Сквозь миры и пепел звёзд

Небо Асгарда треснуло так, будто кто-то провёл когтем по самому воздуху. Трещина расширялась — медленно, мучительно, словно сопротивляясь собственному существованию. Гарри стоял рядом с Локи на открытой террасе дворца. Его дыхание сбилось, магия дрожала под кожей. Жар не уходил — наоборот, становился сильнее, будто что-то внутри реагировало на окружающую тьму. Локи был близко. Слишком близко. И всё же — недостаточно. — Гарри, — сказал он резко. — Если я дам знак — ты уходишь за барьер. Гарри качнул головой: — Не уйду. Локи хотел возразить… но не смог. Потому что воздух перед трещиной потемнел. Потемнел настолько, что даже световые искры Асгарда растворялись в нём. Гермиона стояла позади, сжимая древний фолиант. Рон — рядом с ней, клинок дрожал в его руке. Тор держал Мьёльнир, готовый метнуть молнию в любой миг. И тогда ОНО проявилось. --- Сначала — силуэт. Не человек. Не тварь. Не дух. Силуэт, который, казалось, собирался из дымных фрагментов мира. Чёрные нити стягивались, образуя форму, похожую на человека, но слишком высокую, слишком тонкую, неестественно изломанную. Пустота, принявшая облик. Голос прозвучал не ушами — костями. Носитель… Гарри вдохнул. Магия закружилась под кожей, образуя золотистые прожилки на руках. — Гарри, назад! — крикнул Тор. Но Гарри не мог. Ноги словно приросли к земле. Локи шагнул вперёд, вставая между Гарри и тварью. — Назови себя, призрак. — Голос Локи был ледяным, древним. — Или вернись туда, откуда пришёл. Ответ был шёпотом, от которого даже воздух потрескался: Я — тьма между мирами. Я — то, что приходит к тем, кто нарушил пределы судьбы. Гарри почувствовал резкий толчок в животе — магический, инстинктивный. Омега-инстинкты бешено взметнулись: опасность — защита — рядом альфа. Он непроизвольно схватился за рукав Локи. Локи замер. Но не от страха. От того, что связь — едва начатая, но уже существующая — вспыхнула. Болезненно. Слишком ярко. Охотник качнул головой, словно оценивал что-то. Ты пахнешь… негармоничной силой, носитель. И привязкой, что не завершена. Гарри побледнел. Даже Тор шагнул назад. — Он чувствует инстинкты, — прошептала Гермиона. — И связь. Локи, Гарри — он может разрушить её! Локи вспыхнул яростью: — Попробуй, мерзость. Охотник вытянул руку. Коснулся воздуха. И пространство между ним и Гарри… разорвалось. Боль пронзила Гарри мгновенно — как будто кто-то когтями раздирал его магию изнутри. Он вскрикнул, ноги подкосились. — ГАРРИ! — Локи схватил его прежде, чем тот упал. Связь звенела, как оборванная струна. Охотник пытался вырвать магическое ядро, то самое, что было связано с его ролью Повелителя Смерти. Слишком… много… силы… — прошептала тварь. Ты не должен существовать. Локи поднял голову. И впервые в жизни Гарри видел, как Локи сияет болезненным, настоящим гневом. Не маской. Не тенью. Гневом того, кто защищает «своего». — Не трогай его. Темно-зеленая магия Локи взорвалась вокруг них. Асгардские руны вспыхнули на месте, где лежала ладонь Гарри на его рукаве. Гарри едва слышал, как Гермиона кричит: — Локи! Это реакция связи! Она формируется прямо сейчас! Ты усилишь— Поздно. Связь ударила, как молния. Гарри вскрикнул. Локи резко стиснул его руку, удерживая от падения. Охотник рявкнул — впервые потеряв форму на миг, как будто удар Локи оттолкнул его. Недописанная связь… Слишком хрупкая… Слишком опасная… Тварь отступила — не страхом, а оценивая. Я приду снова. И исчезла. Не растворилась. Именно исчезла — словно шагнула между слоями мира обратно в пустоту. --- Тишина рухнула на Асгард. Тор осел на колено, тяжело дыша. Гермиона — прижимая к груди фолиант — выглядела так, будто увидела конец мироздания. Рон бледнел так, что на его лице могли прорисоваться вены. А Гарри… Гарри сидел на полу в руках Локи. Его сердце билось слишком быстро. Магия металась под кожей, как животное, пытающееся вырваться. И связь — мягкая, тёплая, золотистая — тянулась между ними. Не полная. Не навязанная. Не завершённая. Но уже существующая. — Гарри… — Локи говорил тихо, почти шёпотом. — Ты слышишь меня? Гарри поднял взгляд. Глаза Локи были не зелёными и не синими. Они вспыхивали двумя странными, древними оттенками — как будто отражали что-то большее, чем свет. — Да, — выдохнул Гарри. — Слышу. Локи медленно выдохнул, сжимая его крепче. — Тогда слушай: я не позволю ему забрать тебя. Гарри чувствовал магию под кожей, жар, дрожь — и это странное ощущение правильности рядом с Локи, словно мир становился цельным только рядом с ним. — Мы справимся, — прошептал Гарри. — Вместе. Локи закрыл глаза на мгновение. — Вместе. Но ни один из них не знал: Охотник не отступил. Он нашёл то, что искал: след незавершённой связи. И намеревался разорвать её, прежде чем она станет прочнее судьбы.