозиции на него смотрел парень лет двадцати с небольшим — его мрачный взгляд и слишком серьезное выражение лица явно выбивались из рамок обычного школьного интереса к тайнам. Под снимком красовалась лаконичная подпись, сделанная всё тем же нервным почерком: «подозрительный тип». Дин замер на секунду, изучая черты лица незнакомца, и в его голове невольно щелкнул профессиональный тумблер. — А у пацана, похоже, неплохая интуиция, — заключил он, понимая, что за этим «подозрительным типом» явно тянется шлейф из секретов, которые не встретишь в учебнике биологии. Дин медленно провел ладонью по поверхности доски, будто пытаясь нащупать невидимые нити, связывающие воедино все эти разрозненные фрагменты. Тело в лесу, неугомонный Скотт, загадочный Дерек... От всей этой истории за версту несло чем-то до боли знакомым. Это не было похоже на обычный криминал из вечерних новостей; в воздухе отчетливо разливался терпкий привкус охоты. В груди отозвалось забытое, но безошибочное напряжение — предвестник приближающейся схватки. Он еще раз впился взглядом в схему на стене, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение вперемешку с иронией. — Серьёзно? — выдохнул он, с силой потирая лицо ладонями. — То есть я мало того, что проснулся в шкуре подростка, так этот малец еще и влез в самое настоящее сверхъестественное дерьмо?! Он замолчал, переваривая абсурдность ситуации, и через секунду добавил с мрачной усмешкой: — Ну просто блеск! Дин уже хотел было вернуться к изучению бумаг, но комната снова озарилась мертвенным светом экрана. Новое уведомление: «Ты жив?» Он медленно вскинул бровь, глядя на мигающий текст. — Пока что да, — пробормотал он. Второе сообщение прилетело почти мгновенно, словно собеседник сидел на иголках: «Ты ведешь себя странно после того, что случилось в лесу». Дин переводил взгляд с экрана на доску с фотографиями и обратно. В голове наконец защелкнулись пазы, и он почувствовал то самое легкое, будоражащее кровь ощущение — игра началась. Пальцы быстро отстучали по сенсору: «Я всегда веду себя странно». «Нет. Сейчас всё по-другому», — прилетел мгновенный ответ. — Ты даже не представляешь, насколько, парень, — усмехнулся Дин, откладывая телефон в сторону. Он еще раз обвел взглядом свое новое пристанище. Школа, опасные расследования, гиперактивный лучший друг и, в довершение ко всему, отец-шериф. Настоящее комбо. Тяжело выдохнув, Дин подошел к зеркалу и всмотрелся в чужое, слишком молодое лицо. — Ладно, Стилински, — произнес он своему отражению, и в его глазах блеснула сталь старого охотника. — Похоже, теперь это наша общая жизнь.