Идеальный хаос

Lisa POV Дженни разгладила руками свой желтый топ и посмотрела мне прямо в глаза. Даже когда она была не уверена в себе, она выглядела потрясающе. У меня перехватывало дыхание от того, как рваные джинсы облегали её бедра, а обтягивающий топ открывал вид на татуировки и глубокое декольте. По моей просьбе она распустила волосы, и это было всё, что мне нужно, чтобы с трудом сдерживать желание запустить в них пальцы. Пока я наслаждалась каждым дюймом её красоты, она поджала губы и занервничала. — Ты уверена, что мне стоит пойти с тобой? Разве это не будет странно? Я перехватила её руку и притянула к себе, собственнически обняв за талию. — Я не пойду, если тебя не будет рядом. И если я не появлюсь, моя сестра выбьет дверь в мою квартиру, потому что я и так пропустила последние несколько обедов. — Из-за меня. — Потому что я решила проводить свой драгоценный досуг с тобой и Санхи. Это был непростой выбор. Теперь, когда Дженни подписала контракт и мы наладили наши отношения, следующим логичным шагом было поделиться этим с другими важными людьми в моей жизни. Я коснулась её губ своими. — Раньше я была постоянно занята, к чему мои друзья уже привыкли. Но теперь я свободна, и ты тоже. Больше никаких оправданий. В любом случае, мы уже были на парковке ресторана. У неё не было ни единого шанса — я ни за что не позволила бы ей вернуться в машину, чтобы отвезти домой. Я взяла детское кресло с Санхи и сняла с плеча Дженни сумку. Она немного ворчала, но ей не стоило обременять себя лишними вещами, пока я была рядом. Со временем она привыкла к тому, что я обращаюсь с ней так, как она того заслуживает, но мы всё ещё работали над этим. День был теплым, но в воздухе всё ещё чувствовался зимний холод, поэтому мы решили занять столик внутри. Я позвала официанта, прежде чем мы подошли к друзьям. — Нам нужен еще один стул, пожалуйста, — сказала я. — И подставка для детского кресла. Дженни встревоженно посмотрела на меня. — Они ведь знают, что я приду? Я не считала нужным объявлять об этом заранее, точно так же, как Винтер никогда не предупреждала нас, когда Минджун шел с нами. Он просто появлялся, и мы принимали это как факт. Конечно, это должен был быть один из тех дней, когда Минджун решал заглянуть на обед. Счастливо сидя за большим круглым столом между Кариной и Минни, он первым заметил наше приближение и указал на нас остальным. — Ну вот и всё, — пробормотала я. Положив руку Дженни на поясницу, я направила её к столу. Карина первой вскочила со своего места, сжав руки под подбородком. — Ты всё-таки существуешь! Если бы Минчжон не сказал мне, что видел тебя в спортзале, я бы подумала, что ты исчезла с лица земли. — Она посмотрела на меня, изогнув бровь, а затем повернулась к Дженни. — Понятия не имела, что ты придешь, но я очень рада тебя видеть. — Лиса забыла сказать мне, что никто не знал о моём приходе, — прошептала Дженни, и её щеки вспыхнули красивым розовым цветом. В своем обычном стиле Карина обняла Дженни. — Всё в порядке. Садись, за столом как раз есть свободное место. Затем Минни вскочила, чтобы поприветствовать её, в то время как Винтер и Бэм-Бэм обменялись многозначительными взглядами, а затем посмотрели на меня. Они, вероятно, гадали, почему Дженни со мной, ведь я им ничего не говорила. Официанты принесли дополнительный стул и крепления, чтобы поставить кресло Санхи на ту же высоту, где сидели все мы. Малышка не спала и с любопытством смотрела по сторонам, довольная всем происходящим. Карина и Минни склонились над ней, сюсюкая и разговаривая. Я села рядом с Винтер, которая выжидающе сверлила меня взглядом. — Ты ничего не хочешь нам сказать? — спросила она. — Конечно. Много чего, — ответила я. Бэм-Бэм закатил глаза. — Да ладно тебе! Мы видели тебя трижды за неделю. Что происходит? Минджун указал пальцем на нас с Дженни. — Иногда это может быть утомительно, но я думаю, тут всего два варианта. Во-первых: Лиса вынудила свою помощницу отказаться от выходных, чтобы та следовала за ней по пятам и делала заметки во время всех её встреч, включая обед. Во-вторых: Лиса и Дженни вместе, и она просто никому не удосужилась об этом рассказать. — Он почесал подбородок. — Поскольку речь идет о Лисе, это может быть что угодно, но я ставлю на первый вариант. Это кажется наиболее правдоподобным. Смех Дженни был искренним, когда она опустилась в кресло рядом со мной. Санхи теперь сидела у неё на коленях. — Есть и третий вариант. Мы встретились на парковке, и Лиса настояла, чтобы я составила ей компанию. Поскольку я пропустила завтрак, я согласилась. Минджун кивнул. — Да, в этом больше смысла. — Он протянул ей руку через стол. — Минджун Ким. Еда здесь потрясающая, так что спонтанное «похищение» пошло вам на пользу. Кстати, хорошенькая малышка. Дженни покраснела еще сильнее, и это было всё, что я могла сделать, чтобы не согнать его руку с её ладони. Кокетливый мерзавец. — Дженни Ким. Но все, кроме Лисы, зовут меня Джендык, — она погладила Санхи по животику. — А это Санхи. Все называют её Солнышком. Вмешалась Минни: — Даже Лиса? Дженни посмотрела на меня искоса. — Обычно — Санхи, иногда — Сан. Карина посмотрела на нас обеих, а затем сосредоточила внимание на Дженни. Я приготовилась к инквизиции. Меньше всего мне хотелось, чтобы Дженни чувствовала себя некомфортно в центре внимания. — И каково это — быть матерью? — спросила Карина. Дженни вздохнула с облегчением. Она тоже готовилась к худшему. — Странно, но я почти не помню, какой была жизнь до её появления. Не поймите меня неправильно, было тяжело справляться в одиночку, но теперь, когда мне помогают и я вернулась к работе... это просто прекрасно. Минджун сразу перешел к делу: — Где отец? Винтер застонала, глядя на брата. — Боже, ну прояви хоть каплю такта! Дженни сморщила нос. — В Австралии. Минджун покачал головой. — Неудачник. Она кивнула. — У меня те же чувства. Я осталась с чудесной малышкой, а он уехал на континент с самыми ядовитыми змеями и пауками в мире. Минджун поднял свой стакан с чем-то, похожим на лимонад (но, несомненно, с крепким спиртным... в одиннадцать часов утра). — За это и выпьем. Я всегда говорил, что кенгуру не такие уж милые. Вы видели их сумки? — Он вздрогнул. — Кошмар. Минни оперлась локтями на стол, положив подбородок на кулаки. — Манобан, ты так и не подтвердила, какой из вариантов Минджуна был верным. Первый, второй или третий? — Хотя я не буду отрицать, что просила Дженни поработать в выходные, она здесь не в качестве моей сотрудницы. — Я взяла её за руку и переплела наши пальцы. — Вариант второй. Винтер похлопала меня по плечу. — Ты шутишь. Карина покачала головой. — Она не шутит. Бэм-Бэм тяжело вздохнул. — Я так и думал, что за время, прошедшее с нашей последней встречи в четверг, что-то изменилось. — Нет. — Я повернула голову, чтобы посмотреть на Дженни, которая уже смотрела на меня. Она кивнула, давая понять, что я могу сказать правду. — Мы вместе уже около месяца. Даже дольше, если считать время с тех пор, как она переехала ко мне. Карина с обиженным выражением лица протянула руку. — Ты мне об этом не говорила! Винтер обняла её за плечи. — Она никому не рассказывала. Я тоже была не в курсе. — Но она же моя сестра! — пробормотала Карина. — Я могла бы позвонить тебе. Могла бы сказать об этом Винтер и Бэм-Бэму в спортзале или за выпивкой. Но было гораздо эффективнее рассказать об этом всем сразу. — Теперь все это знают. Можем ли мы, наконец, сменить тему? Дженни сжала мою руку, тихо смеясь. — Я думаю, мы сами были очень удивлены тому, как всё это произошло. Минджун кивнул с таким видом, будто услышал такт мелодии, недоступный никому другому. — Да, мне это нравится. Вы, ребята, милые. Словно ироничное солнце под кайфом. — Он указал на меня: — Кстати, это она «под кайфом». Винтер наморщила лоб. — Почему? В каком смысле? Минджун отпил глоток своего напитка, совершенно не обращая внимания на недовольство сестры. — Расслабься, Минджи. Я слышал, как ты говорила Карине, что беспокоишься о том, что Лиса слишком много времени проводит в одиночестве. Теперь тебе больше не о чем беспокоиться. Карина чмокнула его в ухо. — Твой ключ отозван. Ты подслушал слишком много наших разговоров. Винтер смерила брата тяжелым взглядом. — Вот почему у него не должно было быть ключа. Он ничего не может с собой поделать. Это уже диагноз. Минджун скорчил гримасу и посмотрел мне прямо в глаза. — Обо мне они тоже говорят. Мы никогда не должны были позволять им проходить мимо. — К сожалению, моего мнения никто не спросил, — ответила я, а затем повернулась к Винтер: — Ты правда беспокоилась обо мне? Она просияла и провела рукой по своим волосам. — Иногда я думаю о тебе, да. Особенно в последнее время, когда ты стала появляться всё реже и реже. Теперь это имеет смысл, но мы с Кариной ломали голову, пока ты влюблялась в свою помощницу. — Дженни. Её зовут Дженни... Джендык. То, что она была моей помощницей — это самое несущественное. К тому же, я почти не работала, пока она была в декретном отпуске. — Я поднесла её ладонь к своим губам и нежно прижалась к костяшкам пальцев. Минни тем временем схватила Бэм-Бэма за челюсть и повернула к себе. — Ты когда-нибудь встречался с кем-нибудь из подруг Лисы? — Не со времен колледжа, — ответил он. Я усмехнулась. — Я бы вряд ли назвала «девушками» тех, с кем тогда проводила время. Всё, что было в колледже, довольно быстро испарилось. Как только я вернулась домой, чтобы стать опекуном Карины, личная жизнь отошла на второй план. Минджун и Бэм-Бэм не встречали ни одну из моих пассий, потому что до Дженни никого серьезного и не было. Минни метнула на мужа гневный взгляд. — Видишь? Расслабься и выпей за их здоровье. И продолжай приглашать Джендык, чтобы она почаще общалась с нами. Нам нужна еще одна женщина в нашей компании. Минджун шутливо помахал рукой. — Ой, мне очень жаль. Санхи, видимо, устала от того, что её игнорируют, и издала возмущенный крик, выгнув спинку и вскинув пухлые кулачки. Все взгляды тут же устремились на неё. Дженни, не колеблясь, заключила малышку в объятия и расцеловала в щеки. Быть матерью было для неё так естественно... Не было ничего более привлекательного, чем видеть её такой непринужденной рядом со своей дочерью. Подошел официант, чтобы принять заказы, что ненадолго отвлекло нас от Дженни. Это было нормально. Больше ничего не нужно было объяснять. Мы были парой. Это стало фактом, не требующим бесконечных обсуждений. Пока мы ждали еду, Санхи перекочевала из рук Карины к Минни, и Минджун протянул к ней руки. — Дай её мне. Я очень нравлюсь детям. — Он пошевелил пальцами, и малышка тут же схватила один из них, обхватив его всей ладошкой. Она с любопытством смотрела на него, сидя на коленях у Минни. — Скажи ему «нет», — пробормотала я, обращаясь к Дженни. Она лишь тихо рассмеялась. — Зачем это нужно? — Почему ты против? — Он её уронит. Минджун в ответ на это лишь нежно погладил меня по щеке. — Я очень в этом сомневаюсь. Минни передала Санхи Минджуну. Он держал её уверенно, на сгибе локтя, так, чтобы она могла видеть и нас с мамой, но девочка продолжала поворачиваться, чтобы рассмотреть своего нового знакомого. Дженни улыбнулась. — Должно быть, ей нравится твоё лицо. Он игриво чмокнул малышку в носик. — Мне тоже нравится твоё лицо, ангел. Ты настоящая милашка. Постепенно я расслабилась. Казалось, Минджун действительно умел обращаться с детьми. Если быть честной с собой, я и сама была вполне компетентна во многих вопросах, но мне всё еще было трудно забыть те годы, когда я вела себя как безответственный подросток, вечно споря с Винтер. Люди менялись. Год назад я бы ни за что не поверила, что у меня будет семья — жена и ребенок, которых я обожаю до глубины души. Но вот она я. И я чертовски счастлива. Пожалуй, мне стоило дать Минджуну шанс и не сомневаться в нём. — У тебя скоро будут какие-нибудь поездки? — спросила Карина. — Да. — Я скользнула рукой по бедру Дженни под столом. — Мне нужно улететь в Дубай через пару недель. — Как так? — Винтер посмотрела на Дженни. — Ты тоже поедешь? Дженни посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на Винтер. — Сейчас мне нет смысла путешествовать с ней. Мне придется брать с собой няню, так как мне больше некому присматривать за Санхи. Винтер бросила на меня понимающий взгляд. — Хорошо, что ты так нравишься своей начальнице. — Если бы я не нравилась ей как сотрудник, я бы всё равно была рядом, — ответила Дженни. — Но да, мне очень повезло, что я нравлюсь Лисе по многим другим причинам. И не в последнюю очередь потому, что она мне тоже очень нравится. Карина издала сдавленный вздох, привлекая моё внимание. Она быстро прикрыла рот рукой и покачала головой. Но было уже поздно — моя сестра была в полном восторге от признания Дженни. Нам принесли еду, и Дженни хотела забрать Санхи у Минджуна. — Я посажу её в кресло, чтобы вы могли спокойно поесть, — предложила она. Минджун подхватил вилку свободной рукой. — Не волнуйся за меня. Я справлюсь. Мне нужна только одна рука, чтобы есть блины, но если бы понадобились обе, я бы держал её до тех пор, пока ты не закончишь обедать. Вы заслуживаете спокойной трапезы. Дженни помедлила, а затем негромко рассмеялась. — Спасибо, Минджун. На самом деле, ты говоришь в точности как Лиса. В первый раз, когда мы пошли к ней в гости, она сидела с Санхи, пока я обедала. Она не притронулась к еде, пока я не закончила. И только за последние несколько недель... Она замолчала, осознав, что все за столом внимательно её слушают. — Вы живете вместе?! — взвизгнула Карина. — Какого черта? — прошипел Бэм-Бэм. Дженни повернулась ко мне, её глаза расширились от паники. Я обняла её за плечи и склонила голову, чтобы прошептать на ухо: — Ты не сделала ничего плохого, дорогая. Всё в порядке. Затем я обратилась к остальным: — Дженни и Санхи живут со мной уже пару месяцев. Дженни поспешила добавить пояснение: — Лиса пришла мне на помощь в самый подходящий момент. Это долгая и неловкая история. По сути, отец Санхи бросил нас. Мой прежний дом был почти непригоден для жизни, и я... ну, скажем так, оказалась в безвыходной ситуации. Лиса настояла, чтобы мы не оставались там, поэтому мы временно переехали к ней. На несколько мгновений за столом воцарилась тишина. Карина, моя любимая сестра, нарушила её первой. — Ну, конечно, она так и сделала. Лиса последнюю рубашку отдаст ради людей, которые ей важны. — Карина похлопала Винтер по руке, безмолвно призывая её не болтать лишнего. — Я знала, что услышу это от своей подруги рано или поздно. Джендык, я рада, что ты сейчас в безопасности. Минни наклонилась ко мне. — Меня раздражает только одно: я единственная, кто еще не был у тебя в гостях. — Не единственная, — вставил Минджун. — Я вот собираюсь на вечеринку в дом Лисы. Я усмехнулась. — Этого не произойдет. — Моя сестра не любит вечеринки, — подтвердила Карина. — Ложь. Вечеринки, с которых я могу уйти в любой момент — это нормально. — Я погладила Дженни по руке кончиками пальцев, скорее для собственного успокоения, чем для её утешения. — Мы пригласим вас, когда я вернусь из поездки. — С ограничением по времени? — подколол Бэм-Бэм. — Разумеется. Если я не установлю лимит, я никогда не смогу избавиться от некоторых из вас. Я бросила пронизывающий взгляд на Минни и Минджуна. Именно их мне придётся выгонять из дома в первую очередь: Минджуна — потому что я всё чаще боюсь не уследить, где он проводит черту, а Минни — потому что ей, похоже, вполне достаточно будет просто удовлетворить своё желание. Остаток обеда прошёл гладко. Тема переключилась с Дженни на дела Минни и Минджуна. Неизбежно Бэм‑Бэм затронул тему своей кошки, а Минджун с важным видом объявил, что думает об усыновлении золотой рыбки. В конце концов тарелки опустели, счёт оплатили. Три женщины отправились в ванную сменить Санхи, а мы остальные рискнули подождать на огороженной веранде. Минджун повернулся к Винтер: — Я поеду к маме и папе. Не хочешь присоединиться? Винтер скривилась: — Ни за что. Тебе бы самой перестать их видеть — и на благо твоё же. Минджун пожал плечами: — Нет, я должен это сделать. Я слышала, как в голосе звучала усталость. Их родители вели себя отвратительно — друг с другом и с детьми — но разводиться не желали, и никто не хотел менять своё поведение. Винтер сражалась за них раньше, а Минджун ещё не дошёл до этого. Мне было понятно: он пытался помочь матери до её последнего дня, но не все люди принимают помощь. Когда Минджун ушёл, на меня набросились Бэм‑Бэм и Винтер. — Какого чёрта, Манобан? — начал Бэм‑Бэм. — В чём проблема? Винтер была в шоке. — Что с тобой не так? Они злились, что я скрыла от них отношения с Дженни. Я понимала их злость, но с моей точки зрения ни у тех, ни у других не было убедительных аргументов. — Просто выскажите всё вслух, — спокойно сказала я, указывая на Минчжона. — Но помните: я не слышала о ваших романах с Кариной, пока не узнала об этом. — Затем я кивнула на Бэм‑Бэма. — А ты, оказывается, был женат на Минни. Не ведите себя так, будто мы должны сидеть в кругу и декларировать каждую деталь нашей жизни. Это не наш формат. Винтер положила руки на бёдра и медленно кивнула: — Я понимаю. Но ты работала с Дженни — Джендейком — больше года и никак не проявляла интереса. Бэм‑Бэм усмехнулся: — Мне пришлось сказать ей, что я был рожден. — Винтер продолжила: — Потом у неё внезапно появился ребёнок и ей нужно было где‑то жить. Вы честно думали, что это как‑то связано с чем‑то большим? Почему вы вдруг начали действовать? Всё это из‑за неё? Я посмотрела на двух друзей, которые всегда были со мной, несмотря ни на что, как на братьев и сестёр; и в груди у меня закипела ярость. Хотелось разорвать им глотки за те намёки и сомнения. Стиснув зубы, я спросила: — Почему они решили, что всё это связано с какой‑то хитростью? Бэм‑Бэм и Минджун быстро обменялись взглядами — они оказались на одной волне. Я не хотел слышать их догадки, но они всё равно собирались всё выговорить. Винтер подалась вперёд и положила руку мне на плечо: — Подумай об этом, Лиса. Может, ты действительно испытывал к ней чувства? Или ты увидел, как другая мать переживает кризис, и на этот раз решил помочь? Ты могла бы помочь ей иначе? Я отшатнулась от её неуместной дерзости. Я не была жестокой, но в тот момент кровь в жилах будто закипела. — Какого чёрта ты только что спросила? — выдохнула я. Проверив дверь входа и убедившись, что Дженни не рядом, я чуть успокоилась. Винтер подняла руки в примиряющем жесте: — Я не хочу обидеть тебя или Джендика. Бэм‑Бэм встал между нами: — Мы заботимся о тебе... и о ней. — Мне кажется, вы обидели нас обеих, — ответила я и, стараясь не прибегать к рукам, скрестила руки на груди. Сердце билось так громко, что было нелегко сохранять спокойствие. Бэм‑Бэм смягчился: — У тебя не было проблем поставить под сомнение мой брак с Минни. Никто из нас не говорил «да» вслух. Мы не скрываемся друг от друга. — Твои вопросы настолько неуместны, что я мог бы рассмеяться... если бы не был в ярости, — пробормотал я. Винтер мягко отодвинула Бэм‑Бэма в сторону: — Может, я и не на своём месте, извини. Но я знаю тебя, Лиса. Я была рядом, когда твоя мама ушла, и ты ничего не смогла сделать. Я видела, как ты виноваешься. Я бы усомнилась в мотивах любого, кто так резко вмешивается в жизнь Дженни и Санхи. — Хватит, — прошептала я. — Твоё беспокойство похоже на обвинение, и это не выносимо. Я желал этой женщины с первого взгляда, и мне повезло, что она ответила взаимностью. Дженни вовсе не похожа на мою мать. Если ты ещё раз услышишь о ней что‑то негативное — нам конец. Винтер вздрогнула, Бэм‑Бэм тяжело выдохнул. Возможно, я выразилась слишком резко, но сообщение дошло: наши отношения с Дженни не подлежат обсуждению. — Это беспокойство, а не осуждение, — сказал Бэм‑Бэм тише, чем обычно. — Она действительно очаровательна. — Не говори мне этого, — шипнула я, чувствуя, как дрожит челюсть. — Она заставляет меня чувствовать вещи... и это пугает. В тот момент за спиной послышался шум: Дженни возвращалась, неся Санхи на плече в автомобильном кресле. Я повернулась и увидела, как она идёт к нам. — Лиса, — слышала я её тон, — послушай, мне так жаль... Я отрезала Винтер поднятой рукой и, не оглядываясь, направилась к ней. Меня убивало, что им не удалась радость за нас; обвинения Винтер всё ещё резонировали в голове. Но в тот миг я отпустила сиденье машины Дженни и обняла её за плечи. Прикоснувшись губами к её виску, я на мгновение растворилась в её мягком присутствии. — Пойдём домой, дорогая, — прошептала я. — Поехали домой. И мы ушли.