Идеальный хаос

Jennie POV «P.S. Я бы предпочла сто раз родить, чем находиться в твоем присутствии». Это было подло и определенно преувеличено, но моё плохое настроение достигло критического уровня. Бессонница была настоящим кошмаром. Я знала это, потому что страдала от неё с детства. Если мне удавалось поспать два-три часа подряд — это была хорошая ночь. Я откинулась на спинку стула и провела руками по животу. Я выросла до эпических размеров, а у меня оставалось еще две недели. Казалось невозможным, что после этого я снова буду выглядеть как прежде, но сейчас мне было не о чем беспокоиться. Моя чаша забот и так была переполнена. Мои веки отяжелели, когда в дальнем конце коридора появилась стройная, внушительная фигура Лисы. Она шла, как высшая хищница. Только когда она почти подошла к моему столу, я заметила, что она несет подстаканник и направляется ко мне, а не в свой кабинет. — Доброе утро, Дженни. — Привет, Лиса. Она поставила подстаканник на край моего стола, и я почувствовала аромат кофе. Я пыталась дождаться обеда и еще не принимала дозу кофеина. Видя, что я почти заснула, она, вероятно, решила, что этого не должно случиться. — Это для тебя. Мороженое с молоком и ванильным сиропом, — она протянула мне чашку и положила сверху бумажную соломку. Я почти не могла подобрать слов, но голос моей матери в голове заставил меня вздрогнуть от неожиданности. — Спасибо. Это именно то, что мне было нужно. Она наклонила голову. — Приходите в себя, так что не торопитесь. Затем она повернулась и ушла, больше ничего не сказав. — Я буду в своем кабинете, когда ты будешь готова. Её добрый жест почти заставил меня почувствовать себя виноватой из-за моих записок, но я научилась не слишком доверять Лисе так рано. Я не сомневалась, что к тому времени, как я выйду с нашей утренней встречи, она заслужит моё жесткое заявление. Я сделала глоток своего напитка, который оказался именно таким, как мне нравилось, и подождала пять минут, чтобы кофеин подействовал на мой организм, прежде чем рискнуть войти в кабинет Лисы. Наша встреча прошла как обычно. Я просмотрела её расписание и отметила задачи, которые она хотела, чтобы я выполнила. Когда мы подошли к концу, Лиса дважды щелкнула мышью и откинулась на спинку стула, тяжело выдохнув. — Вы выбрали своего заместителя? — спросила она наконец. — Я выбираю между двумя кандидатами. Я собиралась прислать тебе их резюме сегодня днем. — Их имена? Я провела пальцем по планшету, проверяя еще раз, так как в последнее время моя память стала дырявой. — Чон Хо и Диана Флипо. Оба окончили SNU прошлой весной. Их оценки очень похожи. — Решительно выбираю Чон Хо, — произнесла она. — Чон Хо? Но… есть ли причина? Она села ровнее, её предплечья скользнули вперед по столу. — Я не нанимаю молодых незамужних женщин. Я не могла скрыть своей реакции. Мои глаза округлились, а губы приоткрылись от удивления, что она это сказала. — Тебе разрешено так говорить? Или даже думать об этом? — Нет, определенно нет. Но я верю, что то, о чем мы говорим в офисе, не выходит за его пределы. «Не дальше, чем мои записки», — подумала я. — Мне некому об этом рассказывать, но не могла бы ты объяснить, почему ты не нанимаешь одиноких женщин? — Конечно. У меня достаточно опыта, чтобы знать, что нежелательные осложнения возникают слишком часто. Нет ничего более неприятного, чем потерять отличного помощника из-за того, что она влюбилась в меня. Её рот искривился, прежде чем она продолжила: — Я понимаю, что это звучит неправильно, но я не принимала это решение легкомысленно. В моем положении я должна быть крайне осторожной с тем, кем себя окружаю. Я опустила планшет и блокнот на колени и хмуро посмотрела на неё. — Я надеюсь, что наем меня опроверг эту теорию. За все эти месяцы не возникло никаких осложнений, и я не влюблялась и никогда не влюблюсь в тебя. — Верно, но у меня сложилось впечатление, что у тебя был партнер, когда я давала тебе работу. Я прищурилась. Я точно знала, что не упоминала Джунсо в нашем интервью и уж точно никогда не назвала бы его своим партнером. — Какую проверку данных вы проводили? Ты проверяла мои стоматологические записи? — Да. Тебе пора на прием, — серьезно ответила она. У меня екнуло сердце. Моя мать, королева общества, научила меня манерам, но я также провела часть подростковых лет в панк-среде. Указывать пальцем на невежливых людей было для меня таким же инстинктивным жестом, как слова «пожалуйста» и «спасибо». — На самом деле я была там несколько недель назад, — я несколько раз постучала ручкой по блокноту. — Я бы попросила вернуть мне деньги за эту проверку, поскольку сейчас у меня нет партнера, да и не было его тогда. Кто-то дал вам неверную информацию. — Как я уже сказала, теперь я доверяю тебе, так что нет худа без добра. Она открыла ящик своего стола, достала конверт и протянула его мне. — Возьми. Это для тебя. Я взяла у неё конверт с тяжелым сердцем. Мне следовало подождать, пока я выйду, но мне слишком хотелось увидеть, что внутри. Я вскрыла его и вытащила карточку с названием спа-салона, о котором я не смела и мечтать. Открыв её, я обнаружила внутри подарочную карту на пятьсот долларов. — Что это? — мне едва удалось выдавить это, так как горло перехватило. — Для тебя. Мне сказали, что они делают дородовой массаж, процедуры для ног и всё прочее. Или ты можешь оставить её и использовать уже после того, как она родится. Я почти потеряла дар речи. Лиса едва узнала о моей беременности с момента нашего первого разговора, что, честно говоря, было нормально. Но то, что она назвала моего ребенка «она», почти сломило меня. Я не знала почему. Возможно, потому, что мне не с кем было поговорить обо всём этом, кроме Джису и Розэ. Её признание ошеломило меня. Это сделало всё еще более реальным. — Это невероятно щедро. Столько всего хорошего… Мои слова были прерваны, когда малышка решила совершить «смертельный кувырок» и толкнула мои легкие, чтобы растянуться и устроиться поудобнее. — Дженни? — Лиса встревоженно встала. Я хотела сказать ей, что всё в порядке, но у меня перехватило дыхание. — Ты в порядке? Когда я не успокоила её достаточно быстро, она обошла стол и присела передо мной на корточки. — Дженни… — Я в порядке, — наконец выдавила я. — Ты не… — её взгляд впился в мой живот. Мой живот был в движении. Сквозь светло-серое платье невозможно было скрыть, что существо, живущее внутри меня, что-то замышляет. — Она имитирует аллигатора. — Это нормально? — Лиса смотрела, как мой живот буквально ходит ходуном изнутри. — Думаю, да. В любом случае, для неё это нормально. Словно по собственной воле, её рука потянулась к моему животу. Я задержала дыхание, наблюдая, как она медленно приближается. В последнюю секунду её глаза переместились на мои, спрашивая разрешения. По причинам, которые я не могла объяснить, я ответила ей кивком головы. Её ладонь легла мне на живот, а малышка тут же прижалась к ней с другой стороны. — Боже, — произнесла она. — Это… ноги? — Да. Она, должно быть, чувствует давление вашей руки. Её брови нахмурились, когда она посмотрела на мой живот, и меня захлестнул вихрь эмоций. Я переживала это потрясение и трепет в одиночестве, отмечая вехи в тишине. То, что эта женщина, мой начальник, поделилась этим моментом со мной, было сюрреалистичным, но в то же время вызывало у меня невероятную ностальгию. Так должно было быть всё время. Джунсо должен был быть здесь в такие моменты. Как Лиса могла заботиться об этом ребенке больше, чем Джунсо? Это мало что значило, поскольку Джунсо это нисколько не волновало, но всё же… Лиса Манобан касалась моего живота, чтобы почувствовать, как мой ребенок пинается, с таким испуганным трепетом, который её отец должен был испытывать к ней. — Это всегда происходит у тебя внутри? — спросила она, не отрывая глаз от моего живота. Она жаждала внимания. Должно быть, именно поэтому получать такую долю участия от Лисы было так опьяняюще. Я могла бы смаковать это чувство вечно. Моя грудь вздымалась, как в романтическом романе. Я вцепилась пальцами в подлокотники кресла, чтобы не поддаться искушению положить свою руку на её. То, что мысль о переплетении моих пальцев с пальцами Лисы заставила мои пальцы на ногах сжаться в туфлях, многое говорило о моем эмоциональном состоянии. Лиса Манобан — моя невыносимая начальница. — Нет, не всё время, — сказала я. — Она более активна, когда я на работе, чем где-либо еще. Она медленно покачала головой. — Там настоящий человек. Мне пришлось рассмеяться. — Думаю, да. — Она будет здесь уже через две недели. — Дико, правда? Её длинные пальцы сомкнулись на округлости моего живота, и тепло её ладони проникло сквозь моё тонкое платье на кожу. Я поняла, насколько это невероятно интимно. Лиса стояла на коленях у моих ног, прикасаясь ко мне так, как к ней никогда не прикасались… может быть, никогда — с таким благоговением и трепетом. Было трудно не позволить этому повлиять на меня. — Я никогда не слышала ничего более безумного, — мои слова вырвались хрипло, и мои щеки сразу запылали. К счастью, она не смотрела мне в лицо. Она поднесла другую руку к моему животу, лаская его с обеих сторон. Положение, в котором мы оказались, было более чем неподходящим для рабочего места, но во мне не было ни частички желания попросить её отойти в сторону. Я прерывисто дышала, и Лиса согревала мне те части живота, которых я сама не касалась. — Она всё это время слушала мой голос, — пробормотала она. — Да. Я бы сказала, что мнение о вас у неё уже сформировалось. — Мои пальцы снова напряглись, на этот раз от желания запустить их в её густые темные волосы и немного взъерошить их. — К счастью для меня, она сможет высказать мне это только через пару лет. Я снова засмеялась, заставив свой живот подпрыгнуть. — Я не думаю, что тебе нужно об этом беспокоиться. В офисе будет не так много людей. Я этого ожидала. Если бы я не нашла способа оплатить детский сад вместе с домашними и кредитными платежами, мне, возможно, пришлось бы засунуть малышку в ящик стола и скрестить пальцы, чтобы Лиса этого не заметила. Без лишних слов на меня выплеснулось ведро холодной реальности. — Хорошо. — Она покачала головой. — Конечно, конечно. Как будто реальность обрушилась и на неё, Лиса встала и обошла свой стол с другой стороны. Она осталась там, сосредоточившись на своем экране и щелкая мышью. Её «отсутствие» было настолько внезапным, что я на мгновение оказалась в беспомощном состоянии. Я ждала, что она что-то скажет, но она молчала. Поэтому я встала со стула и вышла из её кабинета с щедрой подарочной картой в руке, которая мне теперь казалась совсем не нужной. Ошеломленная, я направилась в комнату отдыха. Джису готовила утренний смузи для Мингю. Она делала это каждый день, ругаясь в процессе. Она презирала то, что её заставляют это делать, и не раз намекала, что ищет, где бы раздобыть немного мышьяка. — Привет. — Я вошла в комнату со всей драматичностью, которую могла вложить в свои движения. — Только что произошла самая странная вещь. Она перестала разминать ягоды и обратила на меня внимание. — Расскажи мне, дорогая. — У нас с Лисой была утренняя встреча, и… — Мне пришлось закрыть лицо руками. Малышка начала делать свои сумасшедшие повороты, и у меня перехватило дыхание. — Лиса, должно быть, подумала, что со мной что-то не так. Она подбежала ко мне, а потом… — Что? — прошептала Джису с нескрываемым волнением. — Я позволила ей дотронуться до моего живота. — Лиса Манобан? — Она самая. — Я искоса посмотрела на неё сквозь пальцы. — И это продолжалось очень долго. Она водрузила очки на голову и посмотрела на меня круглыми глазами. — Как долго? Розе вошла, пошатываясь. У меня не было другой причины находиться в комнате отдыха, кроме как сплетничать. — Как долго что? Очки Джису снова упали ей на нос. — Лиса дотронулась до живота Дженни. Розе повернулась ко мне. — Нет! Я кивнула, моё лицо горело. — Она сделала это. И это продолжалось… не менее пяти минут. В конце концов, я держалась за её руки обеими руками и… Розе выгнула бровь. — И тебе понравилось? Несколько непрошеных слезинок навернулись мне на глаза. — Она сделала это. Просто… я не помню, когда в последний раз меня кто-то так обнимал, я ведь хожу на все свидания одна… Подойдя ко мне, Джису обняла меня, и обняла так крепко, что у меня вырвался стон. — Готово. — Она откинулась назад, положив руки мне на плечи. — Приходи ко мне, я обниму. Не ищи контактов у неподходящих людей. — Не думаю, что я этого искала, — запротестовала я. Однако я не протестовала против того, чтобы Лиса прикасалась ко мне. Ни капли. — Ты позволила это, потому что тебе нужно было «что-то». Нет, Лиса, тебе не нужны такие осложнения в жизни. — Джису вернулась к коктейлю Мингю, размешивая ягоды в ванильном йогурте. — Ты думаешь, я не хочу послать Мингю к черту? Но всё будет проще, если я просто сделаю свою работу, пойду домой и забуду обо всём. Мне нравится простота. Розе потянула манжету своей спортивной куртки. — Лично мне нравится беспорядок, но не тот, который возникает из-за чрезмерной близости с человеком, подписывающим мой чек. Она устремила на меня долгий пронзительный взгляд. Затем выражение её лица стало настолько мягким, что мне пришлось задаться вопросом: не излучала ли я ту самую ауру «раненого существа», о которой мне иногда говорил Джунсо? Без предупреждения Розе набросилась на меня, обняв еще нежнее, чем Джису. От Розе пахло рождественским утром: сосной и корицей. Я положила голову ей на плечо, и она позволила мне просто выдохнуть. Сцена в этой комнате была далека от профессиональной, но никто не смотрел. Посетители были единственными, кто заходил сюда, и у нас был свой собственный код. Объятия не были чем-то неприемлемым, хотя было бы справедливо сказать, что мы впервые так искренне наслаждались обществом друг друга. Джису оторвалась от своей задачи. — А теперь скажи мне, дорогая, ты упоминала, что никто не ходил с тобой на свидания. Кто будет присутствовать при родах? Я сжала губы. Паника, которую я отодвинула в сторону с тех пор, как Джунсо признался, что ушел навсегда, угрожала вспыхнуть вновь. — Я делаю это одна, — призналась я, отворачиваясь от восхитительного аромата кофе. — Нет, — Джису положила руки на бедра. — Всё это чуждо моим принципам. Как «официальная мать» этой девочки, я не могу позволить тебе пройти через это в одиночку. Я буду там. Розе застонала и перегнулась через прилавок. — Я тоже должна быть там, не так ли? — Тебе не нужно этого делать, Рози, — прошептала я. Её предложение было слишком ценным, чтобы я могла говорить в полную силу. Я мысленно готовилась к тому, чтобы рожать в одиночестве. Иметь там хотя бы одну из них было больше, чем я когда-либо могла себе представить. — Нет-нет, — усмехнулась она. — Я не отношусь к своему титулу «матери» легкомысленно. Я тоже буду там, но смотреть не буду. Строго моральная поддержка. — Я не давала вам этого титула, — напомнила я им. Джису приложила руку к сердцу. — Теперь я «мама», я поняла. — Затем она повернулась к двери. — В любом случае, долг зовет. Я ухожу. Когда мы снова остались одни с Джису, она подняла конверт, который я бросила на прилавок. Я была так отвлечена, что забыла, зачем вообще принесла его сюда. — О-о-о, этот салон должен быть очень стильным. — Она вытащила подарочную карту и ахнула, увидев сумму. — О, Лиса Манобан гораздо щедрее, чем я думала. — Я тоже. — Я взяла у неё карточку, потирая большим пальцем рельефный логотип. — Ты не выглядишь взволнованной. — Это щедрый подарок, это действительно так, — я фыркнула, разочарованная тем, что не могу быть просто довольна подарком. — В настоящее время его трудно достать для спа-процедур. Но мне действительно не до массажа, и у меня точно не будет времени лежать в масках после рождения дочки. Джису слегка покачала головой, понимая мою точку зрения. Я оставила карточку на столешнице. — Если бы я действительно хотела подарить себе что-нибудь полезное, то подарочная карта в Target заставила бы меня петь от радости. Ты хоть представляешь, сколько подгузников мне понадобится? Джису снова покачала головой, на этот раз менее мягко. — Я тоже об этом думала. Это потрясающий подарок, и всё же... — вздохнула я. Я повернулась, услышав позади себя голос Лисы. Она стояла там, ожидая свой кофе со льдом. — Лиса... Она пододвинула чашку ко мне. — Ты забыла это в моем кабинете. Я подумала, что ты захочешь забрать подарок. — Спасибо. Я осторожно взяла конверт у неё, пытаясь поймать её взгляд. Она позволила своему взгляду лишь один раз коснуться моего, затем кивнула и ушла. Джису первой нарушила густую тишину. — Черт возьми. Я обернулась, чтобы посмотреть на неё. — Сколько вы слышали? — Всё, дорогая. Разве ты не видела, как я отрицательно качаю головой, пока ты жаловалась? Я хлопнула себя по лбу. — Я думала, ты согласна со мной! Мне нужен был знак получше. — Я не могла сделать ничего лучше, чем качать головой, разве что закрыть тебе рот рукой! Я упала в кресло и застонала. — Я такая дура. Она сделала этот красивый жест, а я даже не смогла его оценить. — Ты в плачевном состоянии, дорогая, — Джису отодвинула крышку от своего коктейля и подошла ко мне. — Лиса не из тех, кто склонен к нежным чувствам. Она наверняка уже забыла об этом разговоре. — Надеюсь. — Можно было только надеяться. Мои надежды рухнули к полудню. Когда я вернулась к своему столу после обеда, там, в центре, лежал маленький красный конверт с характерной белой мишенью (логотип Target). С комом в горле я открыла его и чуть не вскрикнула, увидев сумму. «Тысяча долларов». «Святые небеса». Когда я прочитала записку, у меня дрожали руки. «Дженни, Что-то полезное, что сочетается с роскошью. Срок действия спа-карты не истекает. Используйте её, когда у вас будет время, даже если это произойдет через три года. Поздравляю с вашим скорым прибавлением. Тебе следовало сказать мне об этом раньше. Лиса» Было странно быть такой благодарной женщине, которая ежедневно действовала мне на нервы. Ради бога, она ведь даже «не нанимала одиноких женщин»! Я не знала, как примирить эти смешанные чувства. Звук приближающегося голоса Лисы мгновенно переключил меня в профессиональный режим. Я обошла свой стол и встала за ним с безупречной улыбкой. Мне не нужно было беспокоиться — Лиса разговаривала с парой мужчин старше её как минимум на два десятилетия, в накрахмаленных костюмах и с серьезными лицами. Лиса сделала жест в сторону своего кабинета, и мужчины вошли вместе с ней. Они исчезли, даже не взглянув на меня, и закрыли дверь. Именно так, как я и ожидала. Это была та Лиса, которую я знала. Мир снова повернулся вокруг своей оси, как и должно было быть, и я вздохнула спокойнее. Но этот маленький красный конверт продолжал лежать на столе, напоминая мне, что в моей начальнице есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Я посмотрела на него и прошептала: — Пошел ты к черту. Ты всего лишь карта. Что ты знаешь? У тебя даже мозга нет. Теперь, когда я отругала неодушевленный предмет (что, несомненно, стало для меня новой «нижней точкой»), я села в кресло, включила компьютер и вернулась к работе.