Pas de deux

Беллатрикс пыталась дозвониться тем вечером, но Гермиона нажала «игнорировать» и зарылась глубже в постель, пока мысли бешено кружились в голове. Она не знала, как с этим справиться, и ей не нужно было, чтобы Беллатрикс повлияла на ее решение. Голосовое сообщение она прослушала утром, пока готовила чашку кофе к завтраку. — Прости, Гермиона. Все вышло совсем не так, как нам всем хотелось, но я не хотела тебе лгать. Пожалуйста… я рядом, если захочешь поговорить. Она не стала перезванивать. Потянувшись, Гермиона пораньше отправилась в студию, решив немного порепетировать одна, прежде чем туда придет Беллатрикс. Кроме сотрудников на ресепшене, никого еще не было, так что она без остановки проскользнула наверх и вошла в зал с окном на набережную. На середине своего первого сольного номера Гермиона остановилась. Она чувствовала усталость до самых костей, хотя день только начинался, а мысли тяжелым грузом давили на нее. Сдавшись, она подошла к окну и прислонилась лбом к прохладному стеклу. Как вообще кто-то справляется с такой ситуацией? Сказать своему лучшему другу, что сестра твоей девушки — его мать? Это было слишком безумно даже для слов. Позади нее открылась дверь. — Гермиона. Голос Беллатрикс был мягким, когда она заметила ее; дверь за ней закрылась, а старшая женщина нерешительно пересекла зал. — Как ты? — Я не знаю. Она не отвернулась от окна, находя утешение в прохладном стекле. — Прости… за вчерашнее. Я не хотела говорить тебе об этом вот так, но Цисси не хотела ничего рассказывать, а потом сама появилась, и я сказала ей, что должна тебе все рассказать. — Потому что я лучше всех знаю Драко, и для нее это был бы лучший способ получить то, чего она хочет? Гермиона устало повернулась к Беллатрикс. — Что? Нет! Беллатрикс выглядела потрясенной. — Нет… то есть, твой совет о том, как лучше это сделать, был бы для нас больше, чем мы могли бы надеяться получить, но я просто не могла больше скрывать это от тебя. Я не хотела, чтобы ты думала, будто я тебе лгала. — Но ты лгала. — Я не хотела. — Белла, я просто… я не знаю, что делать. — Милая… Беллатрикс шагнула вперед, протягивая руку. Гермиона прижалась к ней лицом, и Беллатрикс обхватила ладонью ее подбородок. — Я знаю, все сложно. Я и сама пытаюсь это осмыслить. Но поверь мне, несмотря на то, насколько… решительно… настроена Цисси, она не хочет причинить ему боль. Она скучала по нему каждый день его жизни, и то, что после стольких лет она наконец узнала, где он, немного… сводит ее с ума. — Люциус знает? — Она скажет ему сегодня вечером. Он думает, что они встречаются из-за развода… кажется, он надеется, что она передумала. — Почему они разводятся? — спросила Гермиона. — Ясно же, что, как бы он ее ни раздражал, она все равно его любит. — Он хотел ребенка. А она не могла вынести мысли о том, чтобы родить еще одного, когда не могла найти того, которого они потеряли. В конце концов прошлое стало проникать в каждую их ссору, и… ну, ты же знаешь, какими жестокими бывают слова, сказанные сгоряча. — Знаю, — тихо сказала Гермиона. — Прости, что проигнорировала тебя вчера вечером. Просто… это слишком многое нужно переварить. — Я знаю. Прости. Гермиона вздохнула. — Это ведь не совсем твоя вина, правда? Беллатрикс провела руками по волосам и тоже вздохнула. — Не знаю… а моя ли? Я уже какое-то время знала, что это может быть он… наверное, мне стоило упомянуть об этом тебе еще в тот день, но я не знала… — Честно говоря, мне кажется, ты справилась с этим настолько хорошо, насколько вообще могла. Просто… мне кажется, я должна сказать ему. Что не должна скрывать это от него. Беллатрикс кивнула, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Я не могу тебя остановить. Но мне бы хотелось, от лица моей сестры, попросить тебя быть к ней доброй. И к Люциусу тоже, каким бы идиотом он ни был. Если я чему-то и научилась, наблюдая за их отношениями, так это тому, что они любят Драко. Это их самое большое сожаление — что они не поняли, что ими манипулируют, до того как отказались от него. — Я и не собираюсь быть недоброй, — пробормотала Гермиона. — Это печальная история, но я могу рассказать Драко только то, что рассказали мне. А дальше уже ему решать, что делать с этой информацией. Это ведь не подтверждено… полагаю, по-настоящему подтвердить это можно только с помощью… ДНК-теста? — Да, и ты права. Решать, что делать с этой информацией, будет Драко, — сказала Беллатрикс. Она замялась, потом снова шагнула вперед и подняла руку, поглаживая большим пальцем челюсть Гермионы. У Гермионы перехватило дыхание, и она подалась навстречу ее ладони. Наблюдая, как взгляд женщины скользит по ее лицу, Гермиона наклонилась и поцеловала Беллатрикс в запястье. Ее глаза потемнели, и она придвинулась ближе. — Так это все для тебя слишком, или я все еще могу надеяться увидеть тебя в полночь в канун Нового года? — Тебе не обязательно ждать до тех пор, чтобы поцеловать меня, — ответила Гермиона. Беллатрикс ухмыльнулась, прикусила губу и наклонилась для поцелуя. Он был мягким, нежным и долгим. Гермиона чувствовала его всем телом; то, как губы Беллатрикс касались ее губ, когда они отстранялись друг от друга, словно та не могла вынести даже мгновения без прикосновения к ней. — Гермиона… — промурлыкала Беллатрикс, ее руки скользнули по бедрам Гермионы, мягко притягивая ее к себе. — Мм? — сердце Гермионы затрепетало. — Я хотела пригласить тебя на ужин вчера вечером. Она снова легко коснулась губ Гермионы поцелуем. — Позволишь мне пригласить тебя сегодня? — Я… — голова Гермионы туманилась, теряясь в прикосновениях Беллатрикс. — Мне нужно поговорить с Драко… — Конечно… — пробормотала она. — Тогда, может быть, завтра, если все немного утихнет? Гермиона подняла руку и провела большим пальцем по нижней губе Беллатрикс. — Да… мне бы этого хотелось. Беллатрикс улыбнулась, чуть опустила голову и поцеловала подушечку большого пальца Гермионы. — Ты мне нравишься. Теплая волна поднялась внутри Гермионы, и она покраснела. — Ты мне тоже нравишься. Она подалась к Беллатрикс и поцеловала ее, а пальцы Беллатрикс сильнее сжались на ее бедрах, притягивая ближе. Когда Гермиона тихо застонала в поцелуй, Беллатрикс немного отстранилась и тихо рассмеялась. — Придется остановиться, пока я не слишком увлеклась, — промурлыкала она. — Ты неотразима. — Правда? — тихо рассмеялась Гермиона. — Да. Беллатрикс еще раз целомудренно коснулась ее губ поцелуем, а затем полностью отступила назад. — Ладно. Нам стоит продолжить репетицию. — Да, стоит.

***

— Я чертовски вымоталась, — простонала Джинни, когда они выходили с репетиции. Гермиона взяла подругу под руку и повела ее к переходу. — Я тоже. Но у меня сегодня еще смена. — Черт, серьезно? — Да, но всего на пару часов. — Совсем тебе не завидую. Прима и при этом еще работаешь? Как ты вообще еще не умерла? — Я очень устала. Но когда спектакли уже начнутся, я сильно сокращу часы. Просто хочу пережить этот этап, немного подзаработать, понимаешь? — Да… ты же знаешь, если тебе вдруг что-нибудь понадобится… — Джинни, мы уже говорили об этом. У меня все в порядке. — Ладно, — Джинни пожала плечами и прижалась к Гермионе еще теснее, пока они переходили очередную дорогу. — Просто я не хочу, чтобы ты перегорела раньше, чем тебе выпадет твой шанс. — Не перегорю. — Ну и хорошо.

***

Гермиона улыбнулась, когда ближе к закрытию в дверях появился Гарри. — Привет, Гарри. — Привет, Гермиона; а где Драко? — Сзади, убирается. — Ладно, пойду к нему. — Отлично. Вообще-то я как раз хотела поговорить с вами обоими сегодня вечером, когда мы закроемся. Это довольно важно. — Ты же не увольняешься? — усмехнулся Гарри. — Потому что я уже говорил тебе, что мы можем поставить тебе ноль часов, чтобы ты все равно числилась здесь, пока выступаешь. А потом сможешь брать смены, если понадобятся лишние деньги… — Я знаю. — Просто… нам бы тебя не хватало, понимаешь? — Знаю, — Гермиона закатила глаза. — Иди лучше будь милым со своим женихом. Я как раз собираюсь запереть все и закрыть кассу. — Ладно, ладно, уже ухожу. Гермиона с улыбкой посмотрела ему вслед, а потом пошла запирать входную дверь. Она зевнула, задвигая засов, затем еще раз все проверила, чтобы убедиться, что закрыто надежно, и вернулась к кассе снимать выручку. Гермиона нервничала; она понятия не имела, как Драко воспримет новость о том, что она, возможно, знает, кто его биологические родители. Что они здесь. Что они хотят видеть его в своей жизни. Она была рада, что рядом Гарри; он сможет помочь, но каким все это закончится, она не знала. — Эй, Гермиона, ты почти закончила? Она подняла взгляд и увидела, как они вдвоем входят через дверь из подсобки. — Да, просто снимаю кассу. Поможешь? — Конечно. Гарри сказал, ты хочешь поговорить? — Да. — С тобой все в порядке, да? Клянусь, если этот ублюдок что-то сделал, я… — Я в порядке, Драко. Это не имеет никакого отношения к Роду, обещаю. — Ну и хорошо. Хотя мне все равно хочется до него добраться… — Так, успокойся, — Гарри обнял Драко за плечи. — Тебе не поможет, если тебя арестуют за нападение. — Это его должны арестовать за нападение. — Я сказала полиции. Если случится что-то еще, они с ним разберутся. Я больше не хочу об этом говорить, — сказала Гермиона, заканчивая с разменом и передавая его ему в пакете. — Вот, отнеси это, а остальное я через минуту принесу. — Ладно, ладно, я отпускаю это… пока что. Он взял пакет и ушел к сейфу. Гарри виновато ей улыбнулся. — Прости, он просто… — Я знаю. Он очень заботливый. — Ты семья. С семьей так не поступают. Гермиона глубоко вдохнула и кивнула. — Я знаю, Гарри. — Она снова начала пересчитывать монеты. — Вот это меня и беспокоит. Десять минут спустя все было закончено. — Ну что, идем ужинать и разговаривать там или останемся здесь? Я умираю с голоду. — Эм… — Гермиона взглянула на Гарри, и тот вопросительно поднял бровь. — Наверное, лучше здесь. — Так, Гермиона, теперь я уже начинаю волноваться, — сказал Гарри, устраиваясь в ближайшей кабинке. — Что происходит? Гермиона села напротив них обоих и стала вертеть в руках телефон, размышляя, с чего начать разговор. При всех своих переживаниях она так и не подумала, как именно это сказать. — Ладно… итак… Помните, как на днях приходила Белла, а потом появилась ее сестра, и все было немного странно и напряженно? Драко приподнял бровь. — Да? У вас с ней все в порядке, да? — Да, в общем-то. Но… они рассказали мне кое-что о ее сестре… Нарциссе. Она и Люциус, музыкальный директор, были женаты. Сейчас они разводятся. Но, судя по всему, у них очень сложная история, и, похоже, путь у них был очень тяжелый. — И? — оба выглядели озадаченными, но терпеливыми, и Гермиона была этому рада. Она не была уверена, не портит ли все окончательно. — Да. Они рассказали мне, что, когда были молоды, влюбились друг в друга, но родители Нарциссы и Беллатрикс были против, потому что тогда Люциус не был ни особенно важным человеком, ни богатым, и они сделали все, что могли, чтобы их разлучить. В конце концов у них получилось. — Ты переживаешь из-за знакомства с родителями? — спросил Драко, немного расслабившись. — Гермиона, любой, кто тебя не полюбит, просто идиот. — Я… я не об этом переживаю. Дело в том, что… Нарцисса забеременела, и родители, по сути, обманом заставили ее поверить, что Люциус ее бросил, чтобы она отказалась от ребенка и отдала его на усыновление. Гермиона посмотрела на Драко. — Мальчика. Растерянность сменилась тенью, пробежавшей по лицу Драко. — Гермиона… ты хочешь сказать то, что, как мне кажется, ты хочешь сказать? — Я думаю… если посмотреть на них, посмотреть на тебя… вероятность очень высокая. — Подожди, — вмешался Гарри. — Ты хочешь сказать, что, по-твоему, сестра твоей девушки — мать Драко? — Возможно? Я не знала, как тебе это сказать; они рассказали мне об этом в той кабинке, и я не знала, что делать, но не хотела, чтобы она набросилась на тебя с этим и вывалила все сразу, поэтому сказала им, что сама что-нибудь скажу. — Моя мать… это… я не могу… Драко откинулся назад, его взгляд заметался, и он выглядел совершенно ошеломленным. — Гермиона, слишком многое нужно осмыслить. — Я знаю. Прости. Я не знала, как еще тебе это сказать. — Они не уверены? — Нет. Но… то есть ты же видел ее. Я удивляюсь, как не заметила сходства раньше, но… тебе еще нужно увидеть и Люциуса, Драко, я имею в виду… это просто поразительно. — Я сейчас не могу с этим справиться. Драко встал. — Просто… дай мне минуту. Он ушел, медленно шагая и явно погруженный в мысли, а Гермиона нервно взглянула на Гарри. — Прости, что вот так на него это вывалила. Гарри вздохнул, потирая глаза. — Просто дай ему минуту. Ему чертовски многое нужно переварить. — Я знаю. Я сама пытаюсь все это уложить в голове, а я ведь даже не на его месте… — Да… слушай, может, нам стоит предложить ДНК-тест или что-то вроде того. Я не хочу, чтобы ему сделали больно. — Я знаю. В смысле, это ведь единственный способ узнать наверняка. — Да… Гарри осекся, взглянув в сторону двери в подсобку, за которой исчез Драко. — Пойду посмотрю, как он там. — Мне пойти? — Нет… нет, у него, наверное, будут вопросы или что-то такое. Просто… побудь пока здесь? — Ладно. Гермиона обмякла на сиденье, когда Гарри ушел в подсобку искать Драко. Все могло пройти и хуже, подумала она. Вздохнув, Гермиона достала телефон и написала Беллатрикс. — Привет. Она несколько секунд смотрела на экран, потом отложила телефон. Тот звякнул, и она тут же схватила его снова. — Привет, красавица. Ты в порядке? — Я ему сказала. Гермиона прикусила губу, глядя, как на экране появляются точки, исчезают и снова появляются. — И… как все прошло? — Могло быть и хуже. Он ушел побыть один. Ну… сейчас за ним пошел Гарри. Но ему слишком многое нужно переварить. Я не знаю, как он отреагирует, когда все это по-настоящему до него дойдет. Она положила телефон и снова посмотрела на дверь в подсобку. Может, ей стоит пойти за ними? — Прости, что втянула тебя во все это, милая. — Я бы все равно оказалась в этом замешана. По крайней мере, так он услышал это от друга, а не от каких-то незнакомцев. Гермиона подняла взгляд, когда двери открылись и вернулись Драко с Гарри. Глаза у Драко были красными, а Гарри крепко держал его за руку. — Эй… как ты себя чувствуешь? — Я и сам не знаю, Гермиона. Мне было совершенно нормально без них ровно до той минуты, как ты сказала, что они здесь. А узнать, что они хотят меня знать? Я… я не знаю, что мне с этим делать. — Как думаешь… ты хотел бы с ними поговорить? Драко глубоко вздохнул; костяшки его пальцев побелели, когда он сильнее сжал руку Гарри. — Я… наверное? Не знаю. — Послушай, я поддержу тебя, что бы ты ни решил, — сказала Гермиона. — И я тоже, — добавил Гарри. — Но из того, что я слышала и видела, похоже, что они оба страдали все это время… ну, с тех пор как отдали тебя. Нарцисса каждый год искала тебя в годовщину того дня, когда отказалась от тебя, просто надеясь… Мне ее правда очень жаль. На днях она так отчаянно хотела тебе все рассказать, но не хотела причинить тебе боль. На самом деле она не хотела, чтобы я тебе говорила, но… она послушала, когда я… когда мы с Беллатрикс сказали ей этого не делать. Она так отчаянно хочет, чтобы все получилось. Может быть, это шанс для тебя получить ответы, даже если ты решишь, что не хочешь видеть их в своей жизни. И, знаешь… ты не обязан. Ты можешь встретиться с ними или не встречаться. Можешь согласиться на ДНК-тест или отказаться. Я… прости. Прости, я болтаю без умолку, просто… я хочу, чтобы ты был счастлив. Драко несколько секунд смотрел на нее, потом протянул руки и крепко обнял. — Спасибо, Гермиона. Ты лучший друг… сестра… которая только могла у меня быть. Гермиона вцепилась в него, чувствуя, как слезы сначала защипали в уголках глаз, а потом покатились по щекам. — Я люблю тебя, Драко. — Я тебя тоже.

***

Спустя несколько часов Гермиона, измученная, забралась в постель и взяла телефон. Непрочитанное сообщение от Беллы гласило: — Ты невероятная женщина, Гермиона. Я рядом. Целую. Гермиона нажала вызов. — Гермиона, ты в порядке? Беллатрикс звучала так, будто только что проснулась, и слишком поздно Гермиона заметила, что уже за полночь. — Черт… прости, я не заметила, сколько времени. — Все нормально. Я не сплю. — Не похоже, что не спишь. Послышался тихий смешок. — Нет, но ради тебя могу и проснуться. Ты в порядке? — Я в порядке. Устала, но… он решил переспать ночь с этим, но, кажется, может захотеть с ними встретиться. Во всяком случае, в последний раз он сказал именно это. Только ничего не говори, вдруг он передумает. — Не скажу. Гермиона, я… мне кажется, ты не понимаешь, что это значит для нас. Для нее. Для меня, я… — Эй… я понимаю. Правда. Но я сделала это не ради Нарциссы, не ради Люциуса. И не ради тебя. Я сделала это ради Драко. Повисла пауза. — Я тебя люблю. — Что? — Гермиона моргнула. — Я… ты замечательная, добрая и чуткая, и я так люблю это в тебе. Я влюбляюсь в тебя, Гермиона. — Черт. Гермиона уткнулась лицом в подушку — улыбка была слишком широкой, чтобы уместиться на лице. — Правда? — Да. Это… нормально? — Нормально? — Гермиона прикусила губу. — Конечно, нормально. Я чувствую то же самое. Правда. Просто… я не ожидала услышать это сегодня ночью. — Ну, вообще-то я не хотела говорить это по телефону. Я бы предпочла увидеть твое лицо, когда скажу тебе это. Гермиона снова улыбнулась и прикусила губу, потом отвела телефон от уха и быстро сделала снимок своего лица. Щеки у нее горели, а улыбка была слишком широкой, но она все равно отправила фото. — Вот. — Красавица. Такая красивая. Гермиона покраснела. — Иди спать. — И ты тоже. Завтра прослушивание. — Мм. Спокойной ночи, Беллатрикс. — Спокойной ночи, Гермиона.