A Place of Greater Safety

Веки Джона медленно дрогнули и приоткрылись. В сумеречной зоне между сном и миром живых он изо всех сил пытался сориентироваться. Все, что он осознавал — это пробирающий до костей холод, тусклый свет и стальное лезвие меча, приставленное к его горлу. Преисполненный тупого непонимания, он поднял взгляд туда, где над ним возвышались стражники, застывшие как каменные изваяния, разглядывая свою загнанную в угол добычу. Мгновенно проснувшись окончательно, он попытался отползти назад, к стене, на которую до этого опирался. Но лезвие последовало за ним; стражники едва ли не улыбались, забавляясь с ним. ​ — Убьем его сейчас или попозже? — спросил тот, что был с мечом. ​ Второй находился как раз за пределами периферийного зрения Джона. Будучи безоружным, он не имел никаких средств для самозащиты. ​ — Нет, пожалуйста, отведите меня к леди Дастин... — начал было он, как раз в тот момент, когда острие меча слегка оцарапало нежную кожу у основания его горла. Но стражник внезапно опустил меч, и грубые руки схватили Джона под мышки, рывком вздернув его на ноги. ​ — Ну ладно, пошли, отведем его обратно к хозяйке, — со вздохом произнес один из них. ​ Не имея иного выбора, кроме как подчиниться, Джон почувствовал, как бешено колотится его сердце, пока они вели его вниз по крутому, извилистому пролету винтовой лестницы. Он вспомнил прошлую ночь, когда карабкался по стене; теперь его колени были в синяках, а руки ныли — ушибы и ссадины успели дать о себе знать и расцвести во всей красе. Но он все еще отчаянно и непрестанно искал способы сбежать от своих пленителей. Вот только куда ему бежать, он придумать не мог. Все это место наверняка кишело стражниками, которые поступили бы точно так же, как и эти: потащили бы его прямиком к леди Дастин. ​ Стоило ему замедлить шаг или оступиться, как тяжелая рука в латной рукавице била его между лопаток, заставляя двигаться дальше. Когда они, наконец, вышли на первый этаж, двое мужчин встали по обе стороны от него, взяв его в кольцо и отрезая потенциальные пути к отступлению. Хуже того, он все еще был слишком дезориентирован, чтобы хотя бы запомнить, где он находился и каким путем они шли. Но, напрягши слух, он смог различить звуки далекой суматохи — возвышенные голоса и топот бегущих ног этажом выше их голов. Он резко поднял взгляд, вытягивая шею, но при этом невольно замедлил шаг, за что получил еще один тычок от стражника позади. ​ — Ой! — крякнул он, потирая спину, когда его снова толкнули вперед. ​ — Тогда шевели ногами, мальчишка! ​ Этот окрик заставил его сосредоточиться, в то время как звуки снаружи становились все отчетливее. Начал звонить колокол, вызвав перешептывания среди стражников. Но, казалось, доставка Джона имела приоритет над всем остальным, что могло происходить внутри замка. В конце концов, после еще нескольких минут конвоирования через галереи и переходы, он оказался в до боли знакомом Великом чертоге, где на возвышении рядом с Русе Болтоном стояла леди Дастин. Хотя лорд Болтон, казалось, отнесся к его появлению с крайним безразличием, леди Дастин вперила в него пронзительный взгляд, полный холодной ярости, когда его заставили опуститься перед ней на колени. Его колени ударились об пол с острой болью, а шаги Дастин гулко застучали по половицам, когда она приблизилась к нему. ​ — Кто выпустил его из покоев? — требовательно спросила она; из ее тона исчезли малейшие следы материнской нежности. ​ Джон не поднимал головы; густые темные кудри падали ему на глаза, пока он предпринимал отчаянную попытку надавить на жалость. Изобразив всхлипывание, словно он плакал, он приготовился молить о пощаде. Но любой звук, который он мог издать, был оборван тем, что двери, ведущие в цитадель, с грохотом распахнулись. ​ — На нас напали! ​ Панический мужской голос прорезал тишину чертога, приковав к себе всеобщие взгляды. Лорд Болтон плавным движением перешел к действиям, на ходу обнажая меч. С открытыми дверями звуки снаружи стали оглушительно громкими, но Джон не мог разглядеть, что там происходит. Он возносил безмолвные молитвы старым и новым богам, чтобы это оказался его отец, явившийся спасти его с войском из Винтерфелла. Но после событий последних нескольких дней он не смел принимать ничего как должное. ​ Когда комната внезапно опустела, так как стражники бросились наружу, чтобы присоединиться к битве, осталась лишь леди Дастин. С паникой в глазах она продолжала ошеломленно смотреть на него. Не теряя ни секунды, Джон рванулся вперед и вслепую бросился к той самой двери, через которую только что вошел. ​ — И куда это ты, по-твоему, собрался? ​ Голос леди Дастин преследовал его, пока он спасался бегством. Он слышал, как ее каблуки стучат по каменному полу, когда она бросилась за ним в погоню. Но он огибал каждый угол на своем пути, вслепую убегая прочь от хаоса во внутреннем дворе, а также от обезумевшей женщины, преследующей его по пятам. *** Будучи совершенно бесполезной с мечом в руках, Кейтилин была вынуждена держаться подальше от опасной зоны в пределах стен Барроухолла. Прежде чем повести своих людей в бой, Нед в последний раз порывисто поцеловал ее в губы и взмолился, чтобы она оставалась с лошадьми, привязанными у рва. Но звуки битвы, громкие крики, к которым вскоре присоединился панический звон колоколов, вконец растрепали ее нервы. Она ходила широкими кругами, бросая обеспокоенные взгляды на крепостную стену. Но то, что она ничего не могла разглядеть, лишь давало полную свободу ее воображению. Единственный способ отвлечься появился, когда прибыло подкрепление, и она направила их к месту битвы внутри. В остальном же она лишь мерила шагами землю и кусала ногти, представляя, как Нед умирает множеством ужасных смертей. ​ Вскоре собственное воображение взяло над ней верх. Она попыталась отступить дальше вниз по склону холма, где, как она надеялась, ужасный шум битвы будет не так слышен. Но не успела она уйти слишком далеко, как лучники заняли места на стенах и начали осыпать стрелами тех, кто прибывал на место, чтобы присоединиться к Старкам. Она едва могла разглядеть их силуэты на фоне утреннего неба, когда они выпускали залп за залпом стрел вниз, на ее собственных знаменосцев. ​ — Семь пекл! — выругалась она. ​ Подобрав юбки, она поспешила обратно к краю холма и прижалась к каменной стене, где вражеские лучники не могли ее увидеть. Приставным шагом она добралась до потерной дверцы, ведущей в самую гущу сражения. Вокруг нее царила неразбериха — две армии сошлись в смертельном бою. Петляя и пригибаясь, пробираясь сквозь толпы сражающихся людей, она направилась к самому замку. В этом хаосе не было никакой надежды привлечь чье-либо внимание, поэтому она продолжала уворачиваться от павших воинов, стараясь не слышать крики раненых и умирающих. ​ «Просто продолжай идти», — снова и снова твердила она себе. Она не поднимала головы, держась подальше от любых размахивающих мечей, а в какой-то момент спряталась за рыцарем в полных доспехах, когда очередной залп стрел, выпущенный вражескими лучниками с высоких зубчатых стен, со свистом пролетел прямо у нее над головой. Не дойдя до самого замка, она споткнулась о труп убитого рыцаря, к предплечью которого был привязан флажок с лютоволком Старков. Но теперь она ничем не могла ему помочь, оставалось лишь подавить навернувшиеся на глаза слезы и упрямо продвигаться вперед. ​ Добравшись до замка, она бросилась в открытые двери и с силой захлопнула их за собой, чтобы заглушить шум битвы снаружи. Задыхаясь, но испытывая облегчение, она оглядела опустевший Великий чертог. После того уровня шума, что царил на улице, внезапная тишина — прерываемая лишь приглушенными звуками сражения — казалась гнетущей и зловещей. ​ — Леди Дастин! — крикнула она, больше ни капли не боясь. — Барбри Дастин! ​ Ее голос эхом отразился от высокого сводчатого потолка, но ответа не последовало. Внутри ничто не шелохнулось. Высокий стол все еще был накрыт к завтраку, но, похоже, даже домашней прислуге приказали выйти наружу, чтобы сражаться. Она на мгновение заколебалась, прежде чем снова распахнуть двери. Если войска Старков собирались взять этот замок, она хотела, чтобы их вход был как можно более беспрепятственным. Но, сделав это, она не стала больше задерживаться. Отвернувшись от сцены кровавой бойни снаружи, она прошла через заднюю часть замка и поднялась в одну из башен. Оттуда, в относительной безопасности, она могла наблюдать за происходящим из окна на площадке второго этажа. Она с облегчением выдохнула, когда увидела Неда, всё еще восседавшего на огромном дестриэ и с легкостью прорубавшего себе путь сквозь вражеские ряды. ​ Ближе к замку находилась леди Мейдж Мормонт, забрызганная вражеской кровью, верхом на огромном боевом коне; ее юная дочь Дейси находилась рядом с ней и доказывала, что она столь же грозная воительница, как и ее мать. Черный медведь на зеленом фоне теперь гордо развевался в вышине. «Здесь мы стоим», — провозглашали они; в то время как знамена Старков несли с собой обещание: «Зима близко». Но ее главный, невысказанный вопрос оставался без ответа. Где Болтоны? Она видела знамя с ободранным человеком, но ей было совершенно непонятно, на чьей стороне они сражаются. Казалось, они были повсюду: одни устремились к замку, сражаясь с людьми из Барроутона, в то время как большинство, похоже, пробивались к воротам, отбивая атаки захватчиков. Она искала среди них хоть какой-то след лорда Болтона, но отшатнулась от окна, когда снаружи мимо него стремительно пролетело вниз тело лучника. Должно быть, его подстрелили и сбросили с крепостной стены. ​ Ахнув от потрясения, она резко обернулась и приготовилась бежать из башни на случай, если лучники, оборонявшие боевые площадки, начнут отступать в ее сторону. Ей нужно было добраться до Джона, но она никогда раньше не бывала в Барроутоне и понятия не имела, где его вообще могут держать. Но прежде чем она успела хоть что-то спланировать, снизу окликнули ее по имени. ​ — Леди Старк! Леди Старк! ​ Ей казалось, никто не заметил, как она вошла в замок. ​ — Леди Старк! ​ Голос раздался снова, на этот раз прозвучав более знакомо. ​ — Дейси? — отозвалась Кэт. ​ — Я здесь, внизу! — крикнула она в ответ. ​ Кейтилин поспешила вниз по каменным ступеням ей навстречу, туда, где девушка осматривала Великий чертог. Как и ее мать, она была с ног до головы забрызгана кровью врагов. ​ — Хорошие новости, миледи, мы начинаем прорывать вражеские рубежи, — задыхаясь, выпалила она. — Лорд Старк видел, как вы вошли сюда, и послал меня охранять вас. ​ Кэт с облегчением вздохнула. — Слава богам, — ответила она, обнимая Дейси, несмотря на ее растрепанный вид. ​ И снова, как и ее мать, Дейси вырастала в настоящую женщину-медведицу. Под стать ей, она была сильной и мощно сложенной. Ее каштановые волосы были коротко острижены по-мальчишески, а на ней была надета кольчужная рубаха, спадающая до самых колен. Кейтилин увела ее из Чертога, который вскоре должен был заполниться людьми с той или иной стороны, на лестницу для прислуги, где они могли спокойно поговорить. ​ — Войска Барроутона не ожидали нападения с юга, — без лишних вопросов объяснила Дейси. — Моя мать сказала им, что мы будем атаковать с севера, поэтому именно там были размещены их силы. А затем она перерубила канаты подъемного моста, сделав крепость уязвимой. ​ Но Кейтилин все еще не могла понять одного. — Но как? ​ Дейси ухмыльнулась. — Она сказала им, что меняет сторону из-за того, что случилось с ее племянником, Джорахом. Даже скормила Дастин какую-то брехню о том, что он ее дорогой брат, чтобы придать этой истории лишний налет семейных уз. ​ Кейтилин была просто благодарна за то, что это сработало. — Мы не знаем, как вас и благодарить. А теперь, не могли бы вы помочь мне обыскать замок? Я нигде не видела никаких следов Джона. ​ Дейси ответила кивком, после чего повернулась к ближайшей арке башни. По крайней мере, поиски Джона отвлекали Кэт от постоянных мыслей о Неде. *** Не имея иного выхода, Джон мог думать лишь о том, чтобы бежать наверх. Он перепрыгивал через три ступеньки за раз, не обращая внимания на всё возрастающую боль в ногах. Не решаясь оглянуться через плечо, он в любую секунду готовился почувствовать, как когти Барбри вцепятся в ворот его рубашки и повалят его на пол. Каждая дверь, к которой он подбегал, вела лишь в запертую комнату, вынуждая его подниматься всё выше и выше, пока он снова не оказался на открытой боевой площадке стены. ​К тому времени, когда он выбрался наружу, пошел дождь. Он бросился на землю за выступающим опорным столбом, позволив себе роскошь перевести дух. Хотя он был скрыт от чужих глаз, стрелы долетали до зубцов, за которыми он прятался, подвергая его опасности. Поэтому, как только смог, он попытался двигаться дальше. Ползком на животе по холодным, мокрым камням вдоль покатых крыш, избегая людей Дастин, которые теперь выстроились у бойниц, обстреливая захватчиков. Он пополз к северным стенам, подальше от лучников, пока те не успели его заметить. ​Вынужденный подняться на ноги, он продвигался так быстро, как только мог, перепрыгивая через низкие парапеты, разделявшие крылья замка и переходы, ведущие на север. Атака шла с юга, а это значило, что, насколько он мог судить, это мог быть всего лишь набег железнорожденных, а не спасательный отряд из Винтерфелла. Он не осмеливался выглянуть за южные зубцы, чтобы это выяснить. Там, внизу, дождь наверняка смешивался с утоптанным снегом, образуя смертельно опасную скользкую жижу, препятствующую атакующим, кем бы они ни были. ​К тому времени, когда он наконец достиг места в относительной безопасности, он рухнул на пол и съежился под низкой стеной замковых укреплений. Что бы ни происходило, это скоро закончится, и он сможет спрятаться и сбежать. Никто не станет искать его на крыше. Кроме леди Дастин, которая следовала за ним по пятам. Медленно он приподнялся и сел, осознавая, что бежать больше некуда. ​— Чего вы от меня хотите? — задыхаясь, спросил он. ​Погоня по замку порвала ее юбки, а один из сапог на каблуке каким-то образом слетел. Ее обычно безупречно уложенные волосы выбились из высокого пучка, обрамляя лицо растрепанными локонами. Даже шнуровка на ее лифе ослабла. Она надвигалась на Джона, протягивая к нему руку. ​— Пойдем со мной, дитя, — сказала она, проигнорировав его вопрос. — Я ведь сказала тебе правду, не так ли? Я твоя мать, а Брандон был твоим отцом. ​Он поверил ей, но лишь потому, что сам хотел в это верить. Медленно он выпрямился во весь рост, чтобы как следует посмотреть на нее. Звуки битвы, всё ещё бушевавшей далеко внизу, доносились до него приглушенными волнами, приносимыми порывистым, полным дождя ветром. Он улыбнулся, несмотря на страх. И даже этот страх начал отступать теперь, когда они остались одни. ​— В ту ночь, когда вы пришли ко мне в Дредфорте, — произнес он между тяжелыми вздохами. — Вы сказали, что я лгу, называя себя Джоном Сноу. Помните? Вы меня совершенно не узнали. Если бы вы действительно были моей матерью... ​Вопрос затих, остаток фразы повис между ними невысказанным. Барбри покачала головой. ​— Я была на эмоциях, — ответила она. — Я не понимала, что говорю, Джон. Ты мой сын... ​— Ложь! — перекричал он ее, пятясь назад. — Вы снова посмотрели на меня после того, как сказали, что я лгу о том, что я Джон Сноу. А затем вы произнесли имя «Брандон». Я думал, вы говорите о моем брате, но вы имели в виду моего дядю. Вы состряпали этот план прямо там и тогда, не так ли? ​— Это неправда! — пронзительно выкрикнула в ответ леди Дастин. Она шагнула к нему с протянутой рукой. — Пожалуйста, дитя, мы должны поговорить... ​Но Джон покончил с разговорами. — Вы и так сказали слишком много, и вы не получите меня! ​Он отвернулся и снова побежал, но леди Дастин бросилась на него, повалив на землю. Отчаянно сопротивляясь, он пытался выскользнуть из-под нее, но она больно впивалась в него ногтями. Дождь хлестал по ним обоим, заставляя Джона щуриться; он посмотрел мимо нее в небо и с силой сбросил ее с себя. Освободившись, он вскарабкался на покатую крышу, увенчанную извергающей воду горгульей, откуда он наконец смог осмотреть южный передний двор. Сотни, а может, и тысячи сражающихся людей в гуще схватки, пестрящей знаменами дома Старков. Сердце Джона подпрыгнуло к горлу, когда он увидел развевающихся шелковых лютоволков. ​— Отец; мой отец! — прошептал он, цепляясь за горгулью, чтобы не сорваться вниз. — Зима близко. ​Зная, что Дастин надвигается на него, он также понимал, что теперь она мало что может ему сделать. Он попятился назад, соскальзывая обратно по покатой крыше. Но Дастин снова бросилась на него, болезненно выгибая его спину над зубцами парапета, и ее крик ярости разорвал воздух. Она схватила его за насквозь промокшие волосы, чтобы притянуть обратно к себе, но он яростно оттолкнул ее. Все произошло так быстро, что он едва успел это осознать, как она перекатилась через низкую стену между зубцами, цепляясь ногтями за край, чтобы не рухнуть на землю в сотнях футов внизу. Однако она опасно раскачивалась, и ее руки теряли свою отчаянную хватку за край боевой площадки. ​В ужасе Джон замешкался, прежде чем упереться коленом между зубцами и протянуть руки. ​— Хватайтесь за мои руки! — крикнул он. — Я смогу вытащить вас! ​Он не хотел, чтобы ее смерть была на его совести. Но она не двигалась и ничего не говорила, лишь смотрела на него темными прищуренными глазами. Из-под ее ногтей уже сочилась кровь, но она по-прежнему не шевелилась. Он опустил руку еще ниже, другой рукой ухватившись за угол зубца, чтобы самому не сорваться вниз. ​— Хватайтесь за мою руку, если не хотите умереть! — гневно рявкнул он. ​Наконец, осторожно, она взяла его за руку. Однако, прежде чем он успел потянуть ее вверх, она попыталась утянуть его за собой вниз. ​— Ты полетишь вниз вместе со мной, — прошипела она сквозь стиснутые зубы. ​Крепко вцепившись в край зубца, он смог противостоять рывку. Но она мертвой хваткой вцепилась в его запястье, и он всё ближе придвигался к краю, теряя равновесие. Ее острые ногти впились в его бледную, мокрую кожу, оставляя багрово-красные следы, когда она выскользнула из его хватки и рухнула на землю, далеко внизу под ними. Джон отшатнулся назад, обратно в безопасность боевой площадки, как раз в тот момент, когда тело леди Дастин с тошнотворным хрустом, которого он не мог расслышать, ударилось о землю. *** Кейтилин и Дейси вслепую неслись по галереям и коридорам, на ходу выкрикивая имя Джона. Уже не заботясь о том, кто их услышит, они нигде не останавливались. Но каждая комната, в которую они забегали, оказывалась пуста, за исключением одной, которую грабили собственные слуги леди Дастин. Один из мужчин как раз собирался запихнуть кубок из чистого золота в мешок из грубой ткани. ​ — Где мальчик? — требовательно спросила Дейси, обнажив свой перепачканный кровью меч и наставив его на мужчину. ​ Он попятился, испуганно вытаращив глаза. — На втором этаже поселили одного мальчика, но я не знаю, где он сейчас. В северной башне, вот. ​ — Оставь его, Дейси, — сказала Кейтилин. — Мы видим, как далеко простирается его преданность, не думаю, что он стал бы лгать ради своей госпожи. ​ Дейси немедленно повиновалась, после чего снова повернулась к Кейтилин. — Значит, в северную башню? ​ Кэт кивнула и первой направилась обратно к выходу из комнаты, в которой они находились, оставив слуг продолжать грабеж. Но когда они собрались выйти, внезапно появился Русе Болтон, преградив им путь. Он холодно посмотрел на них обеих, его серые глаза цепко оглядели их с ног до головы. Его камзол был залит кровью — он участвовал в битве снаружи, но на чьей стороне, Кейтилин сказать не могла. ​ — Леди Старк, — произнес он вместо приветствия. Он обнажил меч, направив его, казалось, на них обеих — и на нее, и на Дейси. — Как странно видеть вас здесь. ​ — Я могла бы сказать то же самое о вас, лорд Болтон, — ответила она. — Почему вы не снаружи, помогая моему мужу? ​ Желвак на его скуле дрогнул. Затем, не желая оставаться в долгу, Дейси наставила свой собственный клинок на Болтона и защитным жестом встала перед Кейтилин. Молодая женщина хмуро посмотрела на него. ​ — Я была бы признательна, милорд, если бы вы убрали меч, разговаривая с моей госпожой. ​ Быстрый как гадюка, он бросился на Дейси, которая с легкостью парировала выпад. Сердце Кейтилин бешено заколотилось, когда она отскочила в сторону от схватки. Даже мародерствующие слуги теперь сбежали, бросив по пути часть награбленного добра. Кейтилин схватила щедро украшенный драгоценными камнями золотой кубок с вычеканенным на нем гербом сира Виллама Дастина и крепко сжала его, пока бой на мечах продолжался. ​ Воздух наполнился скрежетом стали о сталь от столкновения их мечей. Выпады блокировались и парировались с легкостью, пока лорд Болтон не нацелился Дейси в горло. Она снова заблокировала удар, но их клинки скрестились и застряли, когда он навалился на нее всем весом, заставляя опуститься на колени. ​ — Ну уж нет! — крикнула Кейтилин, бросившись к Болтону и изо всех сил ударив его кубком. ​ Это разорвало смертельное сцепление, дав Дейси долю секунды, чтобы вскочить на ноги, пока он все еще был ошеломлен ударом Кэт. ​ — Встаньте за мной, леди Старк! ​ Голос Дейси звонко разнесся по комнате, когда она взмахнула своим смертоносным клинком, метя прямо в горло Болтону. Кэт едва успела отскочить с дороги, когда лезвие достигло цели, вскрыв лорду горло под булькающий крик, пока он захлебывался собственной хлещущей кровью. Дейси сделала еще один выпад и с животным рыком вонзила клинок прямо в сердце упавшего мужчины. ​ Кейтилин все еще была слишком ошеломлена и сбита с толку, чтобы как-то отреагировать. Она опасно пошатнулась, схватившись за свою тонкую шею, словно ей не хватало воздуха. ​ — В какие, семеро их подери, игры он играл? — наконец выдавила она, прислонившись к дальней стене, чтобы перевести дух. ​ Обессиленная Дейси опустилась на колени. Но она снова взяла себя в руки, переведя взгляд на Кейтилин. ​ — Он хотел взять вас в заложники, чтобы с вашей помощью остановить наступление Старков, — сказала она, делая вполне логичный вывод. Затем на ее широком лице расплылась ухмылка. — А это значит, что мы, должно быть, победили! ​ Кейтилин ахнула, шумно выдохнув с облегчением, и тоже опустилась на колени. — Слава богам! ​ Хотя она понимала, что на самом деле они не победят до тех пор, пока Джон не окажется в безопасности под их опекой, и пока она не убедится, что ее муж жив и здоров. Насколько она могла судить, Нед вполне мог пасть в бою. И все же она позволила себе минуту на то, чтобы прийти в себя. *** Дождь лил все сильнее и сильнее, превращая снег в кашу, а землю — в настоящее болото. Лошадь Неда вязла в нем, замедляя их продвижение, пока они брали в плен последних оставшихся врагов. Войска Старков и Мормонтов уже прорвали оборону замка и взяли цитадель штурмом. Но ни Джона, ни Кэт нигде не было видно. ​ Вонзив шпоры в бока коня, он пустил его тяжелым галопом, в очередной раз объезжая территорию замка. Животному приходилось перепрыгивать через тела павших, затем через низкую стену, окаймлявшую широкий пруд, который начал оттаивать под проливным дождем. Проливной дождь застилал глаза, заставляя его щуриться и морщиться, пока он объезжал по периметру замковые стены один, а затем и второй раз. ​ Насколько он понимал, они могли убить Джона, как только осознали, что подверглись нападению. Он мог быть где угодно внутри, и именно это Нед пытался постоянно твердить себе. Внутри уже находился поисковый отряд, прочесывающий замок в поисках его жены и сына. После третьего круга по территории замка он остановился у подъемного моста и вывел животное наружу, чтобы дать ему напиться изо рва. Джон мертв, это становилось для него очевидным. Он потерял своего ребенка. Мальчика, которого он считал своим ребенком; своим избранным ребенком. Теперь для него едва ли имело значение то, что он подвел Лианну. Он подвел Джона. Не смог защитить его; не смог уберечь. ​ На краю рва он вытащил Лед из ножен и опустил его в мутные воды, очищая клинок из валирийской стали от крови врагов. Опустившись на колени у кромки воды, он свободной рукой потер лоб, подавляя нахлынувшие эмоции, грозившие захлестнуть его с головой. Если ребенок мертв... ​ На этом он оборвал свои мысли. Но его руки дрожали, когда он вынул Лед из воды и снова вложил в ножны. За стенами замка он слышал, как отставшие воины все еще расхаживают по передним дворам, крича и празднуя свою победу. Его слезы по Джону затерялись в потоках дождя, когда он повернулся и пошел обратно к своей лошади, пока та лакала воду. Там он принялся поправлять уздечку — лишь бы хоть как-то отвлечься от роившихся в голове мыслей. ​ — Отец! ​ Сначала он не расслышал голоса мальчика. Он подумал, что ему почудилось; что он слышит то, что хочет услышать. Но затем он раздался снова. ​ — Отец! ​ Он повернулся на звук: промокший и перепачканный Джон со всех ног бежал сквозь проливной дождь, поднимая за собой брызги грязной воды. Раскинув руки, он мчался прямо к нему. Едва веря своим глазам, Нед бросил поводья и побежал навстречу сыну. Своему сыну, по крови или нет. ​ — Джон! — крикнул Нед, когда они встретились на полпути. ​ Джон бросился в распростертые объятия Неда, обвив руками его шею и сжав так крепко, что Неду показалось, будто он больше никогда его не отпустит. Он громко зарыдал, уткнувшись в плечо Неда. ​ — Отец! — повторил он, но больше ничего не смог вымолвить. ​ Нед прижал его к себе так же крепко, ни на секунду не ослабляя хватку на дрожащем, рыдающем ребенке. Все это время он успокаивающе бормотал, поглаживая его по спине, пока тот не унялся, медленно успокаиваясь. ​ — Теперь все позади, — заверил его Нед. — Ты в безопасности. ​ Нед открыл глаза, медленно разжимая объятия, чтобы как следует рассмотреть Джона. Но движение за плечом Джона привлекло его внимание. На опущенном подъемном мосту стояла Кейтилин с поникшими плечами, улыбаясь ему со слезами, текущими по щекам. Она пошатнулась и пошла к нему, не обращая внимания на то, что ее юбки собирают мокрую грязь. Когда она приблизилась, Нед высвободил одну руку, вовлекая ее в их тройное объятие. Она поцеловала их обоих, вызвав у Джона взгляд, полный тихого удивления. Так они и стояли, и Нед даже не пытался следить за временем.