Сын шерифа

Участок шерифа Бейкон-Хиллс встретил Дина запахом пережаренного кофе, архивной пыли и изношенного линолеума. Он устроился в кабинете отца, по-хозяйски закинув ноги на перекладину стула, и принялся изучать обстановку. Взгляд охотника работал на автомате: стол, окно, два возможных выхода. На стене — подробная карта города. — Маленький городок, — пробормотал он, прикидывая пути отхода. — Эй! Дин обернулся. В дверях стоял высокий парень в аккуратно отглаженной форме. — А ты почему не на уроках? — Временно отстранен, — отозвался Дин. — По какому поводу? — Проводил рискованный социальный эксперимент. Помощник шерифа понимающе прищурился. — Ты Стилински. — Есть такой грех. Тот коротко усмехнулся: — Я Пэрриш. — Дин. Пэрриш вскинул бровь: — Дин? — Шучу. Стайлз. Пэрриш покачал головой, проходя вглубь кабинета. — Теперь мне ясно, почему твой отец выглядит так, будто не спал с прошлого века. Он с негромким хлопком положил на стол папку с документами. — Значит, это правда? Ты реально начистил физиономию Уиттемору? Дин равнодушно повел плечом: — Он проверял теорию. — И какую же? — Что я умею только чесать языком. — И? — Эксперимент закончился кровопролитием. Пэрриш не выдержал и рассмеялся, откинувшись на дверной косяк. — Твой отец изо всех сил делает вид, что в ярости. — Думаешь, только делает вид? — О да, — Пэрриш заговорщицки наклонился ближе. — На самом деле он чертовски гордится тем, что ты за себя постоял. Дин тихо фыркнул, пряча тень улыбки. — Я это уже прочувствовал. Дверь кабинета распахнулась, и шериф вошел внутрь, бережно неся чашку кофе. — Я всё слышу, — ровным голосом произнес он. Пэрриш вскинул ладони в защитном жесте: — Я вообще ничего не говорил. — Ну разумеется. Шериф перевел взгляд на сына, который всё еще подпирал перекладину стула. — Ты уже успел допросить половину личного состава? — Пока в моем списке только один свидетель, — парировал Дин. — Не вздумай начинать очередное расследование. — Я даже к папкам не притрагивался. Пэрриш негромко вставил: — Он стоял у карты. Изучал ландшафт. Шериф медленно повернулся к Дину. — Стайлз. — Да? — Надеюсь, ты не планируешь идеальное преступление? — Я планирую их предотвращать. Повисла короткая пауза. Шериф посмотрел на карту, затем на сына. — И что же ты там высматриваешь? Дин медленно провел пальцем по густому зеленому пятну на окраине города. — Просто размышляю. — О чем именно? — Будь я хищником… — начал Дин, и в его голосе прорезалась странная, пугающая уверенность. — Я бы обосновался именно здесь. Он отчетливо постучал костяшкой по лесному массиву. — Достаточно близко к городу, чтобы чувствовать добычу, но достаточно далеко, чтобы не попадаться на глаза. Пэрриш задумчиво прикусил губу: — А ведь это… на самом деле логично. Шериф несколько секунд сверлил сына взглядом, пытаясь разгадать эту новую перемену. — Ты слишком много думаешь, парень. — Это у нас семейное. Шериф тяжело вздохнул и указал на стул: — Садись уже. — С чего бы? — С того, что если ты продолжишь анализировать мой город как зону боевых действий… — он сделал глоток кофе, — мне придется выдать тебе жетон, чтобы всё это выглядело законно. Дин коротко усмехнулся: — Заманчивое предложение. Пэрриш, всё еще стоящий в дверях, тихо произнес: — Он сегодня реально сам не свой. Шериф посмотрел на Дина, задержав дыхание, и наконец подтвердил: — Да. Я заметил. Но в глубине души шерифа снова шевельнулось то самое тревожное чувство. Стайлз выглядел не просто повзрослевшим. Он выглядел как человек, который досконально знает, как устроен этот опасный мир. И шерифу очень не нравился вопрос, который сам собой всплывал в голове: где и когда его сын успел этому научиться? Дину редко по-настоящему нравились люди. За годы охоты он привык делить мир на «своих» (которых можно пересчитать по пальцам одной руки) и на «цели». Но этот аномальный городок потихоньку пробивал его броню. Ему нравился шериф. В этом человеке была правильная порода — спокойная сила, усталые глаза и честность, которую Дин уважал превыше всего. Ему нравился этот новый «отец». Ему, как ни странно, нравился Скотт. Этот недооборотень был до нелепости искренним, преданным и каким-то чистым несмотря на то, что внутри него просыпался зверь. Дин чувствовал странную потребность вытащить этого щенка из той ямы, в которую тот угодил. Даже саркастичный тренер Финсток вызывал симпатию — своей прямолинейностью и полным отсутствием пафоса. Дин ценил людей, которые говорили то, что думают, даже если это был бред. А теперь ему понравился Пэрриш. В помощнике шерифа чувствовался стержень. В нем не было суеты, он не смотрел на Стайлза как на городского сумасшедшего, и в его глазах читался интеллект. Пэрриш был из тех, с кем можно было бы пойти в разведку, если бы Дин всё еще был тем самым Дином. — Ладно, — тихо сказал Дин, глядя на Пэрриша. — Похоже, здесь работают нормальные люди. Шериф хмыкнул, опускаясь в кресло. — Рад, что ты одобряешь мой отдел. Теперь, может, ты перестанешь планировать захват леса и займешься чем-то полезным? Дин усмехнулся. — Полезным? Например? Шериф кивнул на стопку бумаг, которые принес Пэрриш. — Помоги Пэрришу разобрать архив. Раз уж ты всё равно «эволюционируешь», примени свой мозг к делу. Пэрриш улыбнулся и протянул Дину папку. — Поможешь? Там есть пара странных случаев, которые тебе точно «понравятся». Дин замер, глядя на папку. Это был шанс.