Второй шанс для Принца

Когда тяжелые дубовые двери зала захлопнулись за последним студентом, в воздухе всё еще висел запах озона и жженой магии. Гермиона стояла посреди пустой аудитории, сжимая палочку из можжевельника так крепко, что побелели костяшки пальцев. Её грудь тяжело вздымалась. То, чего она боялась больше всего - что её личное присутствие станет катализатором новой волны ненависти произошло. Питер. Маленький, жалкий предатель. Он не выдержал и часа. Как только они вышли от Дамблдора, он прибежал в спальню Гриффиндора, задыхаясь от собственной важности. - Я видел их! - визжал он, размахивая руками перед Джеймсом и Римусом, пытаясь наконец получить необходимое ему внимание друзей. - Они обнимались! Прямо в её покоях! Она гладила его, а он... он смотрел на неё как на святую! Я же говорил вам, что она не та, за кого себя выдает! Она спит со Снейпом! Джеймс Поттер, который в тот момент настраивал свои очки, замер. Его лицо медленно налилось краской, но не от восторга, а от холодного, чистого бешенства. Он подошел к Питеру вплотную, возвышаясь над ним. - Закрой рот, Хвост, - чеканя каждое слово, произнес Джеймс, тыкая нерадивому гриффиндорцу пальцем в грудь, упрекая. - Если я еще раз услышу от тебя подобную грязь в адрес профессора Грейнджер, я лично прокляну тебя так, что мадам Помфри будет собирать тебя по частям неделю. - Н-но...я видел! пискнул Питер, пятясь к кровати, удивительно как его вообще взяли на факультет храбрых. - Я же анимаг, я пробрался... - Ты нарушил правила школы, ты вломился в личные покои женщины, которая пытается нас спасти, и теперь ты ждешь, что мы погладим тебя по голове? Римус встал рядом с Джеймсом, сложив руки на груди. Обычно Люпин был более чем пассивным наблюдателем, но выходка Питера в сторону человека которому было не все равно на оборотня вывел его из себя. Его голос, обычно мягкий, вибрировал от сдерживаемой ярости. - Она учит Северуса Патронусу. Тому, чего мы даже не пробовали коснуться, это высшая магия. Ты - трус, Питер. И если ты не хочешь, чтобы об этом узнала вся школа, ты забудешь всё, что "видел" как тебе и наказал Дамблдор. Сириус Блэк в тот вечер не сказал ни слова. Он сидел в углу, глядя в камин, и его лицо казалось высеченным из камня. Он не приструнил Питера, но и не поддержал его. Он просто молчал, и это молчание было страшнее любого крика. В его душе боролись двое: тот Сириус, который принял наказание Гермионы и хотел ее поблагодарить и показать себя, и тот Блэк, чья фамильная гордость и внезапная, острая, как нож, ревность требовали крови. И эта натура - необузданная, ядовитая, выросшая на Гриммо прорвалась на факультативе. После кое-как сумбурно оконченных занятий и короткого ужина, Гермиона шла к своему кабинету медленно, словно каждый шаг давался ей с огромным трудом. Она знала, кто ждет её за дверью. Северус сидел на том же стуле, что и неделю назад, но теперь он не напоминал испуганного мальчика. Он выглядел как человек, который уже принял решение и теперь просто ждет казни. Его мантия была застегнута на все пуговицы, руки сцеплены в замок, а взгляд направлен в одну точку на стене. Когда она вошла и заперла дверь, он даже не шелохнулся. - Северус... - тихо начала она, он болезненно ей напомнил прошлого закрытого профессора из воспоминаний, ставших уже такими смутными, словно это все был сон. - Нам нужно прекратить, - его голос был сухим и безжизненным, но Гермиона ощущала как тяжело ему далось это решение. - Все занятия. Все разговоры. Всё. Он наконец поднял на неё глаза, и Гермиона содрогнулась от того, сколько боли было в этом черном омуте. - Блэк прав. Мое присутствие здесь - это яд для вашей репутации. Если слухи поползут дальше... если Люциус услышит об этом, он подаст жалобу в попечительский совет. Вас уволят. Вас вышвырнут из замка, и вы останетесь на улице в мире, где у вас нет даже свидетельства о рождении. Он резко встал, его стул со скрипом отъехал назад, Гермиона, словно оцепеневшая ранее, отмерла и стала медленно подходить ближе к Северусу, неотступно смотря в его глаза. - Я не могу позволить вам уничтожить себя ради... ради меня. Я нищий полукровка, будущий Пожиратель Смерти, ошибка природы. А вы...вы лучшее, что случалось с этой школой за сотни лет. Вы должны остаться. Вы должны спасти Люпина, приструнить Блэка, помочь Дамблдору. А я... я как-нибудь справлюсь сам. Я привык. Гермиона молчала, глядя на него, ее сердце неприятно кольнуло от услышанного. Она видела, как дрожат его пальцы, спрятанные в широких рукавах мантии. Он предлагал ей самое логичное, самое рациональное решение. Решение, которое спасло бы её карьеру и её безопасность, но ей нужно было не это, она встала напротив Снейпа в одном шаге от него, аккуратно взяв его за ледяную ладонь, сжала своей теплой. Северус непроизвольно дернулся пытаясь вытащить руку, но девушка держала его на удивление крепко, либо он не сильно уж сопротивлялся, позволяя себе получить последнее тепло от этой завораживающей его девушки. - Вы закончили? - спросила она так спокойно, что он на мгновение осекся. - Да. Я ухожу. Больше я не приду к вам вечером. И на факультатив тоже. Он было направился к выходу, но Гермиона не сдвинулась с места и не позволила ему уйти, держав его не только за ладонь, но и схватилась за его предплечье второй рукой, останавливая. - Вы думаете, я пришла сюда из будущего, чтобы заботиться о своей "репутации" И меня она по вашему когда-либо беспокоила? - её голос начал набирать силу, она непроизвольно разозлилась как быстро от нее хотели откреститься, даже без борьбы, но она все свела на еще не ушедшую забитость и неуверенность юноши. - Вы думаете, жертва в виде Рона, Гарри, моих родителей, чтобы испугаться кучки подростков, которые не умеют держать язык за зубами? Северус медленно перевел взгляд на теплые глаза цвета гречишного меда, невольно утопая в их внутреннем огне. Гермиона подошла к нему вплотную, он ощущал исходящий легкий аромат лаванды и пергамента. Она была ниже его не менее чем на голову, но сейчас ее решимость и твердость духа возвышала девушку над ним. - Вы сами сказали, что я - лучшее, что случалось с этой школой. Но вы забыли одну вещь. Я здесь появилась по трагической случайности и первое что мне пришло в голову - я смогу спасти вас. Вы мой якорь в этом времени, Северус. Вы - тот, кто держит меня здесь, не давая окончательно сойти с ума от одиночества. И если вы уйдете, если вы закроетесь от меня из-за слов Сириуса Блэка, значит, всё, что я делала, было напрасно. Она сделала еще шаг, сокращая расстояние до минимума, слегка прикасаясь грудью к его груди, она чувствовала как у Северуса сбилось дыхание, но он не отводил взгляд и был напряжен как натянутая струна. - Вы предложили прекратить занятия, чтобы спасти меня. А я предлагаю другой вариант. Мы не просто продолжим. Мы сделаем так, чтобы никто больше не посмел открыть рот. Мы уничтожим саму возможность этих слухов тем, насколько мы будем эффективны. Гермиона ласково улыбнулась ему, положив вторую руку ему на плечо, давая ощутить ее уверенность в озвученном решении. Северус смотрел на неё, не в силах вымолвить ни слова. Его ледяная броня, которую он так старательно выстраивал последние полчаса, начала трещать. - Вы... вы сумасшедшая, - прошептал он на выдохе, поддавшись наваждению слегка положил руку ей на талию, наслаждаясь вынужденной близостью, что не укрылось от Гермионы, но она не стала отстраняться. - Вы рискуете всем. - Северус немного наклонил голову чтобы их глаза были на одном уровне, они почти касались носами друг друга. - Я уже всё потеряла, Северус. Мне больше нечем рисковать, кроме вас. И я не отдам вас тьме. Ни Блэку, ни Малфою, ни Реддлу. Она внезапно протянула руку и коснулась его щеки. Это не было обычным жестом поддержки, это было касание женщины, которая нашла в этом холодном, озлобленном юноше свою единственную родственную душу, Северус словно перестал дышать. - Что касается Сириуса... - её глаза блеснули опасным огнем, шептала Гермиона. - Он получит свой урок. Но не от вас. От меня. Он думает, что может использовать правду как оружие? Я покажу ему, что такое настоящее оружие. Ее глаза сверкнули опасным огоньком и она почувствовала как юноша выдохнул чуть ли не в ее губы, он накрыл её руку своей. Его ладонь больше не была холодна как лед, он тоже перешел на благоговейный шепот. - Почему вы так верите в меня? Я ведь чуть не убил его сегодня. Там, в зале... я хотел, чтобы он перестал дышать. В моей голове рождались такие проклятия, которых нет в ваших учебниках. - Потому что вы остановились, - мягко ответила Гермиона, всматриваясь в обсидиановые глаза и утопая в их черной глубине. - Вы не произнесли их. Вы выбрали защиту, а не нападение, пока он не перешел черту. Это и есть разница между мастером и убийцей. И я помогу вам закрепить этот выбор. Северус был уже не в силах сопротивляться, но тут Гермиона мягко отстранилась от него, отворачиваясь к столу. Она осознала насколько близким было их общение сейчас и ее пробила дрожь, она аккуратно вытащила из ящика стола тяжелый фолиант. - Завтра мы начнем окклюменцию. Настоящую. Такую, которой не учат даже в Дурмстранге. Мы выстроим в вашей голове такие барьеры, что даже если Волдеморт решит заглянуть к вам в душу, он увидит только то, что вы позволите ему увидеть. Северус смотрел на книгу, затем на Гермиону. Гнев, смятение, стыд - всё это медленно растворялось в нем, жар ее дыхания и тела еще оставался в мыслях юноши, он понял что щеки загорелись румянцем. - Вы не прогоните меня? - спросил он, и в этом вопросе было столько уязвимости, что у Гермионы защемило сердце. - Никогда, Северус, я буду с вами. Не имя больше выдержки, юноша смущенно улыбнулся Гермионе и тихо покинул ее кабинет, направляясь в гостиную в приподнятом настроении. Девушка грузно села в кресло и осознала насколько влипла со своими чувствами к юноше. Ей нужно держать себя в руках по крайней мере до выпуска Северуса их Хогвартса.

***

Северус шел по коридорам подземелий, и эхо его собственных шагов казалось ему оглушительным. Внутри всё еще дрожало то странное, хрупкое чувство - смесь облегчения и пугающего восторга от того, что Гермиона не просто не прогнала его, а признала их связь. Однако, как только он переступил порог гостиной Слизерина, тепло мгновенно выветрилось. В помещении было тихо, только треск дров в камине нарушал безмолвие. У самого огня, в глубоком кресле с высокой спинкой, сидел Люциус Малфой. Он не читал и не спал, он ждал Северус. В свете зеленоватого пламени его бледное лицо казалось маской, а в руках он вертел свою трость с набалдашником в виде головы змеи. - Ты задерживаешься, Северус, - голос Люциуса был тихим, но в нем отчетливо слышался металл. - Отработка? Или профессор Грейнджер нашла для тебя еще какое-то... особое применение? Северус замер, он постарался вспомнить советы из книги по защите разума, старался быть как можно более непринужденным и отстраненным. Он подошел к Малфою и сел в соседнее кресло, безучастно всматриваясь в блондина. - Блэк устроил всего лишь глупую сцену ревности на факультативе, Грейнджер потребовала объяснений от нас обоих. Она была в ярости. Люциус медленно поднялся. Он был выше Северуса, и его аура превосходства давила, заполняя пространство вокруг. Он подошел к юноше и, прищурившись, заглянул ему в глаза. - По школе поползли слухи. Грязные, недостойные слухи о том, что происходит в её покоях. Петтигрю болтает лишнее, а Блэк сегодня лишь подтвердил это своим срывом. Скажи мне, Северус... ты действительно думаешь, что я поверю в "дополнительные занятия" по Патронусу в столь поздний час? Северус не отвел взгляда. Он знал, что малейшее колебание выдаст его. - Вы сами видели, как она преподает, Люциус, - голос Снейпа стал холодным и расчетливым. - Вы видели, какую магию она показывает на уроках. Она владеет техниками, о которых не пишут в учебниках Министерства. Если она готова делиться этим со мной - я буду последним идиотом, если откажусь, даже если придется нарушать комендантский час. Малфой усмехнулся, кончик его трости глухо ударил в каменный пол. - И чему же она тебя научила, кроме того, как обниматься после удачного заклинания - Она учит меня выуживать информацию, - соврал Северус, и эта ложь была филигранной, он поверил в слова Гермионы о его будущем, врать оказалось не так сложно. - Она кладезь знаний о методах Ордена, о том, как Дамблдор планирует противостоять Лорду. Она доверяет мне, потому что видит во мне "заблудшую душу". Я получаю столько информации, сколько могу. Каждое её слово, каждый её жест - это данные, которые пригодятся нам позже. Если для этого нужно изображать преданного ученика и терпеть её сентиментальные порывы... что ж, это малая цена за стратегическое преимущество. Люциус замолчал, внимательно изучая лицо Снейпа. Он искал признаки фальши, но Северус транслировал только холодный прагматизм. - Значит, ты используешь её доверие? - протянул Малфой, приятно удивленный дальновидностью юноши. - Хитрый ход, Северус. В духе нашего факультета. Лорд ценит шпионов, способных внедриться в самое сердце окружения Дамблдора. - Именно, - кивнул Северус, не отводя взгляда от холодных глаз. - Она верит, что меняет меня. Она верит, что спасает меня от "темного будущего". Пусть верит. Чем больше она будет вовлечена в мое "исправление", тем больше она мне расскажет. Люциус подошел совсем близко и положил руки на подлокотники кресла, в котором восседал Северус, его холодные глаза прожигали его насквозь, он ощущал на своем лице мятное дыхание блондина. Он начал говорить тихо, шипя словно змея. - Послушай меня внимательно. В этом году я выпускаюсь. Я займу свое место по правую руку от Лорда, и мне нужны глаза и уши в Хогвартсе. Дамблдор слабеет, его маразм крепчает, но эта Грейнджер... она опасна. Она слишком умна и слишком непредсказуема. Люциус наклонился к самому уху Снейпа. - Твое задание - следить за ней. После моего ухода ты станешь моим главным информатором. Следи за каждым её шагом, за каждым письмом, которое она отправляет, за каждым посетителем, который приходит в её кабинет. Если она действительно та, за кого себя выдает, мы найдем способ переманить её. Если нет - мы найдем способ её уничтожить. На лице Северуса не дрогнул ни мускул, он максимально сосредоточил свое самообладание на этом разговоре. - Я понял, Люциус, - ответил Северус, чувствуя, как внутри всё сжимается от отвращения к этой роли, но понимая, что это его единственный шанс защитить Гермиону. - И смотри, Северус... не заиграйся, - Малфой отстранился, его глаза сверкнули сталью. - Грязнокровки вроде неё обладают странной способностью вызывать жалость у неокрепших умов. Помни, кто ты. И помни, какая судьба ждет предателей. Когда Малфой наконец ушел в свою спальню, Северус остался один у камина. Его руки тряслись. Он только что официально стал шпионом, но не Лорда, как думал Люциус, а человеком, ведущим двойную, а то и тройную игру. Он медленно закрыл лицо руками, проводя ладонями вниз, словно избавляясь от напускной маски созданной для Малфоя. Ему предстояло прожить этот год под постоянным прицелом, играя роль предателя перед той, кого он любил больше жизни, и роль верного слуги перед теми, кого он ненавидел. Но вспомнив тепло её объятий и стальной блеск её глаз, когда она обещала не отдавать его тьме, Северус понял: он вынесет всё ради нее.

***

На следующее утро за завтраком в Большом зале царило странное оживление. Все ждали продолжения вчерашнего скандала. Сириус Блэк сидел за столом Гриффиндора, демонстративно игнорируя взгляды друзей. Джеймс и Римус сидели в нескольких футах от него, подчеркнуто не вступая в разговор, видно они успели "поговорить" еще в гостиной и не раз. Питер сидел тише мыши и старался уже не встревать ни в какие авантюры. Когда в зал вошла Гермиона, наступила тишина. Она прошла к учительскому столу, но вместо того, чтобы сесть, она остановилась у стола Гриффиндора, прямо напротив Сириуса. - Мистер Блэк, - её голос разнесся по залу, усиленный тишиной. Сириус медленно поднял голову. Под его глазом наливался синяк от вчерашнего столкновения с полом. - Да, профессор? - в его тоне всё еще слышался вызов, он не стеснялся нагло смотреть в глаза преподавателю слегка ухмыляясь. - Ваша отработка начнется сегодня в семь вечера. Вы будете помогать мистеру Филчу очищать трофеи в Зале Славы... вручную. Без использования магии. Все триста кубков. Сириус только усмехнулся. - Справедливо. Я привык к грязной работе. - И еще одно, - Гермиона наклонилась чуть ближе, так, чтобы её слышал только он и его друзья. - Вчера вы упомянули о вещах, которые происходят в моих личных покоях. Я официально заявляю: любой, кто будет распространять ложь, порочащую честь студента или преподавателя, будет иметь дело не с Дамблдором. А со мной. И поверьте, мистер Блэк, после Азкабана, который вы так часто упоминаете в своих кошмарах, мои методы покажутся вам милосердием. Она выпрямилась, от ее взгляда по его спине прошли холодные мурашки. - И запомните: Северус Снейп учится у меня вызову Патронуса, светлой магии, спасающей жизни от темных сущностей как Дементоры. Вместо того чтобы ревновать к чужим успехам, попробуйте соответствовать тому уровню, на который вы претендуете. Она развернулась и ушла, оставив Сириуса багроветь от стыда и ярости под взглядами всей школы.