Золотая клетка

Сознание возвращалось медленно, тяжелыми, вязкими толчками. Сначала была темнота. Потом — боль. Тупой пульсирующий удар где-то в затылке, словно кто-то бил молотком изнутри. Потом — тошнота, подкатывающая к горлу при малейшем движении. Люси Грей открыла глаза и зажмурилась от яркого света, льющегося откуда-то сверху. Голова раскалывалась. Во рту было сухо, как в пустыне. Тело казалось чужим, тяжелым, непослушным. Она лежала на кровати. Не на той, общей, где спали Мэгз и другие девушки, а в отдельной комнате. Шелковые простыни, мягкие подушки, приглушенный розоватый свет от ночника. Красиво. Дорого. И совершенно чуждо. Она попыталась сесть — и едва не упала обратно. Руки дрожали, в глазах потемнело. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, прежде чем мир перестал кружиться. Воспоминания возвращались обрывками. Сцена. Аплодисменты. Песня. Потом... потом она была в какой-то комнате с людьми. Доктор Галл. Ливия Кардью с ее ядовитыми улыбками. И Кориолан. Кориолан, который смотрел на нее так, словно видел призрака. А потом Дамиан. Его руки на ее талии, на плечах. Шампанское, которое он заставил ее пить. И после этого — провал. Черная пустота. Люси Грей сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает знакомая ярость. Та самая, что помогла ей выжить на арене. Та, что заставляла бороться, когда все было против нее. Они что-то подмешали ей в напиток. Она оглядела комнату. Ни окон. Только одна дверь. На столике у кровати — графин с водой и пустой стакан. Рядом — гитара, бережно поставленная на подставку. Заботливо. Почти ласково. "Заботливый тюремщик", — горько подумала она. Она протянула руку к графину, но пальцы так дрожали, что она едва не уронила его. Пришлось пить прямо из горлышка, жадно, давясь и проливая воду на шелковое покрывало. Холодная жидкость обожгла горло, но принесла облегчение. В голове немного прояснилось. Она попыталась вспомнить, что было вчера после того, как она потеряла сознание. Обрывки. Чей-то голос. Тепло. Кто-то держал ее за руку. Кто-то говорил с ней. Кориолан? Или ей приснилось? Дверь открылась без стука. Люси Грей дернулась, вжимаясь в подушки, но это был не Дамиан. Вошла Мэгз — бледная, с пустыми глазами, с подносом в руках. — Ты проснулась, — тихо сказала она, ставя поднос на столик. — Хорошо. Тебе нужно поесть. На подносе была легкая еда — фрукты, хлеб, чашка бульона. Люси Грей посмотрела на нее с подозрением. — Это не отравлено? — спросила она хрипло. Мэгз покачала головой. — В еде ничего нет. Только в том, что пьют вечером. Чтобы мы спали. Чтобы не думали. — Она помолчала. — Ты вчера выпила много. Дамиан был доволен. Люси Грей сжала край одеяла. — Он... он трогал меня? Мэгз отвела глаза. — Он всегда трогает. Особенно новых. Особенно тех, кто ему нравится. Ты ему нравишься, Люси Грей. Он сказал, что ты — его любимая. — Любимая, — горько усмехнулась Люси Грей. — Как вещь. Как экспонат в коллекции. Мэгз ничего не ответила. Она просто стояла и смотрела куда-то в стену, словно видела там что-то, чего не видели другие. — Мэгз, — позвала Люси Грей. — Сколько ты здесь? — Полтора, — тихо ответила та. — С моих Игр. — И ты не пыталась бежать? — Пыталась. Два раза. Первый раз меня поймали и неделю держали в подвале без еды. Второй раз... — она запнулась, — второй раз Дамиан сказал, что если я еще раз попробую, он накажет кого-то из девочек. С тех пор я не пробую. Люси Грей смотрела на нее и чувствовала, как внутри поднимается холодная, лютая ненависть. К Дамиану. К доктору Галл. Ко всему этому проклятому городу, который превращает людей в вещи. Дверь снова открылась. На этот раз вошел Дамиан Вейн. Он был безупречен — свежий костюм, идеальная прическа, легкая улыбка на губах. В руках он держал букет свежих роз — алых, как кровь. — А, проснулась наша звезда! — пропел он, приближаясь к кровати. — Мэгз, оставь нас. Мэгз бросила быстрый взгляд на Люси Грей и бесшумно выскользнула за дверь. Дамиан сел на край кровати, слишком близко. Протянул ей розы. Люси Грей взяла их машинально, не глядя. — Как ты себя чувствуешь, дорогая? — спросил он, и в его голосе звучала неподдельная забота. — Голова болит? Вчера ты немного перебрала с шампанским. Прости, моя вина — надо было следить за тобой внимательнее. Люси Грей смотрела на него и пыталась увидеть идеальную маску. Такую же, какую носил Кориолан. Но в глазах Дамиана не было ничего, кроме хищного блеска. — Где я? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — На втором этаже, — улыбнулся он. — В самой лучшей комнате. Для самых лучших птичек. — Я не птичка. — О, ты именно птичка, Люси Грей. Певчая птичка с самым красивым голосом, который я когда-либо слышал. — Он протянул руку и коснулся ее щеки. Люси Грей заставила себя не отшатнуться. — Ты будешь петь для меня. Для моих гостей. И ты будешь счастлива. — Счастлива, — эхом отозвалась она. — Да. Потому что у тебя есть все, что нужно. Еда, кров, безопасность. И сцена. Ты же не можешь без сцены, правда? Она промолчала. Дамиан улыбнулся шире. — А еще у тебя есть... старые знакомые. Например, Кориолан Сноу. При этом имени сердце Люси Грей пропустило удар. Она постаралась не выдать эмоций, но Дамиан заметил. Он всегда замечал. — Да-да, вчера он был здесь. Смотрел на тебя, как голодный пес на кусок мяса. Интересно, правда? — Он наклонился ближе, его дыхание коснулось ее щеки. — Знаешь, он приходил к тебе ночью. Люси Грей вздрогнула. — Что? — Приходил. Сидел здесь, на этом самом месте. Держал тебя за руку. Что-то шептал. Я не подслушивал, честное слово, — он усмехнулся, — но могу догадаться. Наверное, обещал спасти. Увезти далеко-далеко. Жить долго и счастливо. Он откинулся назад, любуясь ее реакцией. — Мило, правда? Наивно, но мило. Только вот проблема, Люси Грей. Он не сможет тебя спасти. Потому что ты моя. И потому что моя тетя — доктор Галл. А Сноу — ее лучший ученик. Он умный мальчик. Он понимает, что если попытается что-то сделать... — Дамиан сделал паузу, — с тобой может случиться что-то плохое. Очень плохое. Люси Грей смотрела на него, и в ее глазах горел тот самый огонь, который когда-то помог ей выжить на арене. — Ты не посмеешь, — тихо сказала она. — Слишком ценный экспонат. Дамиан рассмеялся — искренне, весело. — Умная птичка. Правильно, не посмею. Пока ты послушна, ты в безопасности. Будешь петь, будешь улыбаться, будешь радовать гостей. И даже иногда, если будешь очень хорошо себя вести, я буду позволять тебе видеться с твоим Сноу. — Он подмигнул. — Это ведь приятно, правда? Видеться со старыми друзьями? Люси Грей молчала, перебирая в голове варианты. Их было мало. Почти не было. Дамиан встал, поправил костюм. — Отдыхай, дорогая. Сегодня вечером у нас снова выступление. Ты споешь для гостей. И, может быть, твой Сноу снова придет. Кто знает? Он направился к двери, но на пороге обернулся. — Ах да, чуть не забыл. Лекарство, которое ты вчера пила... оно немного меняет память. Стирает плохое. Но иногда, если принять слишком много, может стереть и хорошее. Так что будь осторожна, Люси Грей. Не хотелось бы, чтобы ты забыла, за что борешься. Дверь закрылась. Люси Грей осталась одна. Она сжала розы в руке так, что шипы впились в кожу, и не почувствовала боли.