Серые глаза принцессы

Глава 7. Девочка с яблоневого сада Часть 1. Дорога в ад Эшли помнила тот день до мелочей. Утро. Холодный туман над дорогой. Скрип телеги, на которой она ехала к Марте. Возница — старый, молчаливый, с добрыми глазами. Она думала о Генри. Представляла, как он сейчас просыпается в замке, как слуги подают ему завтрак, как он смотрит в окно и, может быть, вспоминает её. Она не знала, что больше никогда не увидит рассвета свободной. Всё случилось мгновенно. Лес. Визг лошадей. Чёрные люди с топорами. Возница упал замертво, даже не вскрикнув. Эшли закричала, но чья-то грязная ладонь зажала рот, а мешок на голову — и темнота. Очнулась она в трюме. Вонь немытых тел, испражнений и страха. Вокруг — другие девушки. Кто-то плакал, кто-то молился, кто-то просто сидел, глядя в пустоту. Тряска. Качка. Корабль. — Куда нас везут? — спросила Эшли у соседки. Девушка подняла на неё пустые глаза. — На юг. На рынок. Продадут, как скотину. Эшли зажмурилась и прижала к груди медальон — единственное, что у неё осталось. Мамин подарок. Внутри — пустой портрет. Мама сказала: «Это память о твоём отце. Он умер до твоего рождения». Эшли не знала, что внутри этого медальона — портрет короля Ричарда. Не знала, что отец её жив. Не знала, что через два месяца он будет искать её по всему побережью. Она просто плыла в темноте и молилась. Часть 2. Аукцион Порт Южных Костей встретил её криками чаек и запахом гнили. Их вывели на свет, как скот. Осматривали. Ощупывали. Заглядывали в рот, как лошадям. Эшли стояла, сжав зубы, и смотрела в одну точку. — Эта, — толстый человек в дорогом камзоле ткнул в неё пальцем. — Светлые волосы, серые глаза. Хороший товар. Сколько? — Тысяча золотом, — сказал работорговец. — Дорого. — Зато чистая. Не тронутая. Девственница. Для таких клиентов — золото, а не цена. Эшли не понимала, о чём они говорят. Или не хотела понимать. Её купили. Толстый человек — его звали Марчелло — увёз её в своё заведение. Три дня она просидела в чистой комнате, с нормальной едой и постелью. Ей даже разрешили помыться. — Отдохни, — сказал Марчелло. — Скоро у тебя будет новая жизнь. Она не знала, какая. Но надеялась на лучшее. На четвёртый день пришёл другой человек. Высокий, смуглый, с холодными глазами. Посмотрел на неё, кивнул. — Беру. И снова корабль. И снова трюм. Только теперь — одна. В отдельной каюте. Почти роскошной. — Для таких, как ты, — усмехнулся смуглый, — особые условия. Товар не должен портиться. — Кто вы? — спросила Эшли. — Куда вы меня везёте? Он не ответил. Часть 3. Острова Восточные острова встретили её духотой и яркими красками. Здесь всё было другим. Небо — синее до рези в глазах. Вода — бирюзовая. Люди — тёмные, шумные, чужие. Эшли привезли в большой дом у моря. Белые стены, цветы, фонтаны. Красиво. Как в раю. Это был ад. — Ты будешь жить здесь, — сказала ей женщина с жёстким лицом. — Будешь хорошо есть, хорошо одеваться, хорошо спать. А по ночам к тебе будут приходить гости. Будешь улыбаться и делать всё, что они скажут. Поняла? Эшли смотрела на неё и не понимала. — Я не буду, — сказала она. Женщина усмехнулась: — Будешь, милая. Все так говорят. А потом делают. В первую ночь к ней пришли. Эшли дралась. Кусалась, царапалась, кричала. Её избили, но не тронули — велели привести в чувство. — Сломать её, — сказал хозяин. — Но не быстро. Такие, как она, дорого стоят в хорошем состоянии. Их ломали месяц. Голодом. Побоями. Страхом. Угрозами. Видом других девушек, которые уже сломались — пустых, молчаливых, покорных. Эшли держалась. Она думала о Генри. Каждую ночь. Каждую минуту. Она закрывала глаза и представляла его лицо, его улыбку, его руки. Она вспоминала запах яблок в старом саду, шум фонтана с каменной лягушкой, его шёпот: «Я люблю тебя». Это держало её. Но силы таяли. Часть 4. Две недели до встречи Прошло два месяца. Эшли уже не сопротивлялась. Не потому, что сломалась. Потому что поняла: бесполезно. Её всё равно возьмут силой. Лучше просто закрыть глаза и думать о Генри. Она похудела, под глазами залегли тени, но красота никуда не делась. Клиенты платили за неё больше, чем за других. Особый товар — девушка с глазами, в которых живёт боль. — Скоро приедет важный гость, — сказала ей однажды надзирательница. — Очень важный. Хозяин велел подготовить тебя. Если понравишься — может, выкупит. Увезёт отсюда. Эшли молчала. Она уже не верила никому. Но в ту ночь она снова смотрела на луну и шептала: — Генри… если ты жив… если ты меня ищешь… найди скорее. Я не знаю, сколько ещё продержусь. Луна не отвечала. Но где-то далеко, в портовом городе, Генри садился на корабль, идущий на Восточные острова. Он не знал, что Эшли совсем рядом. Он не знал, что важный гость, для которого её готовят, прибудет через две недели. Он просто плыл. Надеялся. Верил.