Чужие в строю.

Полоса препятствий в Московском СВУ была предметом гордости училища: два километра ада из бетонных лабиринтов, шестиметровых стен, рвов с водой и финальной вышки с канатным спуском. Всё оборудование блестело на солнце, но для кадет этот лоск казался фальшивым. — Смотри, как вылизали, — шепнул Гром, разминая плечи. — У нас на «Авангарде» хотя бы арматура настоящая была, а тут... аттракцион. — Не расслабляйся, Стас, — Волков поправил секундомер на запястье. — Эти аттракционы проходят на время, которое нам и не снилось. Сабуров из 1-й роты не просто так считается лучшим. Он здесь каждый сантиметр знает. На старте стояли две четверки: «золотые мальчики» Сабурова и объединенная группа (Гром, Танк, Граф и Волков). Остальные — Кира, Алина, Лис и Чижик — заняли места на трибунах. — Эй, северные! — Сабуров, стоя на соседней дорожке, ослепительно улыбнулся, но его глаза оставались холодными. — Постарайтесь не запутаться в своих ногах. Будет обидно, если герои Севера застрянут на первой же стенке. — Меньше слов, Сабуров, — отрезал Граф, поправляя перчатки. — Покажешь класс на финише. Если добежишь. Свисток. Группы сорвались с места. Суворовцы 1-й роты шли идеально синхронно, как механизм. Но кадеты и обменные брали другим — яростью и тем самым опытом выживания. Там, где Сабуров аккуратно перепрыгивал барьер, Гром пролетал его напролом, едва касаясь земли. К середине дистанции группы шли ноздря в ноздрю. Предстоял самый сложный участок — «Стена» с последующим переходом на десятиметровую вышку. Сабуров, бежавший чуть впереди, незаметно кивнул своему напарнику. Когда Гром начал подъем по вертикальной сетке, один из парней 1-й роты «случайно» задел крепежный карабин страховочного троса Громова. Механизм, заранее ослабленный, должен был сработать в момент максимальной нагрузки. — Гром, назад! — крикнула с трибун Кира, заметившая странное движение Сабурова, но её голос потонул в гуле болельщиков. Трос лязгнул и начал соскальзывать с направляющей именно в тот момент, когда Гром перекидывал ногу через верхний край стены. Стас качнулся над четырехметровой пустотой. — Держу! — Танк, бежавший следом, мертвой хваткой вцепился в ремень Грома, буквально вдавливая его в бетонную стену. Секунда — и Гром, используя Танка как опору, выровнялся и перевалил на ту сторону. Сабуров, уже бежавший к вышке, даже не обернулся, но на его лице промелькнула тень досады.

***

После соревнований (в которых 1-я рота выиграла с преимуществом в три секунды из-за инцидента на стене) Лис и Граф встретились в курилке за спортзалом. — Ты видел это? — Граф нервно крутил в руках пустую зажигалку. — Они его чуть не убили. Сабуров окончательно потерял берега. — Видел, — Лис прищурился, глядя на окна штаба. — В лоб идти нельзя. Сабуров здесь — священная корова. Если мы пожалуемся, Савченко просто скажут, что кадеты не умеют пользоваться снаряжением. — И что делать? — Граф посмотрел на суворовца. — Утереться и бегать за ними? — Нет, — Лис хитро улыбнулся, и в его глазах блеснул тот самый огонек, который кадеты уже знали. — Сабуров любит лоск, верно? Любит быть идеальным. А что будет, если его идеальность завтра на парадном разводе даст сбой? У меня есть доступ к каптерке 1-й роты через одного знакомого... Скажем так, их парадная форма может преподнести сюрприз. Граф усмехнулся, понимая ход мыслей Лиса. — Значит, будем бить их же методами? Скрытно и подло? — Не подло, Граф, — Лис похлопал его по плечу. — Мы просто восстанавливаем справедливость. По-суворовски. Сабуров думает, что он здесь охотник. Пора показать ему, что в этом лесу есть лисы и волки, которые кусают больнее, чем он может себе представить.