Тучи Лората

К полудню Бет и Кирен умыли её и привели в порядок. Её одели в красивое платье и аккуратно уложили волосы. Поскольку Джейнор уже заявил, что проведёт ей экскурсию, ещё до обеда он зашёл к ней в комнату, взял её за руку и вывел на улицу. Они отправились на прогулку пешком. Обедали они на рынке: пробовали жареную рыбу в пряных травах, лепёшки с козьим сыром, острые мясные шашлычки, политые густым соусом, и сладкие фрукты, пропитанные мёдом и вином. Джейнор, явно наслаждаясь её реакцией, купил ей целую кучу подарков: тонкие браслеты из меди и стекла, яркий платок с узорами Волантиса, маленький флакон духов с тяжёлым, пряным ароматом и изящную резную фигурку тигра – символа города. Они успели посетить несколько известных мест: прогулялись вдоль Длинного моста, где нескончаемым потоком двигались люди и повозки, заглянули за Чёрные стены, мрачные и величественные, и прошли мимо храмов, откуда доносились запахи благовоний и тихие песнопения. К ним по пути присоединился Геймон. Проходя мимо рядов со сладостями, она заметила нечто, напоминающее лукум из её родного мира. Как и говорил Геймон ещё в Лорате, в Волантисе такие сладости продавались на каждом углу. Она поймала его взгляд, улыбнулась и, купив лакомство, угостила им обоих. Обратно они вернулись уже вечером уставшие, но довольные, с лёгким привкусом специй и сладостей, всё ещё остающимся на губах. Проведя время в компании юношей, она даже успела на время забыть о том, что произошло ночью и утром. Прогулка не стерла воспоминания полностью, но позволила отодвинуть их на второй план. Вернулись они как раз к ужину. В зале она, разумеется, сразу заметила Дейнира и невольно напряглась, встретившись с его холодным взглядом. Она уже успела услышать, что у него всегда такое выражение лица: отстранённое, почти ледяное. Говорили, оно меняется лишь тогда, когда он что-то замышляет. Прямо как вчера ночью. Воспоминание отозвалось в теле глухим дискомфортом, и она стиснула пальцы, стараясь не выдать себя. Внутри поднималась тревога. Она молилась лишь об одном , чтобы он оказался достаточно умён и не стал никому ничего рассказывать.Сидя под пронзительным взглядом его льдистых глаз, она жалела обо всём сразу: о том, что напилась, о том, что потеряла контроль, о том, что не послушала Джейнора. Теперь тётя и Бет не спустят с неё глаз , она была в этом уверена. И всё из-за собственной глупости… и жестокости Дейнира. Кирен всё ей подробно объяснила: если Дейнир видел, что она пьяна и не контролирует себя, значит, он прекрасно понимал ситуацию. Значит, он воспользовался этим. «Воспользовался…» , глухо отозвалось в голове. Это слово совсем не вязалось с образом безупречного, почти идеального Дейнира. Но ведь мало кто знал, какой он на самом деле. Она бросила взгляд на сидящего рядом Джейнора и поняла, что он ничего не знает. И это, хоть немного, но успокаивало. Она быстро поужинала и, не задерживаясь, направилась в свою комнату. Однако путь ей преградил Дейнир. Он посмотрел на неё и улыбнулся , слишком приветливо, слишком искренне для такого человека, как он. — Алима, милая, успокой эту бешеную мегеру. Да-да, я о твоей тёте. Все мозги мне выклевала. Она подняла на него взгляд, полный холодного недовольства. — Не смотри так, милая. Я уверен, успокоить тётушку ты вполне сможешь. С этими словами он прошёл мимо, на ходу чмокнув её в щёку ,прежде чем она успела оттолкнуть его. *** Войдя в свою комнату, она почти сразу уснула утомлённая этим долгим, насыщенным днём. Дейнир спал спокойно, словно ничего и не произошло. Джейнор, напротив, лежал, уткнувшись в подушку, и невольно улыбался, вспоминая этот лёгкий, почти счастливый день. А Геймон не спал. Он лежал в своей небольшой комнате рядом с покоями Джейнора, глядя в потолок, и снова прокручивал в голове всё произошедшее. Встречу с Горькой Сталью в Тироше. Его гнев из-за побега. Жёсткие слова и угрозы: «Я всерьёз возьмусь за Деймона-младшего, если ты не вернётся и не образумишься. Он всё же старше тебя, Хэйгон». И тот взгляд… которым он посмотрел на Алиму. Холодный, расчётливый. Предложение взять её в заложницы и шантажировать Таргариенов. От одной этой мысли у Геймона всё внутри закипало. Его злило всё. И Джейнор , с его беспечной влюблённостью, с тем, как он вёл себя на корабле и в Волантисе, будто всё происходящее – просто игра. И Дейнир… Дейнир, который, казалось, не мог прожить ни дня, не испортив всё вокруг. Он вспомнил, как стоял у дверей покоев Мириэль Грейрат и невольно услышал, как она отчитывает племянницу за ночь с «красивейшим мужчиной Волантиса». Эти слова до сих пор звенели в голове. — Ну почему… почему, Али… –почти беззвучно выдохнул он в темноте. — Почему ты бросилась в его объятия, а на меня ни разу не взглянула? Как же ты жестока… Таргариен. Его рука сжалась в кулак. Он несколько раз резко ударил по матрасу, будто пытаясь выбить из себя злость но она никуда не уходила. Слова Горькой Стали не давали ему покоя. Архонт… его родной дядя предал их. Продал иначе это не назвать. Он отдал свою дочь, его кузину Киру, за Валарра, словно разменную монету. Теперь король мог действовать без оглядки: в Тироше у них не осталось ни друзей, ни союзников. Эйгор решил всё быстро. Мир , вот их новый путь. И действовать нужно немедленно. Но стоило ему заикнуться об Алиме не о плене, а о браке , как Эйгор вспыхнул, будто его облили маслом и поднесли огонь. В его голосе не осталось ни капли терпения. Он должен жениться выгодно. На девушке из Волантиса. Или из Мира. На той, чей род принесёт силу, корабли, золото. А не тешить себя играми с какой-то принцессой. Он закрыл глаза, тяжело выдохнул и провёл ладонью по лицу. Мысли путались, давили, не давая покоя. Сон не шёл. *** Спустя неделю они отплыли из Волантис . Алима прощалась с Джейнором и Геймоном тепло, почти нежно каждого поцеловала в щёку. Джейнор, впрочем, попытался было поцеловать её по-настоящему, но она мягко удержала его за плечи и лишь покачала головой. Именно в этот последний день он, как назло, решил признаться, у него уже есть невеста, выбранная его бабкой. Леди Синея. Алиме она не нравилась слишком уж любила всё держать под контролем. Поднявшись на корабль, Алима до последнего не отрывала взгляда от удаляющегося города, пока очертания Волантиса не растворились в дымке. На обратном пути они заходили лишь в Тирош, Пентос и Браавос , только чтобы пополнить припасы. Она даже испытала облегчение, что им удалось обойти стороной Лис и Мир. Так они и добрались до Лората. Ступив на берег, Алима вдруг остро ощутила, как сильно скучала. Ей захотелось просто опуститься на колени и обнять родную землю. *** В своих покоях она сразу заметила письма, аккуратно сложенные на столе. Они ждали её уже давно. Два от бабушки. Одно от отца. Алима прочитала их не спеша, затем села и написала ответы. Коротко, сдержанно, как и подобало. Отправив письма, она лишь устало откинулась на спинку кресла. Так и проходили её дни тихо, однообразно, почти безжизненно. Пока в последний месяц 206 года пришло новое письмо. От короля. Приказ был кратким: возвращаться в Вестерос. Она не стала медлить. Собрала вещи, приказала подготовить всё необходимое даже своего жеребца взяла с собой и вскоре уже поднималась на корабль. Вместе с ней отправились мейстер Гидеон и септа Бет. Но сильнее всего её удивило другое. Кирен. Увидев ее на палубе, Алима на мгновение замерла . И мысль о том, что она покидает родные земли ради неё, отозвалась внутри неожиданной болью. Она не сдержалась. Пара слёз скатилась по щекам ,тихо, почти незаметно. Но когда корабль отчаливал от Лората, сдерживаться уже не получалось. Она плакала навзрыд, не скрываясь. А её тётя, провожая её в гавани, лишь довольно улыбалась, щебеча что-то про своего драгоценного Матариса , словно всё происходящее было лишь удачной партией в игре. Корабль сделал остановку через несколько дней в Браавосе, чтобы пополнить припасы. Алима сошла на берег одна. Без охраны. Ей просто хотелось пройтись по городу, вдохнуть чужой воздух, отвлечься от мыслей, которые не давали покоя. О возможной опасности о беспризорниках, ворах, людях с пустыми глазами она даже не подумала. Когда чья-то рука легла ей на плечо, она вздрогнула и резко отшатнулась. Но перед ней стоял не вор. Геймон. На мгновение она просто замерла, не веря глазам, а затем улыбка сама вспыхнула на её лице. Она шагнула вперёд и крепко обняла его, будто боялась, что он исчезнет, если отпустит. Он отвёл её в дом, который снимал в городе. Оказалось, он прибыл в Браавос ради встречи с какими-то людьми и больше не служил Балейрисам. Это было почти подарком судьбы встретить близкого человека перед тем, что она сама про себя называла казнью. Возвращение в Вестерос иначе она не воспринимала. Они пили вино, словно в последний раз, смеялись и играли в кайвассу. И каждый раз Геймон уверенно выигрывал, будто не оставляя ей ни единого шанса. Так, незаметно, ночь потянулась за ними и она оказалась в его постели. Это было совсем не похоже на то, что было у неё с Дейниром. Там было что-то уверенное и четкое и полное похоти . С Геймоном иначе. Он не трахал, а брал. В его прикосновениях чувствовалась жажда. Не только наслаждение голод, сдерживаемый слишком долго. Утром она проснулась одна. Комната казалась чужой и тихой. Неспешно натянув одежду, Алима спустилась вниз по лестнице и замерла, услышав голоса. Мужские. Резкие. Напряжённые. — Приди в себя, Хэйгон! – говорил один. — Разве ты не понял, что сказал Горькая Сталь? Ты обязан вернуться сейчас. Иначе он объявит наследником Деймона Младшего. Пусть он и не великий воин, но он старше тебя а значит, первее в линии наследования. — Передай Эйгору, – ответил другой голос. Знакомый. Слишком знакомый. — что я в Браавосе именно ради этого. Я встречаюсь с людьми, заинтересованными в свержении Красного Дракона. Дай мне немного времени ,и у Чёрного Дракона появятся союзники здесь. — Это лишь ненадолго его успокоит, – жёстко отрезал первый. — Когда ты не вернёшься в срок, он найдёт тебя. Хоть из-под земли достанет. И отберёт Чёрное Пламя. Голоса стихли. Алима стояла, не в силах пошевелиться. Слова гулко отдавались в голове, будто удары. Геймон. Хэйгон. Геймон… Хэйгон. Геймон Незахар . Нет. Хэйгон Блэкфайр. Мысль не укладывалась. Не складывалась. Отказывалась становиться правдой. Будто кто-то со всей силы ударил её ,не рукой, не оружием, а самой истиной. И от этого удара было не уклониться. Поднимаясь по лестнице, Хэйгон замер, увидев её. — Али… – голос его дрогнул. — Я могу всё объяснить. Честно. Пожалуйста, выслушай меня… Но слова уже не могли остановить того, что поднималось внутри неё. Слёзы сами хлынули из глаз, против её воли. — Как ты мог? – голос сорвался. — Всё это время… ты меня обманывал? Ты общался со мной только ради этого? Чтобы использовать меня? Ответь! — Нет! – он шагнул к ней, почти в отчаянии. — Нет, это не так. Ты мне понравилась с первого взгляда. Я не хотел тебя использовать… Я хочу тебя, Али. Хочу жениться на тебе. Хочу, чтобы ты стала матерью моих детей… – он запнулся, но всё же договорил: — Хочу стать королём Семи Королевств. И править вместе с тобой. Счастливо. Его слова звучали… неправильно. Слишком громко. Слишком легко. Как будто это была не правда, а красивая сказка, в которую он сам пытался поверить. Алима медленно спустилась по последним ступеням и остановилась прямо перед ним. Слишком близко. На мгновение между ними повисла тишина. А затем она потянулась к нему и поцеловала. Долго. Глубоко. Так, словно пыталась запомнить. Или отпустить. Когда их губы разомкнулись, она чуть отстранилась и тихо, почти шёпотом, сказала: — Я люблю тебя Геймон...Это наша последняя встреча.