Philharmonic. (Филармония)

Наконец-то наступило долгожданное еженедельное собрание шахматного клуба. В коридоре, ведущем в кабинет истории, было темно, но атмосфера была совсем не мрачной. Федор ощущал спокойствие. Ему не терпелось сыграть в шахматы со своим новым любимым соперником Дазай. Он заметил, что дверь уже приоткрыта. Это вызвало легкую улыбку на его бледных губах, ведь он знал, что Дазай пришел раньше. Возможно, это означало, что Дазай тоже получает удовольствие от этой интеллектуальной игры, полной стратегий и уловок. «Фёдор, я рад, что ты пришёл». Дазай тут же занял место за одним из столиков. Он уже расставил доску и все фигуры. Фёдор взглянул на стол, прежде чем поднять голову и заговорить: «Вы предсказывали, что я выберу чёрные», — сказал Фёдор с явным и приятным удивлением. «Вы славитесь тем, что предпочитаете этот цвет в шахматах». — Действительно. — Его бесстрастные глаза на мгновение встретились с блестящими карими глазами Дазая, пока он выдвигал гладкий деревянный стул. Он медленно сел, аккуратно опустившись на сиденье. Дазай устроился на стуле прямо напротив Федора. — Ну что, Федор, начнем? — Так и будет, Дазай, дорогой, — самодовольно усмехнулся Фёдор, склонив голову набок. Растрёпанные тёмные волосы подчёркивали высокомерное выражение его лица. — Надеюсь, ты готов снова проиграть, а я снова одержу победу. Дазай был явно раздражен. «О, на этот раз я не позволю тебе победить, Федор», — процедил он сквозь зубы, сверкнув глазами. В них читалась жажда соперничества. Федор почувствовал, как в воздухе повисло напряжение. Его выражение лица говорило о том же, что и взгляд Дазая. Однако взгляд Фёдора был полон высокомерия. Дазай передвинул пешку на e4. Федор следует той же стратегии: он передвинул пешку на e5. Дазай передвинул коня на f3, а Федор — пешку на b5. «Кажется, мы делаем довольно много ходов, Федор. Интересно, что ты задумал», — размышлял он. Дазай передвинул ферзя на поле e2. — Чтобы украсть короля, конечно, — Федор с широкой ухмылкой наклонился вперед. Он передвинул своего коня на h6. Лицо Дазая расплылось в самодовольной улыбке, когда его слон быстро взял коня Федора. Разочарование на лице Федора длилось всего мгновение. Его высокомерие вернулось, когда его пешка взяла упомянутого слона. Дазай слегка надул губы и сверкнул глазами. Он тяжело вздохнул. Дазай украл у Фёдора ещё одну пешку. Игра продолжалась, и Фёдор украл эту пешку своим слоном — xc5. Дазай решил передвинуть своего коня на поле xe5. К сожалению, Федор передвинул своего слона на поле d6, по диагонали от незадачливого коня. Дазай быстро вышел из затруднительного положения: он передвинул белого коня на поле d3, тем самым избежав поражения. Дазай почесал в затылке и вздохнул с облегчением, когда Федор сделал этот нервирующий ход. По ходу игры этот конь был украден его бывшим противником, черным слоном. Они продолжили свое прекрасное соперничество и борьбу за победу в простой, но увлекательной шахматной партии. Каждое их движение было точным и выверенным. Их тонкие пальцы изящно, но крепко и бережно держали фигуры. То, как они вели игру, и методы, которые они использовали, чтобы обходить соперника, напоминали загадочный, но грациозный танец. Каждое их движение повышало ставки. Адреналин зашкаливал — такой уровень азарта, напряжения и острых ощущений можно было испытать только в эти драгоценные мгновения. Игра закончилась. На этот раз Дазай победил. Его голос звучал насмешливо: «Шах и мат, Федор», — Дазай тихо усмехнулся, — «Кажется, я прервал твою победную серию». «Похоже, что так», — разочарованно вздохнул Федор. Он понимал, что не стоило быть таким самоуверенным, но полагал, что Дазай все же уступает ему в мастерстве. Он был зациклен на мысли, что выиграет. Это, безусловно, задело его самолюбие: в шахматы он играл блестяще, когда ему этого хотелось. Как такое возможно? Его глаза расширились от удивления. В комнате повисла тишина, которая, казалось, длилась целую вечность. Федор слегка приоткрыл рот, чтобы заговорить: «Хорошая игра, Дазай, дорогой. Ты тренировался?» — спросил он Дазая, избегая зрительного контакта. Ему было стыдно за свое поражение. Он не смог одержать победу. «Я не тренировался. Просто решил повнимательнее обдумать нашу последнюю игру». Учиться на своих ошибках — умно и мудро. Именно так я бы поступил, если бы проиграл. Хм, именно это мне и нужно сделать, раз уж я проиграл. В следующий раз Дазай не будет ждать от меня такого стремительного прогресса. Благодаря рациональному мышлению Федор пришел в себя. Он поднял голову. Теперь на его лице было довольное выражение. Его голос звучал нежно и мягко, почти как шепот: «Если ты смог обыграть меня, когда я старался изо всех сил, то ты просто не уступаешь мне в интеллекте. В интеллекте, который под силу понять только нам двоим». Федор наклонился ближе, и их взгляды снова встретились. Игры. "Итак, мой партнер по шахматам, я предлагаю то, что мне нравится называть "Часом счастливого группового консультирования". Хотя у нас есть всего полчаса, прежде чем мы должны разойтись ". Федор усмехнулся, ожидая ответа от своего дорогого партнера по шахматам. "Так, стоп, остановись прямо здесь!" — вмешался Дазай. "В чем проблема?" "В чем именно?" "В чем именно в чем?" "А, — Дазай наконец уловил связь, — в жизненном консультировании," — ответил он со вздохом. Его лицо стало спокойнее, и он откинулся на спинку стула. «Спасибо за ваше чуткое понимание!» — мягко улыбнулся Федор, едва сдерживая волнение. «Мы воспользуемся этой возможностью, чтобы обсудить друг с другом жизненные проблемы. Я — хозяин, Федор Достоевский. Поскольку мы с вами обладаем высоким интеллектом, мы практически можем читать мысли друг друга». "Звучит как полная чушь." "Давай сведем к минимуму использование ненормативной лексики, Дазай, дорогой, — Федор продолжал улыбаться. — Разве не здорово было бы общаться с кем-то не только на интеллектуальном, но и на интимном уровне?" "На интимном уровне?" "Пожалуйста, не думай о таком. Я не имею в виду совокупление и занятия любовью. — О, — Дазай театрально вытер лоб, — слава богу. — А теперь приступим! — Федор хлопнул в ладоши. Звук был очень тихим, но привлек все внимание Дазая. — Расскажи мне обо всех своих проблемах, Дазай, и я предложу тебе свои безошибочные решения. — Федор наклонился к Дазаю почти вплотную. Теперь их лица разделяло не больше 15 сантиметров. — Ну, — Дазай на мгновение задумался, — в последнее время я пытался добиться расположения одной симпатичной девушки из нашего класса. Кажется, она из тех, кто легко может обратить на меня внимание. Федора охватила волна ревности. Ему тоже не нравились его похождения, но это было наименьшей из его проблем. В тот момент его переполняли лишь зависть и алчность. Дазай был для него исключительно шахматным партнером, и он хотел, чтобы так и оставалось. Он решил, что под предлогом помощи знакомому предложит решение, которое в конечном итоге приведет к очередному провалу Дазая. Федор откашлялся, пытаясь скрыть горечь в голосе: «У меня есть для тебя идеальное решение, Дазай. Я могу понять, что ты чувствуешь, я тоже склонен использовать людей в своих интересах. Если сейчас она не обращает на тебя внимания, ты должен подтолкнуть ее в нужном направлении. Изолируй ее от друзей и привычной жизни, и она точно в тебя влюбится, ведь ей останется только положиться на твою дружбу». «Хм, это может сработать», — кивнул Дазай. На его лице отразилось блаженство, когда он представил себе ситуацию, в которой этот совет окажется эффективным. «Дазай, неужели тебя действительно привлекают женщины? Кажется, ты просто используешь их ради личной выгоды, но настоящей связи между вами нет. Разве настоящая связь не была бы полезнее в долгосрочной перспективе? Плечо, на которое можно опереться? Надежный спутник? Соперник, который восхищается тобой и боготворит тебя?» "Знаешь что, Федор? Возможно, мне нужно подумать над твоими вопросами". Дазай посмотрел на потолок; было ясно, что он глубоко задумался. Федор злорадно ухмыльнулся. Если Дазай действительно обдумывал этот совет, то план, который он сейчас осуществит, заключается в том, чтобы убедить Дазая, что у него нет реального интереса к женщинам, независимо от того, является ли это подлинным сексуальным пробуждением или нет. Федор был рад видеть, что его план сработал безукоризненно. «Дазай, сколько времени мне понадобится, чтобы получить ответ?» — Федор нетерпеливо притопывал ногой. Он напевал себе под нос разные мелодии, ожидая, когда Дазай ответит. «Федор, думаю, ты прав. Возможно, у меня нет искренних чувств к женщинам, кроме возможного сексуального влечения и удовольствия от их внимания.» «Что ж, Дазай, ты можешь получать чрезмерное, навязчивое внимание и от других мужчин. Возможно, тебе даже понравится», — мягко промурлыкал Федор. "Я подумаю об этом перед сном. Возможно, я решу поделиться с вами своими выводами," — поддразнил Дазай. "О, дорогой Дазай, вы просто обязаны рассказать мне о своем путешествии. В конце концов, я здесь хозяин." "Теперь твоя очередь, Федор. Выкладывай, расскажи мне о главном". Федор сердито посмотрел на Дазая, когда тот использовал эти современные фразы. Федор терпеть не мог большинство сленгов, аббревиатур и просторечий. Он предпочитал прямое общение. "Прошу прощения, я привык вести себя менее взросло со своими сверстниками. Я полагаю, что могу быть более зрелым с тобой, и ты все равно предпочитаешь это. Итак, я задам более формальный вопрос. С какими трудностями вы сталкиваетесь, Федор? «В последнее время мой коллега стал очень навязчивым. Если он не докучает моему близкому другу Сигме, то предпочитает вести со мной простые беседы. Иногда он меня забавляет, но по большей части не может меня увлечь, особенно интеллектуально. Я бы хотел, чтобы он не был так сильно ко мне привязан. Он постоянно хочет меня приласкать, хотя я избегаю прикосновений даже со стороны родственников». «Федор, ты попал в затруднительное положение. Интересно, смогу ли я найти подходящее решение». Дазай постучал указательным пальцем по подбородку. Он глубоко погрузился в размышления, пытаясь найти выход из ситуации с навязчивым другом Федора. Подумав об этом, он почувствовал легкий укол ревности. Втайне он хотел бы быть ближе к Федору. «Возможно, тебе стоит чем-то себя занять». Полностью посвятите себя своим любимым хобби и занятиям. Если увидите его за обедом, поешьте где-нибудь в другом месте, например в пустом классе, — Дазай сделал паузу, — или, может быть, вы согласитесь провести со мной пару уроков. «Неудивительно, что ты дал мне несколько дельных советов. Я и сам рассматривал эти варианты, но раз уж ты их порекомендовал, я попробую», — Федор сделал паузу и слегка усмехнулся. Их взгляды встретились, и между ними пробежала искра. Федор невольно прищурился и медленно произнес: «И, возможно, я снова проведу с тобой обеденный перерыв, но на этот раз намеренно». Ты, безусловно, одно из моих любимых увлечений, Дазай, дорогой, — промурлыкал Фёдор. Мышцы Дазая напряглись от двусмысленного тона Федора. Мелодичность голоса Федора, его невнятная речь, сильный акцент и низкий тембр голоса показались Дазаю эротичными. Чувство легкого возбуждения постепенно улеглось, но в застывшем воздухе все еще ощущалось напряжение. «Нам пора домой. Я вижу, как солнце садится за горизонт». Дазай медленно встал, чтобы уйти. Выходя из комнаты, он задел костяшками пальцев руку Федора. Теплая рука Дазая контрастировала с холодной кожей Федора. «До новых встреч, дорогой Дазай».