One OF us

Я всё-таки вскрыл конверт. Бумага тихо треснула под пальцами, и на секунду мне показалось, что я делаю что-то неправильное. Глупо, конечно. Это всего лишь письмо. Перевернув конверт и вытянул из него сложенный лист. Сверху, почти стёршимися чернилами, было написано: Playtime Co. Я знал это название. И одновременно не знал. В голове словно что-то шевельнулось, но память ускользала, как дым. У меня неприятно сжалось внутри. — Странно… — пробормотал я. Лист был старый. Пожелтевший, по краям немного порванный, будто его хранили где-то очень долго. Я развернул его. В глаза сразу бросился яркий красный цветок. А сверху его было что-то написано красными чернилами. Строк было всего несколько. «Все считают, что десять лет назад сотрудники пропали. Но мы всё ещё здесь. Найди красный цветок.» Я перечитал это ещё раз. И ещё. — Это что… розыгрыш? — тихо сказал я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Джон медленно опустил записку на стол. Его взгляд снова скользнул к конверту. Внутри что-то тихо звякнуло. Он нахмурился и перевернул конверт. На стол упала пластиковая карточка. Я машинально поднял её. Бейдж. Старый, потёртый, с тем же самым логотипом Playtime Co. Но взгляд сразу упал на фотографию. Я застыл.

***

На фото был парень лет шестнадцати. Русые волосы. И среди них — несколько белых прядей. Один глаз чуть светлее другого. Тот же самый взгляд. Те же черты лица. Только моложе. Гораздо моложе. Джон медленно поднёс карточку ближе к свету. Внизу было написано имя. John — сотрудник. Он почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. — Что… — тихо сказал он.-Это невозможно. Ему двадцать шесть. Этот парень на фотографии выглядел лет на шестнадцать. Как будто… на десять лет младше. Джон машинально подошёл к зеркалу в прихожей и посмотрел на своё отражение. Русые волосы. Белые пряди. Тот самый глаз. Джон медленно повернулся боком к зеркалу. Сначала он просто смотрел. Потом осторожно коснулся спины. На лопатках выступали два отростка. Небольшие, сантиметров двадцать… может, чуть больше. Они не были похожи на крылья. Скорее на странные костяные выступы, которые тянулись назад под углом. Кожа на них отличалась от остальной. Она была тоньше… рыхлее. Такой бывает кожа у птиц под перьями. Только здесь перьев не было. Ничего. Голая кожа, натянутая на тонкие кости. Он провёл пальцами по одному из отростков и вздрогнул. Чувствительность была настоящей. Это была часть его тела. — Я всегда думал… что это просто мутация… — тихо сказал он своему отражению. Слова прозвучали неуверенно. В голове на секунду мелькнула вспышка. Белый свет. Холодный стол. Чьи-то руки у него за спиной. "— Держите крепче!" Джон резко отшатнулся от зеркала. Сердце забилось быстрее. — Нет… — выдохнул он. Резкая боль. Голову будто разрывало на части не давая ему дальше думать. Джон схватился за голову и согнулся. Буд-то этим он сможет утихомирить эту боль. Он зажмурился. Резко под закрытыми веками пронеслись картинки. Такие..четкие и яркие. Много людей, разноцветное помещение, буква "Р". Джон резким ударом опустил руки на комод. — Я… работал там?.. Ответа не было. Только тяжёлое чувство, что письмо — не ошибка. Слишком много вопросов и Джон был уверен. Ответы он найдет там. На этой фабрике.

***

Он провёл рукой по лицу и устало выдохнул. — Бред… — тихо сказал он самому себе. Взрослый мужчина. Начальник отдела в крупной компании. И вот он сидит ночью на кухне и всерьёз думает о том, чтобы поехать на заброшенную фабрику игрушек. «Я окончательно сошёл с ума», — подумал он. Но что-то не давало закрыть конверт и забыть об этом. Он снова перевернул письмо. Конверт был старый, плотный. "Я остаточно решил. Мне нужны ответы. И возможно я смогу найти их на этой странной фабрике игрушек. Должно быть я сумасшедший. Взрослый мужчина у которого есть все что нужно. Но прошлое не отпускает меня. Я так отчаянно искал. Все эти годы. Способ узнать что мой рассудок скрыл от меня. Проходил врачей, процедуры, пил таблетки. Все врачи разводили руками и говорили что нужен либо триггер либо память сама вернётся со временем. " -Может это письмо и есть триггер если моё сознание так реагирует? В голове снова загудели мысли. Кем я был? Что я делал? Где моя семья? Даже если это глупая шутка я не упущу ни одну возможность узнать свое прошлое. -Завтра возьму отпуск и поеду туда. А сейчас нужно ложиться спать. Джон устало вздохнул положив это письмо на стол. Лениво встал и направился в спальню. Мысли все ещё были взбудоражены и вся эта ситуация крутилась у него в голове но он пытался отогнать все мысли оставив их на завтра лег на кровать уже засыпая. Ему снился сон... такой яркий с кучей деталей. Ему обычно не сняться сны. Некогда. Вот он идёт по прямой дороге. Вот завод. Он держит заруку какого то мальчика его лицо было размыто. Вот уже он в здании люди... их очень много. Разноцветное помещение, голоса какие-то далекие...не четкие. - Здравствуйте. Джон резко подорвался с кровати сердце сильно билось глаза бегали по комнате. Он дома. В безопасности. Руки были мокрые, лоб в поту. С окна под плотными синими шторами пробывался яркий свет. Джон перевёл свой взгляд на стену где висели круглые чёрные часы. Шесть часов утра. Джон хотел лечь снова спать но покрутившись минут 20 понял что снова в мир грёз он не попадёт. Разочарованно поднявшись я поплелся в ванную умываться. Было такое помятое состояние буд-то по мне фура проехалась. После того как я умылся и уже успев выпить кофе мне стало заметно легче. Пока утром у меня было свободное время я почитал и нашёл запись новостей где говорилось об ищезновении сотрудников на этой фабрике. Почему то моё внимание привлекла дата интервью, порывшись в папке с документами что лежали в шкафу. Смерив с датой моей операции и выписки с больницы после аварии даты совпали. Когда я поступил в больницу то на следующий день и случилось это загадочное происшествие. Любой бы нормальный человек сказал "Просто совпадение" но почему то я был уверен что это не просто совпадение как и письмо. И подтверждение всему этот чёртов бейджик. Теперь нужно было ехать в офис и писать заявление на отпуск. Я оделся быстренько выбежав на улицу сел в свою машину. Поездка заняла не много времени. Сегодня на дороге было удивительно пусто. Меня все ещё не покидала мысль что лучше бы я эти 4 недели потратил на то чтобы съездить за границу на море а не переться в богом забытое место.

***

«Я взял отпуск. Самый длинный за последние годы. Коллеги удивились, начальство тоже. А я сам не мог объяснить, зачем это делаю. Просто… письмо. Просто старая фабрика. Просто чувство, будто если я туда не поеду — я так и не узнаю, кем был на самом деле.»

***

И вот он подъезжает к месту которое было отмечено у него на карте в телефоне. Дорога заняла где то 3 часа.. Где то он уже это слышал. Машина тихо остановилась. Навигатор пискнул и равнодушным голосом сообщил: — Вы прибыли в пункт назначения. Я несколько секунд просто сидел, глядя через лобовое стекло. Передо мной стояла она. Фабрика. Огромная, будто вырезанная из старого бетона. Трубы поднимались высоко над крышами, но ни одна из них не выпускала дым. Они стояли неподвижно. Мёртвые. Я медленно выдохнул и открыл дверь машины. Холодный воздух ударил в лицо. И сразу же я почувствовал запах. Сладковатый. Странный. Будто старый пластик, пыль… и что-то ещё. Я нахмурился. — Этот запах… Он был знаком, даже очень. На секунду в голове мелькнуло что-то чужое: яркий свет, шум машин, чей-то голос… И всё исчезло. Я резко вдохнул, пытаясь поймать это чувство снова, но память снова ускользнула. Передо мной тянулся старый асфальт. Он был ровным, но теперь его покрывали длинные трещины. Между ними пробивалась трава. Вокруг всё заросло. Сорняки тянулись вдоль забора, цепляясь за ржавый металл. Здания выглядели так, будто их оставили много лет назад. Некоторые окна были выбиты. Краска на стенах всё ещё оставалась яркой — красной, жёлтой, синей — но теперь она выглядела странно. Выгоревшая, местами потресканная, почти кислотная. Будто сама фабрика медленно разлагалась. Я сделал шаг вперёд. Потом ещё один. И с каждым шагом внутри становилось всё тяжелее. Где-то глубоко в животе затянулся тугой узел. Волнение. Страх. И странное чувство… будто я возвращаюсь туда, где уже был. — Здесь должны быть ответы… — тихо сказал я самому себе. Ворота были наполовину открыты. Ржавые, тяжёлые. Толкнувши их плечом. Металл протяжно заскрипел. Звук разнёсся по пустой территории фабрики. Слишком громко. Я шагнул внутрь. Теперь бетонные стены возвышались прямо передо мной — огромные, толстые, холодные. Они казались почти неприступными. Я поднял голову и посмотрел на здание. Десять лет. Десять лет назад здесь исчезли люди. И если записка не врала…они всё ещё здесь. Я нервно выдохнул. И сделал ещё один шаг к фабрике. Старясь заходить аккуратно, почти не дыша. На удивление главные двери были открыты. Меня встретило больше помещение, стойка регистрации с кислотно красной буквой 'Р' над ней, и куча дверей. Все было старым, грязным. Но следов красок, рисунков на стенах с пентаграммами что рисуют подростки тут не было как на обычных заброшках. Будто тут остановилась жизнь на эти 10 лет. Только доказательство того что время не замерло были выцветшие стены, и куча пыли. Я неуверенно прошёл дальше в глубь здания за дверьми находились ещё коридоры с кучей дверей. Направившись в один из этих походов я продолжал идти прямо мимо помещений заглядывая в некоторые что привлекали глаз. Продолжая дальше идти я увидел дверь которая отличалась от других. Она была серой без стёкол. Просто дверь. Я зашёл внутрь моя рука сама нащупала свет чуть слева от двери. Это произошло машинально я даже не понял как моя рука уже включила свет. Комната была маленькая, кровать комод стеллаж с шкафчиками... Стоп. И как под гипнозом направился к кровати. Сделав пару шагов я присел на неё. Руки самые потянулись к комоду. Внутри лежали старые вещи. Несколько потрёпанных книг. Фотоаппарат. И фото... Я поднёс фотографию ближе к себе. На снимке был маленький мальчик лет шести. Он стоял между мужчиной и женщиной. Мужчина держал его за плечи, женщина наклонилась ближе, обнимая обоих. Они улыбались, а за их спинами виднелось море. Несколько секунд я просто пялился на их лица. Потом перевернул фотографию. На обратной стороне кривыми детскими буквами было написано: "Я с мамой и папой на море!" Тяжелый вздох вырвался из моей груди. — С Мамой… и папой да? Слова сами сорвались с губ. И вдруг в голове словно что-то щёлкнуло. "Несчастный случай... Чей-то плач. Дрожь. Страх. И мужской голос — тихий и тяжёлый: — …они скончались." От резкой боли что пронзила мою голову я резко зажмурился. Голова заболела так, будто кто-то сдавил её изнутри. Перед глазами снова возникли лица с фотографии. И вдруг я понял. Эти люди были мне знакомы. Нет. Я знал их лучше чем кто либо другой. "Родители..."- в голову больно пришло осознание. Моя грудь сжалась. -Так... вы получается умерли.. Я не помнил, когда это произошло. Не помнил похорон. Не помнил, как это случилось. Но — их больше нет. Снова посмотревши на фотографию я заметил ещё одну деталь. Я нахмурился и поднёс снимок ближе. У мальчика на фотографии были обычные глаза. Оба. И волосы… обычные русые. Ни одной белой пряди. Я медленно провёл рукой по своим волосам. Белые пряди. Потом коснулся века. Тот самый бледный глаз. — Это… не я? — тихо прошептал Джон. Но лицо было моё. Только… младше. И обычное. Я опустил фотографию и устало посмотрел в сторону комнаты. И вдруг заметил в углу что-то круглое. Мяч. Волейбольный мяч, покрытый пылью. Пальцы сами сжали его. И вдруг перед глазами мелькнуло: школьная площадка, крики, смех. "— Джон! Пасуй сюда!" Мяч летит через сетку. Я подпрыгиваю и отбиваю его. Воспоминание исчезло так же быстро, как появилось. — Волейбол… Я… любил играть. Положивши мяч обратно я неспеша повернулся и снова посмотрел на комод. Что-то на его поверхности блеснуло под слоем пыли привлекая внимания. Потянувшись я взял маленький металлический значок. На нём был логотип какого-то старого хоррор-фильма. Провевши пальцем по металлу голова начала нить сильнее. Воспоминания приходили один за другим. Тёмная комната. Экран телевизора. Несколько молодых мальчишек сидят рядом. Кто-то нервно смеётся. "— Если ты сейчас закричишь, мы тебя больше на фильмы не позовём!" Я тихо усмехнулся. — Я любил ужастики… Открыв нижний ящик комода я начал рыться глубже. Пальцы нащупали ещё одну фотографию. На снимке был парень лет шестнадцати. Я сразу узнал себя. Та же улыбка. Те же черты лица. Но и на этой фотографии я снова был обычным ребёнком. Джон нахмурился. Медленно достал из кармана бейджик, который нашёл в конверте. На нём была фотография. Тоже я. Тоже примерно шестнадцать лет. То же лицо. Но здесь…белые пряди. И один глаз бледный. Я снова посмотрел на фотографию в руках. — Почему…? Моё внимание привлёк человек который был со мной на снимке. Рядом стоял мальчик. Он приобнимал меня за плечо. Мы улыбались. Он был очень похож на меня. Но… я не помнил его. Совсем. Сколько не разглядывал фотографию, а в голове нечего не всплывало. Я вспомнил родителей их смерть. Вспомнил школу, друзей. Даже то, что любил волейбол и ужастики. И ещё…я работал здесь. На этой фабрике. Но мальчик на фотографии…кто он? Почему моя внешность так резко поменялась? В голове вопросы крутились как рой пчел. Я медленно опустился обратно на кровать, продолжая смотреть на снимок. — Кто же ты…? Ответа, конечно, не последовало.

***

Комната снова погрузилась в тишину. Только старые лампы под потолком тихо гудели. Джон нахмурил брови и положил эти две фотографии себе в не большую сумку. Если он продолжит сидеть здесь, ответов не появится. Он уже понял одну простую вещь: чем глубже он будет идти по фабрике, тем больше узнает о своём прошлом. Джон медленно встал с кровати, ещё раз оглядел комнату и направился к выходу. Через несколько минут он снова оказался у стойки регистрации. Пыль всё так же лежала на столе толстым слоем, а тишина казалась даже тяжелее, чем раньше. Джон повернул в другую сторону коридора. В конце прохода виднелись большие стеклянные двери. Рядом с ними находилась странная панель — цифровой замок с цветными кнопками. Красная. Синяя. Жёлтая. Зелёная. — Это что? Код по цветам? Естественно, он его не знал. —Бедные дальтоники— пробормотав себе под нос язвительно, и посмеявшись над своим же сарказмом. Он немного постоял перед дверями, затем решил осмотреться вокруг. Может, где-нибудь есть подсказка. Пройдя дальше по коридору, Джон заметил одну приоткрытую дверь. Осторожно толкнув её, он заглянул внутрь. Это был склад. Комната была огромной. Вдоль стен стояли высокие стеллажи, заставленные коробками с игрушками. Некоторые из них были открыты, и из них выглядывали яркие плюшевые лапы, пластиковые головы и разноцветные детали. Внутри было почти темно. Лишь несколько ламп под потолком мерцали, то вспыхивая, то снова погружая склад в полумрак. Джон медленно сделал несколько шагов внутрь. — Какого черта… — прошептал он. Фабрика заброшена уже десять лет. Но электричество всё ещё работает. Лампы продолжали мигать. Вдруг сверху послышался тихий металлический скрежет. Джон остановился резко поднимая голову. Под самым потолком проходили рельсы — узкая железная дорога, которая тянулась по всему складу. И по этим рельсам ехал маленький игрушечный паровозик. Он медленно двигался по кругу. Колёса тихо стучали по рельсам. Чух… чух… чух… Джон удивлённо смотрел вверх. — Блять… у меня чуть сердце в пятки не ушло— с неким облегчением выдохнул он. "Фабрика не работает уже десять лет. Почему у игрушки до сих пор не сели батарейки?" Паровозик проехал над его головой. Вагончики за ним были окрашены в разные цвета. Красный. Синий. Жёлтый. Зелёный. Джон на секунду задумался. Он снова вспомнил панель у стеклянных дверей. Те же цвета. — А вдруг… — тихо сказал он. Может, это и есть разгадка? Джон начал медленно идти по складу, наблюдая за паровозиком и цветами вагонов. По пути он замечал стены, увешанные старыми плакатами. На одном из них была изображена улыбающаяся игрушка с огромными глазами. Под ней яркими буквами было написано: "Игрушки Playtime Co. — лучшие друзья детей!" На другом плакате была нарисована целая компания мультяшных персонажей. Они улыбались. Махали руками. Будто приветствовали каждого, кто проходил мимо. Но в тусклом мерцающем свете ламп их улыбки казались… странными. Джон продолжал идти между коробками. Пыль тихо поднималась от его шагов. А где-то над потолком всё так же ехал игрушечный поезд. Чух… чух… чух… И чем дольше Джон находился на складе, тем сильнее ему казалось, что он здесь не один. Мужчина знал что это глупости и это просто игрушки но в таком месте которое очень бы даже подошло для хоррор фильма что только не надумаешь. Вышедшие из склада он направился снова к двери и вёл порядок который был на паровозике. Зелёный. Синий. Жёлтый. Красный. И дверь действительно открылась. -Бинго! - Мужчина был очень доволен что разгадал такую простенькую загадку. Он любил их с самого детства в этом он был уверен. Зашедши в комнату его встретили очень много синих стульев, пару столов и куча старых компьютеров которые были прикреплены к стене. "Как камеры для наблюдения в старых фильмах." подметил для себя он. Джон остановился возле старого стола у стены. На нём стоял пыльный кассетный магнитофон. Рядом лежала единственная кассета. — Серьёзно? — пробормотал он. — Кто вообще оставляет такие вещи в заброшенном месте? Вставил кассету и нажав кнопку воспроизведения. Магнитофон тихо зажужжал, и через секунду из динамика послышался бодрый мужской голос. — Добро пожаловать в Playtime Co.! Если вы слушаете эту запись, значит, вы получили новейшее устройство нашей фабрики — Гранпак! Джон опустил взгляд на странный рюкзак с длинными механическими руками. Голос на записи продолжал: — Гранпак— это высокотехнологичный инструмент, разработанный для помощи нашим сотрудникам. С его помощью вы сможете хватать предметы на расстоянии, проводить электричество и взаимодействовать с механизмами фабрики. Джон скептически хмыкнул. -То есть…электронная карточка доступа, — сказал он. — Только в виде огромной игрушечной лапы. Гениально. На записи тем временем бодро продолжали инструктаж. — Обратите внимание: руки Гранпака обладают высокой силой захвата. Используйте устройство осторожно. Неправильное применение может привести к серьёзным травмам. Джон приподнял бровь. Голос сделал небольшую паузу, а затем весело добавил: — Например, вы можете случайно… оторвать кому-нибудь голову! На секунду в комнате снова воцарилась тишина. Джон медленно посмотрел на рюкзак. — Вы там серьёзно? — возмущенно добавив — Это у вас такая техника безопасности?! Он снова посмотрел на механические руки устройства. "Отлично. Фабрика игрушек, где рабочим выдают штуку, которая может оторвать человеку голову. Что вообще могло пойти не так?" Джон медленно закатил глаза. Он устало провёл ладонью по лицу и на секунду прижал её ко лбу, будто пытаясь собрать мысли. — И как я только мог тут работать… — тихо пробормотал он себе под нос. — С этими вот… Он бросил взгляд на рюкзак с механическими руками. — …гениями техники безопасности. Мужчина тяжело выдохнул и снова посмотрел на устройство. Немного помедлив, всё же надел устройство на плечи. Ремни неприятно скрипнули, когда он затянул их. От рюкзака вперёд тянулись две толстые кабельные катушки, заканчивавшиеся большими перчатками. — Ну-ка. Но рука была только одна Синяя. Джон нахмурился. Он посмотрел на вторую сторону. Пусто. — Подождите… — в голосе отдавалось замешательство. Он пару секунд молча смотрел на устройство, будто надеялся, что вторая рука появится сама. Не появилась. Джон фыркнул. — Серьёзно?.. — недовольно постучал пальцем по корпусу. — В рекламе вроде было две перчатки. Он покосился на синюю перчатку. — Отлично. Полукомплект. Джон покрутил рукоятку в руке. — Фабрика игрушек, высокие технологии… а выдать нормальный набор уже было слишком сложно? Но все что оставалось это вздохнуть и пожать плечами. — Ладно. Может, вторую лапу где-нибудь дальше найду. Он оглядел тёмный коридор фабрики. — Надеюсь. В рукоятках чувствовались кнопки и небольшие спусковые механизмы — видимо, именно ими и запускались руки. Он осторожно сжал одну из рукояток, рассматривая механизм. Джон покрутил кистями, привыкая к весу устройства. — Ладно посмотрим, на что ты способен. Джон осторожно сжал рукоятку синей перчатки, проверяя механизм. Трос тихо зажужжал. — Ну… хоть эта работает. Он поднял взгляд в сторону глубины фабрики. — Теперь идём искать вторую половину этого… чуда инженерии. Выйдя обратно к стойке, Джон на секунду остановился. Он провёл взглядом по тёмному холлу, обдумывая, куда идти дальше. По обе стороны от стойки уходили два прохода. Перед ними стояли старые турникеты — такие же, как на заводских проходных. Металлические перекладины потемнели от времени, а за ними коридоры уходили в полную темноту. — Ну и куда теперь… — тяжело вздохнув сказал Джон. Он уже собирался пойти наугад, когда заметил что-то странное. В одном из проходов, где-то ближе к потолку, ярко-синим светился небольшой датчик с изображением ладони. Джон прищурился. — О. Он усмехнулся. — А вот и подсказка. —Подняв руку и прицелился. Джон нажал кнопку на рукоятке. Катушка на рюкзаке резко закрутилась. Хлоп! Синяя перчатка выстрелила вперёд и с глухим шлепком прилепилась к сканеру. На панели сразу загорелся свет. Раздался короткий пик. По двери сверху вниз медленно прошла тонкая голубая линия, словно сканируя доступ. Джон задержал дыхание. Ещё один сигнал. И через секунду тяжёлая дверь с металлическим скрипом начала открываться. Он довольно хмыкнул. — Ну надо же. Ладно признаю эта штука полезная. Джон осторожно потянул руку обратно, когда перчатка отцепилась от сканера. За дверью начинался новый коридор. Света почти не было. Ни окон, ни ламп, ни дверей — только голые стены и тянущаяся вперёд темнота. Где-то вдалеке виднелось слабое свечение. — Ну хоть что-то… — сказал слегка раздражённо Джон и направился туда. Через несколько шагов коридор вывел его в большое круглое помещение. Джон остановился. В центре зала находилась круглая платформа. На ней стояло высокое синее существо — длинные руки, огромная улыбка и круглые чёрные глаза. В его лапах была табличка с надписью Playtime Co. — Ого… — тихо сказал Джон. — А это ещё что за чудо-юдо? Он подошёл ближе. Под платформой была установлена небольшая табличка. Джон наклонился и начал читать. "Playtime Co. представляет лучшего друга для каждого ребёнка —Хагги Вагги! Всегда улыбается, всегда готов обнять и никогда не оставит вас одного!" Джон медленно поднял взгляд на синюю фигуру. — Ага… — протянул он. — Значит эту чупакабру завут Хагги Вагги. Он скептически прищурился. — Что-то у меня от твоей улыбки мурашки по спине. Вокруг платформы были разбросаны огромные детские кубики — такие же, как в игровых комнатах, только размером почти по колено. Джон прошёлся по залу, осматриваясь. На одной из стен он заметил тяжёлую дверь. Рядом с ней находилась панель со сканерами двух ладоней — синей и красной. Джон остановился. — Да вы издеваетесь… Он посмотрел на свою руку с гранпаком. Синяя перчатка была. Красной — нет. — Ну конечно… — раздражённо фыркнув он повернулся и продолжил осматривать помещение. На противоположной стороне была ещё одна дверь. Джон прищурился. Рядом с ней был только один сканер. Синий. — О… Ну хоть кто-то тут подумал головой. Джон поднял руку и прицелился. — Ладно. Попробуем. Он нажал кнопку. Катушка на рюкзаке закрутилась. Секунда. Вдруг раздался резкий треск. Панель мигнула. По проводам пробежали искры. Сканер жалобно пискнул и погас. Дверь даже не пошевелилась. Джон медленно втянул воздух. — Да твоюж... Он дёрнул трос, возвращая перчатку обратно. Мужчина снова посмотрел на дверь. Та оставалась абсолютно неподвижной. Джон раздражённо провёл рукой по волосам. — Ну зашибись. Он оглянулся на синюю «статую» в центре комнаты. — Не знаешь, что ли, как эту штуку открыть? Синее существо всё так же молча улыбалось. Джону уже казалось что у него едет крыша. Стоит на заброшенной фабрике и разговаривает с синим пугалом. В этом месте была такая давящая тишина что лучше было разговаривать самим с собой только лиж бы лёгкое чувство тревоги хотя бы немного отступило. Джон едва успел перевести взгляд на Хагги Вагги, как что-то блеснуло у него в лапе. — А…? — Он пригляделся и увидел, что игрушка держит ключ. —Подожди… что за хрень… — выдавил он сквозь зубы, голос слегка дрожал. — Ключ… у тебя… как это вообще возможно? Внутри подступила паника. Сердце стучало так, что казалось, будто барабанная дробь в ушах. "Откуда у него ключ? Я что, слепой, или это прошло мимо меня?" Он сделал шаг вперёд, рука с грампаком напряглась. Джон не подходил слишком близко, пытался держаться как можно дальше от этой статуи которая уже таковой не казалась. – А ну отдай ключи сюда. —Джон точно был уверен что ключа у него не было. — Ладно… спокойно… я просто похоже не заметил— пробормотал он себе под нос, сжатые пальцы чуть дрожали. "Не теряй голову…Джон ты просто был не внимателен." Грампак сомкнулся на синей лапе, осторожно подхватывая ключ. Джон с усилием вдохнул, пытаясь заглушить внезапный прилив тревоги. – А все нету ручек нет конфетки.—пытался отшутиться он от этой ситуации. Джон с подозрением покосился, изучал огромную игрушку перед собой. Синий монстр продолжал стоять и улыбаться. Джон начал делать неуверенные и настороженные шаги отдаляясь от синего существа. Подошедши к той двери что не открылась в первый раз. Вставивши ключ он подошёл. Что ещё больше посеяло вопросы и тревогу Джона. Зашевши в комнату и немного покопавшись Джон переступил чинить. " Да как оно тут делается все? Ох зря я в школе прогуливал физику с технологиями! " С помощью гранпака починив электричество покрутившись вокруг железных столбов. Везде даже в этой комнате висели старые плакаты с разными существами. Вон тот же Хагги только розовый а вот котик с надписью кенди-кет. Вышедши обратно мужчина остолбенел, кровь замерла и он был уверен если посмотрит в зеркало то будет белее мела. Все его чувства кричали валить с этой фабрики к чертям. Статуи не было. Пусто. Как будто там минуту назад и некто не стоял. -А где? - Джон даже не знал как реагировать он судорожно начал крутить головой в поиске Монстра. Его сердце всё ещё колотилось, ладони потели, а разум пытался найти хоть какое-то объяснение происходящему. - Куда делся синий?! " Оглядываясь вокруг мне показалось что это синяя штука показалась в темноте. Ну блин как же я надеюсь что это игра света и оно не ходит. А может это робот? Бля Джон ну какой робот это ж тебе не вчера фабрику забросили 10 лет тут ни одной души не было у них бы батарейки поседали! " Он сделал несколько осторожных шагов по комнате, напряжение нарастало с каждым движением. Комната, казалось, сжималась вокруг него, гнетущая тишина давила на грудь. Первое желание было простым. Почти инстинктивным. Убраться отсюда. Прямо сейчас. Развернуться, выйти из этого проклятого здания, пройти через эти ржавые ворота, сесть в машину и уехать. Как можно дальше. Не оглядываясь. Не думая. К чёрту эту фабрику. К чёрту письмо. К чёрту все эти странности. Сердце всё ещё колотилось так сильно, что Джон чувствовал пульс в висках. Он медленно провёл ладонью по лицу, пытаясь успокоиться, но пальцы дрожали. Холодный воздух заброшенного здания будто пробирался под кожу. Каждый вдох отдавался неприятной тяжестью в груди. — Чёрт… — тихо выдохнул он. В голове уже возникла простая картина. Он выходит из фабрики. Холодный ветер на улице. Его машина всё ещё стоит там, где он её оставил. Он садится за руль, заводит двигатель и уезжает. Три часа дороги назад, тёплая квартира, нормальная жизнь. Никаких живых статуй, странных воспоминаний, пустых коридоров. Только тишина и обычная жизнь. Это было бы так просто. Настолько просто, что Джон почти сделал шаг к выходу. Но он застыл. Мысли начали цепляться одна за другую, словно кто-то перебирал старые фотографии в его голове. Письмо. Старый пожелтевший лист. Красный цветок. «Найди красный цветок.» Бейдж. Пластиковая карточка с логотипом фабрики. Его лицо на фотографии. Маленький мальчик между мужчиной и женщиной. Грудь неприятно сжалась. Лица родителей всплыли перед глазами. Смутные, будто покрытые туманом, но всё равно знакомые. И тот голос."…они скончались." Джон сжал челюсть. Он помнил это чувство. Чувство, которое разрывает изнутри, когда ты слышишь слова, после которых мир уже никогда не будет прежним. Но.. Не помнил, как жил после этого. Шестнадцать лет. Шестнадцать лет его жизни были словно вырезаны. Огромная чёрная дыра в памяти. Он столько времени пытался понять, что с ним произошло. Врачи, больницы, процедуры, тесты, Таблетки. Но годы шли. А пустота оставалась. Он пытался жить дальше — так, как будто это вообще возможно, когда внутри тебя не хватает куска собственной жизни. Работа, квартира, обычные дни, складывающиеся в привычную взрослую реальность, где всё вроде бы на своих местах… и в то же время — нет. Потому что где-то глубоко внутри всегда оставалось это чувство. Тихое, упрямое, не дающее покоя. Будто часть его самого была не прожита, не понята, не вспомнена — словно её вырвали и спрятали там, куда он не мог дотянуться. Он привык с этим жить. Привык не задавать лишних вопросов. Привык заполнять пустоту делами, шумом, усталостью. Но ощущение не исчезало — только становилось тише, глубже, тяжелее. И теперь… Теперь он стоял здесь. Не где-то абстрактно «в прошлом», не в воспоминаниях, а в реальном месте, в которое его будто привело само это чувство. В месте, где всё начиналось — или, возможно, где всё оборвалось. И вдруг стало до странного ясно: всё это — не случайность. Не совпадение. Не ошибка. Это было связано. С ним. С тем, чего он лишился. С тем, что до сих пор оставалось запертым внутри. Он мог уйти. Просто развернуться, выйти за дверь, сесть в машину и уехать, как будто ничего не произошло. Вернуться к привычной жизни, к её предсказуемой пустоте, к дням, которые проходят один за другим, не оставляя следа. Он мог снова сделать вид, что всё в порядке. Но тогда… Он снова останется ни с чем. С теми же вопросами, на которые нет ответов. С тем же глухим ощущением, что он живёт не до конца. С той же пустотой, которую уже невозможно не замечать. И в этот раз он вдруг понял — если он уйдёт сейчас, он больше никогда не вернётся. И тогда эта часть его исчезнет окончательно. А значит… выбора у него, по сути, уже не было. Джон медленно выдохнул. Страх никуда не делся. Наоборот — стал только сильнее. Это место было неправильным. И эта чёртова синяя статуя, которая только что исчезла, совершенно не помогала чувствовать себя спокойнее. Он прекрасно понимал, что нормальный человек на его месте уже бежал бы к выходу. Но вместе со страхом внутри поднималось другое чувство. Тяжёлое. Упрямое. Злое. Он сжал пальцы на рукоятке грампака чуть сильнее. — Нет… — тихо сказал он самому себе. Голос прозвучал глухо, но уверенно. — Я не уйду. Он поднял взгляд на старую местами ржавую железную дверь. Туда, где, возможно, прятались ответы на все вопросы, которые мучили его последние десять лет. Джон сглотнул. Сердце всё ещё билось быстро. Но теперь он уже не колебался. — Мне нужны ответы… — решительно решив. Вздохнув, он отвернулся от пустого центра зала и направился к двери с синей панелью. Ладонь машинально легла на синюю рукоятку грампака. Джон немного дернулся, будто проверяя, не обманет ли его снова электричество. На этот раз заработало. — Ладно…спокойной все нормально — Ничего не нормально, вдолбить это себе в голову не получалось. Джон уже точно понимал. Он здесь блять не один. Как минимум это чучело точно не статуя. Он активировал панель. Голубой свет мягко прошёл сверху вниз, сканер зажужжал, и дверь медленно начала открываться, плавно поднимаясь вверх. Джон ощутил короткое облегчение, но оно сразу растворилось в густом ощущении тревоги. — Ну, по крайней мере, дверь открылась.        Каждый звук, каждый скрип, каждое колебание воздуха заставляли его вздрагивать. И хотя он пошёл дальше, сердце продолжало биться в бешеном ритме, а разум пытался понять, с чем он столкнулся и что ещё ждёт его за следующей дверью. За ней был светлый коридор очень старый, на полу были грязные чёрные пятна. Джон подошёл к левой двери, где виднелась цифра «05» и синяя ладонь. Он замер. Сердце сжалось, дыхание участилось. Ладонь медленно соскользнула по стене и скрылась в щели двери. — Блядь… — нервно выдохнул Джон, он реально сошёл с ума и это все ему кажется. Но факт был на лицо. — Оно… реально двигается… За его спиной раздался тяжёлый металлический звук. Щёлк. Звук был короткий, но такой громкий в этой тишине, что Джон вздрогнул всем телом. Он резко обернулся. — Что…нет! Дверь уже начала медленно опускаться. Металлическая панель скользила вниз с неприятным скрипом. — Стой! — крикнув, делая быстрый шаг назад. Он схватился за низ двери обеими руками, пытаясь остановить её. Холодный металл впился в ладони. Но дверь продолжала двигаться. Медленно. Тяжело. Неумолимо. — Ну же! — прикрикнул Джон сквозь зубы, напрягая руки. Но силы были бесполезны. Механизм внутри двери тихо загудел, словно вообще не замечая его попыток. Металл опустился ещё ниже. Ещё. И с глухим тяжёлым стуком встал на место. Тишина вернулась мгновенно. Густая. Давящая. Джон несколько секунд просто стоял, глядя на закрытую дверь. Будто не до конца верил, что это произошло. Мужчина осмотрел дверь на ней не было никаких ручек или выступов внизу чтобы поднять её. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле. Он сделал шаг назад. И только теперь до меня начало доходить. Раньше был выбор. Я мог уйти. Ещё когда увидел это огромное мёртвое здание и почувствовал тот странный сладковатый запах в воздухе. Мог просто развернуться. Сесть в машину. Уехать. Ещё тогда... Просто развернуться и уйти, когда увидел пустые коридоры. Когда понял, что электричество всё ещё работает. Когда нашёл ту комнату. Когда вспомнил родителей. Даже когда эта чёртова синяя игрушка исчезла. Любой нормальный человек на моем месте ушёл бы ещё тогда.. Но он остался. Потому что хотел узнать правду. Потому что хотел ответы. И теперь…Пути назад больше не было. Джон медленно повернулся. Перед ним тянулся новый коридор. Он стоял несколько секунд, просто глядя вперёд. Сердце всё ещё билось быстро. В голове крутилась одна мысль. Теперь он не просто искал ответы. Теперь он был заперт здесь. Наедине со всем тем, что скрывала эта фабрика. Медленно вдохнув наполняя лёгкие воздухом пальцы крепче сжали рукоятку грампака. Взгляд переместился к проходу с кубами — завален полностью, идти туда было невозможно. Джон попытался открыть правую дверь. Она тоже была заперта. Сердце сжалось ещё сильнее. “Так… назад пути нет… и вариантов почти нет…” — пронеслось в голове. Он медленно перевёл взгляд туда, куда исчезла рука синего существа. Холод пробежал по спине. Это был единственный путь. Джон глубоко вдохнул, сжал рукоятку грампака и шагнул в ту сторону. Выбора у него больше нет. Никакого. Джон аккуратно приоткрыл дверь и заглянула внутрь. -Отлично.. Длинный и тёмный коридор. - Джон не очень был довольный перспективой идти туда. Особенно зная что это существо там. Но деваться некуда. Я начал медленно продвигаться по этому узкому коридору вдали ели освещала и мерцала лампочка а под ней была дверь. Сверху был рисунок того Хагги в шлеме и с молотком. -Скорее всего это уже какое-то служебное помещение. Монолог мужчины прервала треснувшая труба которую прорвало сильным напором воды. Джон от неожиданности аж отпрыгнул стукнувшись плечом об противоположную стену. -Да блять! Плечо неприятно заныло от удара, а вода быстро промочила рукав. Холодные брызги стекали по коже и неожиданно помогли Джону немного прийти в себя. Он тяжело выдохнул и провёл ладонью по мокрому лицу. -Руки бы оторвал тому кто делал эти трубы! Несколько секунд он стоял на месте, прислушиваясь. Вода продолжала шипеть из прорванной трубы и стекать по полу тонкими струйками. -Спасибо умылся. - С каким то растяжением и сарказмом сказал мужчина. Джон осторожно сделал шаг вперёд. Пол был мокрым, ботинки тихо чавкали. Свет то загорался ярче, то снова почти гас, заставляя тени на стенах двигаться. Каждый раз, когда лампа моргала, сердце Джона на секунду замирало. Он протянул руку к двери, но на секунду замер. Где-то позади него раздался тихий звук. Очень тихий. Будто что-то мягко коснулось металла. Джон резко обернулся. Коридор позади был пуст. Только тусклый свет лампы и мокрый пол, по которому стекала вода. Он несколько секунд смотрел туда, не двигаясь. — Показалось… — липкое чувство напряжения охватило его. Но всё равно ускорил шаг. Паранойя нарастала с каждой секундой прибывания тут. Подойдя к двери, Джон крепче сжал рукоятку грампака и осторожно взялся за ручку. Шагнув внутрь помещение оказалось небольшим и больше всего напоминало подсобку. Потолок был низкий, воздух стоял тяжёлый, пахло пылью, пластиком и чем-то старым. Вдоль стен стояли коробки, некоторые были открыты, из них выглядывали игрушки. " Мне постоянно казалось что кто-то ходит рядом прям за стенкой. Больше. Опасное. Или... вентиляция. Что-то ползает но как только я прислушиваюсь. Тихо. Нечего нет. Это немного сводит мой рассудок. И каждый шорок уменьшает мою возможность на нормальную психику. " Джон медленно подошёл к ближайшей коробке и заглянул внутрь. — Ну и где мне вообще мать вашу искать этих сотрудников? Фабрика десять лет не работает, все старое и держится на соплях. Как тут может быть хоть кто-то?! Он достал из коробки странную игрушку — маленького кота с жёлтыми крылышками. — Кот-пчёлка… серьёзно? Ну это ещё довольно безобидное. Он положил игрушку обратно и заглянул в другую коробку. Там лежал кот-конфетка с розовой обёрткой вместо хвоста и какой-то зелёный динозаврик с огромными глазами. Джон тихо хмыкнул. — Забавно… столько игрушек, столько идей… а в итоге всё это просто лежит здесь, в темноте. Даже немного жаль. Их ведь явно делали для детей… а не для того, чтобы они пылились в каком-то заброшенном складе. Он выпрямился и огляделся. В углу стоял старый жёлтый телевизор с видеомагнитофоном. Рядом лежала видеокассета. — О… отлично. Ещё один. Джон взял её и покрутил в руке. — Ну давай… посмотрим, что у вас тут. Он вставил кассету в проигрыватель. Телевизор тихо зашипел, экран моргнул, и через секунду послышались голоса. Два мужчины разговаривали где-то на фоне шума склада. — …коробки уже подготовили. Их нужно отправить в приют до конца недели. Джон нахмурился. — Приют?.. Он прислонился плечом к стене, продолжая слушать. — Я уже сказал, не перепутайте маркировку. Там игрушки Хагги, они идут отдельно. Это заказ специально для приюта. Второй голос звучал раздражённо. — Да я понимаю, но нам опять прислали половину коробок без нормальных накладных. Если начальство хочет, чтобы всё работало нормально, пусть сначала научится организовывать склад. Первый мужчина резко ответил: — Меня не волнует, что вам прислали. Делайте свою работу. Экран снова зашипел, запись оборвалась. Джон медленно вытащил кассету. — Приют… — тихо повторил он. Он несколько секунд смотрел на экран. — Странно… почему это слово звучит так знакомо? Будто я уже где-то его слышал… причём не просто случайно. Как будто… это слово должно что-то значить. Он нахмурился. — Коробки… игрушки… этот Хагги… и всё это отправляли в приют? Звучит вроде бы нормально… фабрика делает игрушки, игрушки отправляют детям… логично. Он медленно покачал головой. "Только вот что-то в этом разговоре звучало совсем не так, как должно." Джон выдохнул и оглянулся на лестницу. — Ладно… сейчас у меня есть проблемы поважнее. Он поднялся по лестнице. Наверху оказалось огромное помещение — склад с конвейерной лентой. Когда-то по ней ездили игрушки, но сейчас всё было остановлено. И там, сверху, под лампой, лежала красная рука. Джон остановился и посмотрел на неё. — Ого… ну конечно. Красная рука. Аккуратно лежит на самом видном месте, подсвеченная красной лампочкой, будто кто-то специально поставил её здесь, чтобы я обязательно её заметил. Он прищурился. — Даже не знаю… радоваться мне сейчас или начинать нервничать ещё сильнее. Он посмотрел на панель рядом. — И конечно же… батареек нет. Джон раздражённо вздохнул. " Ну не сиделось мне дома. Да заебись вместо моря я поперся на заброшенную фабрику! " -Ну другого пути всё равно нет. Джон осторожно перелез через край и спрыгнул, очень надеясь, что внизу не окажется каких-нибудь железяк. Приземление оказалось не самым приятным. Он глухо ударился о коробки набитые частями пластмассовых игрушек и сразу же скривился. Подминаясь и потирая поясницу шипя. — Надо же было так отбить себе задницу. Немного порывшись в коробках и стеллажах, Джон довольно быстро нашёл первую батарейку. Потом вторую. Третью. — Ну хотя бы не зря прыгал. Через пару минут поисков он нашёл и четвёртую. — Есть. Рядом обнаружилась массивная металлическая дверь. Джон вытянул руку грампака и потянул её на себя. Дверь неохотно поддалась, металл неприятно заскрежетал. Джон снова оказался в помещении с телевизором. Поднявшись по лестнице наверх и вставил батарейки в панель. Несколько секунд ничего не происходило. Потом где-то под потолком раздался тяжёлый металлический гул. Огромная железная рука начала двигаться по рельсе. Медленно проехавшись по потолку, она схватила футляр с красной рукой. Металл тихо заскрипел. Рука проехала обратно. Стеклянный кейс не выдержал — стекло с громким треском разлетелось на осколки, а звук эхом прокатился по всему складу. Джон поморщился. -В этот раз лучше спущусь без приключений. - он не горел желанием ещё что-то отбыть себе. Джон аккуратно спустился по лестнице и взял красную руку. Закрепив её на грампаке, он поднял обе руки перед собой. — Ну вот… теперь полный комплект. Наконец-то. Я был доволен проделанной работой. Осмотревши конвейер на нем стояли те же сенсоры только уже с двумя руками которые у меня теперь были. Я нажал на кнопки катушки зажужжали, руки вылетели и прикрепились к сканерам. Он открылся не полностью, дальше просто не хотел. -Ну значит поползем. - Проползя через узкий проём, он оказался внутри конвейера. Там было темно и тесно. Встать почти в полный рост получалось, но макушка постоянно упиралась в потолок, поэтому приходилось держать голову наклонённой. Немного пройдясь я не нашёл противоположный выход. Но он был закрыт. Зато заметил панели питания и металлические балки, по которым должен был проходить ток. — Ага.. опять? Бля лучше убейте чем снова быть электриком! Джон устало потер глаза привыкая к этой темноте. — Ну хорошо этим я уже знаком. Значит сейчас быстро починю и проход откроется. -Фух ну все. Джон уже ожидал, что где-нибудь откроется проход. Но вместо этого прямо рядом с его ухом раздался оглушительный гудок. — Твою— Конвейер резко дёрнулся. Джон от неожиданности потерял равновесие и упал на пол. Лента начала двигаться. И очень быстро. — Да вы издеваетесь?! Конвейер повёз его вверх. Вокруг замигали красные лампы тревоги, а из разных люков посыпались старые поломанные игрушки. Сверху. Слева. Справа. — Какого чёрта?! Джон пытался закрыть лицо руками, пока на него сыпались пластиковые головы, лапы и обломки. Лента резко закончилась. Джон почти вылетел вперёд, скатившись вниз, как по горке. Он глухо ударился о пол рядом с серой трубой, вокруг которой валялись осколки стекла. " Ай блять все я не хочу больше нечего делать уж лучше добейте " Несколько секунд он просто лежал. Потом медленно сел. — Я… начинаю… ненавидеть… эту фабрику. Джон вылез из груды мусора выругавшись. Осмотревшись, Джон нахмурился. Оно чем-то напоминало то, что он уже видел раньше… но выглядело немного иначе. Снова конвейеры, части игрушек, какие-то огромные машины. Некоторые из них напоминали печи у них спереди были круглые стеклянные окошки, похожие на глаза. Джон встал и подошёл к панели которая стояла почти в центре комнаты. На ней мигало "Нужно электричество" Джона уже оно начало подбешивать. — Да вы издеваетесь… — выдохнул он. — Я вам что, электрик, мать вашу? Рядом висела табличка. Джон наклонился ближе и прочитал: «Наш создатель, Элтон Людвиг, хотел, чтобы у каждого ребёнка был свой друг.» А ниже, большими разноцветными буквами, было написано: «Создай себе друга сам!» Джон тихо усмехнулся. — Да… звучит очень мило. Почти трогательно. Проведя взгляд по комнате в поисках где снова эти столбы его глаз зацепился за огромные красные потеки по всем стенам. Джон остолбенел ему очень хотелось верить что это просто краска а не красная жижа по названию кровь. Но очень мало верилось что это так. И уже реально вставал вопрос что тут сука произошло и если это кровь то кто это сделал? И если это было так то он уже догадывался где сотрудники. В углу увидев массивную лестницу которая была из железных прутьев. Вспоминая трубу с водой очень не хотелось идти по ним. Джон был прав сверху было конченое электричество. Провозившись минут 20 может больше. Провода в подтверждение выполненной работы затрещали от долгого не использования. — Ну вот… другое дело. Джон вытер руки и достал телефон. Он хотел посмотреть, сколько времени уже находится на фабрике. Но тут его ждала неприятная новость. Экран был полностью разбит. Телефон выглядел так, будто его переехал грузовик. Джон несколько секунд просто смотрел на него. — Ну… пиздец. От злости он швырнул телефон в стену. Осколки посыпались вниз, а звук удара гулко разнёсся эхом по всему помещению. " Блин а я только купил этот телефон! " Он глубоко вдохнул, успокаиваясь, и спустился вниз. На панели теперь горело зелёным. -Ну и что теперь.. Бля! Одна из коробок с глазками загудела как паровоз. Механизм запущен. Слева засветились рычаги возле колб с частями игрушек. -Ну хорошо значит сделаю себе дружка. Потянувши за три рычага повылазили разные части кукол и поехали через весь конвейер. Комната наполнились свистом и звуков работы этой огромной машины. Через пару минут с другой стороны выехал Кот-пчёлка. Джон наклонился и поднял её хмыкнув разглядывая. — Ну привет. Теперь хоть не буду ходить как псих и разговаривать сам с собой хотя даже с тобой это так и будет. Он осмотрелся. — И что дальше делать? В дальнем конце комнаты он заметил огромную железную дверь и рядом панель. Джон посмотрел на игрушку в руке. — Мне что… тебя туда положить? Он пожал плечами. — Ладно попробуем. Положив игрушку на платформу, он отошёл на шаг. Раздался тихий звук. Заработал сканер. Через секунду дверь медленно открылась. За ней было ещё одно помещение. Слева и справа стояли две стеклянные двери. А впереди тянулся проход, сделанный будто из огромных разноцветных кубиков. Но дальше начиналась густая темнота. Такая, что хоть глаз выколи. Джон немного помедлил. Но все же шагнул в проход из разноцветных кубиков, и тьма почти сразу заглотила его целиком. Свет из предыдущего помещения растворился, оставив лишь чёрную пустоту, которая давила на глаза и уши одновременно. Он сделал осторожный шаг. Потом ещё. И вдруг что-то шевельнулось впереди. И он увидел его. Высокого. Неестественно высокого. Синие руки почти касались пола, голова с широкой, ненормальной улыбкой, а глаза… глаза были чёрные как смола, прожигая Джона насквозь. Это была та самая статуя в начале и она быра реально живой терпеть не было сомнений. Существо не двигалось. Но его глаза следили за Джоном. Медленно. Очень медленно. Голова чуть наклонилась. Тварь раскрыла пасть искажая игрушечную улыбку. И тогда Джон увидел зубы. Ооо их было слишком миллион. Не аккуратный игрушечный рот — а целая пасть острых зубов, уходящих глубоко внутрь тёмной глотки. Улыбка медленно стала ещё шире открывая взору ещё и ещё новые ряды острых как бритва зубов. Джон сделал шаг назад. — Нет... Ещё шаг. И в этот момент существо резко дёрнулось. Раздалось глухое рычание. Глубокое. Низкое. Такое, от которого по спине пробежал холод. — Бля! Хагги рванулся вперёд. Джон развернулся и побежал. За спиной раздались тяжёлые удары лап о металл. Грохот. Скрежет. Слишком быстрые шаги для такой огромной твари. Джон забежал обратно его глаза судорожно искали куда бежать пока смерть подступала все ближе. И тут каким то чудом открылся конвейер раздалась громкая сирена и замигала красная лампочка. Она была словно маяком для Джона в этот момент. Джон влетел в конвейер. Ленты начали двигаться. Лампы тревоги замигали красным светом. Он запрыгнул в ленту и побежал вперёд, едва удерживая равновесие. Позади раздался грохот металла. Хагги залез следом. Джон оглянулся и мгновенно пожалел об этом. Скрюченный, огромный, он полз вперёд, тяжело ударяя лапами и ногами по металлическим стенкам шахты. Каждый звук отдавался гулким эхо, вибрация конвейера доходила до груди. Тварь неслась за ним. Её огромная пасть была раскрыта, и ряды зубов блестели в красном свете аварийных ламп. — Еб твою мать, еб твою!! — Джон попытался свернуть с конвейера, но движение было слишком быстрым. Он прыгнул на следующую ленту. Металл скрипел, лента ускорилась. Он едва держался, руки скользили, сердце колотилось так, что казалось, что сейчас вылетит из груди. Сверху с грохотом падали старые игрушки, поломанные детали, куски стекла всё это летело на него, и Джон инстинктивно закрывал лицо руками. Позади всё ещё раздавался металлический скрежет лап Хагги, каждое движение которого казалось смертельным, а пасть открытой и готовой схватить. Поворот потом ещё один. Влево в право. Выходы закрывались то один то другой. Конвейер несет его и Джон молился чтобы он сейчас не споткнулся. Маленькое пространство делало все ещё хуже превращая погоню в хаос в вперемешку с желанием жить. Лента резко упала вниз, Джон чуть не скатился с неё. Ещё мгновение и он бы вылетел за перила вниз огромной шахты, воздух свистел в ушах, красные лампы мигали, отблески света выхватывали контуры металлических стен, а впереди уходил конвейер, который уходил в тёмную бездну дальше. Джон тяжело поднялся, сердце колотилось, дыхание было сбито. Руки дрожали, ноги подгибались. Дверь захлопнулась, но преграда казалась картонной. Снаружи обрушился удар такой силы, что металл застонал. Еще один и многотонная створка вылетит как перышко, а следом за ней ворвется смерть. ​Джон лихорадочно огляделся. Конвейер, балки, пыль... и ящик. Огромный деревянный кофр завис на платформе прямо над мостом. ​Секунда. Дверь срывается с петель, превращаясь в груду хлама. Хагги вылетает из темноты, его пасть оскалена в безумной улыбке. ​Вторая. Джон вскидывает руку. Грэб-пак отзывается коротким свистом синяя перчатка намертво впивается в ящик наверху. — Давай… ДАВАЙ, РОДИМАЯ! — рявкнул он, наваливаясь всем весом своего мощного тела. ​Рывок. Коробка срывается, сгребая пыль с платформы. Грохот падения заглушает всё. Металл моста под Хагги не просто треснул он взорвался искрами и рваными краями. — Ой… — только и успел выдохнуть Джон. ​Мир перевернулся. Опора ушла из-под ног, и Джон рухнул вниз. Удар о нижний ярус вышиб дух, ржавый металл проехался по ребрам, а в колене отозвалась тупая боль. В ушах звенело, перед глазами плыли красные пятна. — Ау-у… черт… — прохрипел он, пытаясь вдохнуть. ​Он приземлился удачно на ленту конвейера. Но не успел он обрадоваться, как сверху раздался новый звук: свист рассекаемого воздуха и тяжелое падение. Джон вскинул голову. Синяя лохматая тень летела прямо в бездну. ​— БЛЯДЬ! ​В голове пронеслось «Пусть падает. Сам же хотел меня сожрать. Одной проблемой меньше». Палец уже замер над кнопкой, чтобы отвернуться и уйти. ​Но рука сработала быстрее мозга. Красная ладонь грэб-пака выстрелила в пустоту, в последний момент перехватив лапу Хагги у самого края пропасти. Трос натянулся так, что у Джона плечо едва не вылетело из сустава. ​— Пиздец… — выдохнул он, упираясь ногами в бортик. — Ты тяжелый, как танк, блядь! ​Механизм скрипел на пределе, трос вибрировал, как гитарная струна. Джон, стиснув зубы до скрипа, начал медленно стравливать лебедку, направляя монстра на устойчивую балку. Когда ноги Хагги коснулись металла, Джон нажал на сброс. ​Несколько секунд стояла гробовая тишина. Ни рычания, ни лязга зубов. Только тяжелое, хриплое дыхание человека и неподвижный взгляд монстра. ​Джон устало вытер лицо испачканной в масле ладонью. — Серьёзно?.. Секунду назад ты пытался сделать из меня фарш. ​Он ткнул пальцем в сторону замершего Хагги, голос его дрожал от смеси адреналина и злости. — Слушай сюда, зубастик. Я только что спас твою шкуру, понял? Так что давай договоримся на берегу ты сидишь тут тихо, не дышишь в мою сторону, а я делаю вид, что у меня просто галлюцинации. Идет? ​Хагги молчал, глядя на него своими огромными, немигающими глазами-пуговицами. В этом взгляде уже не было той яростной жажды убийства скорее полное недоумение. ​— Ну… молчание знак согласия, я надеюсь, — фыркнул Джон и, прихрамывая, пошел прочь по мосту. ​Сделав пару шагов, он нервно усмехнулся. Смех получился дерганым, почти истерическим. — Ну зато отлично… Моя паранойя оправдалась на все сто! — он махнул рукой в пустоту. — Тут реально бегает чертов синий людоед. Ох, чувствую, доведешь ты меня до инфаркта… И зачем я его вытащил? Дурак, господи, какой же дурак…—голос стал приглушенный, почти шепот—Я же не хотел… ​Он качнул головой, уходя в темноту. — Серьёзно… куда я, блин, вообще попал… А позади, на мосту ниже, Хагги всё ещё молча провожал его взглядом. Адреналин все ещё очень активно бегал по телу Джона. Посмотрев вдаль он увидел то для чего ему вообще прислали письмо. Цветок. Огромный красный цветок на стене. Джон сразу же направился туда. Идя к цветку он увидел проигрыватель а рядом кассету. -Вы адекватные? В таком месте кассета? Джон приподнял её она была покрыта огромным слоем пыли. Покрутив в руках Джон стряхнул её и вставил. " Не ну это издевательство с этими кассетами ей богу. Они их что на каждом углу фабрики натыкали? " Началась запись. В ней было очень не разборчив звук. Как понял Джон речь шла про какой-то эксперимент "Прототип" 1006. И что он пошёл по одному месту. Ну это информация мало что ему дала и Джон не стал долго стоять возле проигрывателя. Он направился к цветку. — Там что-то важное, — пробормотал про себя, стараясь не думать о том, что уже видел в этой жуткой фабрике. Подойдя ближе, он заметил, как вокруг свисают игрушки, а надписи на стенах кричат прямо в лицо «Стой!» «Беги!» «Нет» «Иди назад!» Обычно Джон, наверное, послушался бы их предупреждений. Но не сейчас. Он усмехнулся и в его голове начал возникать вопрос. "Я храбрец или дебил?" Но он не отступит после всего, что он пережил. Возможно, позже он об этом пожалеет, но сейчас шаг был решён. Он осторожно открыл дверь. Взору предстала комната с жёлтыми обоями, усеянными маленькими цветочками, настенные лампы бросали мягкий, но странно неестественный свет, а пол и потолок создавали ощущение лёгкого наклона, словно помещение слегка шаталось. Джон сделал шаг внутрь, и резкий спуск по ступенькам вывел его в длинный коридор, где музыка, похожая на старую музыкальную шкатулку, тихо скрипела между лампами с тёплым жёлтым светом. Сердце колотилось, когда он подошёл к двери, из которой сочился красный свет. Едва переступив порог, свет стал ещё ярче, почти ослепляя. Вокруг были подушки, разбросанные как будто кто-то собирался здесь остаться. По центру маленькой комнаты стоял футляр с фарфоровой куклой глаза плотно закрыты, волосы кучерявые, платье нежно голубое. Он протянул руку, чтобы открыть футляр и разглядеть куклу поближе. И вдруг свет замигал, мерцание усилилось, бросая тени по стенам. Кукла медленно открыла глаза и мгновение, казалось, растянулось на вечность. Темнота накрыла всё вокруг, остался лишь голос, холодный и пустой. — Ты открыл мой кейс…