Идеальный хаос

Lisa POV Дженни не стала ждать, пока я прикрою её накидкой. Моя грудь вздымалась от негодования при виде этого крупного незнакомца, который так по-хозяйски устроился на моем чертовом диване. Я надеялась, что смогу сдержаться, но это был предел моего терпения. Я села рядом с Дженни и снова протянула ей накидку для кормления. Она лишь покачала головой и оттолкнула мою руку. — Спасибо, что принесла её, но я правда не люблю закрываться. Сэм не возражает, если я буду кормить грудью во время нашего разговора, — тихо сказала она. — Держу пари, ему это только в радость, — пробормотала я себе под нос. Ну конечно, какому мужчине не понравится вид кормящей грудью красивой женщины? Безусловно, это было красиво и естественно, но это была грудь Дженни. За те недели, что она жила со мной, я видела её гораздо чаще, чем когда-либо ожидала, и просто не могла заставить себя отвести взгляд. Я уже тогда начала сомневаться, что Сэм — подходящий кандидат. — Что ты сказала? — прошептала Дженни. — Ничего. Она легонько похлопала меня по колену. — Не веди себя странно. Я вскинула подбородок, глядя на этого парня, похожего на типичного представителя студенческого братства, который сидел перед нами. — Давайте покончим с этим, — отрезала я. Санхи пнула меня ножкой по руке, будто отправляя сообщение: «Повзрослей, придурок». Я взяла её крохотную ступню и погладила нежную кожу, мысленно отвечая: «Я не виновата, что твоя мама меня так отвлекает». Дженни и Сэм продолжали беседу практически без моего участия. Насколько я могла судить, меня просто исключили из процесса. Я могла бы заявить, что меня обучала сама «Супер-Няня» или что я изобрела метод Монтессори, и всё равно в их глазах я была бы недостаточно квалифицированной. То, что Сэм смотрел на Дженни так, будто его интересовало что-то помимо работы, совсем не помогало ситуации. Что касается Дженни, я не могла понять: был ли этот парень в её вкусе или на неё так действовало его «обаяние няни», но они постоянно смеялись, в то время как я решительно не понимала, что тут такого чертовски забавного. По крайней мере, Санхи не смеялась. Когда она закончила есть, Дженни взяла её на руки, глядя на Сэма, и малышка вдруг нахмурилась. Обычно она была улыбчивой девочкой, но то, что она насупилась при виде Сэма, было для меня хорошим знаком. — А что вы думаете о приучении к самостоятельному сну? — внезапно перебила я их. Да, я вклинилась в разговор, потому что их болтовня о каком-то пляже в Лос-Анджелесе, на котором они оба бывали, решительно ни к чему не вела. Пора было заткнуть Сэму рот. — Это зависит от родителей, но если бы спросили моё мнение, я бы сказал, что я решительный сторонник этого метода, — ответил Сэм. — Моя бабушка всегда говорила: если младенец плачет — не подходи сразу, пусть поплачет, это помогает укрепить легкие. Я знаю, что медициной это не доказано, но я верю, что старые методы творят чудеса. Дженни мгновенно выпрямилась, и по её лицу я поняла — это конец. Мне пришлось сдержать торжествующую улыбку. Сэм только что «наступил в кучу дерьма» и даже не подозревал об этом. После этого интервью закончилось очень быстро. Я выставила Сэма из дома, и по его лицу было ясно: он понял, что ему не перезвонят. Когда я вернулась в гостиную, Санхи увлеченно пинала игрушки на коврике, а Дженни в волнении расхаживала по комнате. — Укрепить легкие?! — она всплеснула руками. — Он казался таким идеальным, а потом начал выдавать эти советы из пятидесятых. Если бы я дала ему договорить, он бы, наверное, сказал, что детские автокресла не нужны, потому что его бабушка как-то выжила без них. — У тебя всё еще есть вариант позволить Санхи спать в моем нижнем ящике стола, — подколола я её. Дженни смерила меня долгим взглядом. — Откуда ты знала, что я так среагирую на его слова? Я лишь пожала плечом. — Инстинкт. Моя работа — изучать людей, понимать их суть по жестам и подтексту. Я сразу поняла, что он не из тех, кто следит за современными исследованиями в области воспитания. Дженни снова застонала и, подойдя ко мне, внезапно прижалась лбом к моему плечу. — Если следующая няня тоже окажется ужасной, я не смогу вернуться к работе. Чон Хо придется терпеть моё отсутствие еще дольше. Дженни стояла совсем рядом, прижавшись ко мне, и я не знала, как на это реагировать. Это было не так, как на прошлой неделе, когда я обняла её в момент её полного отчаяния. Сейчас она сохраняла самообладание, хотя разочарование накатывало на неё волнами. — Хочешь, я тебя обниму? — тихо спросила я. — Да, пожалуйста. Она обхватила меня руками, и я притянула её ближе. Дженни прижалась щекой к моей груди, прямо там, где гулко билось моё сердце. Она была такой мягкой, как я и представляла, и удивительно гармонично чувствовала себя в моих объятиях. Мои границы всегда были твердыми. Я никогда не позволяла себе такой близости с подчиненными, кем бы они ни были, и Дженни долгое время соблюдала эту дистанцию. Но всё рухнуло несколько месяцев назад — вероятно, в тот самый момент, когда я впервые почувствовала, как Санхи шевелится у неё в животе. С тех пор мы только отдалялись от привычных рабочих рамок. Это была неизведанная территория, но пути назад не было. Для меня — точно. Я не знала, продолжим ли мы сближаться или останемся на этом этапе. Надеюсь, когда Дженни выйдет в офис на следующей неделе, всё станет яснее. — Как зовут следующую няню? — спросила я, стараясь перевести тему. — Юю, но в резюме написано, что она предпочитает, чтобы её называли Юи. — Хм-м… — я нежно провела рукой по её спине. — Юи позаботится о Солнышке. У меня хорошее предчувствие на её счет. Дженни отстранилась и подняла на меня глаза. Часть её тревоги утихла. — Это хороший аргумент, — она слегка толкнула меня в плечо. — Слушай, неужели я правда доставляла тебе дискомфорт, кормя грудью без накидки всё это время? Ты никогда ничего не говорила, но выглядела очень напряженной, пока Сэм был здесь. — Нет, если бы мне было неловко, я бы сразу об этом сказала. — Так в чем тогда была твоя проблема? — Я смотрела на тебя. Дженни прищурилась. — Сэм не смотрел на меня как-то неуместно. Мы просто разговаривали… — Поверь мне, Дженни. Я знаю, когда мужчина заинтересован. И Сэм был заинтересован. Если бы ты наняла его, это стало бы проблемой. Она отшатнулась, фыркнув от возмущения. — Неужели я даже не могу покормить дочь, чтобы на меня не «набрасывались» мужчины? Ты ведь этого не делаешь! — она сделала паузу, изучая выражение моего лица. — Или делаешь? — Вопреки распространенному мнению, я человек, а не робот. Дженни замерла с открытым ртом. — Ты когда-нибудь… смотрела на мою грудь, Лиса? — И не раз. Это был самый неловкий момент в моей жизни. Даже хуже того случая, когда моя мама заявилась ко мне в институт в пижаме и потребовала, чтобы я научила её менять батарейки в пульте. В какой-то момент мне следовало бы научиться лгать, но я была дочерью своего отца. Ложь была мне противна. Я презирала тех, кто считал истину своей собственностью и вертел ею как хотел. Дженни вдруг хихикнула, услышав моё признание. — Что ж, я не могу этого отрицать. Я бы на твоем месте, наверное, тоже посмотрела, — она снова шутливо толкнула меня. — Так почему же ты тогда обвинила в этом Сэма? Я взяла её за руку, прежде чем она успела снова меня задеть, и удержала её ладонь в своих. — Мне просто не понравилось, что он смотрел на тебя. Дженни тихо выдохнула. — Всё так просто? — Для меня — да. — Я медленно отпустила её руку, понимая, что пора остановиться. — Пойду немного поработаю, пока не приехала Юи. — Будем надеяться, что она окажется потрясающей, — добавила Дженни, глядя мне вслед. Jennie POV Юи оказалась именно такой няней, о которой я могла только мечтать. Если бы мне пришлось угадывать, я бы дала ей лет пятьдесят. Раньше она была домохозяйкой, пока её собственные дети не выросли, а затем начала присматривать за чужими. С её мягким японским акцентом и уютной, почти материнской внешностью, она мгновенно расположила к себе Санхи. Малышка сразу полюбила её, а Юи была в полном восторге от моей улыбчивой девочки. Даже Лиса признала, что Юи замечательная. Однако это не помешало ей установить камеры видеонаблюдения во всех общих зонах дома, подключив их к нашим телефонам. Лиса доверяла Юи, но лишь до определенной степени. Хотя установка камер казалась мне излишней (ведь мы не собирались жить у Лисы вечно), в глубине души я чувствовала облегчение: у меня была возможность видеть свою девочку в течение дня. Это был мой первый рабочий день, и пока всё шло хорошо. Я рассталась с малышкой Сан почти без слез — во многом потому, что она, кажется, была рада пообщаться с Юи. Лиса рано утром ушла в спортзал, поэтому в офис мы поехали по отдельности. Вернуться к привычному ритму было всё равно что снова сесть на велосипед. Я составила график Лисы, как обычно, но, дойдя до конца страницы, засомневалась. У меня не было заготовлено какой-то колкой записки. Завтра всё могло измениться, но сегодня Лиса была на моей стороне, и её поддержка значила очень много. На самом деле... она мне очень нравилась. Я не совсем понимала, кто мы теперь друг другу. Мы точно не были просто «начальником и подчиненной», но и называть нас просто «соседками» было бы преувеличением. Мы еще не стали подругами в полном смысле слова, но были уже очень близки к этому. Странное сочетание всех этих ролей одновременно. В конце её ежедневника я приписала: «P.S. Надеюсь, твоя подушка сегодня вечером будет такой же свежей, как твои мысли». Я закрыла блокнот, довольная собой. Завтра я снова могу стать резкой, но сегодня мне хотелось быть щедрой на добрые слова. Конверт с моими бумагами лежал там, где я его оставила, но я решила не подшивать новый лист к старым, а просто положила его сверху. Я успела как раз вовремя, потому что к моему столу уже спешили Джису и Розе. — Ты вернулась! — воскликнула Джису. — Слава богу, ты вернулась. Бедный Чон Хо совсем заезжен. Розе буквально вытянула меня из кресла, чтобы обнять. — Добро пожаловать, дорогая! Но постой... где наш ангелочек, Энджел Маккханк Чикс? С кем ты её оставила и почему не посоветовалась со мной? Улыбаясь, я схватила телефон и включила экран, на котором транслировалось видео из гостиной дома Лисы. Юи ходила по комнате с Санхи на руках. Я включила звук, и в офисе зазвучал её нежный голос: — Это окно, милая девочка, умная девочка. Это светлая комната, сильная девочка. А это выключатель... Она называла каждый предмет, на который указывала. Розе всплеснула руками. — Ладно, я поняла. Ты наняла лучшую из лучших для нашего ангела. Я прощаю тебя за то, что ты не предложила эту работу мне. Я усмехнулась: — Рози, боюсь, я бы не смогла оплатить твои услуги. — Верно, — согласилась она, — точно не смогла бы. Джису выхватила у меня телефон, чтобы рассмотреть экран поближе. — Могу ли я попросить няню ходить за мной и петь аффирмации весь день? Розе скрестила руки на груди: — Кажется, у вас только что родилась отличная бизнес-идея. Я хихикнула. Черт возьми, я не скучала по самой работе, но я очень скучала по ним. Последние недели я видела их слишком редко. — Не знаю, взлетит ли этот бизнес-план, — пошутила я. — Как насчет того, чтобы просто делать друг другу комплименты? Джису, твоя новая стрижка выглядит очень стильно. Она коснулась кончиков своего идеально подстриженного боба: — Спасибо, дорогая. Твоё возвращение определенно скрасило это скучное место. — Вау, спасибо, Джису. — Я повернулась к Розе. — Тот отчет, который вы прислали мне на правку, был составлен идеально. Отсутствие грамматических ошибок — это невероятно сексуально. Розе отвесила драматический реверанс: — Мое мастерство в расстановке запятых не имеет равных. — Розе не нужна няня для комплиментов, она сама себе лучший фанат, — вставила Джису. Внезапно вокруг воцарилась тишина, которая могла означать только одно: Лиса здесь. Джису и Розе расступились, давая ей пройти. Лиса пересекла зал так уверенно и стремительно, будто её тело было самурайским мечом, рассекающим воздух. С легким свистом она преодолела разделяющее нас расстояние и остановилась перед моим столом. — Джису, Розе, — она коротко кивнула им. Они быстро поздоровались в ответ и поспешили к своим местам. — Доброе утро, Лиса. — Доброе утро, Дженни. Прежде чем мы начнем рабочую встречу, я хочу тебе кое-что показать. — Хорошо. — Я встала и пошла вслед за ней. Я была заинтригована. Лиса положила руку мне на спину и повела к двери рядом со своим кабинетом. Раньше там была кладовая. Она вошла первой, включила свет, и я замерла на пороге, не веря своим глазам. То, что раньше было обычным складом, превратилось в уютный уголок. В центре лежал мягкий кремовый ковер, стояли два плюшевых кресла. В углу расположился небольшой холодильник из нержавеющей стали. На стене висел телевизор. — Что это? — прошептала я. — Комната для кормления и сцеживания. — Но ведь одна есть внизу, в общем блоке... Мне не нужно ничего особенного. Лиса покачала головой. — Теперь тебе не нужно её ни с кем делить. У меня было свободное место, и мне ничего не стоило превратить его в комнату специально для тебя. Если тебе здесь что-то не нравится, просто скажи, и я всё изменю. — Нет, она идеальна, — выдохнула я, входя внутрь. Я села в одно из кресел и блаженно зажмурилась. — Это кресло удобнее, чем мой рабочий стул. Возможно, тебе придется вытаскивать меня отсюда силой, если я усну. Я с удивлением заметила, как румянец залил лицо Лисы, будто моя шутка её смутила или даже немного задела. Наверное, любому начальнику было бы странно слышать, что помощник собирается вздремнуть в рабочее время. Я вскочила и поправила платье на бедрах, которые всё еще были чуть шире, чем до беременности. Честно говоря, после рождения Санхи я стала мягче и округлее, но сейчас чувствовала себя собранной как никогда. — Я просто шучу, обещаю здесь не спать! — улыбнулась я. — Спасибо большое. Это лучшее, что я могла себе представить. — Ты ничего не просила. Я просто хотела, чтобы у тебя было своё пространство. Я вздохнула. Лиса даже не представляла, как много это для меня значит. В маленьком холодильнике уже было место для моих запасов молока... Она слышала, как я расстраивалась дома, если случайно проливала хоть каплю драгоценного ресурса. Она даже видела, как я приучала Санхи к бутылочке, чтобы быть уверенной, что она поест в моё отсутствие. — Можно я тебя обниму? — спросила я. — Если чувствуешь в этом необходимость... — Она неловко развела руки. — Только давай быстро. Я хихикнула, закатила глаза, но всё же подошла и крепко обняла её. — Это одна из самых прекрасных вещей, которые кто-либо делал для меня, Лиса. — Ой, перестань. По шкале «хороших поступков» это довольно низкий показатель, — проворчала она, но я почувствовала, как её ладонь нежно скользнула по моей спине. — В конце концов, я сделала это из чисто эгоистических соображений. — Ах, вот как? — Именно. Теперь ты не будешь тратить время на переходы между этажами, если можешь остаться прямо здесь. Я кивнула. — Да. В этом есть смысл. Эффективность. — Моё самое ценное качество. Я тихо засмеялась и высвободилась из её объятий, хотя, честно говоря, какая-то часть меня не хотела этого делать. — Что ж, какими бы ни были твои мотивы, я ценю это. — Я указала головой на второе кресло. — А оно для тебя? Чтобы мы могли вместе работать, пока я занимаюсь… своими делами со сцеживанием? — Как вариант. — Нет уж, — я шутливо подтолкнула её локтем, выходя из комнаты. — Не тешьте себя иллюзиями, миссис Манобан. — Не вбивайте их мне в голову, мисс Ким, — она поймала меня за локоть прежде, чем я дошла до своего стола. — Ты не забыла о нашей встрече? Я протянула руку, взяла её ежедневник и помахала им в воздухе. — Нет, я как раз собиралась его взять.

────୨ৎ────

Неделя была тяжелой, но Лиса загрузила меня работой сильнее обычного, так что дни пролетели незаметно. У меня было ощущение, что она делает это специально, чтобы я меньше скучала по Санхи. С другой стороны, я не раз ловила её саму на том, что она смотрит на экран своего телефона, где транслировались камеры из дома. Так что, возможно, скучала не я одна. Либо же она была просто помешана на контроле и паранойе из-за того, что в её доме находился незнакомый человек (няня). — Дональд снова объявлялся? — спросила я её по дороге в Рокфорд-билдинг. — Он заходил пару раз. Безопасность всегда пресекает такие визиты, — ответила Лиса. — Если он согласится на условия, то уедет во Флориду и попытается сохранить те крохи, что у него остались. Я покачала головой. — Я никогда не пойму, почему мужчины его возраста стремятся заработать всё больше и больше, рискуя абсолютно всем. Это просто жадность. — Нет ничего проще. Не всегда жадность или амбиции заставляют богатых стремиться к большему. — А что же тогда? Её челюсть напряглась. — Не все богатые начинали с золотой ложкой во рту. Лиса Манобан была одной из таких людей. Информация о её прошлом в СМИ была расплывчатой, но я прочитала достаточно, чтобы знать: её родители умерли, когда она была совсем молодой, и она стала опекуном своей младшей сестры. Она основала «Manobal Development», когда ей было чуть больше двадцати, благодаря инвестициям своей лучшей подруги Ким Минчжон, которая родилась в очень богатой семье. Лиса грамотно воспользовалась этими вложениями и, используя свои безжалостные инстинкты и предпринимательский дар, построила многомиллиардную империю. Для всех остальных это было верхом успеха. На её месте любой бы остановился и жил в свое удовольствие. Но Лиса явно не чувствовала удовлетворения. Мне было интересно, наступит ли когда-нибудь этот момент. — Я понимаю, ты не хочешь снова голодать. Но кому нужны миллиарды? Разве миллионов недостаточно? Мой вопрос был наполовину шутливым, но Лиса ответила на него очень серьезно. — Чего «достаточно»? Убедиться, что ты сама не голодаешь? А как же твои дети? А внуки? Речь идет не только о деньгах, но и о безопасности, и о власти. У большинства из тех, кто не вырос в достатке, не было ни того, ни другого. — Но даже в этом случае пара неверных шагов — и эта безопасность, и эта власть могут исчезнуть, оставив тебя старым и одиноким человеком. Я думаю, что настоящую стабильность дает семья и круг друзей. Когда Джунсео ушел, я чувствовала себя такой потерянной именно потому, что мне не к кому было пойти. — Одно не исключает другого, — она начала было говорить что-то еще, но осеклась, поджав губы. Затем пристально посмотрела на меня. — У тебя всегда было место, где тебя ждут, Дженни. Просто ты не хотела открывать эту дверь и видеть это, пока я не вошла сама. У меня слегка закружилась голова от её слов. Я… я хотела поспорить с ней, но она была права. У меня были люди. Джису или Розе помогли бы мне в любой момент, но я сама их не просила. В глубине души я знала, что Лиса тоже помогла бы мне. — Ты права. Очень трудно открыть дверь после того, как твой «первый дом» предал тебя. Она перегнулась через сиденье и сжала мою руку. — На этот раз этого не произойдет. Выйдя из машины, Лиса подала мне руку и помогла выйти, попутно разгладив рукава моей блузки. — Тебе не обязательно постоянно прятать свои татуировки. Я сжала кулак, заметив, как ловко она сменила тему, уходя от разговора о своих амбициях. — Это привычка. Кроме того, у меня почти нет подходящей офисной одежды с коротким рукавом. Она долго смотрела на меня, а затем коротко кивнула. — В эти выходные мы пойдем по магазинам. Я удивленно подняла брови. Прежде чем я успела спросить, кто это «мы», она развернулась на каблуках и направилась к входу в здание. Я поспешила за ней, на время выбросив мысли о покупках из головы. Здание Рокфорда значительно преобразилось с тех пор, как я была здесь в последний раз. Из-за замедления темпов роста в технологическом секторе рынок офисной недвижимости Сеула переживал спад. Около четверти офисов в городе пустовали. В отличие от Дональда Рокфорда, Лиса прекрасно это понимала. Когда она выкупила башню, то наняла команду, чтобы полностью перестроить её концепцию. Десять верхних этажей теперь были переделаны под элитные апартаменты и лофты. На крыше расположились бар и кафе со смотровой площадкой, открытые для всех желающих, что привлекало толпы туристов. Часть этажей была спроектирована как современные коворкинги для компаний, которым не требовались целые этажи для сотрудников. Лиза сделала здание максимально экологичным и технологичным, что привлекло внимание крупных арендаторов. Она была новатором в Сеуле: в её зданиях почти не было пустующих площадей, и у «Рокфорда» даже выстроился список ожидания. Мы поднялись на лифте на смотровую площадку в сопровождении директора проекта и главного дизайнера. Лиса отошла обсудить детали с ними и подрядчиком, а я решила немного побродить, осматривая панораму. Я наклонилась над прозрачным стеклянным барьером, глядя вниз, и у меня всё внутри ёкнуло от высоты. Я резко отступила назад, прижав руку к животу, и глубоко вздохнула. Глубокий смешок заставил меня обернуться. К моим щекам прилила кровь, когда я поняла, что за мной наблюдают. Позади стоял мужчина в строительной каске, рубашке и брюках угольного цвета. — Разве высота — это не по вашей части? — спросил он. — Нет, у меня нет проблем с высотой. Просто не стоило так сильно наклоняться. — Вас накрыло внезапное головокружение? Я засмеялась, стараясь скрыть неловкость. — У меня точно не было соблазна прыгнуть, если вы об этом. Просто голова закружилась. — Я скрестила руки на груди. — Если вы решили, что я собираюсь совершить «прыжок веры», вам следовало попытаться меня остановить, а не смеяться. Он подошел ближе, продолжая улыбаться. — Я был почти уверен, что вы этого не сделаете. Кроме того, я слишком наслаждался зрелищем, чтобы играть в героя. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что он имеет в виду. И он явно не смотрел на горизонт. Этот человек только что признался, что пялился на мою фигуру, пока я наклонялась. Я почувствовала, как пылают мои щеки. — Вы только что подумали вслух, сэр. Он лишь усмехнулся и протянул руку — Я Чонин, и я люблю говорить то, что думаю, — представился он. Я пожала ему руку. — Дженни. Но учти: я обычно краснею, когда мне неловко, так что побереги свою честность. — Всё в порядке, котенок. Ты слишком красива, чтобы превратиться в пепел от смущения. Я постараюсь сдержаться, но ничего не обещаю. Этот мужчина нагло флиртовал со мной, и я едва знала, как на это реагировать. Прошло целое ведро лет с тех пор, как кто-то так открыто проявлял ко мне интерес. Ребенок и детское автокресло в придачу обычно становились непреодолимым препятствием для любого флирта. Я не искала новых отношений, но не была против того, чтобы со мной заигрывали — особенно сейчас, когда я сама себе не очень нравилась в зеркале. — Спасибо. Кстати, для тебя я просто Дженни, «Джон Голд». Его глаза весело блеснули. — Ты можешь поверить, что «Джон Голд» — это моё прозвище еще со времен студенческого братства? — Охотно верю. Ты что, пробрался в это здание ради какой-то дурацкой шутки для новичков? Я невольно провела рукой по своему животу (который стал куда плотнее после родов) и хихикнула. — Мне льстит, что ты веришь, будто я всё еще могу состоять в братстве. Это было десять лет назад, но благодаря твоему комплименту я буду чувствовать себя королевой весь день. — Тогда я не стану говорить тебе, что это была шутка. — Хорошо. Я предпочитаю жить в счастливом неведении, — он облокотился на перила рядом со мной так близко, что наши плечи соприкоснулись. — И чтобы ответить на твой вопрос: нет, я не пробирался сюда тайком. Моя компания планирует занять два этажа в этом здании. У меня назначена встреча, чтобы подписать договор аренды, но я приехал слишком рано, вот и решил осмотреться и убить время. А как насчет тебя? Неудачная затея из студенческого прошлого? Или всё очень, очень серьезно? — Я никогда не была создана для жизни в братствах, — я заправила за ухо выбившуюся прядь. — Я здесь со своей начальницей, пока она проводит проверку. — Ох, как мило с её стороны — отпустить тебя «на волю». — А я что, должна быть на поводке? Его брови удивленно взлетели. — Не знаю… а тебе бы хотелось? Я закусила губу. — При определенных обстоятельствах — возможно. Это могло бы быть весело. Как «погружение» в новую реальность. — Ах, Джендык… — он на мгновение замолчал, изучая моё лицо. — Я знал, что не ошибся, решив подойти к тебе. Ты ведь не из Сеула, верно? — Как ты догадался? — Я учился в колледже в Новой Зеландии и готов поклясться, что узнаю этот легкий новозеландский акцент. Я замерла, приоткрыв рот. — Нет. Убей меня. У меня нет никакого акцента! Я сто лет там не жила. — Именно твоё «погружение» тебя и выдало, — усмехнулся он. Я в шутку зарычала. — Черт возьми! Как я смогу построить карьеру телеведущей, если не избавлюсь от этого регионального диалекта? Он издал сдавленный смешок. — Я официально влюблен. Скажи мне, что ты не замужем. Ого. Вот это я получила за свой легкий флирт. Всплеск адреналина и самолюбия… а теперь мне придется мягко его отшить. — Это конфиденциальная информация, — отшутилась я. — И что мне нужно сделать, чтобы получить к ней доступ? — Поступить на службу в ЦРУ. Он картинно прижал руку к сердцу. — Да ладно тебе, котенок. Сжалься. Я знаю, что вел себя как идиот, но это всё потому, что ты ослепительно красива — у меня голова идет кругом. Может, дашь мне свой номер? Я напишу тебе, как только закончу «обучение в ЦРУ». Мне стало неловко от того, что придется ему отказать, ведь я сама поощряла этот разговор. В другой жизни я бы не упустила шанс продолжить знакомство с таким мужчиной, но сейчас всё было иначе. Мне это было просто неинтересно. — Чонин, я… У меня так и не появилось возможности сказать ему, что обучение в ЦРУ длится годами, а к тому времени я уже, возможно, буду замужем за кем-то другим. Потому что Лиса появилась из ниоткуда. — Дженни, — отрезала Лиса. — Мы закончили. Головокружение, которое я испытала минуту назад, глядя вниз с балкона, было ничем по сравнению с тем, как у меня сжалось всё внутри при виде Лисы Манобан. Она стояла перед нами с абсолютно непроницаемым лицом. — Лиса, рад снова тебя видеть! — Чонин мгновенно сменил игривый тон на светский и протянул Лисе руку. — Чонин… — Лиса едва заметно вздернула подбородок и сухо пожала его ладонь. — Я вижу, ты уже познакомился с моей помощницей, Дженни. Чонин повернулся ко мне. — Понятия не имел, что она работает на тебя. Лиса нахмурилась — это была её единственная реакция. — Все в этом здании находятся здесь по делу. Сотрудники должны иметь возможность выполнять свою работу, не отвлекаясь на неуместный флирт. Пожалуйста, помните об этом в следующий раз, когда решите зайти в зоны, куда вас не приглашали. Чонин ошеломленно уставился на неё. — Успокойся, Лиса… Мы с Дженни просто вели дружескую беседу. Я и не знал, что мне нельзя быть здесь, наверху. — Знаки «Доступ запрещен» не навели вас на мысли? — ледяным тоном спросила Лиса. Последнее, чего она хотела, — это сжигать мосты с потенциальным арендатором, но Лиса была в ярости. В Сеуле слухи разлетаются мгновенно, и она явно не хотела давать повода для сплетен. Я дотронулась до руки Лисы — она была напряжена как струна. — Разве ты не сказала, что нам пора идти? — тихо спросила я. — Да. — Лиса в последний раз посмотрела на Чонина взглядом, прожигающим насквозь. — Прошу вас покинуть здание и не возвращаться до тех пор, пока не начнется срок вашего договора. Казалось, он хотел поспорить, но в итоге просто ушел, даже не взглянув на меня. Только когда он скрылся из виду, Лиса посмотрела на меня. — В будущем, пожалуйста, не допускайте флирта в рабочее время. Она так давно не разговаривала со мной так холодно, что я даже не знала, что ответить. Её арктический взгляд заставил меня невольно отступить на шаг. — Извини. Это произошло случайно. Я этого не ожидала, и это больше не повторится. Её ноздри хищно расширились, когда она сделала глубокий вдох. — Постарайся, чтобы этого действительно не было.

────୨ৎ────

Лиса молчала всю дорогу до офиса. Всё это время она работала в планшете, тыкая в экран гораздо сильнее, чем требовалось. Остаток дня меня подташнивало от тревоги. Я знала эту её «стену». Я могла возводить и разрушать её по собственному желанию, когда мы были наедине последние недели… но теперь, когда Лиса снова выстроила её между нами, это ощущалось как жестокая пощечина. Я должна была это помнить. То, что нам становилось комфортно друг с другом, не означало, что она не обернет мой проступок против меня, если я ошибусь. И я сама дала ей этот повод. Потому что это была Лиса Манобан, и именно так она вела свои дела.