К сожалению, я не Герой

      Нет ничего хуже начальника, который точно знает, на что ты способен. Почему? Потому что, когда жизнь подчинённого всецело зависит от тебя, ты получаешь над ним абсолютную власть. А обладая абсолютной властью, ты ожидаешь, что он будет выкладываться на полную. Ведь именно для этого ты его и держишь.       Говорю по опыту: я командовал целой дивизией солдат-рабов и поначалу из-за косяков впустую угробил кучу жизней.       Неоспоримый факт: хотя люди – существа деятельные и без стимула или какого-нибудь занятия сворачиваются в клубок и дохнут, им всё равно нужно отдыхать, восстанавливаться и оттачивать навыки. Даже если этот навык – строчить отчёты или карабкаться по корпоративной лестнице, а не убивать монстродев ради выживания... Человек, загнанный в колею, способен лишь выгореть, потерять ориентиры и превратиться в абсолютно бесполезный мусор, который впустую проедает ресурсы, выделенные на ценного сотрудника.       Их нельзя загонять слишком сильно, но давить на них нужно. И позволять им окончательно расслабляться и устраиваться с комфортом тоже нельзя.       Моим новым начальством была Владычица Демонов, которую с рождения растили как идеального лидера и которую обожают все подчинённые. Её боится Империя, похищающая людей из других измерений и пускающая её народ на ингредиенты. И при всём этом она умудрилась, имея лишь Королевскую гвардию и вспомогательные войска, захватить в плен целую ДИВИЗИЮ солдат без потерь на передовой, посреди грёбаной войны. Её подчинённые готовы умереть за неё; стоит сказать о ней гадость, и тебе конец; к тому же она красотка, и со здоровьем у неё всё в порядке.       У такого дегенеративного персонажа-самовставки, как она, точно не будет слабости в виде черты «плохой босс».       Я целиком и полностью ожидал, что до конца своих дней буду кем-то, кого просто используют и утилизируют. Плата за мою работу будет ровно такой, чтобы мне хватало сил выдавать результат на пределе моих возможностей.       Короче, я был в жопе. Я внезапно стал важной фигуре на огромной шахматной доске. А в шахматах важные фигуры ценны тем, что они успеют сделать до того, как их придётся сбросить или пожертвовать ради окончательной победы. Это, конечно, лучше, чем быть корпоративным рабом – я всё-таки не просто винтик в системе, – но факт оставался фактом: меня знают те, с кем мне предстоит воевать; те, кто меня поддерживает, возлагают на меня огромные надежды; а обязанностей у меня теперь – хоть отбавляй.       Не буду врать: это всё равно лучше, чем быть рабом со взрывным ошейником.             

***

             Еда была тем единственным, что я мог ценить в этом убогом фэнтези. Кухни людей из множества миров просачивались сюда на протяжении веков войны. Неудивительно, что здесь оказалось немало японцев – в основном ещё со времён Сэнгоку, – которые просветили местных насчёт риса, соевого соуса и нормальной готовки. То же касалось и других цивилизаций, но тот факт, что я мог получить на завтрак мисо-суп с рисом и рыбой, волновал меня куда больше, чем наличие какого-нибудь «фэнтезийного мяса».       Разумеется, это лишь благодаря тому, что я оказался в рядах «хороших парней» этого сеттинга.       Империя отправляла на фронт зерно, мясо и соленья.       А также поощряла поедание частей монстродев, которые не годились для магии и не представляли ценности.       Я выгнал каннибалов из своей дивизии, ну или отправил их «доблестно исполнять долг» на передовую.       Прям очень, очень доблестно.       Хех.       — Когда вы так улыбаетесь, мне становится страшно, — Мобилка-чан села напротив меня.       Пока я наслаждался мисо-супом, рисом и жареной рыбой, девушка-дракон уплетала целое корыто жареного мяса. В качестве меры предосторожности от воровства и подлости я придвинул еду поближе к себе. Зарядка Мобилки-чан обходилась дорого, и я не хотел, чтобы мой завтрак исчез в небытие. Желудки, работающие как чёрные дыры, это мило, пока тебе не приходится оборонять от них свою еду.       — Извините за вопрос, но чему вы так радуетесь, Хикигая-доно?       Тц. Все монстродевы ведут себя так с тех пор, как я выиграл битву. Меня осыпают почестями, уважением и преданностью, хотя я относился к ним одинаково и до, и во время, и после боя. Это восхищение и похвалы уже действуют мне на нервы, особенно когда я предпочёл бы обойтись без них. С презрением и неприязнью иметь дело куда проще – по крайней мере, ты знаешь, что люди думают о тебе плохо. Терпеть не могу оправдывать чьи-то высокие ожидания, как и гадать, кто из окружающих скрывает своё истинное отношение.       — Отъебись, пожалуйста. Слишком рано для вопросов.       По идее, от моего ответа Мобилка-чан должна была фыркнуть, уйти или ударить меня. Может, даже всё сразу. Но ничего из этого не произошло. Вместо этого девушка-дракон рассмеялась и покачала головой.       Я и так знал, что она думает, поэтому не спрашивал, желая избежать разговора, но она всё равно озвучила мысли вслух.       — Согласна. Тишина по утрам есмь благословение. Моя мать очень скучала по ней, когда мы родились; так она рассказывала мне и моим сёстрам.       Бла-бла-бла, скучная предыстория, которая нахрен никому не сдалась. Мобилка-чан, я понимаю, что ты работаешь на меня уже несколько недель, но для меня ты всегда будешь всего лишь Мобилкой-чан. Ты даже не Смартфон. Просто Мобильник. Так себе сравнение для двух объектов с точки зрения японского парня, дамочка. На тебя даже нельзя потратить жизнь, разглядывая .png картинки с аниме-девочками.       — А у тебя были братья или сёстры, до того как Империя забрала тебя из твоего мира?       Твою-то мать.       Забудь про «Мобилку».       Теперь ты Кирпич-чан.       — Ну зашибись. Теперь у меня пропал аппетит. Спасибо тебе огромное, бесчувственная ты летающая ящерица.       Мисо, рис и рыба были хороши. Нельзя отрицать тот факт, что я наслаждался японской кухней довольно высокого качества. Но готовила ли её моя младшая сестра, с которой мы раньше завтракали каждый день? Та, что однажды проснулась в пустом доме, где больше никого не осталось? И это я даже не думаю ни о ком ещё, кроме Комачи.       — Да. Была, — сказал я. — Она была лучшей младшей сестрой, о какой только мог мечтать старший брат. И мы с ней завтракали и ужинали вместе каждый день.       Тц, узнала бы она меня вообще, если бы я вернулся? Не то чтобы существовал способ вернуться – с какой стати Империи заботиться о своих мясных щитах? Но, сколь бы бесполезным ни был этот вопрос, я всё равно гадал, узнала бы меня семья. Годы меня не щадили: пусть все конечности при мне, я определённо выгляжу как вещь, которую нужно отреставрировать, прежде чем снова выставлять на продажу. Ожоги, порезы и уродующие шрамы стали нормой. Мне повезло отделаться шрамом на правой щеке, тогда как большинство сражавшихся с мантикорами теряли головы. К тому же, хоть я и цел, я уже далеко не школьник, собирающийся в университет.       Фраза «война забрала твою молодость» звучит пафосно, но на деле это полнейшее дерьмо.       — Я... прошу прощения. Я думала, это сильнее вдохновит вас на борьбу с Империей.       — Ну, не вдохновило. Так что давай, отдай мне часть своей еды и жри мою, потому что я свой кусок в горло не затолкаю без воспоминаний.       Кирпич-чан, к счастью, обладала достаточным количеством мозговых клеток, чтобы сделать то, о чём её просят. Как кто-то с таким мышлением попал в свиту Розанны – для меня загадка. Хотя нет, вру. Я прекрасно понимал, почему Розанна набрала простоватых и сильных. Как я уже заключил, она – Кирпич, который швыряют в противников или которым доблестно держат оборону. Надеюсь, в случае Кирпич-чан это будет второе.       — Так о чём ты на самом деле хотела поговорить? — спросил я. — Кто велел тебе заговорить со мной? И зачем? Потому что я ни на секунду не поверю, что ты стала бы проводить со мной время добровольно.       Политика и интриги не были моей сильной стороной. Точнее, у меня не было практики, да и невозможно практиковаться, когда к тебе постоянно прикованы взгляды. Когда я сражался за Империю, мне не нужно было волноваться о политике. Умный раб – это просто умный раб. С любыми вызовами моему лидерству я справлялся простым способом: натравливал на недовольных свою телохранительницу-амазонку. Либо я был никому не интересен, либо за меня говорил её гигантский тесак. Остальное время я тратил на размышления о том, как не сдохнуть в следующей битве, что занимало у меня уйму времени.       — ...Капитан Королевской гвардии хочет узнать о тебе больше, особенно теперь, когда Владычица Демонов пожелала, чтобы мы защищали тебя так же, как защищаем её.       — Защищали? Пф-ф, ты имеешь в виду – следили за каждым моим шагом.       Забота – это улица с двусторонним движением. Розанна могла сформулировать это так, чтобы заработать очки симпатии у своей коллекции Кирпичей, но «защита» требует постоянного внимания Стороны Б к Стороне А. Просить, чтобы меня «защищала» кучка драконов, которые всю жизнь учились высматривать угрозы и всё подозрительное, это почти то же самое, что снова надеть на меня взрывной ошейник.       — А я-то думал, что после освобождения получу немного свободы. Но, похоже, вы все только притворяетесь другими.       Я взял кусок фэнтезийного мяса и откусил.       Острее, горячее и свежее, чем обычно, но на вкус – всё то же рабство.       Я успел сделать всего пару жевков, прежде чем получил по морде.             

***

             — Я погляжу, твои чары пленили очередную женщину, — холодно, чётко и с улыбкой произнесла Ур, пока я прижимал к лицу кусок льда.       Эта крошечная, мускулистая ходячая угроза носила на спине боевой топор больше меня самого, но шла она с абсолютной лёгкостью. Хотелось бы сказать, что, раз она талантлива в воинских аспектах магии этого исекая, то я хорош в обычной, атакующей магии. Но это было бы ложью. Я нихуя не умею в обоих случаях. В реальной жизни нет баланса. Есть лишь меры несправедливости и пропасть между теми, у кого есть талант, и теми, у кого его нет.       — Ты всерьёз полагаешь, — продолжила она, — что если будешь вести себя достаточно отвратительно, Владычица Демонов оставит тебя в покое, а не впишет в свои планы, Хачиман?       — Громкие слова для наживки. Может, если постараешься, я даже начну думать, что между ушами у тебя есть мозги, а не только мышцы, — огрызнулся я, но ухмылка на лице Ур подсказала, что моя контратака оказалась не особо эффективной.       Наверное, выходцу из племенного общества силовая политика куда ближе и понятнее, чем мне. Если вождь племени знает, на что ты способен, и если твои угрозы стать проблемой недостаточно серьёзны, тебя поставят туда, куда им нужно. Будь проклята моя современная мораль – из-за неё меня вечно держат на работах, которых я не хочу!       — Тц. Да и хрен с ним. Скольких ты уже распугала, чтобы они пошли жить нормальной жизнью, а не корчить из себя идиотов?       В данный момент планы Розанны насчёт меня заключались в том, чтобы доставить меня обратно в Столицу. По пути мы разбирались с бандитами, настоящими монстрами и прочими мелочами. И под «мы» я подразумевал – я. Каждая мелочь, которую я делал, становилась известна по всей огромной стране Владычицы Демонов. Да, я мог вести себя как последний говнюк в своём ближайшем окружении, но моя начальница развернула полномасштабную пиар-кампанию вокруг каждого «доброго дела», совершённого мной по её приказу. Пока я кошмарю Кирпич-чан, веду себя как полнейший мудак и просто валяюсь в лагере, когда не занят выживанием, её менестрели, послы и все, кто её слушает, разносят весть о моих деяниях повсюду.       Очевидно, меня готовили к чему-то крупному.       — Ушли несколько тех, кого соблазнил кто-то из лагеря, как и те, у кого завязались отношения внутри дивизии, — ответила Ур.       О, превосходно, все риадзю свалили жить мирной жизнью со своими половинками. А ну вернулись немедленно! Пусть уходят одиночки, которым некуда податься, пусть они ищут любовь. У вас любовь уже есть, так что оставайтесь со мной и подыхайте в том безумном цирке, в котором я в итоге окажусь!       — Те же, кто остался, верят, что единственный путь к победе в этом мире – следовать за тобой.       — Так скажи им, что они кучка дебилов! Я здесь в ловушке, но им-то не обязательно, чёрт возьми! — я заменил кусок льда на новый.       Создавать лёд размером с кулак было утомительно, но я выучил это заклинание, чтобы не зависеть от паршивой воды в средневековье. Благодаря ежедневной практике магии за последние пару лет теперь все меня боятся за способность... делать холодные лужи. Да, такие вещи, как Исцеление, Огненный шар и прочие крутые базовые навыки – это для талантов, которых Империя подбирает, обучает и отправляет куда надо.       — Запугай их, если придётся, — скомандовал я. — Они теперь свободны, так что пусть валят на четыре стороны, потому что у них есть реальный выбор.       — Ты глупец, раз веришь в такое, но я попробую, — Ур покачала головой и вздохнула.       Эй, что это за слова такие? Ты правда ожидаешь, что я поверю, будто я тут главный герой, а ты важный второстепенный персонаж? Правда в том, что мы оба третьестепенные статисты, которые умрут через пару глав в чьей-то чужой истории. Единственный выход тут – это ритуал с верёвкой или ножом. Ого, это звучит куда мрачнее, чем я думал. Хачиман-кун, ты там в порядке?       — Однако держи в голове, — продолжила Ур. — Если бы ты не был столь очевиден в своих постоянных попытках вывести остальных из себя, лишь бы мы не оказались на очередном поле боя, ты бы сильно облегчил мою работу.       — ...Я не настолько очевиден.       И, если не считать моих гениальных актёрских способностей, большинство моих солдат тупые идиоты. Империя набирала рекрутов из множества миров, выкручивая протоколы массового исекая на максимум по конкретным ТЗ, чтобы получить бесконечный источник рабской силы. Они искали магию и мускулы. Мозги не искали, так как Империя считала, что их у неё и так предостаточно. Короче говоря, если я так долго дурачил Империю, то смогу одурачить и свои войска, и новую начальницу, приложив для этого чуть больше усилий.       — Просто иди и спровадь как можно больше из них, ясно? Не надо слишком много думать. Думать – это моя работа. А теперь иди.       Ур ушла, коротко кивнув, оставив меня обдумывать следующий мой ход.       А конкретнее: как мне сегодня побыть гандоном и устроить политический скандал.