Чистые руки

      Прошло уже два месяца с момента расставания двух душ. Ритм жизни сначала ухудшился, а затем начал потихоньку настраиваться. Они не страдали. Они не из тех, кто будет убиваться по людям, но всё равно на сердце лежал камень. Особенно он становился тяжелее и больнее вечером, когда следует ложиться спать, а мысли вновь и вновь возвращаются к любимому человеку, с которым следует попрощаться. Навсегда.       Максим продолжал крутить мафиозными делами: подписывал контракты с фирмами; встречался с партнерами, которых очень интересовал бизнес Левина, тому же было абсолютно все равно, но продолжал держать его на плаву и приумножать; созвоны; онлайн-встречи; ссоры с уже знакомыми коллегами, которые заметно расслаблялись. И всё это каждый день по кругу. Однообразно и одиноко, без искры.       Но произошло ещё кое-что. Максим начал убивать. Много убивать. Без жалости. Без сожаления. Конечно, нет такого, что он ходил по улицам и лишал жизни всех прохожих, но теперь все грязные дела, которыми занимались его подчинённые, перешли на плечи Шакала по своему же желанию. И его, казалась, недавно чистые руки стали по уши в крови.       Левин убивал не потому, что хочет, а потому что требовалось заглушить внутреннюю боль. Боль, которая терзала его каждый день. Он злился, ужасно злился на работу, на отца, на правила и принципы, которым нужно следовать. На то, что сейчас не он управляет своей жизнью, а жизнь управляет им. Максим находится под острым и жестоким каблуком судьбы, которая не дала ему шанса поменять её в лучшую сторону.       Макс скучал, очень скучал, старался забыть, выбросить из памяти навсегда. Пытался заглушить другими женщинами, но всё не то. Как только близость была уже почти близко, голоса женщин менялись, их глаза становились зелеными, а волосы такими же мягкими, как у его настоящей. Мужчина сразу же отталкивал их, прогонял, заставлял врасплох и выгонял из дома, а затем пил. Пил, дабы заглушить стыд, чувство предательства и вины. Пил до тех пор, пока бутылка не выпадала из руки и не разбивалась со звонким звуком стекла, расыпающимся по паркету. Он засыпал прямо на кресле или лежа на полу, не в силах дойти ни до дивана, ни до кровати.       Утром мужчина просыпался с ужасной головной болью, которая пульсировала в затылке и в висках, сопровождаясь пищанием в ушах. Левин надевал новую рубашку, выпивал кружку горячего и горького черного кофе и ехал по рабочим делам. Под глазами виднелись синяки; морщины становились заметнее, несмотря на молодой возраст; лицо было опухшим; а острые скулы испарились, словно их и не было. Горничная каждый день убирала последствия ночной пьянки, возвращая дому прилежный вид. А вечером всё вновь и вновь повторялось. Боль, литры крепкого коньяка или виски, а затем глубокий сон, как последствие всего происходящего.       Ангелина жила жизнь. Уже не такую необычную и яркую, как буквально пару месяцев назад, а спокойную. Жизнь обычного гражданина, но у которого потихоньку всё налаживалось. Максим не смог просто оставить Гелю, поэтому решил оставить свой след хотя бы материально. Он оплатил реабилитацию маме Изосимовой, отправив её в далину Кавказа, дышать свежим воздухом. Там с ней проводили практики по восстановлению организма в горных условиях, напитываясь энергией природы, а не электронного и загрязнённого города.       Макс помог устроить Ангелину на новую, более оплачиваемую работу, где её образование и знания будут ценить по достоинству. Теперь Геля работала не обычным бухгалтером какого-то скудного банка, а в центральном банке города финансовым деректором.       У неё появился свой личный кабинет с видом на закаты и рассветы, сопровождающиеся журчащим голубым заливом в далеке.       Кабинет был небольшой, но уютный, возле окна стоял массивный стол, показывающий статус девушки; на нем располагалась классическая лампа для работы в темноте и органайзер с канцелярией; рядом придвинуто кресло с широкой спиной, в котором она казалась хрупкой, но не менее сильной; вдоль стены были открытые и закрытые шкафы с толстыми папками, подписанные изящным почерком. В левом углу от двери стоял шкаф под потолок, в котором располагалась верхняя одежда и удобная обувь для работы в офисе.       Дни Изосимовой проходили в активном и плодородном темпе. Сейчас она буквально влетала в новый режим с более высокими требованиями и строгим начальством, которое было удивлено талантам девушки, но старались не показывать свою слабость и полное доверие.       Но вечерами дома Геля выдыхала, а затем тяжело вдыхала обратно, пытаясь отбросить навязчивые мысли, которые так и кусали её уставший мозг.       В выходные дни проходили срывы, которые заставляли течь слезам из глаз, не давая возможности контролировать это. Это были не водопады, а легкие покраснения на лице и влага в уголках глаз. Моментами она заглушала их алкоголем, но это не было бесконечной пьянкой, а бокал красного сухого на ночь, в качестве успокоительного.       Она действительно скучала, но чувство обиды пожирало изнутри, заставляя сомневаться во всём.

***

      В компании, где работает Ангелина Юрьевна, решили устроить корпоратив в честь пятидесятилетия компании и заодно майских праздников. Всех работников ЦБ решили собрать в ресторане, который сняли специально под мероприятие.       Ангелина сидела за барной стойкой, наблюдая за коллегами, которые болтали и смеялись между собой. Она не была лишней, просто сама никогда не проявляла инициативу общения с рабочими.       Время медленно тянулось, одна мелодия сменялась другой, переходя на более активные и дискотечные песни. Было уже 23:43, алкоголь играл в организме каждого, заставляя выходить в центр зала танцевать либо петь. Кому что. Геля тоже пила, но была сдержана. Она периодически перемещалась с одной стойки на другую, иногда упиралась плечом в колонну и следила за какой-нибудь определённой личностью, выделяя какие-то факты в голове. Это было что-то вроде игры с самой собой, где она, следя за людьми, узнавала их всё глубже.       Изосимова пила сначала шампанское, чокаясь со всеми в фирме, затем какой-то химозный коктейль из текилы, а после в ход пошли выдержанный коньяк с привкусом чего-то дикого и виски янтарного цвета. Закуски особо не было, только какие-то выветренные тарталетки с красной рыбой и остатки кусочков сыров на деревянной доске.       Каждый глоток обжигал горло, зализывая раны усталости от работы и от бесконечных мыслей о самом близком мужчине, но которого так давно не было рядом.       Вот только Ангелина забыла, что при попадании в организм алкоголя он может расслабиться до такой степени, что теперь мысли будут не заглушаться и успокаиваться, а наоборот, бушевать и вываливаться наружу. Она открыла ящик со всеми обидами, со всеми чувствами, которые были скомканы и заложены очень далеко.       Что-то в голове перевернулось, и вот Геля уже стоит недалеко от центра зала, где танцевал весь рабочий состав. Начали включать самые тусовочные песни, когда мозги были на отдельной полке у каждого. В ход пошли и "По барам", и "В городе нашем есть весёлая улица", и "Твой номер один", в общем все самые дискотечные треки сейчас били по ушам, заставляя тела непроизвольно двигаться в такт.       Девушка двигалась плавно, по-кошачьи, почти аристократично, но в этих движениях присутствовала легкая нелепость. Всё-таки тело уже обмякшее, макияж немного стерт, а волосы уже не в такой идеальной волнистой укладке.       К ней медленно приближался высокий мужчина в сером строгом дорогом костюме. У него была аккуратная щетина на подбородке; такие же зелёные глаза, как и у Ангелины, но только темнее на три тона; зрачки были расширенными; походка шатающаяся; а улыбка демонстрировала его статус, который явно был не ниже среднего.       – Красавица, потанцуем? – Подошел незнакомец сзади девушки и уже положил ей руки на бедра, нежно шепча. Гелю будто током пробило, она положила свои ладони поверх мужских рук и скинула их со своих бедер.       – Извините, но нет. – Развернувшись, сказала она, пятившись назад, упираясь спиной в край барной стойки.       – А почему мне такая красивая девушка отказывает, я готов даже заплатить. – Продолжал наступать он, сокращая между ними расстояние. От него ужасно несло перегаром, а эта мерзкая ухмылка заставила девушку вздрогнуть.       – С первого раза не понятно, что я не буду танцевать? – Строго произнесла она, выставляя перед собой руку, пытаясь выстроить границы, которые мужик совсем не видел. – Я занята, у меня есть молодой человек. – Добавила Ангелина, пытаясь припугнуть его.       – Ну парень не стенка, подвинется,.. – Усмехнулся он и уже был в пару сантиметрах от её лица. –..я всегда получаю всё, что захочу.       – Извини, промашка вышла, ищи себе другую жертву.       Изосимова выскользнула из его зажима и хотела отдалиться, как вдруг он схватил её за кисть, вдавливая в столешницу до посинения. Она резко вдохнула от внезапной боли, а по телу пробежала дрожь. Весь алкоголь из её организма испарился, впуская в голову озарение и критическое мышление.       – А чего ты ломаешься, красотка? – Облизывая губы, шептал он. – Что за детский сад? Мы же взрослые люди. Я к тебе со всей душой, а ты... Знаешь что, не будь дурой. Сказал же, пошли.       Он был не один, позади него неподалеку стояли его товарищи, которые уже были в предвкушении новой жертвы. Мужчина схватил ее за руку и повел ее в другой конец ресторана-бара.       Дружки были на подходе, а мужчина уже вжал её в стену, накручивая волосы на кулак, упирая лицом и отчетливо шлёпнул по ягодицам, выгибая её спину, от чего Ангелина взвизгнула и резко вырвалась, разворачиваясь лицом к противнику. Но он продолжал держать её, не ослабляя хватки.       – Отпусти – Настойчиво сказала Ангелина.       – Не рыпайся, будет только хуже. – Тяжело дыша ответил он, переполненный возбуждением и желанием.       – Я сейчас буду кричать! – Громко сказала девушка, дернув руку снова и снова, пытаясь выбраться.       – А ты попробуй, и другой исход тебе, может, менее понравится. – Сказал уже другой незнакомец, подходя с зади Ангелины. Он сжал её ягодицу, казалось, до посинения и придвинулся сзади, упираясь пахом.       – СПАСИТЕ, ДОМОГАЮТСЯ! – Прокричала Ангелина во весь голос, отчайно отбиваясь от сильных рук.       – Ну всё, игрушка, ты меня довела. – Вскрикнул мужчина и, взяв за волосы, потащил в мужскую уборную.       – Я сейчас позову своего парня! – Схватившись за свои волосы, вскричала Геля.       – Зови. Навряд ли он что-то сможет сделать, наоборот, поделится с нами такой красотой.       Музыка была настолько громкой, а коллеги пьяные, что не было слышно отчаянных возгласов девушки, к которой прямо сейчас пристают несколько человек.       – Сама разденешься или предпочитаешь быть послушной?       Мужчина прижал её к стене в туалетной комнате, поставив колено между её ног.       – Отпусти меня! – Громко крикнула Ангелина, толкая мужчину в грудь. Он на этот жест лишь усмехнулся и буквально навалился на неё. Его руки нащупали подол платья, приподнимая его вверх, оголяя бедро. Он вцепился в него жадно, с голодом. Пальцы его побелели, а кожа Гели покрывалась синяками от сильного давления. Ангелина промычала от невыносимой боли, но это только разодорило его. Мужчины начали наступать, заполняя комнату. Вся банда была в сборе, и дверь тихо прикрылась за последним экземпляром.       – Громче.. Я хочу слышать, как ты кричишь подо мной, сучка. – Прошептала мужчина на ухо девушки, а по её телу пробежали мурашки от страха. Она впилась свободной рукой ему в горло, вдавливая ногти в гортань. Он резко ослабил хватку в области кисти и бедра. Для Изосимовой это был шанс. Она замахнулась и ударила коленом прямо по паху, вызывая я у мужика стон боли. Тот скорчился пополам, хватаясь за орган сквозь брюки.       – Сука.. – Прошипел он, поднимая глаза на напуганную девушку.       Ангелина сжала руку в кулак и четко ударила мужчину по скуле так, что тот отшатнулся назад, а голова опрокинулась в бок по инерции. Он приложил ладонь к горячей щеке и вправил челюсть обратно с заметным хрустом.       Геля сразу же выбежала из уборной после своего сильного удара и пустилась в бегство из заведения.       Руки судорожно пытались открыть заевший замок сумки. Она уже выбежала на улицу и тяжело дыша всё же победила несчастный замок и набрала тому, кто ей сейчас сможет помочь. Два гудка тянулись невыносимо долго, девушка грызла ногти, а нога отбивала по асфальту. Её окутал холодный ветер, заставляя тело вздрогнуть и покрыться мурашками.

***

      – Я выбью из тебя всю дурь! – Максим замахнулся дубинкой еще раз, и изо рта человека хлынула кровь. – Повылетают все твои мать его зубы, если сейчас же не ответишь на кого ты работаешь, кусок отродья!       Мужчина, привязанный к стулу, молчал. А за ним, выстроенным целым кругом, сидело ещё парочка, которых точно так же избивали люди Шакала. Сам он пусть и не любил марать руки, с некоторых пор начал это делать, это стало его отдушиной. Чтобы слишком много не думать и не зацикливаться на одной и той же нескончаемой пластинке в голове. Макс стал выходить на такие вылазки и самостоятельно разбираться со всеми уродами, находящимися за пределами клана.       Это что-то вроде терапии. Успокаивало и отрезвляло. А ещё значительно выматывало, из-за чего Максим валился в кровать без задних ног и засыпал. Иначе бы не смог этого сделать. К нему либо снова приходили дурные сны, либо сон вовсе не навещал его.       Макс думал о ней целых два месяца, даже поставил за ней слежку. Та периодически следила за ней от работы и до самого дома, не влезая в личную жизнь. Мужчины докладывали каждую неделю, что с Ангелиной вроде как всё хорошо. И он успокаивался. Это ведь хорошо, что у неё всё в порядке, верно? Тогда почему Макс всё ещё чувствовал себя не так?       Саша начал причитать, что Макс просто упертый баран и ему стоит вернуть любимую обратно, но… он был прав. Максим — упертый баран. Поэтому он не стал этого делать. Он все ещё думал о Геле, пусть та могла думать совершенно иначе. Он не хотел доставлять ей проблем. А попадание в мафию и есть большая проблема.       – На кого ты работаешь, выблядок? – Максим провел ножом по руке, рассекая кожу на кровавую рану. Послышался отборный мат и вопль боли противника, отчего стало до одури хорошо.       – Нет, не надо! Убери нож!       – На кого ты, блять, рабо…       – Шакал..-Послышался голос Александра и вибрация его телефона.       Он неохотно обернулся и резко зыркнул на своего друга, проявляя мимикой все свое недовольство.       – Чего тебе? Я занят.       – Тебе звонят.       – И что мне сделать? – С сарказмом спросил он, раздражённо.       – Ответить. – Саша протянул телефон.       – Сбрось, отвечу потом. – Отмахнулся Максим и повернулся обратно к мужчине.       – Это Ангелина       Глаза расширились. Нож упал на пол и задребезжал. В ушах запульсировала кровь. "Это Ангелина" – вновь и вновь проносилось в голове. Он обернулся и выхватил телефон, не веря собственным глазам. Ангелина. Ему звонила его Ангел.       Он уже и не думал, что Геля ему позвонит. Хотя, признаться, ждал её звонка. Тогда он сказал, что мафии можно звонить только один раз, и не солгал, но даже если бы Ангелина позвонила ему просто узнать, как у него дела, он бы сделал поблажку только для того, чтобы услышать её голос.       – Ангелина? – Прошептал он, прижимая телефон к уху. Он жестом показал Саше заняться этим мужчиной и отошёл в сторону, чтобы девушка не слышала, что здесь происходит.       – Макс,.. – Послышался нервный вздох. – Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста, помоги мне.       Сердце пропустило удар. Он сжал руки в кулаки и проскрипел зубами.       – Ты где? – Он взял свою биту и покрутил её в руках, готовый вступать в новые разборки.       – В баре, Никольская 27.       – Скоро буду. Жди там. – Он завершил вызов и обернулся. – Убейте их всех. У нас новое задание. Мы едем в Бар.       – Спасать твою малую? – Улыбнулся Саша.       – Спасать мою малую. Сашка улыбнулся ещё шире.       – Вы все услышали? Быстро дырявим их бошки и едем в бар спасать нашу принцессу. – Возгласил Александр и захлопал в ладоши, а Макс покачал головой.       – Она только моя принцесса!

***

      – А куда это ты такая красивая собралась? – Выхватил телефон тот же насильник из рук девушки. – Мы ещё не закончили.       Он взял её за шею и вновь потащил в бар. Ангелина старалась упираться, держась об двери и каллоны, встречающиеся на пути, но четно.

***

      Максим давил на газ, что есть силы. Саша сидел на соседнем сиденье, он видел, как у Макса стиснута челюсть; как нахмуренные брови создавали складку; как глаза горели огнём, наполняясь страхом и гневом, как руки сжимали руль, оставляя вмятины на коже.       Рычание двигателя раздавалась по темным улицам, подсвеченными жёлтыми фонарями, а скрежет колес на поворотах, добавляли атмосфере чувство опасности и страха.

***

      Машина остановилась с резким звуком протертых шин, останавливаясь напротив ресторана. Максим буквально вылетел из машины, прихватив с собой подарочек для обидчиков.       Левин уже стоял напротив мужчин со своей оравой мафиози и угрожающе смотрел на мужика, который больше всех лез к его Ангелине.       Это не сон, Макс действительно был тут. Его волосы, как всегда, были зачесаны назад, открывая вид на шрамированную бровь. Взгляд почти убийственный, ничего не выражал. Широкая спина, за которой не было видно того самого незнакомца.       И Ангелина однозначно соврет, если скажет, что не скучала по нему. Скучала. Очень сильно скучала.       – Ты еще кто такой? – Выплюнул мужик, грозно смотря на Макса.       – Ах да, как-то я не представился. – Максим облизнул губу и прокрутил биту в руках, слегка подбрасывая её. – Я её муж. – Кивнул он в сторону Ангелины. – Ты ведь наверняка так хотел со мной познакомиться. Что ж, надеюсь, ты рад нашей встрече.       – Что за...       Ангелина расширила глаза, услышав звук удара. Бита прилетела прямо в лицо этого мужлана. Он упал на пол выплюнув кровь. Похоже, вместе с ней вывалился ещё и один из зубов.       – Ещё раз, ублюдок, я увижу тебя рядом с ней, я убью тебя прямо на месте, ты меня понял?       Противник ели заметно кивнул, издавая тихие стоны боли.       Максим ударил его еще несколько раз ногой по животу и посмотрел на своих людей.       – А вы чего вылупились? Займитесь ими. Но не убивайте. Просто преподайте им урок.       Ангелина сжалась в самом дальнем углу этого бара, глядя, как те, кто еще пару минут назад домогались до нее, лежали сейчас на полу и умоляли их не трогать. Эта мольба показалась сладостной ушам. Она смотрела на их жалкие лица, полные боли и слез. Ангелина хотела, чтобы с ними поступили так же, как они поступали с ней. И Максим перевыполнил эту часть.       – Привет, принцесса.       Рядом с Ангелиной сел парень, ранее она его уже видела в компании с Максимом.       – Я пришел спасать тебя. – Саша аккуратно помог ей подняться с места. – Пойдем отсюда, твой дракон тоже скоро к нам подлетит. – Он кивком указал на Макса. – Только выбьет всю дурь... Может и мозги, а потом обязательно подлетит. – Пытался подшутить он, и Геля мягко улыбнулась, прихрамывая, идя к выходу.       Они оказались за углом здания, в этом баре были окна в пол. Откуда всё ещё открывался вид на драку. Максим уже избивал не того мужика, он проходился по всем парням, калеча их кулаками, не жалея сил. Его лицо было серьёзным, губы плотно сомкнулись, не пропуская лишнего воздуха. И Ангелина вздохнула за него, смотря на эту картину.       – Меня Саша зовут, кстати. – Вдруг решил представиться он, протягивая руку.       – Ангелина. – Слабо улыбнулась она, отвечая на рукопожатие.       – Эх, Ангелина... – Саша указал рукой на Макса. – Раньше не пачкал руки, а теперь смотри – хуярит только в путь.       – Вы, наверное, были заняты. Я отвлекала вас своим звонком, да? – Ангелина присела на корточки от усталости и подняла глаза на Александра.       – Ради тебя Максим и встречу с президентом отменит, так что не переживай. – Махнул он рукой.       – Правда? – Прикусила губу Ангелина.       –Теперь понятно, почему он в тебя в втюрился. Он попал под твои чары.. А ну не смотри так на меня, а то он мне колено прострелит! – Саша отвернулся.       – Что?.. Максим в меня?..       – Ой, блять. – Он резко повернулся обратно, прикрывая рот рукой, осознавая, что сказал лишнего. – Я тебе ничего не говорил, ты меня поняла? Хотя... Разве это не очевидно? Он пришел спасать твой зад, так что да. Вы же как две палочки твикс. Но я тебе все равно ничего не говорил.       – Поняла. – Ангелина улыбнулась, позабыв о боли. Ей почему-то очень хотелось верить этому малознакомому парню, который казалось говорил чистую правду. Её обида на Максима словно испарилась, оставляя только тёплые чувства. Ей теперь не казалось, что он пользовался ею. Теперь она видела, на что он готов, даже если эти дела незаконные. Особенно незаконные.       Она повернулась посмотреть, продолжают ли дальше мужчины избивать её обидчиков, как заметила, что Максим с сигаретой в зубах шёл уже к ним.       – Можешь идти. – Проговорил Максим Саньку, переводя взгляд на любимую.       – Понял. Остальным уже можно уехать?       – Да, можете уже все уехать. – Отпустив своих поданных, он подошел ближе к Геле.       Саша тоже уже ушел. Следом за ним пошла целая орава мужчин, оставляя их наедине. Максим отбросил сигарету в сторону.       – Ну иди ко мне. – Ухмыльнулся Макс развёл руки, расплываясь в горечной улыбке. Он был рад, что она сейчас рядом, но было не по себе, что к ней прикасались. Ангелина прильнула в его объятия, тихо плача ему прямо в плечо, шмыгая носом, Максим осторожно приобнял ее, одной рукой прижимая Гелю за талию к себе, другой, поглаживая затылок, тихо что-то шепча.       – Ма..Макс я так сильно скучала.. Не бросай меня больше. – Тихо сказала она ему, всё ещё утыкаясь в грудь.       – Я тоже по тебе скучал, очень скучал, родная. – Макс отодвинулся от её лица начиная целовать щёки, нос, лоб. – Снова я вижу тебя всю покалеченную, чтож ты будешь делать? – Мягко улыбнулся Максим, продолжая целовать свою женщину.       – А вот меня нельзя оставлять, это черевато бедой. – Буркнула Ангелина, снова утыкаясь лбом в его грудь, вдыхая такой родной запах, который так давно не слышала.       – Тебя куда везти в больницу домой или..       – К тебе. – Коротко ответила она, не давая договорить мужчине.       – Гель..., – Выдохнул он и аккуратно усадил её на задние сидение авто, присаживаясь рядом с ней. – ..мафия – это не шутки.       – Но ты ведь приехал сюда не только чтобы мне помочь, ты ведь тоже скучал, почему мы не можем быть вместе? – Не переставая прикасаться к нему, спрашивала она.       – Я пытаюсь обезопасить тебя. Мафия — это не то, что тебе надо.       – Иди ты к черту! -Буркнула Геля, скрещивая руки на груди. – Ты просто трус. Даже признаться не только мне, но и самому себе не можешь, что я тебе небезразлична, и вечно прячешься за оправданиями.       – Я тебя люблю, довольна?