Сын шерифа

Тренировка затягивалась, и привычный ритм игры постепенно вытеснял утреннюю неловкость. Свисток Финстока то и дело прорезал воздух, прерывая крики игроков и глухой стук мяча о сетку. Дин ловко перехватил передачу, на одном движении развернулся и отправил мяч точно по линии, завершая атаку. Гол. — Да! — взревел Финсток, размахивая руками на бровке. — Видите? Вот что случается, когда кто-то на этом поле начинает пользоваться мозгами! Дин лишь усмехнулся и не спеша отошел назад, восстанавливая дыхание. Именно в этот момент его взгляд зацепился за трибуны. Там, в стороне от основной массы учеников, стояли две девушки. Лидия сидела на самом краю лавки с таким видом, будто её присутствие здесь — это величайшее одолжение, оказанное всей вселенной. Эллисон стояла рядом. Она смотрела на поле, но охотничья привычка Дина к наблюдению быстро вычленила важную деталь: её взгляд лишь изредка следил за мячом. Большую часть времени она смотрела на Стилински. Каждый раз, когда Дин оказывался в радиусе её видимости, она на секунду замирала, а затем поспешно отводила глаза, делая вид, что увлечена игрой. — Пас! — выкрикнул кто-то из парней, и Дину пришлось выбросить лишние мысли из головы, возвращаясь в игру. Он сразу заметил, что со Скоттом что-то не так. Друг играл непривычно агрессивно — он двигался быстрее обычного, шел в стыки жестче и злее. Дин видел это по напряженным плечам и резким, дерганым движениям. Когда тренировка наконец закончилась, Финсток дал финальный свисток и зычно скомандовал всем отправляться в душ. Игроки потянулись к раздевалкам, и Скотт шел рядом с Дином в давящем, тяжелом молчании. — Ты сегодня играешь так, будто на кого-то очень сильно злишься, — нарушил тишину Дин. — Нет, — коротко бросил Скотт. — Да, — настоял Дин, но ответа не последовало. В раздевалке стоял привычный шум: хлопанье металлических дверок, смех и обсуждение удачных моментов. Скотт резко, с оглушительным лязгом захлопнул свой шкафчик. — Ты пригласил её, — произнес он, не оборачиваясь. Дин спокойно встретил его взгляд в отражении дверцы. — Да. — Ты ведь знал, что она мне нравится. — Знал. Наступила пауза, от которой воздух в помещении, казалось, стал гуще. — И ты всё равно это сделал, — Скотт резко развернулся, в его голосе закипала обида. — Почему?! Несколько игроков притихли и начали оборачиваться на их крики. Дин подошел ближе и заговорил негромко, но предельно веско: — Потому что ты сейчас не в том состоянии, чтобы начинать какие-либо отношения, Скотт. — Это не тебе решать! — Я знаю, что не мне. Скотт сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Дина. — Тогда почему ты решил, что имеешь право распоряжаться моей жизнью? Дин внимательно посмотрел на него и вдруг почувствовал это кожей. Пульс Скотта колотил как сумасшедший, в воздухе отчетливо разлился едкий запах адреналина и неконтролируемой ярости. — Скотт... — Что?! — выкрикнул тот, вскидывая голову. И в этот момент Дин увидел это. Глаза Скотта на долю секунды вспыхнули ярким золотом. Всего лишь мгновение, но для опытного охотника этого было более чем достаточно. — Черт, — тихо выдохнул Дин. Скотт тяжело дышал, его грудная клетка ходила ходуном. — Ты думаешь, что ты лучше меня, — рычал он, едва сдерживаясь. — Думаешь, что можешь всё контролировать и решать за всех вокруг! Голос Скотта становился всё громче, и игроки вокруг окончательно замолчали, предчувствуя драку. Дин шагнул еще ближе, почти вплотную, и произнес одними губами: — Скотт. — Да что?! — Твои глаза. Скотт замер, сбитый с толку этой переменой тона. — Что? — Посмотри в зеркало. Сейчас же. Скотт медленно повернул голову к зеркалу на стене. Желтое свечение исчезло почти мгновенно, сменившись привычным карим цветом, но он всё равно отшатнулся, словно от удара. — Я... я... Дин железной хваткой вцепился в его плечо, удерживая на месте. — Тихо. Просто дыши. Дин держал Скотта, вминая пальцы в мышцы так, чтобы боль немного отрезвила затуманенный мозг подростка. Он не просто держал — он заземлял, как громоотвод. — Тихо, — повторил Дин, понизив голос до едва различимого шепота. — Смотри на меня. Только на меня, Макколл. В раздевалке повисла липкая, неуютная пауза. Парни, еще секунду назад готовые наблюдать за дракой двух лучших друзей, начали неловко отворачиваться, возвращаясь к своим полотенцам и кроссовкам. Резкая вспышка агрессии Стилински и Макколла выглядела странно, но в этой школе за последние два дня странность стала нормой. — Я… я не… — Скотт задыхался, его зрачки то расширялись, то сужались, пытаясь скрыть остатки золотого пламени. — Дыши, черт тебя дери, — скомандовал Дин, не ослабляя хватки. — Прямо сейчас ты берешь свои вещи, и мы уходим. Без душа, без разговоров. Живо. Дин буквально вытолкал друга из раздевалки через заднюю дверь, ведущую сразу на парковку. Прохладный воздух ударил в лицо, и Скотт наконец-то сделал полноценный вдох, согнувшись пополам и упершись руками в колени. — Ты видел это? — прохрипел он, глядя на свои подрагивающие пальцы. — Они светились. Стайлз, они реально светились. — Видел, — Дин огляделся по сторонам, проверяя, не торчит ли поблизости Джексон или кто-то из любопытных. — И если бы я не влез с этим свиданием, ты бы сейчас светил ими прямо в лицо Эллисон на заднем сиденье её машины. Теперь понимаешь, о какой «катастрофе» я говорил? Скотт поднял голову. Ярость ушла, оставив после себя только серую, липкую усталость и страх. — Прости. Я… я не контролировал это. Оно просто вспыхнуло изнутри. Как будто кто-то другой нажал на газ. Дин подошел к джипу и открыл пассажирскую дверь. — Садись. Нам нужно убраться отсюда, пока ты не решил почесать зубы об кого-нибудь еще. Он завел мотор, и старый «Роско» привычно задрожал. Дин посмотрел на трибуны — Лидия и Эллисон уже уходили, но он успел заметить, как Эллисон на секунду обернулась, выискивая их в толпе. — Значит так, — сказал Дин, выруливая со стоянки. — Твой «медовый месяц» с котлетами официально закончен. Сегодня ты начинаешь учиться быть хищником, который не жрет всё подряд, включая нервы своих друзей. Скотт сидел, прижавшись лбом к стеклу. — И куда мы едем? Дин усмехнулся, вспоминая вчерашний разговор с отцом. — В участок. Мне нужно оформить практику, а тебе — посидеть в тишине и понять, что в этом городе есть люди, которые стреляют в таких, как ты, не задавая вопросов. Дин завел джип, и старый мотор «Роско» отозвался натужным, вибрирующим гулом, который сейчас казался на удивление успокаивающим. Скотт сидел на пассажирском сиденье, вжавшись в спинку, и всё еще не сводил глаз со своих рук, будто ожидал, что когти вырастут прямо сейчас. — Что со мной происходит? — его голос дрожал, в нем не осталось и следа недавней ярости, только голый, неприкрытый страх. — Ты злишься, Скотт. — Но я всегда злюсь! Каждый раз, когда Джексон открывает рот, или когда тренер орет... — Не так, — отрезал Дин, выруливая с парковки. — Это не та злость, к которой ты привык. Раньше это было просто давление, а теперь это топливо. Скотт тяжело дышал, пытаясь поймать ритм. — Я… я чуть не бросился на тебя. Прямо там, при всех. — Знаю. Наступила пауза, прерываемая только свистом ветра в щелях окон. Скотт отвернулся к окну, глядя на мелькающие деревья. — Это из-за неё, — тихо, почти неразличимо произнес он. Дин вздохнул, крепче сжимая руль. — Да. — Я видел, как она смотрела на тебя, Стайлз. Там, на поле. — Скотт… — Я видел! — он снова вскинулся, но на этот раз без золотого блеска в глазах, просто с обидой. Дин притормозил на светофоре и посмотрел другу прямо в глаза — серьезно и жестко, так, как умел только охотник со стажем. — Это сейчас вообще не главное. — Тогда что?! — Главное то, что ты только что почти потерял контроль из-за обычного подросткового всплеска эмоций. Твой зверь сидит внутри и только и ждет, когда ты дашь слабину. Скотт снова опустил взгляд на свои ладони, сжимая и разжимая кулаки. — Я не хотел этого. Правда. — Я знаю, парень. Поверь мне, я знаю. Они проехали еще пару кварталов в молчании. Скотт выглядел так, будто на его плечи внезапно сгрузили весь мир. — Это только начало, да? — наконец спросил он. Дин медленно, почти нехотя кивнул. — Да. Это только верхушка айсберга. Скотт шумно выдохнул, прислонившись лбом к прохладному стеклу. — Чёрт… Дин слегка усмехнулся, хотя глаза его оставались холодными. — Добро пожаловать в клуб избранных. Пока Скотт пытался прийти в себя, внутри Дина уже вовсю работали расчеты. Если у Макколла начинают загораться глаза от обычной человеческой ревности и ущемленного самолюбия, то полнолуние обещает стать не просто проблемой, а настоящей кровавой баней. Зверь внутри Скотта был молодым, голодным и совершенно невоспитанным. — Нам нужно найти способ тебя «заземлять», — пробормотал Дин, сворачивая в сторону участка. — И делать это быстро, пока ты не наделал дырок в ком-то, кто тебе дорог. Скотт резко выпрямился. Страх перед превращением на мгновение отступил, вытесненный полным, беспросветным непониманием, новость о практике Стаилза дошла только сейчас. Челюсть парня едва не ударилась о приборную панель. — В смысле — практика? — Скотт уставился на Дина так, будто у того из головы только что выросла антенна. — Какая еще практика, Стайлз? Ты о чем вообще? Дин даже не повернул головы, уверенно выкручивая руль в сторону центрального управления полиции. — Практика в участке, Макколл. С настоящими копами, настоящими наручниками и — если мне повезет — доступом к архивам, которые мой папа не дает мне читать перед сном. — Ты… ты договорился с шерифом? — Скотт часто заморгал. — И он согласился? После того, как ты вчера превратил лицо Джексона в отбивную? — Я был очень убедителен, — Дин позволил себе короткую, хищную усмешку. — Сказал, что это нужно для Квантико. И знаешь что? Это чистая правда. Нам нужно легальное прикрытие, Скотт. Если мы будем и дальше бегать по кустам с фонариками, нас рано или поздно пристрелят — либо твари, либо мой старик. А так я буду внутри системы. Буду знать, куда едут патрули и какие отчеты приходят из морга. Скотт вжался в сиденье, переваривая информацию. Его мозг, и так работающий на пределе из-за новых волчьих инстинктов, явно отказывался принимать этот новый уровень безумия. — Ты хочешь притащить меня, — он ткнул пальцем себе в грудь, — у которого только что глаза светились как фары, в здание, полное вооруженных полицейских? — Именно, — кивнул Дин, паркуя джип прямо напротив входа в участок. — Это называется «методом погружения». Будешь сидеть там, дышать глубоко и учиться контролировать свой пульс в самой стрессовой обстановке. Если сможешь не сорваться рядом с Пэрришем и моим отцом, значит, на потенциальном свидании однажды ты точно никого не загрызешь. Он заглушил мотор и посмотрел на Скотта. — И вытри лицо. Ты выглядишь так, будто собрался сдаваться с поличным. Мы идем туда как будущие столпы закона. Ну, или как минимум — как очень прилежные стажеры, во всяком случае я. А ты не отсвечивай, но прикрывай. Усёк? Скотт тяжело сглотнул, глядя на тяжелые двери участка. — Я тебя ненавижу, — прошептал он. — Да-да, вставай в очередь, — бросил Дин, выходя из машины. — Ты реально думаешь, что оборотни не продукт кино? Просто скажи. потому что у меня дикое чувство, что ты меня троллишь. Дин заглушил мотор и на секунду задержал руку на ключе, глядя прямо перед собой. В салоне джипа стало очень тихо, только остывающий двигатель издавал негромкие щелчки. Он медленно повернул голову к Скотту. Взгляд Дина был тяжелым, лишенным привычного сарказма или подростковой суеты — это был взгляд человека, который видел слишком много смертей, чтобы продолжать смеяться. — Скотт, послушай меня внимательно, — голос Дина стал низким и пугающе спокойным. — Я бы очень хотел, чтобы это был троллинг. Всё бы отдал за то, чтобы ты сейчас просто был придурком, который переел фарша и у которого начались галлюцинации от стресса. Он подался чуть вперед, сокращая дистанцию. — Но твои глаза только что светились золотом. У тебя заживают раны, которые должны были заживать недели. Ты слышишь шепот за тридцать метров. Это не кино, это не спецэффекты и это, черт возьми, не шутка. Дин кивнул в сторону участка, за дверями которого мерцал холодный свет люминесцентных ламп. — Мир гораздо больше и дерьмовее, чем пишут в твоих учебниках. В лесу бродит нечто, разорвавшее человека пополам. И оно укусило тебя — теперь ты меняешься. Если продолжишь думать, что я тебя разыгрываю, ты окажешься либо в клетке, либо на столе у патологоанатома. А я обещал твоему отцу… то есть, я не дам этому случиться. Дин глубоко вздохнул и снова откинулся на спинку сиденья. — Так что выходи из машины. Нам нужно работать с тем, что есть, а не с тем, во что тебе хочется верить. Скотт смотрел на него, и в его глазах медленно проступало осознание того, что Стайлз абсолютно серьёзен.