***
В ФБР кофе был лучше. Тэхён сидел в переговорной, крутил в пальцах одноразовый стаканчик и смотрел в окно на серое сеульское небо. За спиной шуршали бумагами, переговаривались, стучали по клавиатурам — обычный утренний шум отдела, в котором он работал последние пять лет. — Тэхён-и, — Чимин плюхнулся на соседний стул, пододвигая к нему тарелку с печеньем. — Ты чего не ешь? Волнуешься? — Я не волнуюсь, — Тэхён откусил печенье без всякого энтузиазма. — Я думаю. — О чем? — О том, что Сокджин-хён меня убьет, если я провалю это дело. Сокджин как раз вышел из своего кабинета, и его взгляд мгновенно нашел Тэхёна. Красивый, собранный, с идеальной осанкой человека, который никогда не просыпал будильник, он подошел к столу и сел напротив. — Не провалишь, — сказал он спокойно. — Ты лучший аналитик в отделе. Если кто и сможет влезть в голову к Нишимуре, так это ты. — Я не про аналитику, — Тэхён поморщился. — Я про это. Он обвел рукой пространство, но все поняли. — Про партнера, — кивнул Сокджин. — Про копа, с которым тебе придется играть в любовь. — Я даже не знаю, как это делается, — признался Тэхён. — Я никогда… Ну, ты понимаешь. — Никогда не притворялся влюбленным? — Никогда не был влюбленным, — поправил Тэхён тихо. В переговорной повисла тишина. Чимин перестал жевать. Соен, которая проходила мимо с папками, замерла. Даже Чонсон, вечно погруженный в свои цифры, поднял голову от монитора. — Тэхён, — начал Чимин осторожно. — Ты серьезно? Ни разу? — А когда мне было? — Тэхён пожал плечами. — Сначала учеба, потом академия, потом работа. Я даже не задумывался об этом. — Но ты же… — Чимин замялся. — Ну, тебе нравятся парни? Или девушки? Или кто? Тэхён посмотрел на него долгим, задумчивым взглядом. — Не знаю, — ответил он честно. — Я никогда не проверял. Чимин открыл рот, закрыл, снова открыл. Соен фыркнула и пошла дальше. Сокджин вздохнул. — Ладно, — сказал он. — Значит, будешь учиться на ходу. У тебя есть легенда, есть цель, есть поддержка отдела. И есть партнер, с которым вы, по слухам, дружили в школе. — Дружили, — подтвердил Тэхён. — Потом он ушел в полицию, я — в ФБР. Виделись пару раз на встречах выпускников. — И какие впечатления? Тэхён задумался. Перед глазами встало лицо Чонгука — тогда, десять лет назад, на последнем школьном звонке. Смешной, взъерошенный, с вечной улыбкой и кучей друзей вокруг. Потом — на встрече выпускников пять лет спустя: уже взрослый, с пирсингом в губе, с татуировками, выглядывающими из-под рукавов, но с той же самой улыбкой. — Он громкий, — сказал Тэхён наконец. — Слишком громкий. Слишком много улыбается. Слишком много людей вокруг него. Я никогда не понимал, как можно быть таким открытым. — А теперь? — А теперь мне придется играть его парня, — Тэхён усмехнулся без веселья. — Карма, да? В кабинет заглянула Чэвон, самая молодая в отделе, но уже заслужившая репутацию человека, который видит всех насквозь. — Тэхён-оппа, — позвала она. — Там курьер принес. Тебе. Она протянула коробку. Тэхён открыл — внутри лежали часы. Мужские, дорогие, с гравировкой на задней крышке: «Чтобы ты всегда знал, сколько времени осталось до нашей встречи. Твой Чонгук». Чимин заглянул через плечо и захихикал. — Он уже играет, — заметил он. — А ты даже не начал. — Это не он играет, — вздохнул Тэхён. — Это они легенду строят. Чонгук бы никогда в жизни не додумался до такой романтики. — Откуда ты знаешь? — Чимин выгнул бровь. — Может, он изменился. — Может, — Тэхён надел часы на запястье. Часы сидели идеально, будто их подбирали специально под него. — Но вряд ли. Сокджин поднялся, поправляя пиджак. — В любом случае, завтра в три в кафе на перекрестке. Легенду изучи, вопросы задавай, к партнеру присмотрись. И помни: вы пара. Два года. Живете вместе. Собираетесь жениться. — У нас даже кота нет, — буркнул Тэхён. — Будет. В легенде прописан кот. Сфинкс по имени Мистер Биглсворт. Чимин поперхнулся воздухом. — Сфинкс? Кот без шерсти? Тэхён, ты похож на человека, который заведет сфинкса? — Я похож на человека, который убьет того, кто придумал эту легенду, — мрачно ответил Тэхён. Но часы с руки не снял. Весь оставшийся день он ловил на себе взгляды коллег. Соен подмигивала понимающе. Чонсон хмыкал в монитор. Чэвон приносила кофе и смотрела с таким видом, будто знала что-то, чего не знал он. Чимин просто сидел рядом и молчал. Иногда молчание друга было лучше любых слов. — Ты справишься, — сказал он наконец, когда часы показывали восемь вечера, а Тэхён все еще тупил в одну и ту же бумажку. — Ты гений, Тэхён. Ты раскладывал дела, от которых у нормальных людей крыша ехала. А тут просто нужно притвориться, что ты кого-то любишь. — Просто, — повторил Тэхён. — Притвориться. Что я люблю. — Ну да. Это же не взаправду. Это игра. Ты умеешь играть. Тэхён посмотрел на него. Чимин улыбался — светло, открыто, как умел только он. — А что, если я не смогу перестать играть? — спросил Тэхён тихо. Чимин замер. — Что ты имеешь в виду? — Ничего, — Тэхён тряхнул головой. — Забудь. Он собрал бумаги, закинул рюкзак на плечо и вышел из офиса, оставив Чимина сидеть с открытым ртом. На улице моросил дождь — мелкий, противный, майский. Тэхён шел к машине и думал о том, что сказал Чимину правду, сам того не ожидая. Что, если он не сможет перестать играть? Что, если игра станет слишком реальной? И что, если Чонгук, с его улыбкой и пирсингом и дурацкими часами, окажется тем, кого Тэхён боялся встретить всю жизнь? Он сел в машину, включил двигатель и долго сидел, глядя на струи дождя на стекле. — Завтра в три, — сказал он себе. — Просто встреча. Просто разговор. Просто работа. Машина тронулась с места, унося его в ночной город. А на запястье тикали часы, отсчитывая время до встречи.***