Идеальный хаос

POV Lisa После того как мы закончили колледж, бранч по выходным превратился в нечто среднее между посиделками БэмБэма, Винтер и меня. В последнее время наша компания за столом стала больше. Моя сестра Карина вернулась в Сеул несколько месяцев назад, поэтому, естественно, присоединилась к нам. Затем появилась Минни, подруга Карины и новоиспеченная жена БэмБэма. Куда бы ни шел БэмБэм, Минни следовала за ним. Иногда, когда ему очень не везло, появлялся Минджун, младший брат Винтер. Сегодня был один из таких дней. Не то чтобы он был плохим парнем, он просто… раздражал меня с тех пор, как мы были детьми. Однако Винтер была мне почти сестрой, поэтому она терпела своего родного брата, когда это было необходимо. И, честно говоря, Минджун тоже выводил Винтер из себя. Наш стол стоял во внутреннем дворике нашего любимого обеденного зала с видом на тротуар. Раннее осеннее солнце стояло прямо над нами, даря луч тепла в этот слегка прохладный день. — Я удивлена, что ты здесь, Лис, — прокомментировала Карина. — Похоже, за последнее время вы посетили больше бранчей, чем пропустили. Я оторвала взгляд от своего меню, которое на самом деле мне было не нужно, так как я почти всегда заказывала одно и то же. — Это жалоба? Я знала, что это не так. Мы с Кариной были ближе, чем большинство братьев и сестер. Наши родители умерли, и я стала её опекуном, когда еще училась в средней школе. Годы, прожитые в Чикаго с её придурком-бывшим, были тяжелыми для них обеих. Когда я бросила всё и, исчезнув, привезла её домой, это стало для меня величайшим удовольствием. — Одно замечание, — сказал она. — В последнее время ты не так много путешествуешь. — Есть такое, — согласилась я. Винтер наклонилась к Карине и провела рукой по её плечам. Видеть мою лучшую подругу детства с моей сестрой по-прежнему было немного непривычно. Часто мой мозг «ломался», пытаясь воспринимать их как пару. Но за последние несколько дней мои чувства к их отношениям стали почти полностью положительными. Винтер была хороша собой, и Карина извлекала из неё всё самое лучшее. — Есть ли для этого причина? — спросила Винтер. Я оставила меню на столе рядом с вилкой. — Несколько причин. Моё внимание привлекает новое здание в центре города. БэмБэм скрыл хихиканье рукой, но сделал это не очень удачно. — Сколько недель Дженни? Наверное, срок уже слишком большой, чтобы летать, а? — Тридцать семь недель. Слишком много, чтобы летать. Мой страх рос с каждым днем, зная, что вскоре мне придется ежедневно иметь дело с неуклюжим идиотом, которым Дженни точно не была. — Дженни беременна?! — Карина выпрямилась, пронзив меня, а затем и Винтер молниеносным взглядом. — Ни одна из них мне этого не сказала. Почему? Пальцы Винтер обвились вокруг бицепса Минджуна. — Я не понимала, что это то, что ты хотела бы знать, — я пожала одним плечом. — Ты видел её всего пару раз! — Карина закатила глаза. — И что? Она важна для тебя, не так ли? Я не решалась согласиться, но она не ошиблась. Дженни помогала мне ежедневно, и с ней было очень легко. Я проводила с ней больше времени, чем с кем-либо из моих предыдущих помощников. — Да, это так, — признала я. — Тогда я хочу купить ей подарок, — Карина повернулась к Минни. — Что ты собираешься делать после этого? Нам нужно пройтись по магазинам для ребенка. Минни потерла руки: — Да, конечно. Я знаю поблизости очень милый магазин. Что будет дальше, Лиса? Мальчик или девочка? — Понятия не имею. Минни ахнула, а затем прикрыла рот ладонью. — Почему меня это удивляет? Если это не приносит вам денег и не помогает завоевать мир, это не попадает на ваш радар. Минджун прочистил горло: — Я сижу здесь, обиженный тем, что меня не попросили присоединиться к походу по магазинам. — Ты что-нибудь знаешь о детях? — спросила Винтер. Минджун провел рукой по спинке стула: — Они маленькие. Они гадят и плачут, как будто это их работа. Иногда они поначалу кажутся милыми, но обычно выглядят как маленькие сердитые старики, пока не подрастут. Минни кивнула: — Ты не ошибаешься. — Просто не хватает многих очень важных деталей, — добавила Карина. Минджун поднял руку: — Давай, Кари. Возьми меня с собой за покупками. Если ты оставишь меня в покое после этого, у меня будут проблемы. Ты действительно хочешь нести за это ответственность? Винтер кивнула мне: — Мы с Лисой отправляемся в поход. Вы с БэмБэмом должны присоединиться к нам. Я затаила дыхание, ожидая, что Минджун отвергнет предложение. — Да, это звучит веселее, чем ходить за покупками для ребенка, — обратился Минджун к Минни и Карине. — Извините, дамы и господа, у меня появилось предложение получше. «Дерьмо». По крайней мере, БэмБэм был бы там в качестве буфера. Братья Ким (Винтер и Минджун) были известны своими спорами, и я не хотела слушать их в течение двух или трех часов. — Увидимся в следующий раз, — сказал БэмБэм. — Если моя жена занята, я пойду прогуляюсь. «Снова дерьмо». Полагаю, мне придется покопаться в глубине колодца терпения, который я обычно берегла для эгоистичных мужчин, с которыми имела дело на работе. Минни наклонилась к нему, выпятив нижнюю губу: — Ты собираешься покататься на мотоцикле без меня? Он поцеловал её в щеку и провел носом по её волосам: — Не волнуйся, красавица. Я возьму тебя с собой на прогулку позже, если хочешь. — Хочу, — пробормотала она. Официантка принесла нам напитки и приняла заказы. Минджун и Минни начали рассказывать о бизнесе, который они основали вместе. — Вчера у нас появился новый клиент, — сказала Минни. Я подняла одну бровь: — Ты всё еще этим занимаешься? Я сказала это в шутку, но в моем вопросе была доля правды. Я знала Минни с тех пор, как они с Кариной жили в одной комнате в колледже. Она была порядочным человеком, и я бы не позволила нашей дружбе продолжаться иначе, но она никогда не цеплялась за что-то одно: место, отношения или работу надолго. Её брак с БэмБэмом стал настоящим сюрпризом, поскольку ни один из них не был известен своей любовью к компромиссам. Затем она и Минджун (на которого я продолжала смотреть как на парня, который обычно пытался спустить с меня штаны всякий раз, когда я была вынуждена находиться в его присутствии) основали бизнес-консалтинговую фирму. За последние несколько месяцев в моей группе друзей произошли странные потрясения. Всё менялось с такой скоростью, что у меня часто ломило голову. Она показала мне средний палец. — Да, придурок. И мы добиваемся успеха. Я подняла обе руки в знак капитуляции. — Извини. Я просто пошутила. Я знаю, что ты вкладывала в это свою кровь, пот и слезы. Насмехаться над Минни было слишком легко, особенно когда она отвечала тем же. Однако она и Минджун заслужили похвалы. Я не понаслышке знала, какого это - начать бизнес. Это было не для слабых. Я выпила апельсиновый сок. — Приветствую Минни и Минджуна. Продолжайте в том же духе. Мы выпили за них, и, когда я поднесла бокал ко рту, мой взгляд упал на тротуар. Я замерла, увидев Дженни, идущую в направлении ресторана. Наш столик стоял рядом с невысоким барьером, ограничивающим пространство. Через несколько мгновений она должна была пройти мимо нас. — На что ты смотришь? — Карина повернулась в ту сторону, куда был направлен мой взгляд. — О! Это Дженни? — Да, это она, — с подозрением подтвердила я. Как в игре домино, один за другим все сидящие за нашим столом повернули головы, чтобы посмотреть на неё. Будто чувствуя, что за ней наблюдают, Дженни повернулась к нам. Когда её взгляд встретился с моим, её глаза широко раскрылись — она выглядела совершенно встревоженной. Карина подняла руку, жестом приглашая её подойти. — Привет, Дженни! Когда умерла наша мать, я бросила Стэнфорд, чтобы вернуться домой и стать опекуном Карины, и до сих пор ни разу не пожалела об этом. Если бы Карине пришлось в одиночку справляться с жизнью в общежитии или чем-то в этом роде, она не была бы такой чертовски дружелюбной. Дженни остановилась по другую сторону забора, который едва доходил ей до середины бедра. — Всем привет. Какая случайность, что я нашла вас здесь. Карина одним прыжком поднялась и окинула взглядом столики вокруг. — Мы как раз говорили о тебе. Присоединяйся к нам! Конечно, мы можем найти лишний стул. Минджун отошел от стола: — Все в порядке, я могу постоять. В любом случае, это помогает пищеварению. А всем известно, что блины легче есть стоя. Дженни помахала им рукой, тихо смеясь. — Нет, я не могу. Вы все так хорошо выглядите, а я выгляжу как полный кошмар. Я не хочу вас расстраивать, — её щеки покраснели, и она избегала смотреть на меня. Я много наблюдала за этим в последние недели. Уклонение от взглядов было её особым искусством. — Ты что, шутишь? Ты очаровательна, — нежно сказала Карина. — Пожалуйста, пойдем посидим с нами. Дженни подняла сумку с покупками. — Я еду домой, и у меня заняты руки, так что мне лучше пойти. В любом случае, спасибо. Дженни продолжила свой путь, хотя двигалась она не быстро, что было ожидаемо, учитывая размер её живота. Он превратился из аккуратного вздутия в собственную гравитационную силу. Иногда мне приходило в голову спросить её, не близнецы ли там, но я не была настолько глупа, чтобы позволить этому вопросу сорваться с моих уст. Я и так уже достаточно раз облажалась. Неожиданное разочарование охватило меня, когда она двинулась дальше по тротуару. То, как она назвала себя «кошмаром», избегая смотреть мне в глаза, застряло у меня в голове. Я встала и бросила салфетку на стол. — Прошу прощения. Мне нужно с ней поговорить. Я скоро вернусь. Когда я догнала её, Дженни стояла на углу. Она наблюдала за моим приближением настороженно, её сумочка была выставлена перед ней, словно щит. — Вернись. Карина живьем с меня шкуру сдерет, если я позволю тебе уйти, — я остановилась перед ней, глядя на неё сверху вниз. Я всегда забывала, какая она маленькая, потому что она не казалась такой. Но я впервые видела её вне работы. Обычно она была гладко причесана, с ухоженными волосами и в простой классической одежде. Сегодня же она собрала волосы в небрежный пучок, надела толстовку с капюшоном и леггинсы. — Пожалуйста, скажи ей, что я уже поела, — она натянула толстовку, которая была ей велика во всём, кроме живота. — Я действительно чувствую себя слишком разбитой, чтобы идти в ресторан, и вы все… — Ты хорошо выглядишь. Никто не осудит тебя за то, что ты носишь толстовку, когда ты на тридцать седьмой неделе — Подожди, ты знаешь, сколько у меня недель? — её брови нахмурились в замешательстве. — Конечно. Ты сказала мне это пять недель назад. Пять плюс тридцать две равно тридцать семь. Это несложно. — О… Она моргнула, и только тогда я поняла, какой усталой она выглядела. Возможно, на работе она наносила макияж, чтобы скрыть темные круги под глазами, а сейчас этого не сделала. Или, может быть, у неё была плохая ночь. В любом случае, казалось, что ей нужен отдых. И как можно скорее. — Пожалуйста, пойдем, — настаивала я, чувствуя себя неловко из-за того, что заставляю её стоять здесь дольше необходимого. Она покачала головой. — Нет, честно говоря, мне было бы неудобно. Я склонила голову. — Это моя вина? Из-за того, что я сделала комментарий о твоей одежде? Я сразу поняла, что задела её чувства, хоть это и было непреднамеренно. Ей было неловко в одежде, которая теперь едва прикрывала живот. Видеть, как она постоянно натягивает край толстовки, было для меня мучительно — всё равно что забивать гвозди в доску. Я хотела это исправить, чтобы её дискомфорт не поглотил меня, когда у меня и так было ещё десять тысяч дел, о которых нужно было позаботиться. — Ничего подобного, — она снова моргнула, на этот раз медленнее. — Я ухожу. Увидимся в понедельник. Хорошего бранча с друзьями, Лиса. — Подожди. Еще одна вещь, и тогда я отпущу тебя. Она опустила подбородок на ворот толстовки, ожидая, что я продолжу. — Девочка или мальчик? — я кивнула в сторону её живота. Она поднесла руку к верхней части живота и медленно провела ею по изгибу. — Это маленькая девочка. — Хорошо. Карина хотела знать… — Пока, Лиса. На этот раз, когда она ушла, я не стала её останавливать. Но я ждала на углу, наблюдая за ней, пока она не скрылась на соседней стоянке. Когда я вернулась в ресторан, еда уже была на столе. Я надеялась, что смогу спокойно поесть без дальнейших споров, но последнее слово должен был сказать Минджун. — Итак, я должен задать вопрос, который, я уверен, всем не терпится прояснить, — заявил Минджун. Я сосредоточилась на своем омлете. — Тебе действительно нужно это делать? — Да, должен. Я подняла глаза и посмотрела на него. — Тогда скажи мне, Минджун, что же все так хотят знать? Его рот расплылся в ленивой улыбке. — Скажи нам правду, Лиса. Ребенок твой или как? Застонав, я уронила голову на руки. Минджуну чертовски повезло, что во время этой прогулки мы не встретили пуму — я бы, не задумываясь, предложила его хищнику на обед.