Страницы открывающие правду

— У меня одного такое чувство, что книга становится всё темнее и темнее? — сообщил всем Оливер, плюхнувшись в кресло. После прочтения главы и переваривания новости о том, что Готье чуть не умер, все дружно решили устроить перерыв, чтобы немного остыть. Ну а точнее, остыть стоило Люмьеру и, к удивлению многих, Скэриэлу. Конечно, Леон, Оливер и Кэмерон поглядывали на Гедеона с недовольством, но всё же держали свои мысли при себе. — Будем надеяться, что дальше всё будет без кровопролития, — недовольно поджав губы, сообщила Оливия. Джером, Готье и Скэриэл под взглядами остальных как-то неловко потупили взгляд. После небольшого перерыва они оказались сидящими втроём на одном диване. — Думаю, нам стоит продолжить, — заметив заминку, решил сгладить углы Люмьер и повернулся к Оскару. — Давай следующую главу. Или ты уже успел устать? Не волнуйся, мы всё понимаем. Для твоего мозга это, наверное, весьма сложная задача. — Да пошёл ты, — буркнул Оскар и принялся читать дальше. Нас остановили на границе с Центральным районом. Скэриэл выглядел более непринуждённо, чем того следовало ожидать, учитывая, что за нами, по его словам, велась слежка. Вечером здесь всегда много желающих пересечь границу и попасть в Запретные земли. Полукровки возвращались домой после рабочего дня, чистокровные стремились попасть в клубы. Мы встали в пробку, а значит, вместе с нами застряли и преследователи. Я был так напряжён, что сразу вызвал подозрение у пограничника. Он грубо приказал нам выйти из машины, а затем служебные собаки проверили салон и багажник на наличие виса. В последнее время имитаторов тёмной материи становилось всё больше. Скэриэл был спокоен, вежлив и улыбался проверяющим. Я, напротив, был угрюм и немногословен. Последовала более тщательная проверка документов и наличия тёмной материи – в этом мне помог Скэриэл. Но пограничники не успокоились и долго проверяли подлинность моего разрешения на нахождение и проживание в Центральном районе. Всё это заняло не меньше получаса, а то и час. Водителя нашего, судя по лицензии, закреплённой на приборной панели, звали Гарретт Хоббс. Он был чуть ниже меня ростом, со щетиной и прокуренным сиплым голосом. Когда машина пересекла границу, Скэриэл попросил поехать другой дорогой, указав в сторону реки. Гарретт молча развернул машину. Если до этого я надеялся, что Скэриэл ошибся, то теперь был уверен в его правоте. Водитель то и дело поглядывал на нас через зеркало заднего вида. Когда мы остались абсолютно одни на пустой дороге, я заметил далеко позади чёрный джип представительского класса. Теперь стало понятно, почему Скэриэл предложил сменить маршрут. Другой вопрос: как он их заметил в центре? Вдоль пустой дороги пролегала река с быстрым течением. Это и дорогой-то сложно назвать. Стоило чуть отъехать от границы, как асфальт быстро сменился гравием вперемешку с глиной; в дождь ехать по грязи было опасно: не совладав с рулём, недолго улететь в кювет или, что ещё хуже, в реку – тогда уж можно сразу распрощаться с машиной. По другую сторону стояли заброшенные заводы и фабрики. До революции здесь работали низшие, но после смерти императора все предприятия позакрывались, а лишившиеся работы низшие подались кто куда: уехали в другие города на заработки или остались в Запретных землях и погрязли в криминале. Тут и там появлялись группировки, и делёжка территории стала основным занятием местного населения. На улице быстро темнело, но очертания заброшенных зданий, полуобветшалых построек и старых общежитий, где раньше обитали рабочие, легко угадывались за мутным стеклом автомобиля. Окна были разбиты, что-то успели разворовать и сдать на металлолом, краска потрескалась, стены и двери покрылись оранжево-бурыми пятнами. За шестнадцать лет всё заросло высокой травой. Повсюду высились горы мусора. От накопившегося гнилья попахивало. — Это кошмарно, — выдохнула Оливия. — Почему об этом никто не говорит? — А зачем? — фыркнул Скэриэл. — Вы, чистокровные, живёте в центре. Зачем вам проблемы низших и полукровок? — Но это не повод устраивать революцию, — недовольно поджав губы, сообщила Оливия. Скэриэл решил никак не комментировать этот ответ. — После смерти императорской династии многое изменилось, и не в лучшую сторону, — тихо прошептал Люмьер, с какой-то печалью смотря на Готье. Один из моих приятелей, Реми, часто ругался на то, что его отец спился после закрытия заводов. Я помню, как он тоже начал выпивать, – к тому времени старик уже умер, вдоволь хлебнув украденного технического спирта. Реми постоянно поносил Совет старейшин, чистокровных и мечтал прирезать парочку аристократов. Я не знаю, что с ним стало потом; мы потеряли связь, когда я начал работать со Скэриэлом. Честно говоря, когда Реми стал одержим мыслью об убийствах чистокровных, я решил держаться от него подальше, иначе меня могли загрести за компанию. А то, что его рано или поздно посадят, было вопросом времени. Именно после переворота Запретные земли получили такое название и обрели статус опасных районов, гетто. Когда во главе страны встал Совет старейшин, низшим под угрозой ареста было запрещено покидать Запретные земли. Требовалось особое разрешение на передвижение за пределами районов. Так появился ещё один бизнес по созданию липовых лицензий, благодаря которым низшие могли попасть в центр. А с употреблением виса можно было устроиться на работу бок о бок с чистокровными. — Ого, — выдохнул Леон. — Дядя мне об этом не говорил. Я думал, таких, как ты, Джером, единицы. — Многие хотят заработать себе хотя бы на хлеб, — вмешался Лоу. — Поэтому и идут на такой риск. Я надеялся, что в моём случае до виса дело не дойдёт. – Как давно вы работаете водителем? – внезапно спросил Скэриэл. Гарретт явно не жаждал общения. Он бросил на нас настороженный взгляд в зеркало заднего вида и ответил: – Недавно начал. Скэриэл улыбнулся ему, но я заметил, как он тихо отстегнул ремень безопасности и вытащил из внутреннего кармана куртки складной нож. Я отсел подальше, давая ему больше места. Скэриэл открыл нож, и острое лезвие, отразив лунный свет из окна, сверкнуло в тусклом салоне. – Мистер Эн мало платит, да? – спросил он и накинулся на водителя. Я машинально схватил сумку с деньгами, не понимая, что именно затеял Скэриэл. Левой рукой он обвил шею Гарретта, зажав её так, что тот чуть не задохнулся, а когда водитель попытался дёрнуться, приставил нож к шее и надавил. – Веди прямо, ублюдок, – прошипел Скэриэл ему на ухо. – Только двинься, и я перережу тебе горло. Леон и близнецы покосились на Скэриэла. Им всё ещё было в новинку узнавать о такой стороне жизни их друга. Гарретт застонал, когда лезвие уперлось в кожу. Он машинально дёрнул головой, пытаясь избежать острия ножа, и вскрикнул. По его шее стекла тонкая струйка крови. Порез был крохотным. – Я ничего против тебя не имею, – полушёпотом произнёс водитель, когда Скэриэл чуть ослабил хватку, позволяя тому говорить. – Я просто везу вас. – Ты работаешь на мистера Эна, верно? – Скэр, – позвал я, глядя на него во все глаза. – Что мне делать? – Позади нас машина, наблюдай за ними, – не отвлекаясь, велел он. – Если пойдут на обгон или будут вести себя подозрительно – дай знать. Далеко позади действительно ехала чёрная машина – я до последнего надеялся, что Скэриэл ошибался. Джип было трудно различить в темноте. Пришлось напрячься и долго вглядываться, прежде чем я смог различить силуэты водителя и его попутчика. – Отвечай! – Скэриэл надавил на шею Гарретта, и тот не удержал руль. – Я не могу дышать! – прохрипел он. Наша машина вильнула на дороге, и это чуть не стоило Гарретту жизни. Скэриэл крепко сжимал нож в руке. Я отстегнулся и сел так, чтобы лучше видеть преследователей. Они тоже заметили нашу подозрительную езду, посигналили; наш водитель посигналил в ответ. И тут Скэриэл сделал то, чего я никак не мог ожидать. Он с каким-то особым садизмом вонзил нож в плечо водителя. Тот завопил, отдёрнул левую руку и вцепился в Скэриэла. Руль остался без контроля. Я потянулся с заднего сиденья и схватился за него. Оскар остановился и уставился на парня. Гедеон на это лишь покачал головой. Люмьер же, в отличие от многих присутствующих в комнате, с явным интересом уставился на полукровку. — Ну, если этот водитель реально работал на мистера Эна, тогда мне его не жаль, — пожав плечами, сообщил всем Кэмерон. Оливер, во все глаза уставившись на новоиспечённого друга, хрипло поинтересовался: — То есть это нормально? — Для Запретных Земель — да, — вместо Кэмерона ответил Адам. — Может, продолжим? Не хочу обсуждать ещё и мистера Эна. Оскар поспешно закивал и продолжил чтение. – Твою мать! – прохрипел Гарретт, пытаясь выпутаться из хватки Скэриэла. Он нажал на педаль тормоза, и раздался оглушительный визг тормозящих шин. Я всем телом врезался в приборную панель – правый висок и скула взорвались болью. Кажется, вывихнул руку. Скэриэл впечатался в водительское сиденье. Я поднял взгляд и первым делом увидел чёрную копну волос. Он громко выругался и вцепился в Гарретта – того спас ремень безопасности, иначе он бы пробил головой лобовое стекло. Нож всё ещё торчал из его плеча. Я пролез, скинул ногу Гарретта с тормоза и рукой надавил на педаль газа. Машина вновь рванула и набрала скорость. Я окончательно перелез вперёд на пассажирское сиденье. Требовалось больше места для манёвра, чтобы дотянуться ногой до газа. Гарретт бил по всему, что попадалось под руку. Два тяжёлых удара пришлись мне в спину. Я не удержался и врезал ему локтем в нос; краем глаза заметил одобрительную улыбку Скэриэла. Спина и локоть болезненно ныли, но то, как Скэриэл оценил мой удар… Это того стоило. Гарретт взревел, схватился за нос, но вскоре начал хрипеть, когда Скэриэл усилил хватку на шее. Капли крови размазались по лицу Гарретта и рукавам Скэриэла. Рукоять ножа торчала из плеча водителя. Я держал руль прямо, стараясь следить за дорогой. Гарретт хотел вытащить нож, но у него не получалось. Кажется, Скэриэл всадил лезвие очень глубоко, и при этом он не выпускал рукоять, вдавливая сильнее. Он душил и мучил водителя так уверенно, что не оставалось сомнений: Скэриэл действительно опасен, как и говорил Эдвард. Готье и Джером переглянулись, но это осталось незамеченным, потому что все были слишком заинтересованы тем, о чём читал Вотермил. Даже Лоу сидел в какой-то задумчивости. Взглянув назад, я вздрогнул. Преследователи пошли на обгон. – Они догоняют! – прокричал я, изо всех сил держась за руль. – Возьми нож, – сказал Скэриэл. Я посмотрел на Гарретта и ужаснулся. Скэриэл придушил водителя, и тот отключился или умер, разобрать было сложно; он сполз с водительского сиденья и, если бы не ремень безопасности, точно бы завалился на меня. – Что? – в панике спросил я. – Вот, – Скэриэл вытащил из плеча Гарретта окровавленный нож и приставил его к водителю, – смотри, он может очнуться в любой момент. Держи его у горла. Я продолжал цепляться за руль и завис, глядя на Скэриэла. – Живее! – взревел он, раздражённый моей нерешительностью. Схватив нож из окровавленных рук, я приставил его к шее обмякшего водителя. – Веди ровно, – приказал он и повернулся к заднему окну. Я хотел было оглянуться, но мне нужно было следить и за дорогой, и за Гарреттом. Боялся, что он в любую минуту очнётся. Что бы там ни задумал Скэриэл, я надеялся, он понимает, что творит. Скэриэл опустился на колени на сиденье и посмотрел на преследователей. Они, почти поравнявшись с нами, открыли окна. Тот, что сидел на месте пассажира, достал пистолет. – Он сейчас пристрелит нас! – крикнул я в панике. Скэриэл не ответил. Он поднял руку и напрягся. В его ладони появилось тёмное пламя. – О боже, – тихо простонал я. — Как самоуверенно, — недовольно хмыкнул Гедеон, смотря на полукровку. Но его замечание осталось без внимания — все сидели в напряжении, внимательно слушая продолжение. Пока я пытался одновременно вести машину и не врезаться в дерево или не слететь в реку, Скэриэл открыл окно, и холодный ветер ворвался в салон. Он вытянул руку, в ладони у него струилось тёмное пламя – оно раздувалось всё больше и больше. Я видел удивление на лицах преследователей. Они явно такого не ожидали. Всё произошло в считаные секунды. Один из них наставил на Скэриэла дуло пистолета. Целился он точно ему в голову, но стрелять не спешил. Скэриэл вцепился в сиденье свободной рукой, да так сильно, что казалось, ещё чуть-чуть, и он порвёт старую обивку. Когда тёмная материя выросла до размеров баскетбольного мяча, он резким движением направил её на преследовавшую машину. Раздался пронзительный удар и в ту же секунду выстрел. Скэриэл вскрикнул, вцепившись в плечо. Машина пропала из моего поля зрения. И тут мы налетели на яму. Нас всех подбросило. Нож выпал из моей руки. А я сам чуть было не свернул в сторону обрыва, но вовремя вывернул руль. Ещё одна яма, но я держался крепко, пытаясь рукой внизу слепо нашарить нож. В таком положении я не мог его достать. Кажется, он упал к ногам Гарретта. Я взглянул назад, ища глазами джип. Машина стояла посреди дороги – с разбитым капотом, словно врезалась в бетонную плиту. Сработали подушки безопасности, но люди в салоне, скорее всего, потеряли сознание при столкновении. Один из них всё же успел выстрелить. – Скэриэл! – крикнул я. Готье покосился на друга, зачем-то проверяя его на видимые повреждения. Почему он в очередной раз не заметил ранения друга? Почему до этого был настолько слеп? От этих мыслей ему становилось не по себе. Чем больше он узнавал, тем отчётливее понимал, сколько вещей происходило прямо у него под носом, а он даже не догадывался об этом. – Жив я, жив, – бросил он и вновь сел так, чтобы видеть преследователей. Я плавно затормозил. Покинув салон, Скэриэл поднял руку и напряг её, заставляя остановившуюся машину сдвинуться к реке. Я весь похолодел от ужаса. Он напряжённо продолжал выталкивать машину с дороги. Огромный джип дюйм за дюймом приближался к обрыву. Я открыл окно и высунулся – слышал, как Скэриэл вымученно дышит. Это было ему не по силам. Машина весила слишком много. Он закричал от боли, держа руки перед собой. Старшие ребята в некотором шоке уставились на Лоу, пока близнецы и Леон напряжённо переглядывались. Адам и Кэмерон же недоумевали из-за причины столь бурной реакции. Да, Лоу хорошо справлялся с материей, но ни для кого это не было секретом. Или дело было вовсе не в наличии у полукровки этой силы? Судя по лицам остальных, они знали что-то такое, чего не знали они. И это заставляло напряжение в комнате становиться только сильнее. Водитель начал приходить в себя. Скэриэл, не оглядываясь, сосредоточившись на своей цели, направился в сторону преследователей. Он продолжал держать руки на весу, толкая автомобиль с помощью тёмной материи. Внизу река с сильным течением могла поглотить их. Скэриэл решил во что бы то ни стало избавиться от джипа. Когда машина уже балансировала на краю – я отвлёкся и не заметил происходящего рядом, – водитель очнулся и заехал мне кулаком в ухо. Удар у него был что надо. В глазах потемнело, и зашумело в голове, да так сильно, что я чуть не потерял сознание. – Скэриэл, – простонал я, желая его предупредить. Водитель охнул от боли в плече и с трудом вылез из салона, успев схватить нож. Я из последних сил нажал на клаксон на руле – раздался долгий пронзительный звук. Не знаю, сколько прошло времени, но когда я вновь смог посмотреть по сторонам и при этом у меня больше не шумело в голове, водитель лежал примерно в трёх метрах от машины. Кажется, Скэриэл сбил его тёмной материей. Я глянул назад, но машины преследователей больше не было на дороге. Где-то вдалеке раздалась серия громких ударов, и вскоре что-то массивное с шумом плюхнулось в воду. Скэриэл держался за плечо, куртка его была порвана и запачкана кровью. Ослабевший, он стоял, прислонившись к багажнику. Я вылез из салона. Он кивком указал на Гарретта: – Придётся тебе стать моим водителем раньше, чем мы думали. Затащи его в салон. Нужно избавиться от машины. – Ты столкнул их в воду? – спросил я, продолжая всматриваться в то место, где чуть ранее находился джип. – Да, – устало подтвердил он. – Надеюсь, потонули. Я видел, как их машина пошла ко дну. Нужно будет потом проверить. – Как ты? Что с плечом? – Сойдёт, – простонал Скэриэл. Он медленно прошёл мимо меня. – Проверь пульс, – устало произнёс Скэриэл, оперевшись о капот; судя по тяжёлому дыханию, дальше идти он не мог. – Если мёртв, то проверь его карманы. – А если жив? – Затащи в салон и прирежь. Я закусил губу. Убийства на моих руках ещё не было, но я знал, на что шёл, когда согласился работать со Скэриэлом. — И не таким начнёшь заниматься, если и дальше продолжишь работать на него, — недовольно пробормотал Кэмерон. — А вы как будто цветочки продаёте, — не удержавшись, хмыкнул Лоу. Полукровки на это лишь насмешливо ухмылялись. Я поплёлся к распростёртому на дороге Гарретту. Кажется, при падении он разбил себе голову. И он, вне всяких сомнений, был мёртв. Кровавая лужа образовалась у его головы. Я с отвращением опустился на колено и проверил пульс. Пальцы испачкались в крови. Из маленького пореза на шее стекала тонкая струйка. Стоял неприятный металлический запах, от которого подташнивало. Оливия брезгливо сморщила носик, представив то, с чем столкнулся этот бедный низший. – Ну что? – поторопил Скэриэл. – Мёртв! – Я был рад, что мне не пришлось его убивать. – Проверь карманы! – напомнил он. Улов был неплохим: смартфон, документы, водительские права, полупустая пачка сигарет, невскрытая упаковка жвачки, кошелёк с наличкой и банковской картой на имя Джейка Вайлонда. Я распихал всё это по карманам и потащил Гарретта-Джейка за ноги к машине. Он был тяжёлым. Я пыхтел, цеплялся за его ступни; следом по дороге за нами прочертилась кровавая линия, которая вопила о том, что здесь произошло убийство. Слава богу, что дорога была не слишком популярна у местных. Местные. Им был и я. Теперь уже сложно сказать, где я считался своим, а где чужим. – Его, судя по банковской карте, зовут Джейк, – проговорил я, когда поравнялся со Скэриэлом. – Затащи его в салон, – чуть живее ответил он. Скэриэл выглядел намного лучше, хотя всё ещё держался за простреленное плечо. – Что ты задумал? – Столкну его тоже в реку. – Ты уверен, что он работает на мистера Эна? – Мне кажется, я его видел среди людей мистера Эна, – зевнул он. – Да они там все на одно лицо. – Так ты не уверен был, когда начал его душить? – Тут ни в чём нельзя быть уверенным. – Скэриэл помрачнел. – Но в итоге я оказался прав. Я затащил тело в машину и хлопнул дверью. Мои руки и куртка были в крови. – Деньги наши не забудь, – буднично добавил Скэриэл. – А, точно. – Я метнулся к задним сиденьям и достал сумку. – Как ты понял, что за нами следят? – Заприметил его ещё в окне, когда примерял бабочки. Показался мне подозрительным типом. Стоял, курил, скрывался в соседних магазинах, а когда мы вышли из ателье, бросился к машине. – Ты всегда такой мнительный? – Только когда перевожу большую сумму денег, – усмехнулся Скэр. – Что там у него было в карманах? Когда я показал улов, он выхватил сигареты и закурил. – Деньги можешь забрать себе, – произнёс он, перед тем как выпустить табачный дым. – Мне его деньги не нужны, – огрызнулся я. Скэриэл затянулся сигаретой. – Позвони Эдварду, сообщи, где мы, пусть заберёт. – А что с его вещами делать? – Я указал на телефон, кошелёк и документы. – Какое же говно он курит, – выдал Скэриэл, рассматривая пачку. Он затушил сигарету о капот и бросил полупустую пачку в траву. – Дай сюда. – Скэриэл протянул руку. Пока я пытался завалявшимися в бардачке влажными салфетками стереть кровь, Скэриэл надувал пузыри из жвачки и копался в чужих документах и телефоне. – Лучше это сжечь, – задумчиво произнёс он, возвращая вещи. – Отойди, нужно избавиться от машины. — Ты в своём уме? — не выдержав, вспыхнул Гедеон. — Использовать материю, будучи неподготовленным, в таком объёме может пагубно отразиться на здоровье. — О, так вы заботитесь о моём здоровье? — усмехнулся полукровка. — Я всё же твой наставник, — удивительно спокойно ответил Гедеон. — Мой долг — проследить, чтобы ты закончил хотя бы первый год. — В няньках не нуждаюсь, — выплюнул Скэриэл. Но, к удивлению всех, должной реакции не последовало. Гедеон оставался спокойным. Оскар воспользовался этой заминкой и продолжил чтение. Скэриэл поднял руки и вновь напрягся, стиснув зубы. Глядя на это, я физически ощущал его боль в плече. Машина начала сдвигаться, громко шаркая по гравию. Скэриэл действовал медленно, сосредоточенно вглядываясь вперёд. В его руках то и дело вспыхивала тёмная материя. Не прошло и двух минут, как вымотанный, вспотевший Скэриэл столкнул машину в реку. Та повторила участь своей предшественницы и с громкими ударами покатилась вниз. Раздался мощный всплеск. Я подбежал к краю обрыва. Автомобиль, колёсами вверх, плыл, гонимый сильным течением. Вскоре под тяжестью наполняемого водой салона машина пошла ко дну. – Офигенно, – восторженно протянул я и, повернувшись к Скэриэлу, добавил: – Как у тебя это выходит… Он лежал посреди дороги без сознания. — Вот об этом я и говорил, — пробурчал Хитклиф. Готье же уставился на Лоу, принимая для себя одно важное решение. Он лишит Скэриэла тёмной материи. Ради его же блага. И ради блага всех остальных. Чем больше он узнавал о том, через что проходит полукровка, тем сильнее убеждался: эта сила медленно уничтожает его. А Скэриэл был слишком упрям, чтобы признать это самостоятельно.