Лепестки роз на снегу

Месяц пролетел как один миг — жаркий, безумный, полный открытий и безудержной страсти. После той первой ночи у Арчи дома всё изменилось. Словно плотину прорвало — они не могли насытиться друг другом. Каждая встреча превращалась в исследование, каждая минута наедине — в откровение. Их отношения перешли на совершенно новый уровень, о котором Элис даже не подозревала, что он существует. Они занимались любовью везде, где только могли. В машине Вики, когда Арчи брал её на вечер, и они уезжали в тихий переулок подальше от чужих глаз. Сиденья были откинуты, окна запотевали, и они задыхались в объятиях друг друга под приглушённую музыку. На вечеринках у друзей, когда компания расходилась по комнатам, а они находили укромный уголок — в ванной, в кладовке, на балконе, где никто не мог их увидеть, но риск быть застуканными добавлял остроты. У Арчи дома, когда родители уезжали по делам, а Вики зависала у своего парня — тогда они могли позволить себе целые ночи, полные ласки и экспериментов. Но им всё равно было мало. Каждый раз, расставаясь у подъезда, они уже начинали скучать. Каждое сообщение с намёком заставляло сердце биться чаще. Они хотели большего. Нового. Ещё более запретного и сладкого. Идея пришла Арчи спонтанно. Они лежали в его комнате, разгорячённые после очередного раза, и он гладил её по спине, рассеянно целуя в плечо. — Слушай, — вдруг сказал он. — А давай снимем номер в отеле? Элис приподнялась на локте и посмотрела на него. — В отеле? — Ну да, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой. — Представь: целая ночь только для нас. Никто не придёт, не позвонит, не помешает. Красивая обстановка, большая кровать... Можно устроить настоящий романтический вечер. Только ты и я. Элис почувствовала, как внутри разливается тепло. Он всегда придумывал что-то особенное. — А это не слишком дорого? — спросила она. — Я накопил, — ответил он. — Ради тебя — не жалко ничего. Она поцеловала его в губы. — Тогда да. Я согласна. Они выбрали дату — пятница, конец мая, когда уже совсем тепло и хочется чего-то особенного. Арчи забронировал номер в небольшом, но уютном отеле на окраине города, подальше от любопытных глаз. Элис отпросилась у мамы, сказав, что они с Арчи хотят устроить романтический вечер, и Элли, уже привыкшая к серьёзности их отношений, только улыбнулась и пожелала хорошего отдыха. Весь день Элис ходила сама не своя. Предвкушение кружило голову сильнее любого вина. Она тщательно продумала образ: красивое бельё (она купила специально для этого вечера — чёрное, кружевное, очень откровенное), лёгкое летнее платье, которое легко снимается, минимум макияжа — чтобы выглядеть естественно, но сексуально. Духи — те, что Арчи однажды сказал, сводят его с ума. Ровно в семь вечера у подъезда раздался сигнал. Элис выглянула в окно и увидела знакомую тёмно-синюю «Лачетти». Арчи стоял рядом, прислонившись к машине, и смотрел наверх. — Я побежала, мам! — крикнула она, хватая небольшую сумочку. — Счастливо, дочка! — донеслось из кухни. Она вылетела из подъезда и бросилась к нему. Он поймал её в объятия, и они замерли в долгом, сладком поцелуе. — Привет, красавица, — прошептал он, отрываясь от её губ. — Привет, — выдохнула она. — Ты невероятно выглядишь. — Ты тоже, — улыбнулась она. На нём была тёмная рубашка с закатанными рукавами, открывающая предплечья, и светлые брюки. Выглядел он так сексуально, что у Элис подкашивались колени. — Поехали, — сказал он, открывая перед ней дверь. Дорога до отеля заняла около получаса. Они ехали с открытыми окнами, тёплый майский ветер играл волосами Элис, из колонок лилась медленная музыка. Арчи держал её за руку, периодически поднося к губам и целуя пальцы. — Волнуешься? — спросил он. — Немного, — призналась Элис. — А ты? — Тоже, — улыбнулся он. — Но это приятное волнение. Как перед чем-то очень важным. Отель оказался небольшим двухэтажным зданием, утопающим в зелени. Арчи припарковался, взял её за руку, и они вошли внутрь. На ресепшене их встретила приветливая девушка, которая быстро оформила заселение и вручила ключ. — Второй этаж, номер 12, — сказала она с лёгкой улыбкой, которая, кажется, знала, зачем приезжают такие молодые пары. Они поднялись по лестнице. Элис чувствовала, как сердце колотится всё сильнее с каждым шагом. Арчи открыл дверь, пропустил её вперёд и включил свет. Элис ахнула. Номер был прекрасен. Большая двуспальная кровать с белоснежным бельём, на которой красовались два лебедя, искусно сложенные из полотенец. Везде, куда падал взгляд, были разбросаны лепестки роз — на кровати, на полу, на подоконнике. На небольшом столике у окна стояло ведёрко со льдом, в котором охлаждалась бутылка шампанского, и два высоких бокала на тонких ножках. Горел приглушённый свет, создавая интимную, расслабляющую атмосферу. — Арчи... — выдохнула она, обводя взглядом комнату. — Это... это невероятно. Он подошёл сзади, обнял за талию и поцеловал в шею. — Тебе нравится? — Очень, — ответила она, откидывая голову ему на плечо. — Ты специально всё это организовал? — Заказал романтический пакет, — улыбнулся он. — Хотел, чтобы этот вечер был особенным. Она повернулась в его руках лицом к нему и обвила руками шею. — Ты самый лучший, — сказала она и поцеловала его. Поцелуй был долгим, нежным, многообещающим. Но Арчи мягко отстранился. — Давай сначала выпьем шампанского, — предложил он. — Не торопясь. У нас вся ночь впереди. Они сели на небольшой диванчик у окна. Арчи открыл бутылку — пробка вылетела с громким хлопком, и он разлил искрящийся напиток по бокалам. — За нас, — сказал он, поднимая бокал. — За нас, — ответила Элис. Они пили шампанское, болтали о всякой ерунде, смеялись. Элис чувствовала, как алкоголь слегка расслабляет, убирает остатки стеснения. Она смотрела на Арчи и думала о том, как ей повезло. — О чём задумалась? — спросил он, заметив её взгляд. — О том, как я тебя люблю, — честно ответила она. — И о том, что не представляю жизни без тебя. Он поставил бокал, взял её за руку. — Иди ко мне. Она пересела к нему на колени, обвивая ногами его талию. Он обнял её за спину, прижимая к себе. — Я тоже тебя безумно люблю, — прошептал он. — И хочу тебя. Прямо сейчас. — Я тоже, — выдохнула она. Он поцеловал её. Жадно, глубоко, с языком, с прикусыванием губ. Его руки скользнули по её спине, нащупали молнию на платье и медленно потянули вниз. Ткань послушно разошлась, и он помог ей освободиться от платья. Она осталась в том самом белье — чёрном, кружевном, почти прозрачном. Арчи замер, глядя на неё. — Чёрт, Эли, — выдохнул он хрипло. — Ты с ума меня сводишь. Это бельё... оно просто создано для тебя. — Тебе нравится? — кокетливо спросила она. — Ты издеваешься? — он провёл пальцем по кружеву, едва касаясь её груди. — Я сейчас кончу, даже не начиная. — Ну уж нет, — улыбнулась она, расстёгивая пуговицы на его рубашке. — Мы только начали. Она стянула с него рубашку, провела руками по его груди, по животу, чувствуя, как под пальцами перекатываются мышцы. Он застонал от её прикосновений. — Эли... — прошептал он, прикрывая глаза. — Если ты будешь продолжать, я долго не продержусь. — А кто сказал, что мы должны торопиться? — она поцеловала его в шею, провела языком по ключице. — У нас вся ночь. Он подхватил её на руки и перенёс на кровать, осторожно опуская на лепестки роз. Она рассмеялась от неожиданности, но смех быстро перешёл в стон, когда он накрыл ртом её сосок прямо через кружево. — Арчи... — выдохнула она, выгибаясь. — М-м-м? — промычал он, не отрываясь. — Не останавливайся. Он и не собирался. Его язык и губы творили с ней что-то невероятное. Он стянул кружево вниз, обнажая её грудь, и принялся ласкать уже без преград. Элис запустила пальцы в его волосы, прижимая ближе, и тихо стонала от удовольствия. Его руки тем временем исследовали её тело: гладили живот, бедра, спускались ниже. Когда он коснулся её между ног, она уже была мокрой и готовой. — Чёрт, малышка, — прошептал он, чувствуя это. — Ты так хочешь меня. — Хочу, — выдохнула она. — Очень. Он стянул с неё трусики, раздвинул её ноги коленом и посмотрел в глаза. В его взгляде горело такое пламя, что у Элис перехватило дыхание. — Скажи, что ты хочешь меня, — попросил он хрипло. — Скажи это. — Хочу тебя, — ответила она, глядя ему в глаза. — Хочу, чтобы ты трахнул меня. Сильно. Глубоко. Прямо сейчас. Он зарычал и впился в её губы поцелуем, одновременно расстёгивая брюки. Она помогла ему избавиться от них, и через секунду он уже был сверху, нависая над ней. — Ты уверена? — спросил он, замирая. — Ещё не поздно остановиться. — Дурак, — улыбнулась она. — Я никогда не была так уверена. Он вошёл в неё одним плавным движением. Они оба застонали от этого ощущения — как будто домой вернулись, как будто нашли то, что искали. Её тело приняло его, обхватило, прижалось. — Боже, Эли... — выдохнул он, замирая на мгновение. — Ты такая узкая. Такая горячая. Так хорошо... — Двигайся, — попросила она. — Пожалуйста. Он начал двигаться. Медленно, глубоко, смакуя каждое движение. Она обхватила его ногами за талию, прижимая ближе, и он застонал громче. — Чёрт, как же хорошо, — прошептал он, ускоряясь. — Ты чувствуешь, как я глубоко? — Да, — выдохнула она. — Ещё. Сильнее. Он подчинился. Его толчки стали быстрее, жёстче, глубже. Кровать скрипела в такт их движениям, лепестки роз разлетались в стороны, прилипали к разгорячённой коже. — Арчи! — закричала она, чувствуя, как приближается разрядка. — Да, малышка, давай, — прохрипел он. — Кончи для меня. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь на моём члене. Эти слова подстегнули её. Она вскрикнула, выгибаясь, и мир взорвался фейерверком. Её тело сжималось вокруг него, пульсировало, и он, не в силах больше сдерживаться, застонал, изливаясь в неё. Он рухнул сверху, тяжело дыша, и они лежали так несколько минут, приходя в себя. — Твою мать, Эли, — выдохнул он наконец. — С каждым разом всё лучше и лучше. — Ага, — прошептала она, гладя его по спине. Он перевернулся на бок, притянул её к себе и поцеловал. — Мы только начали, — сказал он с улыбкой. — У нас вся ночь. — Я помню, — улыбнулась она в ответ. Они немного отдохнули, выпили ещё шампанского, поболтали. А потом желание вспыхнуло снова. На этот раз инициативу взяла Элис. Она усадила его на кровать, оседлала сверху и начала двигаться сама, контролируя ритм и глубину. Арчи смотрел на неё снизу вверх с таким обожанием и похотью одновременно, что у неё захватывало дух. — Нравится? — спросила она, замедляясь. — Охренеть как нравится, — выдохнул он, сжимая руками её бёдра. — Ты такая сексуальная сверху. Такая красивая. Она ускорилась, запрокинув голову, и он застонал, чувствуя, как близко она снова. — Давай, малышка, — прошептал он. — Кончи для меня ещё раз. Я хочу видеть, как ты кончаешь на мне. Она вскрикнула, сжимаясь вокруг него, и он, не в силах больше терпеть, кончил следом. Они снова рухнули в постель, обессиленные и счастливые. А потом была третья попытка — медленная, нежная, почти ленивая. Они лежали на боку, он сзади, и двигался медленно-медленно, целуя её плечи и шею. — Я люблю тебя, Эли, — шептал он между поцелуями. — Очень сильно люблю. — Я тоже тебя люблю, — отвечала она. Они кончили почти одновременно, тихо, без криков, просто замирая в объятиях друг друга. После этого сил не осталось совсем. Они кое-как доползли до душа, смыли с себя пот и лепестки роз, и рухнули в постель, обнявшись. — Это был лучший вечер в моей жизни, — прошептала Элис, засыпая у него на груди. — Это только начало, — ответил он, целуя её в макушку. — У нас впереди вся жизнь. И они уснули — уставшие, счастливые, принадлежащие друг другу полностью и без остатка.