Серые глаза принцессы

Глава 6. Слишком поздно Они искали два месяца. Два месяца ада. Первый порт — Пустые причалы. Никто не слышал о «Серебряной чайке». Сгоревший склад, пьяные матросы, равнодушные трактирщики. Генри обыскал каждый кабак, каждую ночлежку, каждую подворотню. — Уплыла «Чайка», — сказал им старый рыбак на пристани. — Месяц назад ушла. Куда? А кто ж их знает, этих купцов. Может, на юг, может, на восток. Они по всем портам шныряют. Второй порт — Каменные утёсы. Те же вопросы, те же пустые глаза. Никто ничего не знает. Или не хочет говорить. Ричард раздавал золото горстями. Нанимал людей, платил за информацию, обещал награды за любую весть о «Серебряной чайке». — Ваше величество, — шептались в тавернах, — да кто ж вам скажет правду? Торговцы живым товаром не любят болтунов. У них везде глаза и уши. София похудела так, что платье висело на ней мешком. Она почти не спала, почти не ела. Только смотрела вдаль с причалов и шептала имя дочери. Генри превратился в тень. Глаза ввалились, на скулах выступили желваки. Он брился наспех, ел на ходу, спал урывками в сёдлах или на грязных постоялых дворах. — Мы найдём, — твердил он каждое утро. — Мы обязаны найти. Ричард молчал. Он уже не был уверен. Третий порт. Самый большой. Самый грязный. Самый страшный. Порт Южных Костей. Здесь пахло рыбой, гнилью и отчаянием. Улицы были залиты помоями, в канавах возились крысы, а в каждом подворотне можно было купить всё — от краденого золота до человеческой жизни. Они приехали на исходе второго месяца. Генри ворвался в портовую управу, швырнул на стол кошель с золотом и выложил единственное, что у них было, — название корабля. Чиновник — толстый, лысый, с маслеными глазками — долго рассматривал золото, потом название, потом снова золото. — «Серебряная чайка», значит, — протянул он. — Была такая. Генри вцепился в край стола так, что побелели костяшки. — Была? Где она сейчас? — Уплыла, — равнодушно пожал плечами чиновник. — Месяц как уплыла. Груз сдала, новый взяла и дальше пошла. — Какой груз сдала? — вмешался Ричард, шагнув вперёд. Чиновник скользнул по нему взглядом, оценил дорогую одежду, осанку и вдруг занервничал. — А вы, собственно, кто будете? — Отвечай, — тихо сказал Ричард, и в голосе его звякнула сталь. — Или я прикажу сжечь эту вонючую дыру дотла вместе с тобой. Чиновник побледнел. Такие шутки здесь не шутили. — Там… там девушки были, — забормотал он. — Молодые. Красивые. Их на аукцион выставили. Месяц назад. Хороший товар, свежий. Быстро разобрали. Генри показалось, что пол уходит из-под ног. — Где аукцион? — спросил он чужим голосом. — Так закрылся уже. После торгов всё закрывается. Девушек купили и развезли. Кому в богатые дома, кому в… ну, вы понимаете. — В бордели? — выдохнула София. Чиновник пожал плечами: — Спрос, госпожа. Красивые девушки всегда нужны. Особенно в такие заведения. — Где она? — Генри перегнулся через стол, схватил чиновника за грудки. — Где та, которую продали? Светлые волосы, серые глаза, молодая, красивая? Где она? — Отпусти! — заверещал чиновник. — Я не знаю! Я не помню! Их много было! — Врёшь! — Генри тряхнул его так, что зубы лязгнули. — Ты всё помнишь! Такие, как ты, всегда помнят цены и лица! — Генри, отпусти, — Ричард положил руку ему на плечо. — Толку не будет. Он вынул ещё один кошель, бросил на стол. — Вспоминай, — холодно сказал он. — Светлые волосы, серые глаза, молодая. Кто купил? Чиновник замялся, покосился на золото, потом на Генри, потом снова на золото. — Был один, — нехотя выдавил он. — Постоянный покупатель. Содержит заведения в нескольких городах. Он всегда берёт самых красивых. Если ваша девушка была хороша… мог взять он. — Имя, — рявкнул Генри. — Марчелло, — чиновник отодвинулся подальше. — Его все знают. У него бордели по всему побережью. Главный в Портовом квартале, в этом городе. Там спросите. Генри вылетел из управы, даже не попрощавшись. Портовый квартал встретил их запахами дешёвых духов, перегара и пота. Разноцветные фонари качались на ветру, из открытых окон доносилась музыка и пьяный смех. Они нашли заведение Марчелло быстро — самое большое, самое яркое, с вывеской «Райские кущи». Генри вошёл внутрь, не обращая внимания на вышибалу. Ричард и София — за ним. Внутри было полутемно, душно и многолюдно. Девушки в откровенных нарядах скользили между столиками, мужчины пили, хохотали, хватали их за руки. — Хозяина, — бросил Генри подбежавшей женщине в тяжёлом макияже. — А по какому вопросу? — кокетливо спросила та, оценивая его одежду. — У нас всё есть, красавчик. Хочешь выбрать? — Я сказал — хозяина, — Генри схватил её за запястье. — Живо. Женщина испуганно вырвалась и убежала. Через минуту вышел Марчелло — толстый, лоснящийся, в дорогом камзоле, с золотыми перстнями на всех пальцах. Он улыбался, но глаза оставались холодными. — Чем могу служить, господа? — Месяц назад на аукционе продавали девушек с «Серебряной чайки», — Ричард говорил спокойно, но сталь в голосе чувствовал каждый. — Ты купил одну. Светлые волосы, серые глаза. Где она? Марчелло улыбнулся шире: — Милейший, у меня много девушек. Всех не упомнишь. — Эту ты бы запомнил, — тихо сказал Генри. — Она особенная. Марчелло посмотрел на него, на Ричарда, на Софию. Что-то мелькнуло в его глазах. То ли страх, то ли интерес. — Пройдёмте в кабинет, — сказал он. — Поговорим. В кабинете Марчелло сразу перестал улыбаться. — Я знаю, кто вы, — сказал он, глядя на Ричарда. — Слухи разносятся быстро. Северный король ищет дочь. Весь порт гудит. — Где она? — Ричард не стал тратить время на любезности. Марчелло развёл руками: — Её здесь нет. Генри шагнул вперёд: — Ты её купил! — Купил, — кивнул Марчелло. — И продал. Через три дня. — Кому?! Марчелло помолчал. Потом тихо сказал: — Человеку с Восточных островов. Он забирает самых красивых. Для… для особых клиентов. Знаете, есть такие, что платят любые деньги за свежий товар. София вскрикнула и осела на стул. Ричард побелел. — Когда? — спросил Генри, и голос его был страшен. — Когда он увёз её? — Месяц назад, — Марчелло пожал плечами. — Сразу после аукциона. Корабль ушёл на рассвете. — Название корабля, — потребовал Ричард. — «Утренняя звезда». Но вы не найдёте. Он уже давно на островах. А там… — Марчелло замолчал. — Что там? — Генри схватил его за горло. — Говори! — Там её уже могли продать дальше! Или оставить себе! Или… — он замялся. — Или что? Марчелло посмотрел на него с неожиданной жалостью: — Парень, такие девушки долго не живут. Клиенты бывают разные. Очень разные. Генри отпустил его. Отпустил и отшатнулся, будто его ударили. Он опоздал. Он искал два месяца. Два чёртовых месяца. А Эшли уже месяц как в аду. Ричард подошёл к нему, положил руку на плечо: — Мы поедем на острова. Завтра же. — А если её там уже нет? — Генри поднял на него пустые глаза. — Если мы будем искать ещё два месяца, а она будет переходить из рук в руки, пока не сгниёт заживо? — Не смей, — твёрдо сказал Ричард. — Она моя дочь. Я не остановлюсь. — А если мы найдём её мёртвой? — прошептал Генри. Ричард не ответил. Он не знал ответа.