Когда умирают боги

Еле заметная тень мелькнула на земле. Ручей поднял голову. Он попытался проследить за взглядом Колючки и почувствовал как шерсть встает дыбом. Темный, смазанный силуэт стремительно приближался. Ручей завороженно смотрел на приближающуюся смерть, видя как красный лазер-указатель пытается навестись на них через рога оленя. Лишь резкий окрик Колючки заставил Ручья прийти в себя и разжать лапы, кубарем падая на камень платформы. Острая галька больно впилась в спину Ручья, заставляя издать приглушенный мяв. Спустя мгновение рядом жестко упал Колючка. Его приземление сопровождалось громким звуком выстрела в небе. Над их головами мелькнул гарпун, пролетая между рогов оленя и с тихим шипением притягиваясь обратно к стервятнику. Тень снова накрыла слизнекотов, когда стервятник начал снижаться, снова прицеливаясь. Ручей вскочил, метнувшись вперед, уворачиваясь от гарпуна. Костяной отросток вонзился в землю между ним и Колючкой. Ручей заметил единственный выход - трубу ведущую вниз, в глубь систем Массива Ферм. Он заметался по платформе, сбивая стервятнику прицел и давая Колючке время добежать до трубы. Когда горящий желтым гребень на хвосте Колючки скрылся в трубе, Ручей, увернувшись от очередного удара гарпуна, нырнул следом. Вывалившись из перехода, Ручей пополз по трубе вниз, ища глазами друга и пытаясь отдышаться. Проскользнув по пыльной поверхности, он упал в небольшое расширение, наконец находя взглядом Колючку. Комната была тесной, в трубах ползали сколопендры, а рядом пускали струйки дыма знакомые взрывающиеся грибы. Ручей тяжело дышал, рефлекторно поджав жабры и широко раскрыв глаза смотрел на Колючку, чьи гребни были настолько яркими, что немного освещали их укрытие. – Живы, – выдохнул Ручей, устало ложась на покрытый стружкой ржавчины камень. – Это было… Страшно. Колючка чуть прикрыл глаза, глубоко вдыхая. – Наружу нам нельзя, – тихо сказал он и посмотрел на виднеющийся рядом проход. Что-то не давало инстинктам успокоиться, заставляя и дальше ожидать атаки. – Значит нужно идти ниже. Ручей вздохнул, вставая и идя следом за другом. Проползав по еще нескольким трубам, они наконец вышли на более менее открытое пространство. Сквозь трещины в потолке пробивался свет. Пол комнаты покрывал редкий лишайник. Осмотрев комнату, Ручей кивнул на дальний ее конец, где была видна следующая труба. Колючка кивнул. Но стоило им шагнуть вперед, как сбоку раздалось тихое ворчание. Из щели в стене медленно, лениво выбралась оранжевая ящерица, проползая через комнату и замирая на одном из нагретых солнцем участке. Ручей испуганно замер, смотря на Колючку. Помедлив немного, Колючка чуть кивнул, опускаясь на четвереньки и медленно, тихо идя через комнату и жестом показывая Ручью идти рядом. Колючка держался так, чтобы все время быть между ящером и Ручьем. Когда до заветной трубы оставалось совсем немного, ящерица вдруг открыла глаза и уставилась на ползущих мимо слизнекотов. Они замерли, видя как наливаются светом и пульсируют отростки на голове ящерицы, и из других щелей начали вылезать еще ящерицы, привлеченные сигналом от старшей. Первые мгновения ничего не происходило, но потом одна из ящериц зарычала и бросилась вперед. Колючка чуть переместился, вставая между ящерицей и Ручьём. Его гребень налился неоново-жёлтым и угрожающе вздыбился. Ящерица, попытавшись схватить легкую добычу, вдруг взвизгнула и начала отползать и мотать головой. Колючка начал медленно кружить вокруг Ручья, не подпуская к нему ящериц. Так они и кружили, ящерицы не осмеливались подходить, а слизнекоты не могли вырваться из окружения. А потом что-то изменилось. Сначала Ручей не понял, что это. Потом его жабры чуть дрогнули и он вскинулся, смотря на потолок комнаты. Свет стал медленно меркнуть и начал слышиться тихий гул. Воздух стал более влажным. Ящерицы, заметавшись, разбежались по щелям, забыв про слизнекотов. Ручей переглянулся с Колючкой. Дождь. Цикл подходил к концу. Не сговариваясь, они рванули к трубе. Ручей нырнул в трубу первым, вываливаясь с другой стороны и тут же падая в начавшие заполняться водой углубления. Мокрый камень скользил под лапами. Колючка полз медленно, слишком медленно для их положения. Ручей метался по комнате, ныряя в трубы и забираясь на уступы, ища хоть намек на убежище. Спустя несколько мгновений, когда вода уже значительно прибыла, а гул заставлял землю дрожать, Ручей заметил заветный проход. – Там! – крикнул он. – Колючка, сверху на стене! Колючка кивнул, с тихим шипением ползя по мокрой трубе. Ярко желтые отростки цеплялись за неровности, тянули вниз, в воду. Ручей быстро добрался до уступа, проплыв под водой и замер, пристально смотря на Колючку, ожидая пока он доберется. Наконец, Колючка грузно забрался на уступ, оставляя на камнях царапины. Ручей, кивнув ему, первый влетел в убежище, откатился к в угол и замер, пытаясь отдышаться. Колючка втащил хвост и всем телом навалился на рычаг. С треском старый механизм дверей начал закрываться, отрезая убежище от ливня снаружи. В убежище воцарилась тишина, нарушаемая только хриплым дыханием двух друзей. Какое-то время они просто лежали. Ручей уткнулся носом в мох на полу убежища, пытаясь унять дрожь. Колючка сполз по стене, устало прикрыв глаза. Его отростки, все еще яркие после нападений, освещали убежище. – Ты как? – наконец спросил Ручей, не поднимая головы. – Жив, – коротко ответил Колючка. – Я тоже. Ручей перевернулся на спину и, посмотрев на товарища, уже хотел придвинуться ближе, чтобы было теплее спать, но Колючка вдруг резко выставил лапу. – Нет. – А? Колючка, устало щурясь махнул лапой на свои отростки. – Яд, – тихо сказал он. – Я не контролирую сейчас. Ручей дергано кивнул, сворачиваясь в клубок в дальнем углу убежища. Снаружи грохотал дождь. Стены убежища чуть дрожали от силы стихии, но внутри было тепло и сухо. – Колючка, – тихо позвал Ручей. – М? – Спасибо. Что защитил. Колючка чуть приоткрыл глаза. Потом тихо фыркнул и махнул хвостом, как бы говоря «не за что».