Сын шерифа

Тяжелая дубовая дверь участка закрылась за ними с глухим стуком, отрезая прохладный уличный воздух. Внутри пахло старой бумагой, дешевым кофе, хлоркой и застарелым потом задержанных. Для Скотта этот коктейль запахов превратился в настоящую пытку: его ноздри трепетали, а уши улавливали каждый шорох — от стука клавиш на старой печатной машинке на ресепшене до тяжелого дыхания помощника шерифа Пэрриша в дальнем конце коридора. — Дыши глубже, Макколл, — не оборачиваясь, негромко процедил Стайлз, уверенно шагая к кабинету отца. — И держи руки в карманах. Если когти полезут, я скажу, что у тебя чесотка. Шериф Стилински сидел за заваленным бумагами столом, устало потирая переносицу. Увидев сына и Скотта, он тяжело вздохнул и отодвинул в сторону чашку с остывшим кофе. — Пришли все-таки, — буркнул шериф, переводя взгляд со Стайлза на бледного, слегка подрагивающего Скотта. — Стайлз, я все еще думаю, что это плохая идея. Какое Квантико в твои годы? Тебе об учебе думать надо, а не в полицейских архивах ковыряться. — Пап, мы это обсуждали, — Стайлз оперся ладонями о край стола, и в его голосе проступила та самая уверенность, которая обычно заставляла людей подчиняться. — Мне нужны часы практики для портфолио. И я не прошу пускать меня на места преступлений. Просто дай мне то, до чего у твоих парней руки не доходят полгода. Шериф помолчал, разглядывая сына, словно пытаясь найти в нем прежнего гиперактивного подростка, но натыкался лишь на жесткий, собранный взгляд взрослого мужчины. — Ладно, — Стилински достал из нижнего ящика тяжелую связку ключей и швырнул на стол. — В подвале. Архив за последние десять лет. Там черт ногу сломит после весеннего подтопления. Отсортируешь дела по датам и категориям: кражи отдельно, бытовуха отдельно, «глухари» — в самую дальнюю коробку. Справишься до конца недели — подпишу твои бумаги для стажировки. Стайлз молча перехватил ключи, звякнув металлом. — Идет. Скотт побудет со мной, пока ему на смену не пора. — Живее, стажеры, — махнул рукой шериф, возвращаясь к отчетам. Архив встретил парней полумраком и запахом сырости. Под потолком тускло гудела люминесцентная лампа, выхватывая из темноты бесконечные стеллажи, забитые серыми картонными папками. Стайлз сразу же подошел к дальнему стеллажу, где на коробках красовалась полустертая надпись «Нераскрытые дела / Пропавшие без вести». — Так, — Стайлз смахнул слой пыли с верхней папки и открыл её. — Твоя задача, Скотт: садишься на этот стул, закрываешь глаза и считаешь свой пульс. Твоя цель — держать его в пределах восьмидесяти ударов в минуту. Понял? Если услышишь, что у меня сердце заколотилось — значит, я нашел что-то интересное. Скотт послушно опустился на колченогий стул, прижав ладонь к груди. Его все еще потряхивало. — Стайлз… А если я не смогу? — Сможешь, — отрезал Стайлз, уже погрузившись в чтение дела пятилетней давности о «нападении дикого зверя» в округе Бейкон Хиллс. — У тебя выбора нет. Следующий час прошел в относительной тишине, прерываемой только шелестом страниц. Стайлз лихорадочно листал отчеты коронеров, вычленяя маркеры, знакомые ему из прошлой жизни: характерные разрывы артерий, отсутствие некоторых органов, фазы луны в ночи убийств. Скотт сидел неподвижно, его дыхание постепенно выравнивалось, подстраиваясь под четкий, размеренный ритм работы друга. Охотничья дисциплина Стайлза действовала на молодого оборотня как мощный транквилизатор. Внезапно Скотт вскинул голову и посмотрел на экран телефона. — Черт. Мне пора. Дитон меня живьем закопает, если я опоздаю на смену в клинику. Стайлз аккуратно закрыл очередную папку, запоминая номер дела, и спрятал её поглубже в коробку с «бытовыми кражами», подальше от глаз отца. — Отлично. Практика на сегодня окончена. Поехали, подброшу тебя до твоих кошачьих кормов. Через десять минут старый джип «Роско» уже мчал по шоссе в сторону ветеринарной клиники. Скотт всю дорогу смотрел в окно, провожая взглядом высокие сосны. — Ты нашел там что-то, да? — тихо спросил он, когда на горизонте показалась вывеска клиники. — Нашел, — Стайлз затормозил у обочины и повернулся к другу. — Тот, кто укусил тебя в лесу, промышляет здесь уже не первый год. И мой отец думает, что это просто бродячие медведи. Веди себя тихо на работе, Скотт. Ветеринарка — хорошее место, там много медицинского спирта, если тебе вдруг понадобится прийти в себя. — Спасибо, — Скотт открыл дверь машины и на секунду задержался. — За то, что не бросил там, в раздевалке. — Иди уже, хищник, — ухмыльнулся Стайлз. — Завтра продолжим дрессировку. Скотт вышел, и Стайлз проводил его взглядом до дверей клиники, где уже зажегся вечерний свет. Внутри Стайлза зрело стойкое ощущение, что местный ветеринар Алан Дитон знает об этом городе гораздо больше, чем положено обычному врачу для собак и кошек. Стайлз уже потянулся к рычагу коробки передач, когда почувствовал странное тепло в нагрудном кармане куртки. Рука машинально скользнула вверх и тут же испачкалась в чем-то густом и липком. Он чертыхнулся сквозь зубы. Старая дешевая ручка, которую он прихватил из архива, не выдержала накала страстей и позорно потекла, заливая ткань синими чернилами. — Черт бы ее побрал, — проворчал Стайлз, глуша только что заведенный мотор. Оставлять чернила въедаться в одежду не хотелось. Он вылез из джипа и быстрыми шагами направился к стеклянным дверям ветеринарной клиники, вслед за Скоттом. Колокольчик над входом негромко звякнул. Внутри пахло медикаментами, чистящими средствами и едва уловимым, специфическим шлейфом страха, который всегда оставляют больные животные. Скотт уже стоял у стойки регистрации, надевая рабочий медицинский халат. — Забыл что-то? — удивился Скотт, оборачиваясь на звук шагов. — Ручка рванула, — Стайлз продемонстрировал испачканные пальцы. — Мне нужно в туалет, смыть эту дрянь, пока я не стал похож на жертву неудачного покушения. — А, да, проходи, там по коридору направо… — начал Скотт, но его перебил тихий, размеренный голос, раздавшийся из глубины смотровой. — Скотт, мы уже открыты? Из-за пластиковой шторы вышел Алан Дитон. На нем был безупречно чистый хирургический костюм. На лице блуждала мягкая, едва заметная улыбка, а движения были плавными, почти гипнотическими. Он выглядел как идеальный, добродушный доктор из рекламы ветеринарных услуг. Но у Стайлза внутри мгновенно сработал триггер. Весь его многолетний охотничий опыт, зашитый на подкорке, взвыл раненой сиреной. Этот мужик был слишком спокойным. Слишком правильным. Люди в маленьких мистических городках не бывают такими безмятежными, если у них нет пары скелетов в шкафу. Или если они сами не являются этими скелетами. Дитон остановил свой взгляд на Стайлзе. В его глазах не было удивления или раздражения. Обычный человек проявил бы хоть какую-то мимолетную эмоцию при виде хмурого подростка с синими руками, но ветеринар лишь вежливо наклонил голову. Этот взгляд был изучающим, глубоким и пугающе проницательным. Так смотрят люди, которые знают намного больше, чем говорят. — Здравствуй, Стайлз, — мягко произнес Дитон. — Какими судьбами? Насколько я знаю, у шерифа нет домашних животных. — Да вот, производственная травма, — Стайлз присел на долю секунды, удерживая маску обычного подростка, хотя внутри всё сжалось в тугой узел. Чуйка на мутных типов его еще ни разу не подводила. Этот ветеринар буквально излучал скрытую угрозу, завернутую в обертку показного дружелюбия. — Размазал чернила. Пользуюсь вашим гостеприимством. — Конечно. Коридор, первая дверь направо. Мыло на раковине, — Дитон сделал приглашающий жест рукой. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Стайлз кивнул и прошел мимо него. Когда они поравнялись, Стайлз едва заметно втянул носом воздух. От Дитона не пахло волком, серебром или порохом. От него пахло сухими травами, старыми книгами и чем-то еще, что Стайлз пока не мог идентифицировать, но этот запах определенно не принадлежал обычному обывателю. Зайдя в туалет, Стайлз включил холодную воду и начал яростно тереть пальцы мылом. Настоящий Стайлз, возможно, посчитал бы Дитона просто милым чудаком. Но Дин Винчестер внутри него прекрасно знал: самые опасные твари и чернокнижники всегда носят самые чистые халаты и улыбаются вежливее всех. Он посмотрел на себя в зеркало, смывая синюю пену. «Надо копать под этого доктора, — подумал Стайлз, прищурившись. — И копать глубоко. Скотт сидит в этой клинике как на пороховой бочке, а сам даже не догадывается». Выйдя из туалета, Стайлз застал Дитона и Скотта за обсуждением графика осмотра какой-то собаки. Ветеринар говорил тихо, и Скотт слушал его с явным уважением. — Всё, я чист, — громко сказал Стайлз, привлекая к себе внимание. — Скотт, не задерживайся допоздна. Шериф просил, чтобы ты был дома вовремя. Это была чистая ложь, но Стайлзу нужно было дать понять другу, что за ним присматривают. Дитон снова посмотрел на Стайлза своей этой нечитаемой, мудрой улыбкой. — Хорошего вечера, Стайлз. Заезжай, если решите завести собаку, — напутствовал ветеринар. — Обязательно, док. Обязательно, — Стайлз коротко кивнул и покинул клинику. Дин вышел из клиники и на ходу вытер руки о сухую салфетку. На улице уже сгущались сумерки. Сев в джип, он завел «Роско» и тронулся, то и дело поглядывая в зеркало заднего вида на удаляющуюся вывеску ветеринарки. Внутри всё так и зудело. — Ну конечно, — ворчал он себе под нос, переключая передачу с характерным скрежетом. — Стоило только один раз в жизни решить: «Всё, Дин, завязывай с фальшивками, стань честным копом, служи и защищай», как тут же изо всех щелей полезли мутные типы. Он резко вывернул на главную дорогу, едва не задев бордюр. Этот ветеринар буквально излучал скрытую угрозу, завернутую в обертку показного дружелюбия. — Этот ветеринар… Дитон. Слишком спокойный. Слишком чистый. Люди так не двигаются, если у них в подвале не спрятан алтарь или пара скелетов в шкафу. Смотрит на тебя так, будто знает, что ты ел на завтрак в 2005-м. Дин хлопнул ладонью по рулю, чувствуя, как привычная подозрительность охотника берет верх над планами о «светлом легальном будущем». О — Один — оборотень-самоучка со страстью к сырому фаршу, другой — Хейл с видом «я слишком крут для этого города», а теперь еще и доктор Дулиттл с двойным дном. Он вздохнул, чувствуя, как в теле подростка снова начинает бурлить лишняя энергия. Бейкон-Хиллс с каждым часом нравился ему всё меньше и меньше. — Ирония судьбы, не иначе. Хотел ловить обычных воров и выписывать штрафы, а в итоге, кажется, придется снова расчехлять стамеску и проверять, нет ли у доброго доктора запасов аконита под прилавком. Дин прибавил газу, направляясь обратно в сторону дома шерифа. Стать «честным копом» в этом месте, видимо, означало не просто носить значок, а быть единственным нормальным человеком в дурдоме, где даже у ветеринара взгляд как у древнего пророка. — Ладно, Дитон, — пробормотал Дин, прищуриваясь на темнеющее шоссе. — Посмотрим, насколько ты «лечебный», когда я начну задавать правильные вопросы. Дин затормозил у дома шерифа, когда на город окончательно опустилась ночная прохлада. Старый «Роско» натужно чихнул и затих, но мысли в голове охотника продолжали крутиться на бешеной скорости. С Дитона они плавно, но неизбежно, перескочили на другого колоритного местного жителя. — И этот еще… Дерек Хейл, — Дин с силой дернул рычаг ручного тормоза и откинулся на потертую спинку сиденья. — Ходит тут с такой мордой, будто у него личный абонемент на убийство каждого встречного. «Не подходи — убью», черт бы его побрал. Он потянулся к ключу зажигания, продолжая вслух отчитывать темный салон машины. Ему жизненно необходимо было выговориться, скинуть напряжение после тяжелого дня. — Весь этот пафос, кожанка, взгляд из-под бровей… «Я слишком крут для этого города, посмотрите на меня», — передразнил Дин, скорчив уморительно-жесткую гримасу в зеркало заднего вида. — Обычный суровый парень, который, кажется, забыл, как улыбаться. Скалится на всех подряд. Настоящий волк-одиночка, мамин бунтарь. Дин вытащил ключ, открыл дверцу джипа и шагнул на прохладный асфальт подъездной дорожки. Окружающий лес глухо шумел вековыми соснами, нагоняя тоску. — Приеду в следующий раз — привезу ему намордник, — проворчал он, захлопывая дверь машины с громким металлическим стуком. — А то от его пафоса уже в глазах рябит. Нашелся тут, повелитель ночи. Он повернулся, собираясь пойти к крыльцу, и в ту же секунду его охотничий инстинкт, дремавший глубоко под коркой, заставил тело мгновенно подобраться. Весь скепсис и ворчание испарились за долю секунды. Рука сама дернулась к поясу, где обычно висел кольт, но пальцы наткнулись лишь на мягкую ткань толстовки Стайлза. Он резко повернул голову. Из густой тени старого дуба, прямо у кромки шерифовского газона, бесшумно соткался силуэт. Дерек Хейл стоял, скрестив руки на груди, идеально вписываясь в ночную темноту своей неизменной черной курткой. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глубоких зрачках отражался тусклый свет уличного фонаря. Своим идеальным волчьим слухом он расслышал каждое слово, пока джип еще только поворачивал на улицу. — Намордник, значит? — негромко, с опасной хрипотцой произнес Дерек, делая медленный шаг вперед. Его лицо не выражало ровным счетом ничего, кроме того самого запредельного высокомерия, которое так бесило Дина. — Я не слишком крут для этого города, — ровным, низким голосом произнес Дерек, глядя Дину прямо в глаза. — А среди основателей Бейкон-Хиллс значится моя семья. Так что я здесь дома. Дин медленно выдохнул, заставляя сердце биться спокойнее. Черт бы побрал этих волков с их суперслухом — он ведь даже не заметил, как этот парень бесшумно подобрался к джипу в темноте. — У тебя что, привычка такая — подслушивать чужое ворчание? — огрызнулся Дин. — И если твоя семья основала этот город, то могли бы построить дороги поровнее. Подвеска «Роско» этого не одобряет. Дерек чуть прищурился, и в его взгляде промелькнуло мимолетное недоумение. Стайлз Стилински обычно заикался, размахивал руками или пытался убежать, когда Дерек оказывался так близко. Но этот парень стоял расслабленно, смотрел в упор и, кажется, вообще не испытывал страха. — От тебя пахнет по-другому, — Дерек слегка повел носом, подаваясь вперед. — И дело не в духах Эллисон Арджент. Дин почувствовал, как внутри всё напряглось. Этот парень был гораздо опаснее Скотта. Он был опытным хищником, и его инстинкты явно вопили, что перед ним не просто гиперактивный подросток. — Может, я просто сменил шампунь, — Дин пожал плечами. — Послушай, «основатель». Если ты пришел, чтобы рассказать мне историю города, то запишись в библиотеку. У меня сегодня был длинный день, и я не в настроении слушать про твои корни. — Ты лезешь в дела, которые тебя не касаются, — процедил Хейл, сокращая дистанцию. — Оставь Скотта в покое. То, что с ним происходит — это наша территория. Дин усмехнулся, и в этой усмешке было слишком много опасного опыта. — Ваша территория? Друг, когда на моей... — он осекся, — когда в этом городе начинают находить половины трупов, это становится территорией полиции. А так как я теперь там практикуюсь, то это официально моё дело. Так что или помогай, или не стой на пути. Дерек шагнул к нему вплотную, так что Дин почувствовал исходящий от него холод. Голос Хейла стал тихим и резким, как удар клинка. — Вы ищете зверя, — произнес он, и в его глазах на мгновение полыхнула не просто ярость, а глубокое презрение. — Но мою сестру не разорвали клыками, Стилински. Её разрезали. Чисто. Профессионально. Знаешь, кто так делает? Дин замер. Этот вопрос ударил точно в цель, пробив брешь в его напускном спокойствии. В его «прошлой» жизни ответ на такую загадку был очевиден: так делают те, кто не считает сверхъестественное существами, достойными жалости. Так делают те, кто превращает охоту в хирургическую операцию. — Охотники, — глухо ответил Дин. Это слово повисло в воздухе, как запах озона перед грозой. Дерек чуть заметно вздрогнул, явно не ожидая, что парень произнесет это так обыденно, без тени сомнения или страха. — Именно, — Хейл прищурился, вглядываясь в лицо Дина с удвоенным подозрением. — Те, кто не просто убивает, а кромсает нас, чтобы отправить послание. И если ты думаешь, что твой будущий значок или папины протоколы их остановят — ты идиот. Эта «половина трупа» в лесу была моей сестрой. Лорой. Слова Дерека упали между ними, как тяжелый, холодный камень. В воздухе мгновенно стало нечем дышать. Весь сарказм Дина, всё его желание съязвить или поставить «высокомерного основателя» на место испарились, сметенные этой простой и страшной правдой. Теперь Дин смотрел на него не как на подозрительного типа, а как на человека, который только что озвучил свою личную преисподнюю. Дин слишком хорошо знал этот тон. Тон человека, чью семью вырезали, а теперь и вовсе превратили в «улику номер один». — Черт... — выдохнул Дин, и в его голосе впервые прозвучало искреннее сочувствие. — Дерек, я... я не знал. Значит, это личное. Он больше не пытался казаться наглым подростком. Картина мира в Бейкон-Хиллс внезапно стала куда более кровавой. Значит, в городе объявились «коллеги» из его прошлой жизни. Только, судя по всему, эти ребята не особо заботились о таких мелочах, как мораль или право на ошибку. — Значит, у нас не одна проблема, а две, — Дин потер переносицу, пытаясь унять нарастающее напряжение. — С одной стороны — Альфа, который плодит новых оборотней и рвет людей на части, а с другой — профессиональные убийцы с целым арсеналом, которые не делают разницы между монстром-убийцей и подростком, который просто оказался не в то время не в том месте. Если её разрезали, значит, это была казнь. И если они здесь, значит, они не остановятся. Они будут искать Альфу, выжигая всё на своем пути. И Скотт для них — просто еще одна мишень. Дерек молчал, и в этой тишине Дин кожей чувствовал, как город превращается в зону боевых действий. — Мой отец ищет зверя. Но мы с тобой знаем, что обычные пули тут не помогут, — продолжил Дин, глядя Хейлу прямо в глаза. — Если ты хочешь найти того, кто это сделал, нам придется объединиться, нравится тебе это или нет. Потому что я не дам Скотту стать следующей «половиной трупа» в твоем семейном списке. И пусть твой Альфа попробует. Если он думает, что Скотт — это просто бесплатная рабочая сила, то его ждет неприятный сюрприз. У Скотта есть кое-что получше инстинктов стаи. У него есть я. Дерек издал короткий, сухой смешок, лишенный всякого веселья. — Ты? Что ты сделаешь против него? Ударишь его учебником по биологии? Или пригрозишь вызвать отца? — Я сделаю то, что умею лучше всего, — Дин подошел к Хейлу вплотную, и теперь их взгляды были на одном уровне. — Я превращу его жизнь в ад. Если он придет за Скоттом, он обнаружит, что его самого уже ведут. И поверь, Дерек, я не из тех, кто оставляет подранков. Дерек долго вглядывался в лицо подростка, пытаясь найти там хоть тень блефа, но видел только ледяную решимость человека, который уже не раз смотрел в пасть смерти. — Полнолуние через два дня, — глухо сказал Хейл, отступая к своему скрытому в тени деревьев «Камаро». — Если к этому времени ты не придумаешь, как удержать своего щенка на привязи, Альфа заберет его. И тогда мне придется убить вас обоих. Черный автомобиль сорвался с места, оставив Дина в облаке пыли. Проводив Хейла взглядом, он раздраженно сплюнул. — Убить он нас собрался... Посмотрим еще, кто кого, «основатель». Он сел обратно в джип и сжал руль так, что костяшки побелели. Две проблемы: Альфа, который считает Скотта своей собственностью, и охотники, которые режут оборотней на куски.

***

К следующему утру у Дина был готов план «А», план «Б», план «В» и еще несколько вариантов на случай, если всё окончательно полетит к чертям. Бессонная ночь, проведенная за картами леса и переборкой «инструментов» в гараже, не прошла даром — под глазами залегли тени, но взгляд стал колючим и предельно сфокусированным. Дин сидел на кухне, методично вливая в себя вторую чашку крепкого кофе, пока шериф собирался на смену. — План «А» — легальный, — пробормотал Дин себе под нос, постукивая пальцами по столу. — Использовать участок, чтобы вычислить территорию Альфы и не дать охотникам устроить резню. Для этого ему нужно было сегодня же, во второй день своей практики, снова зарыться в архивы и глубже проанализировать те нераскрытые случаи «нападений животных» за последние десять лет, которые он заприметил вчера. Хищники — существа привычки, они всегда возвращаются на старые тропы. Ему нужно было наложить эти даты на фазы луны. План «Б» был более прикладным и касался Скотта. Дин уже присмотрел в гараже пару старых тяжелых цепей и мощные строительные карабины. Если Макколл не сможет удержать зверя внутри себя в полнолуние, Дину придется стать его персональным тюремщиком. «Ничего личного, Скотти, просто страховка от поедания соседей», — подумал он. План «В» подразумевал Дерека Хейла. Дин понимал, что угрюмый «основатель» — его единственный реальный источник информации о мире оборотней в этом городе. Его нужно было либо заставить сотрудничать, либо использовать как наживку для Альфы или охотников. — Стайлз, ты чего завис? — голос шерифа вырвал его из раздумий. Отец стоял в дверях, поправляя форменный галстук. — Выглядишь так, будто всю ночь планировал ограбление века. — Хуже, пап. Планировал, как выжить в старшей школе, — Дин нацепил привычную маску Стайлза и широко улыбнулся. — Погнали? День будет длинным.

***

После уроков школьный коридор постепенно пустел, погружаясь в тот особенный гул, когда эхо шагов звучит отчетливее голосов. Дин как раз закрывал свой шкафчик, когда рядом бесшумно возникли две фигуры. Он поднял взгляд и наткнулся на внимательные глаза Эллисон и изучающий, почти рентгеновский взор Лидии. — Это выглядит как начало серьезной проблемы, — Дин слегка приподнял бровь, не спеша отходить от шкафчика. Эллисон мягко улыбнулась. — Почему ты так решил? — Потому что вы подошли ко мне вместе. В мире, откуда я… в моем понимании, это никогда не предвещает спокойного вечера. Лидия, скрестив руки на груди, смерила его взглядом. — Это твое наблюдение или официальная жалоба? — Предупреждение самому себе. Эллисон тихо рассмеялась, глядя на его серьезное лицо. — У нас есть предложение. — С каждой секундой становится всё хуже, — констатировал Дин. Лидия наклонила голову, ни на миг не прекращая своего сканирования. — Ты всегда так драматизируешь, Стилински? Или это новая черта характера? — Только когда чувствую запах потенциальной ловушки. Эллисон переглянулась с подругой. — Это не ловушка, честное слово. — Звучит именно так, как говорят перед тем, как захлопнуть клетку. Лидия, которой, кажется, надоело ходить вокруг да около, вздохнула. — Мы идем в кафе сегодня вечером. И ты идешь с нами. Дин моргнул, на секунду лишившись своего обычного самообладания. — Простите? — Двойное свидание, — спокойно отрезала Лидия, как будто диктовала приговор. Он несколько секунд молча смотрел на нее, пытаясь осознать масштаб грядущего бедствия. — Подожди… Кто четвертый? Лидия ответила абсолютно буднично: — Джексон. Дин тихо выдохнул, прислонившись спиной к металлической дверце. — Ну разумеется. Кто же еще. — Ты его ударил, — напомнила Эллисон, лукаво блеснув глазами. — Один раз. Прямо в нос. — Это делает вечер только перспективнее, — вставила Лидия. Дин потер переносицу, пытаясь представить себе эту идиллическую картину: он, Эллисон, Лидия и Джексон, который спит и видит, как бы вернуть должок. Скотта в этом уравнении не было — Дин намеренно держал его подальше от Арджент, но состав этой компании все равно гарантировал проблемы. — Вы же понимаете, что это грандиозно плохая идея? — спросил он. — Возможно, — Лидия пожала плечами, ничуть не смутившись. — Тогда зачем вам это нужно? Она посмотрела на него так внимательно, что Дин на секунду почувствовал себя не в теле подростка, а на допросе у опытного профилировщика. — Потому что ты изменился, Стайлз. — Это обвинение? — Это наблюдение. И я очень хочу понять — почему именно. Эллисон улыбнулась, разряжая обстановку. — А я просто хочу провести нормальный вечер. Без драм. Дин задумался на мгновение. У него был четкий план на вечер — архивы, подготовка Скотта, поиск серебра в гараже. Но охотник внутри него прошептал, что лучший способ держать подозрительных «наблюдателей» и врагов под присмотром — это находиться на расстоянии вытянутой руки. — Ладно, — он наконец пожал плечами. — Я в деле. Но только после семи. До этого у меня практика, так что раньше не освобожусь. Лидия, которая уже успела сделать пару шагов к выходу, замерла и медленно обернулась. На её лице отразилось искреннее, не замутненное вежливостью изумление. Эллисон тоже удивленно приподняла брови. — Ого?! — выдохнула Эллисон. — Практика? И где же? Дин поправил лямку рюкзака, стараясь, чтобы его голос звучал максимально буднично, хотя внутри он всё еще наслаждался эффектом разорвавшейся бомбы. — В полицейском участке, — ответил он, ловя на себе их ошарашенные взгляды. — Шериф решил, что мне пора заняться чем-то более полезным, чем просто гонять на джипе по ночному городу. Так что теперь я официально… ну, почти официально, вникаю в тонкости закона. Лидия смерила его долгим, подозрительным взглядом, в котором читалось явное нежелание верить в то, что «тот самый Стилински» теперь по другую сторону баррикад. — Полиция? — переспросила она, и в её голосе проскользнула тень сомнения. — Ты и закон — это звучит как оксюморон. — Поверь, я сам в шоке, — хмыкнул Дин. — Но правила есть правила. И выберите место, где есть нормальная, вкусная еда. Никаких салатных листьев с каплей соуса. Мне нужно что-то серьезное, чтобы пережить этот вечер. Эллисон рассмеялась, кивая в знак согласия. — Поняла. Никакой диетической еды. Мы найдем место с лучшими бургерами в городе. — Вот это уже деловой разговор, — одобрил Дин. — Но если всё закончится массовой дракой и вызовом шерифа, не говорите, что я не предупреждал. Лидия удовлетворенно усмехнулась, окончательно разворачиваясь к выходу. — Мы рассчитываем на твое хваленое самообладание. В семь. Не опаздывай. Эллисон улыбнулась и ушла вслед за Лидией, цокающей каблуками по кафелю. Дин остался стоять у шкафчика в пустеющем коридоре, глядя им в спины. Он захлопнул металлическую дверцу с резким звуком, будто ставил точку в затянувшемся споре. — Это будет катастрофа, — тихо сказал он самому себе, чувствуя, как в теле Стайлза снова поднимается волна чистого адреналина и предвкушения, которую он не мог подавить. — Масштабная, неконтролируемая катастрофа. Но, вопреки здравому смыслу, он поймал себя на мысли, что уже по-настоящему ждет этого вечера. Чувствовался азарт охотника, которому предстоит пойти в логово врага, прикрываясь гражданским костюмом и хорошим аппетитом. Практика в участке даст ему доступ к информации, а ужин с Джексоном — возможность понаблюдать за тем, как этот павлин ведет себя после «травмы». Дин направился к выходу, на ходу доставая ключи от джипа. Впереди было несколько часов в архивах отца, и он планировал выжать из них максимум.

***

Отделение полиции Бейкон-Хиллс в четыре часа дня напоминало растревоженный улей. Дин вошел внутри, стараясь не выглядеть слишком уверенно — в этом теле он должен был казаться новичком, а не человеком, который знает устройство допросной лучше, чем собственную спальню. — Стилински! — окликнул его Джордан Пэрриш. Помощник шерифа стоял у кофейного автомата, и Дин снова почувствовал этот странный, исходящий от него жар. Словно Пэрриш был не человеком, а медленно тлеющим углем. Охотничьи инстинкты внутри Дина недовольно заворчали, требуя присмотреться к этому копу внимательнее. — Твой отец предупредил, — продолжил Пэрриш, переводя дух. — Сказал, чтобы я нашел тебе самое скучное занятие, чтобы ты передумал становиться копом к ужину. — Ему придется постараться сильнее, — усмехнулся Дин, принимая от помощника тяжелую папку. — Что у нас тут? Нарушения правил парковки? — Хуже. Архив нераскрытых дел за последние десять лет. Нужно оцифровать бумажные отчеты. Разложить все по коробкам, как шериф просил, и внести ключевые данные в базу. Дин едва сдержал победную улыбку. Отец думал, что наказывает его рутиной, но на самом деле он только что вручил ему карту сокровищ. Он спустился в подвал и устроился в дальнем углу архива, заваленным старыми коробками. Пэрриш спустился вместе с ним и задержался на секунду, наблюдая, как Дин с профессиональной хваткой раскладывает документы. — Ты сегодня какой-то другой, Стайлз, — заметил Джордан, прислонившись к железному стеллажу. — Слишком сосредоточенный. Обычно ты влетаешь сюда как торнадо. — Просто решил, что пора взрослеть, Пэрриш, — Дин поднял на него взгляд, откладывая в сторону первую папку. — Кстати, что там по лесному делу? Шериф говорит, «нападение животного», но я видел фотографии. Это не обычный волк сделал. Пэрриш на мгновение напрягся, и Дин почти физически ощутил, как температура в душном подвальном помещении поднялась на градус. — Это закрытая информация, стажер, — отрезал Пэрриш, и в его голосе проступила неожиданная для его мягкого характера жесткость. — Занимайся бумагами. Помощник шерифа развернулся и пошел вверх по лестнице. Дин проводил его прищуренным взглядом, мысленно ставя напротив фамилии «Пэрриш» жирный вопросительный знак. — Ну уж нет, приятель, — негромко пробормотал Дин, открывая коробку с пометкой «Глухари». — Закрытая информация — это как раз то, на что у меня самый лучший аппетит. Через час копания в пыльных папках он наткнулся на то, что искал. Три года назад. Семья Хейлов. Пожар, в котором погибло почти всё семейство. Официально — несчастный случай. Но в примечаниях мелким почерком было написано: «Обнаружены следы горючего вещества, нехарактерного для бытовых условий». И подпись — офицер зафиксировал присутствие посторонних лиц в лесу перед возгоранием. — Так вот почему Дерек такой «дружелюбный», — прошептал Дин, вчитываясь в детали. — Его не просто выселили из города. Его выжгли. Он листал дальше, пока не нашел отчет о смерти Лоры Хейл — той самой сестры. И здесь его сердце охотника пропустило удар. В графе «Орудие убийства» патологоанатом, явно сомневаясь, вписал: «Предположительно, тяжелый режущий инструмент с зазубренным краем. Характер ран указывает на ритуальный или демонстративный подтекст». — Это не просто охотники, — Дин сжал края папки. — Это мясники. Он быстро сформировал общую картину и сфотографировал страницы на телефон. Информация складывалась в паршивую картинку: в городе был Альфа, который мстил, и была группа людей, которая зачищала город. А посередине — Скотт, который съел фарш и мечтает о свидании. Дин взглянул на часы на экране телефона. Шесть вечера. Пора было закругляться с «законной» деятельностью и готовиться к выходу в свет.