Сквозь миры и пепел звёзд

Асгард проснулся от тревоги. Гарри, ещё слабый после странного всплеска магии, сидел на постели, укутавшись в мягкое одеяло. Локи стоял у окна, напряжённый, как натянутая струна. Взгляд его был направлен куда-то вглубь сияющего горизонта, но Гарри знал — он слушает мир. Снаружи — всполохи. Тревожные сигналы стражи. Магия, пронизывающая воздух, была слишком густой. — Локи… что происходит? Бог не повернулся. Его голос был тихим, но стальным: — Что-то вошло в Асгард. То, чего не должно существовать. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Тор. Волосы его были растрёпаны, молот висел в руке, а лицо выражало смесь ярости и страха — эмоции, которые редко сочетались у него одновременно. — Локи! — почти рык. — Ты тоже это почувствовал? — Я брат тебе или ясновидящий кукольник? — отозвался Локи. Тор перевёл дух, затем посмотрел на Гарри. Мягче. Тревожнее. — Парень… то, что движется к Асгарду, не было замечено ни на одном рубеже. Гарри поёжился. Тепло под кожей смешивалось с холодом, который приходил от присутствия чего-то древнего. — Это Охотник, да? — спросил Гарри. Тор и Локи переглянулись. И впервые Гарри понял: они боятся. Оба. Гермиона и Рон прибежали почти одновременно. Гермиона держала в руках тяжеленный фолиант — переливающийся, как сама ткань магии. Рон — кинжал, явно не асгардский, но зачарованный так, что воздух вокруг лезвия дрожал. — Нашли! — выпалила Гермиона. — То, что искали. Она бросила фолиант на стол, открыв страницу, на которой была изображена фигура, сотканная из черноты. Без лица. Без формы. Только контур — как след когтя на стекле. Тор нахмурился: — Это… легенды времён Первых Божеств. Локи поднял подбородок: — Не легенды. Предупреждения. Гарри сглотнул: — Но почему оно идёт за мной? Гермиона резко закрыла книгу ладонью. — Потому что… — она глубоко вдохнула. — Гарри, мы нашли записи о Повелителе Смерти в других мирах. Все замолчали. Локи даже не дышал. — В каждом мире, где существовал носитель силы, подобной твоей, — продолжила Гермиона, — появлялось что-то, что древние называли «Охотником». — Он… пожирает носителей, — добавил Рон. — Или пытается. — Чтобы не дать им изменить структуру мирового древа, — закончила Гермиона. — Потому что такая сила… может переписать судьбу. Гарри закрыл глаза. Конечно. Конечно, судьба не может просто оставить его в покое. --- Локи подошёл к кровати. Он опустился на одно колено — жест, который он делал редко, почти никогда. — Гарри, — тихо. — Если Охотник перешёл границу Асгарда… это значит, что только твоя магия может привлечь его. Или остановить. Гарри почувствовал, как магия внутри откликается — пульсирует, словно соглашается. — Но я слаб сейчас, — прошептал он. — Омега-инстинкты… циклы… всё плохо синхронизируется. Тор нахмурился: — Инстинкты не слабость. — Хм, удивительно разумно сказано, брат, — заметил Локи. Тор фыркнул, но не возразил. Гарри крепко сжал одеяло: — Значит, я должен с ним столкнуться? Локи покачал головой. — Нет. Пауза. — Мы должны. Гарри поднял взгляд — и увидел, что Локи больше не скрывает связь. Он чувствует её. Он принимает её. И это делало жар мягче. --- В этот момент Асгард вздрогнул. Небо над дворцом разорвалось. Не молнией. Не заклятием. Трещиной. Чёрной, как пустота между звёздами. Из неё вырвался звук — не крик, не рёв. Шёпот. Тор побледнел: — Это оно. — Охотник, — прошептала Гермиона. — Он уже здесь, — сказал Локи, и впервые в голосе его звучал страх. — Гарри, ты не должен выходить. Но Гарри уже вставал. Тело дрожало. Магия кружилась под кожей, как огонь. — Локи… — Гарри, нет. — Если я спрячусь, он найдёт всех остальных. — Я могу закрыть тебя, магией Асгарда. — Я не вещь, которую прячут. Локи сжал кулаки. — Ты не понимаешь, насколько он древний. Гарри шагнул ближе. Смотрел прямо в глаза. — Тогда иди со мной. И впервые за долгое время Локи не нашёл слов. Он просто вдохнул — глубоко. И его глаза стали ярче, тёмнее, глубже. — Хорошо, Гарри, — тихо сказал он. — Я пойду с тобой. Но это не изменило того факта: Охотник уже пересёк порог Асгарда. И он шёл за Повелителем Смерти. И за тем, кто начал становиться его парой.