Принц из квадранта всадников

Комната замерла в ожидании. Свечи горели ровно, их пламя даже не колыхалось, а рука короля лежала на дубовой столешнице — неподвижная, чужая, отделенная от него невидимой чертой приговора. Визерис смотрел на свою кисть, словно прощался с ней, пытаясь запечатлеть в памяти каждый изгиб пальцев, которые скоро станут лишь воспоминанием. Тишину нарушил негромкий, почти робкий кашель мейстера. — Ваше Величество… прежде чем мы приступим… — Он замялся, перебирая пальцами край своей серой мантии. — Я обязан задать один вопрос. Визерис медленно поднял голову. — Какой? Мейстер вгляделся в лицо короля с профессиональным любопытством, смешанным с искренним недоумением. — Почему вы не колеблетесь? Я благодарен за доверие, но… у меня есть вопросы к вашей решительности. В комнате стало зябко. Король слегка приподнял бровь, приглашая продолжать. — Вопросы? — Да, — мейстер осторожно указал на воспаленную плоть. — Я только что предложил искалечить правителя Семи Королевств. Обычно люди… сомневаются. Требуют созвать консилиум, ищут знамений, молятся богам. А вы согласились почти мгновенно. Почему? Король некоторое время молчал, переводя взгляд на Лиама, стоявшего поодаль живой статуей. На губах Визериса заиграла слабая, едва уловимая усмешка. — Потому что его привел мой брат. Мейстер перевел взгляд на принца, чья «морда кирпичом» оставалась безупречно непроницаемой. Визерис продолжил, и голос его звучал твердо: — Если бы вы пришли сами, я бы сомневался. Если бы вас прислал Малый совет, я бы приказал вас казнить за такие предложения. Но вас привел Деймон. — Он едва заметно кивнул в сторону брата. — А это значит, что он уже сомневался за меня. Лиам не шелохнулся, но в глубине его глаз что-то дрогнуло. — Вы доверяете ему настолько? — выдохнул мейстер, пораженный этой простотой. — Больше, чем себе, — улыбнулся Визерис. — Деймон никогда не был осторожным. Он совершил сотни ошибок, он сжигал города и нарушал клятвы. Но он всегда был… моим. Если он протащил вас на драконе через половину Вестероса, значит, он уверен в каждом вашем шаге. Лиам тихо, по-привычному фыркнул, разрушая пафос момента. — Я привез его лишь потому, что здешние мейстеры слишком любят запах макового молока и шепот Десницы. Король кивнул, принимая это ворчание как высшее проявление заботы. — Именно. Мейстер медленно покачал головой, проникаясь этой странной, ломаной, но несокрушимой связью между братьями. — Теперь я начинаю понимать, — он глубоко вдохнул, доставая из сумки первый инструмент. — Тогда медлить нельзя. Начнем, пока зараза не поползла выше. Визерис решительно прижал ладонь к столу. Его взгляд встретился со взглядом Лиама — и в этом безмолвном диалоге было сказано всё. — Делайте, мейстер. Pov Визерис Визерис смотрел на мейстера, который выглядел так, будто его только что вывернули наизнанку, и чувствовал, как внутри шевелится странное, почти забытое тепло. Деймон. Мой невозможный, вспыльчивый, не знающий границ брат. Любой другой на его месте прислал бы письмо. Любой другой вызвал бы консилиум, созвал бы лордов, начал бы долгие и нудные переговоры с Цитаделью. Но не он. Деймон просто нашел человека, которому доверяет, за шкирку затащил его на спину Караксеса и протащил через половину королевства над облаками. Я почти видел эту картину: перепуганный старик, вцепившийся в чешую дракона, и Деймон, который даже не оборачивается, потому что у него есть цель. Он привез мне спасение на крыльях ужаса. В этом был весь он. Деймон сохранял свою извечную «морду кирпичом», стоял в тени и делал вид, что это просто практичный ход. Но я-то знал. Я видел это в жесткой складке его губ, в том, как он закрыл дверь перед Отто. Деймон не верил моим мейстерам. Он не верил в их припарки и шепот. Он видел, как я гнию, и это бесило его сильнее, чем проигрыш в битве. — Ты сумасшедший, — подумал я, глядя на брата. — Ты абсолютно, безнадежно безумен. И именно поэтому я позволю этому человеку отрезать мне руку. Потому что за всю мою жизнь в этом замке, полном льстецов, шпионов и «верных» слуг, только один человек решился на такое безумие ради меня. Только один человек не побоялся моей боли и моего гнева, чтобы дать мне шанс дожить до завтрашнего дня. Мой брат привез мне мейстера на драконе. И в этом жесте было больше любви и преданности, чем во всех клятвах Малого совета вместе взятых. Я положил руку на стол. Если Деймон уверен — значит, и я должен быть уверен.