Часть 17
9 марта 2026 г., 22:51
Семьдесят часов реальности
Когда Джиён вышла из ванной, окутанная облаком пара и ароматом миндаля, она на мгновение замерла. Тэхён стоял у окна, и его силуэт казался высеченным из камня. Он быстро убрал телефон, но тень, пробежавшая по его лицу, не укрылась от неё. Она знала этот взгляд — так смотрят герои в финалах драм, когда понимают, что время вышло.
Она не стала спрашивать. Она знала, что если спросит, сказка закончится прямо сейчас.
— Знаешь, — сказала она, подходя к нему и поправляя воротник его куртки, — я передумала насчет замка. Давай уедем из этого города. Далеко. В какую-нибудь глухую деревню, где нет туристов и отелей. Только мы и горы.
Тэхён посмотрел на неё с удивлением, а затем в его глазах промелькнула благодарность. Она поняла. Она всё поняла, но решила дать им шанс.
— Семьдесят два часа, — тихо произнес он, решив быть честным хотя бы в цифрах. — У нас осталось около семидесяти часов, Джиён.
Она сглотнула комок в горле, но улыбнулась — так лучезарно, как умела только она.
— Семьдесят часов? Тэхён-а, в кино за два часа люди успевают прожить целую жизнь. Семьдесят часов — это вечность. Пошли.
Они взяли минимум вещей, бросив роскошные VIP-номера. Тэхён арендовал старый, но мощный внедорожник, и они двинулись вглубь Альп, прочь от цивилизации. Через несколько часов серпантин привел их в крошечную деревушку, примостившуюся на склоне, где дома казались вросшими в скалы.
Они сняли комнату в старом гостевом доме у пожилой пары, которая не знала, кто такая Пак Джиён, и не задавала вопросов молчаливому мужчине с военным выправкой. Здесь пахло сеном, парным молоком и дровами.
Эти часы стали для них самыми концентрированными в жизни.
Час 10-й: Они сидели на краю обрыва, свесив ноги в бездну. Тэхён впервые заговорил о своем детстве — не о кадетском корпусе, а о том, как он любил запускать змеев с дедушкой. Джиён слушала, положив голову ему на плечо, и понимала, что этот суровый капитан спецназа внутри всё еще тот мальчик, который просто хотел, чтобы его змей взлетел выше всех.
Час 25-й: Наступила ночь. В деревне не было уличных фонарей, и звезды казались такими близкими, что Джиён протягивала руку, пытаясь их коснуться.
— Тэхён-а, если ты когда-нибудь окажешься там, где будет темно и страшно... просто посмотри наверх. Мы будем смотреть на одни и те же звезды. Это наш секретный канал связи, — прошептала она.
Он не ответил, но притянул её к себе, накрывая своим телом от ночного холода. В ту ночь их близость была другой — не яростной, а отчаянно-нежной, словно они пытались запомнить друг друга на ощупь, чтобы не забыть никогда.
Час 48-й: Джиён достала фотоаппарат. Она снимала его руки, заваривающие чай. Снимала, как он хмурится, глядя на карту.
— Зачем тебе столько фото? — спросил он.
— Чтобы, когда я вернусь в Корею и на меня наденут корону «Любви нации», я могла запереться в гримерке, посмотреть на эти снимки и вспомнить, что я — просто Джиён, которую любил один очень смелый человек.
Час 60-й: Напряжение росло. Тэхён всё чаще поглядывал на часы. Он стал молчаливым, его движения снова приобрели ту самую пугающую точность. Джиён видела, как он проверяет окрестности, как его взгляд сканирует лес вокруг деревни. Капитан Ким Тэхён возвращался, вытесняя просто Тэхёна.
Она подошла к нему сзади и обняла за талию.
— Не уходи раньше времени, — попросила она. — Побудь со мной еще десять часов. Пожалуйста.
Тэхён развернулся и крепко прижал её к себе.
— Я никогда не уходил с поля боя, Джиён. Но сейчас... сейчас мне впервые хочется дезертировать. Ради тебя.
Они стояли посреди маленького поля, окруженного горами. Солнце начинало клониться к закату. Осталось всего десять часов. Десять часов до того момента, как за Тэхёном приедет черный вертолет или машина с тонированными стеклами, и он исчезнет в мире, где нет места рыжеволосым актрисам и романтическим прогулкам.
— Давай просто танцевать, — вдруг сказала Джиён, включая на телефоне ту самую песню Imagine Dragons, но на этот раз тихую, акустическую версию.
И они танцевали на траве, под звуки горного ветра, зная, что каждая секунда этой песни — это песчинка, падающая в их общих песочных часах. Джиён закрыла глаза, стараясь не думать о том, что через десять часов её сказка превратится в титры.
