The wild ones

На следующий день Ландо повел его в тир. Это было уединенное место, где у входной двери стоял здоровенный вышибала, который не хотел впускать Оскара, пока Ландо не объяснил, что он новичок и находится в безопасности. Он никогда раньше не был в тире, и это место его не разочаровало. Десятки различных видов оружия были развешаны по стенам или выставлены на витринах, большинство из которых Оскар никогда раньше не видел. Все, начиная от маленьких пистолетов и заканчивая гигантскими машинами для убийства, которые, честно говоря, приводили его в ужас. Ландо схватил 9-миллиметровый пистолет с несколькими патронами и прошел прямо мимо защитного снаряжения. — Разве нам не нужно какое-нибудь дерьмо, чтобы защитить уши? — спросил Оскар, следуя за ним. — Чем быстрее ты привыкнешь к этому звуку, тем легче будет общаться с ним за пределами игровой площадки. За звуконепроницаемой дверью находился настоящий тир, мишени были установлены в пяти метрах от стены, за которой стоял еще один человек и стрелял из полуавтоматического пистолета по одной из мишеней. Это было самое громкое, что Оскар когда-либо слышал, словно совсем рядом бушевала гроза. Он инстинктивно отпрянул, прикрыв уши руками, но тут же вспомнил, что сказал Ландо. Стиснув зубы, он закрыл за собой дверь. Они встали в противоположном конце комнаты, прижавшись друг к другу очень близко, чтобы Оскар мог расслышать, как Ландо объясняет и показывает, как обращаться с оружием. На что нажать, чтобы освободить магазин, как его заправить, как срабатывает предохранитель, как его держать. Его голос звучал ровно, а руки так нежно сжимали это чертово смертоносное оружие, что у Оскара перехватило дыхание от запаха его одеколона. — Двумя руками. Нет, идиот, это пистолет, а не твой член, не смей так обхватывать его руками, — Ландо поправил хватку Оскара для большей устойчивости. Выстрелы отвлекали меньше, чем мозолистые пальцы Ландо, сжимавшие и разжимавшие руки Оскара. Внезапно Ландо выбил пистолет из рук Оскара простым ударом. Не заряженное оружие упало к их ногам. — Зачем ты это сделал?! — озадаченно спросил Оскар. — Если ты будешь крепко держать, я не смогу сделать это также легко. Пробуй еще раз, придурок. Он поднял его и вернул Оскару. — Ты никудышный учитель. — Я, черт возьми, отличный учитель. Но если ты предпочитаешь учиться у кого-то другого, я буду более чем счастлив передать ему тебя. В любом случае, быть няней не входит в мои должностные обязанности. Ландо снова хлопнул Оскара по руке, и на этот раз пистолет остался на месте. Это вызвало у него удивленное фырканье. — Так-то лучше. А теперь заряди его. Оскар возился с ним несколько минут, чуть не ушиб большой палец, вставляя каждую пулю, прежде чем вставить магазин обратно в пистолет. — Ты медлительный, — он тут же перешел к обороне. — Я делал это в первый раз, можешь заткнуться на минутку?! — Я дам тебе его попрактиковаться. — У меня нет лицензии. — Ты думаешь, меня это волнует? Глаза Ландо горели, как у родителя, отчитывающего ребенка, но Оскар понятия не имел, чем он это заслужил. Ему хотелось стереть этот гнев с лица человека, стоящего напротив. Заставить его взять свои слова обратно, заставить его понять, что Оскар хороший человек. Новичок, конечно, но он, черт возьми, сможет это сделать! Он хотел доказать свою компетентность больше, чем когда-либо. — Как бы ты держал его, если бы хотел выстрелить? — подсказал Ландо, и Оскар повернулся к мишени, подняв пистолет. Ландо тут же подскочил, чтобы поправить его. — Расправь плечи и напряги руки. Он почувствовал как рука легла ему на лопатку, и застыл, словно статуя. — Так-то лучше. Целься в голову. Нет, не закрывай глаза, это собьет тебя с толку. Просто прицеливайся и стреляй. Оскар медленно, глубоко вздохнул и нажал на спусковой крючок. Звук выстрела был еще хуже, когда он раздался прямо перед его лицом, а сила отдачи была такой большой, что отбросила его на два шага назад. — Ты так дерьмово целишься. Это действительно было дерьмово: первая пуля попала не в голову, даже не в мишень, а просто в стену позади нее. — Продолжай тренироваться. Я ухожу на перекур. *** Оскар упражнялся в прицеливании и перезарядке еще три раза, с каждым разом становясь все лучше. Он по-прежнему был не очень хорош: его руки все еще двигались неуклюже, слишком медленно, слишком неуверенно. Он с трудом прицеливался, отдача все еще выводила его из равновесия, но он постепенно привыкал к этому. Звук тоже. Он больше не заставлял его вздрагивать. — Ты отстой, — небрежно констатировал Ландо. Оскару уже надоела его негативная энергия. — Отвали, — он стиснул зубы. — Если ты так чертовски хорош в этом, покажи мне. Он небрежно бросил пистолет и отступил в сторону, пропуская Ландо на свою полосу. Мужчина усмехнулся, закатив глаза, и неторопливо подошел. Он излучал уверенность, когда схватил пистолет — тот самый, который Оскар изо всех сил пытался удержать, — и его руки обхватили ствол так, словно ему там было самое место. Он, естественно, принял идеальную стойку и в мгновение ока выпустил остальные пули в голову мишени. Все они попали почти в яблочко. У Оскара глупо отвисла челюсть, когда вся кровь в его организме начала поступать на юг. Блядь. Он должен был ожидать, что Ландо знает свое дело. Люди говорили о том, как хорошо он стреляет, но увидеть это вблизи — совсем другое дело. Он сказал, что надеялся, что ему никогда не придется это увидеть, но, Боже, теперь он хотел посмотреть. Несомненно, он был психически болен, если его это так заводило. — Черт бы тебя побрал, — пробормотал он, увидев самодовольное выражение лица Ландо, и сцепил руки перед собой в печальной попытке скрыть растущую эрекцию. — Ты закончил играть? Давай выйдем на улицу, потренируемся в чем-нибудь другом. Ландо вытащил его из душного, пропитанного порохом тира. Войдя в другую дверь, Оскар оказался на большом заднем дворе, окруженном высокими бетонными заборами, с множеством мишеней, расставленных на разном расстоянии друг от друга. Он уже собирался спросить, в какую из них ему предстоит стрелять, когда Ландо подтащил складной садовый стул и указал на него. — Сядь, — приказал он, как будто Оскар был какой-то собакой. Оскар усмехнулся. — Тебе нравится командовать людьми, как будто ты для них хозяин? Дерзкая ухмылка Ландо заставила его кровь вскипеть. — Безмерно. Садись, сопляк. Оскар сел, скрестив ноги и руки, и пристально посмотрел на Ландо. — Не дергайся, — были последние слова, которые он услышал, прежде чем рядом с его ухом прогремел еще один оглушительный выстрел, и на землю рядом упала пуля. Его конечности тут же вытянулись, и он приземлился. — Что за хрень?! — закричал он. — Зачем ты в меня стреляешь?! — Ты должен научиться сохранять самообладание! — крикнул Ландо в ответ из-за пистолета. — Держи задницу на стуле, представь, что ты за рулем. Ты не можешь дрогнуть, ты не можешь подвергнуть всех нас опасности из-за того, что не способен вынести звука пули, пролетающей мимо твоей головы. Так что сиди смирно и терпи! Его кулаки сжимались и разжимались, на самом деле каждый мускул его тела сводило судорогой от разочарования и страха в равной степени. Но он не шевелился, даже когда Ландо разрядил еще один магазин, стреляя по земле вокруг его ног. Пули свистели, рассекая воздух, проходя мимо него, но ни одна не попадала в цель. Ландо хорошо владел пистолетом, уверенно, как Оскар в машине. Он и с оружием-то справлялся неплохо. Боже, Оскар надеялся, что его привлекла только компетентность, а не само оружие. Больше всего на свете он надеялся, что это был не Ландо. Ландо отбросил разряженное оружие в сторону. — По крайней мере, ты сможешь не шевелиться, если не умеешь стрелять изо всех сил. — Спасибо, — сказал Оскар, лишь наполовину с сарказмом, поскольку это было больше всего похоже на похвалу, которую он от него услышал. *** Он достал пистолет. Настоящий пистолет, и он принадлежал ему. Оскар сидел на кровати, поджав ноги и прислонившись спиной к грязной стене, и повторял движения, которыми заряжал пистолет. Вставил патроны, вставил обойму, вынул патроны из магазина. Повторяй, рассчитывай время, действуй быстрее, качественнее. Со временем стало легче, царапанье пуль по большому пальцу стало привычным. Нельзя было сказать, что ему это нравилось, но это был прогресс. Ночами, когда ему не спалось, он просматривал улицы на своем телефоне и запоминал районы, улочки, углы, различные укрытия и тупики. Он использовал поездки с доставкой лекарств как возможность проверить свои знания о местности, используя только свою память, чтобы передвигаться по городу. Это сработало. Он проводил дни в тире, упражняясь в прицеливании. Люди по-прежнему говорили ему, что он немного придурок, но, по крайней мере, с ним разговаривали. В первые пару дней он подружился с парнями, которые, на первый взгляд, были готовы плюнуть ему в лицо. Они представились, некоторые под вымышленными именами, некоторые под настоящими. Дни превращались в недели, и он завоевывал доверие. Однажды они запланировали поездку на машине, и тогда люди узнали. — У тебя нет машины? — спросил Ландо, сдвинув брови, словно был совершенно сбит с толку. Как будто это ненормально — не иметь денег на автомобиль. — Нет? — ответил он, не уверенный, что это правильный ответ. Ландо ничего не сказал. На следующий день после аварии его вызвали в офис, где Ландо ждал его снаружи, рядом с машиной. В машине не было ничего особенного: черный хэтчбек старой модели, слегка помятый со стороны пассажира. Ландо бросил ему ключи. — Твоя, — просто сказал он, прежде чем исчезнуть внутри офисного здания без каких-либо объяснений. Ключи обожгли Оскару ладонь, а на его лице появилась широкая комичная улыбка. *** Был поздний вечер, холодный сентябрьский воздух охлаждал пот, выступивший на его коже. Солнце, садящееся за горизонт, окрасило небо в оранжево-розовый цвет. При других обстоятельствах это было бы прекрасное зрелище — например, если бы Оскар не сидел возле подпольного казино с работающим двигателем и пистолетом, зажатым между бедром и сиденьем автомобиля. Это была контора конкурирующей банды, какое-то заведение под круглосуточной шашлычной: много наличных, много наркотиков, но, самое главное, где-то там хранились первоклассные материалы для шантажа. Ландо отвлекал внимание, работая всю неделю над тем, чтобы получить себе здесь место, прежде чем приступить к работе. Он был обаяшкой, мастером манипулирования и завоевал доверие среди их врагов. Поскольку он вызвал некоторое замешательство внутри, остальная команда отключила электричество и попыталась пробраться внутрь через заднюю дверь. Но Оскар не услышал по радио никаких подтверждений того, что все идет хорошо. — Двое у двери! Затем раздались выстрелы, неразборчивые крики, голоса, которые Оскар не узнал. — Сэм, осторожно! — Я ни хрена не вижу! Затемнение мешало не только их врагам, но и им самим. Можно подумать, они пришли подготовленными. — Черт, я потерял их. Они найдут тебя. Беги! — прозвучал голос Ландо - тихий и отчаянный. Черт, всё было действительно плохо... — Уингз, оставь это! Просто уходи! — Мы проделали весь этот путь, и я не уйду! В течение нескольких минут не было слышно ничего, кроме звуков борьбы, криков, воплей и выстрелов. Затем раздался голос: — Я понял! Быстрее, быстрее, быстрее! Оскар приготовил машину. Пять минут спустя крики и выстрелы преследовали команду, когда они выбегали из задних рядов, все скопились в кузове, и Оскар, как только заправился, нажал на газ. Вскоре за ним последовал какой-то нелепо выглядящий модифицированный маслкар. Кто-то высунулся из заднего окна, стреляя по машине позади них, и Оскар слышал, как пули попадали и в его прекрасную новую машину. — Черт возьми, береги голову! — крикнул он тому, кто высунулся из машины, прежде чем резко повернуть налево. Машина все равно последовала за ним, и этот маневр выиграл у него в лучшем случае минуту или две. Его сердце снова забилось слишком быстро, колотясь о грудную клетку, но на этот раз он знал, что не заблудится. Он изучил местность, он знал, что делать, но свистящие мимо пули нервировали его. Ему следовало больше практиковаться в этом... Радио снова затрещало. — Вы, чертовы марионетки! Кто-нибудь, вернитесь за мной! Замешательство улеглось. — Кто это? Глаза Оскара расширились от осознания происходящего. — Триггер. — Блять! Он ударил по тормозам и, включив задний ход, объехал машину сзади. Это полностью сбило с толку водителя, следовавшего за ними, и позволило выиграть немного времени. Оскар был уже на повороте, когда они поняли, что, черт возьми, происходит, и он уже заказывал билеты в казино. — Садись сзади, — сказал он человеку на пассажирском сиденье. — Что? — Я сказал, садись на заднее сиденье! — на этот раз закричал он. — Освободи ему место! Отбросив возражения парень выбрался из машины и пнул Оскара в плечо, когда плюхнулся на заднее сиденье, зажатый между тремя другими пассажирами. В слабом свете мигающего уличного фонаря Оскар едва мог разглядеть фигуру Ландо, сражавшегося с кем-то перед зданием. Летели удары, сверкнул металл ножа, но не в руках Ландо. У него отобрали все оружие, прежде чем пропустить в казино, оставив его совершенно безоружным против этого парня. Оскар припарковался прямо рядом с ним, две его шины задели бордюр, и он, даже не задумываясь, схватил пистолет и выстрелил в парня. После двух выстрелов он упал на землю, раненый или мертвый, ему было все равно. Ландо в шоке поднял голову и обернулся, чтобы посмотреть, откуда прилетела пуля. — Садись! — закричал ему Оскар, и Ландо послушался. Он немедленно рванул с места, шины взвизгнули по асфальту. — Ты с ума сошел?! — закричал Ландо. — Ты оставил меня здесь, я мог умереть! Ты мог застрелить меня! — У меня была полная машина, откуда мне было знать, что Дэвид не подождет тебя?! — крикнул в ответ Оскар. Единственная причина, по которой он до сих пор не ударил Ландо, заключалась в том, что даже на секунду оторвать взгляд от дороги было бы опасно при той скорости, на которой он ехал. — Ты все равно мог попасть по мне! Я бы справился с этим парнем! — Тебя убьет, если ты хоть раз скажешь мне «спасибо»? — За что? За то, что ты чуть не прикончил меня?! — Ты, гребаный придурок, я мог бы вышвырнуть тебя из машины прямо здесь! Никто за тобой не вернется! — Тогда давай, я вызываю тебя на бой! Кто-то сзади прервал их перепалку криками. — Э-э, ребята? Кажется наши друзья вернулись. В зеркало заднего вида со стороны Оскара попал кадр. — Гребаные придурки! — он выстрелил в пол. *** Бухгалтерская книга, которую они украли из казино, предназначалась для продажи в качестве материала для шантажа и использования в качестве рычага давления на людей. Оскар предполагал, что это тоже будет происходить тайно, чтобы не привлекать к себе внимания. Оскар ошибался. *** Он сидел в кабинете босса, погрузившись в роскошное кожаное кресло напротив большого деревянного стола. Комната была красивой, вдоль двух стен стояли книжные шкафы, заполненные старыми книгами в кожаных переплетах, их запах витал в воздухе. Тяжелые шторы, задернутые по обе стороны от двух больших окон, освещали комнату и ее темную мебель естественным светом, придавая своему хозяину неземное сияние сзади. — Торжественный прием, — сказал босс, как всегда, ровным и размеренным тоном. — Много высокопоставленных гостей, много членов банды тоже. Большинству из них эта бухгалтерская книга могла бы принести пользу. Его пальцы прошлись по переплету гроссбуха, прежде чем открыть его и вытащить листок бумаги. — Я внимательно прочитал его и составил список всех, к кому тебе следует обратиться на приеме. Он подвинул листок бумаги к Ландо, сурово глядя ему в глаза. — Поговори с ними, упомяни о казино, о взломе, ни при каких обстоятельствах не уточняй больше, чем необходимо. Посмотри, как они ломаются, и брось им кость. Затем он повернулся к Оскару, лицо его было спокойным, но в глазах не было ни капли доброты. — А ты. Мои люди говорят, что ты хорош за рулем. Быстрый и уравновешенный, — он указал на Ландо. — Они также сказали мне, что ты очень заботишься об этом человеке. Оскар сглотнул, но не стал спорить. — Ты пойдешь с ним на торжество. Защити его любой ценой, — откинувшись на спинку стула, он скрестил руки на груди, переводя взгляд с одного мужчины на другого. — Суббота, начало в 8 часов вечера. Будьте пунктуальны, хорошо одеты, не устраивайте сцен. Свободны. Оскар все еще был ошеломлен, когда вышел из комнаты, следуя за Ландо. Они оба молчали, как хорошие, послушные служащие, пока за ними не закрылась дверь, и Ландо едва не ударил ногой по перилам лестницы, звук которых эхом отразился от металла. — Почему из всех людей я всегда оказываюсь вместе с тобой? Оскар пожал плечами, у него сдавило грудь при виде этого зрелища. — Ты думаешь, я рад этому? У меня даже нет костюма. Лицо Ландо сморщилось, прежде чем он закрыл его руками. — Боже мой!