Пламя, связавшее нас

«Говорят, у каждого есть вторая половина, где-то затерянная в мире. Иногда их разделяют континенты, иногда — годы, иногда — ледяные тюрьмы и древние проклятия. Но если пламя в груди горит по-настоящему, оно сожжёт любые преграды. Оно найдёт дорогу сквозь тьму. Оно соединит две половинки в одно целое — навсегда».

      Шесть месяцев прошло с тех пор, как Древние Ведьмы были повержены, а король и королева Домино вернулись домой. Шесть месяцев напряжённой работы, слёз радости и постепенного исцеления ран, которые восемнадцать лет считались неизлечимыми. Планета Домино оживала на глазах. Лёд, сковавший сердце планеты, таял с каждым днём, открывая зелёные долины, цветущие сады и сверкающие реки. Магия возвращалась в землю, и вместе с ней возвращалась жизнь. Люди, когда-то покинувшие родной мир, начали возвращаться, отстраивать заново города, возрождать традиции. Блум стояла на балконе королевского дворца — того самого, где когда-то произошла её первая встреча с Валтором, и смотрела на возрождающийся город внизу. Рядом, как всегда, был он — её тень, её свет, её вторая половина. — Красиво, — тихо сказала она. — Даже не верится, что всего полгода назад здесь были только лёд и пустота. — Это ты сделала, — ответил Валтор, обнимая её со спины. — Твоё пламя разбудило планету. — Наше пламя, — поправила она, поворачиваясь к нему. — Без тебя я бы не справилась. Он улыбнулся, и золото в его глазах вспыхнуло ярче. — Мы команда. — Команда, — согласилась она. — И семья.

***

      Во дворце царила суета. Сегодня должен был состояться первый за восемнадцать лет официальный бал в честь возрождения Домино. Ожидались гости со всего волшебного измерения — короли и королевы, послы, маги, феи. — Блум! — Дафна вбежала в комнату сестры, запыхавшись. — Ты ещё не одета?! Марион уже полчаса как ждёт в тронном зале! — Спокойно, — рассмеялась Блум, глядя на взволнованную сестру. — Успеем. Платье уже готово, причёска займёт полчаса... — Полчаса?! — ужаснулась Дафна. — Да там очередь из портных, которые хотят тебя увидеть! Ты же кронпринцесса! — Принцесса, — поправила Блум. — Ты — наследница престола, если ты забыла. — А вот и нет, — вдруг сказала Дафна, и в её глазах блеснули озорные искорки. — Мама и папа приняли решение. Сегодня на балу объявят официально. — О чём ты? — насторожилась Блум. — Узнаешь, — загадочно улыбнулась Дафна и выбежала из комнаты, оставляя сестру в недоумении. Валтор, наблюдавший эту сцену из кресла у окна, тихо рассмеялся. — Похоже, сегодня будет интересный вечер. — Ты что-то знаешь? — прищурилась Блум. — Может быть, — уклончиво ответил он. — А может быть, и нет. — Валтор! — Иди одевайся, принцесса, — он подошёл и поцеловал её в лоб. — Вечер обещает быть долгим.

***

      Залы дворца сияли тысячами огней. Хрустальные люстры отражали свет магических свечей, создавая неповторимую игру бликов на мраморных полах. Гости прибывали — король Радиус с королевой Луной, помирившиеся после долгих лет разлуки, король Тередор с королевой Ниобе и принцессой Лейлой, король Эрендор с королевой Самарой, правители Мелодии, Зенита, Линфеи — все, кто когда-то был союзником Домино, собрались здесь, чтобы отпраздновать возрождение планеты. Винкс прибыли в полном составе, и их появление вызвало восхищённые вздохи. Флора в зелёном платье, расшитом живыми цветами, Стелла в золотом, сияющем собственным светом, Муза в глубоком синем, переливающемся звёздами, Текна в фиолетовом технологичном наряде, Лейла в бирюзовом, напоминающем океанские волны. Они были прекрасны, но когда в зал вошла Блум, все взгляды устремились к ней. Она была в огненном платье цвета заката — алый шёлк переходил в золото у подола, расшитого огненными узорами. Волосы, уложенные в сложную причёску, ниспадали на плечи огненным каскадом, а глаза сияли ярче любых драгоценностей. Рядом с ней шёл Валтор — в чёрном с золотой вышивкой камзоле, с распущенными волосами, свободно падающими на плечи. Они держались за руки, и даже самый слепой видел: эти двое — одно целое. — Леди и джентльмены, — провозгласил распорядитель бала. — Их величества король Орител и королева Марион! Орител и Марион вошли в зал под аплодисменты. Они были величественны, но в их глазах светилась простая человеческая радость — радость возвращения домой, радость воссоединения с дочерьми, радость новой жизни. Когда гости расселись, а первые танцы отгремели, Орител поднялся на возвышение и жестом попросил тишины. — Дорогие друзья, — начал он, и его голос, усиленный магией, разнёсся по всему залу. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать возрождение нашей планеты. Но прежде чем продолжить праздник, я должен сделать важное заявление. В зале воцарилась тишина. — Восемнадцать лет назад мы потеряли всё, — продолжил Орител. — Нашу планету, наш дом, наших близких. И восемнадцать лет имя одного человека было покрыто позором и проклятиями. Его обвинили в предательстве, в разрушении Домино, в смерти королевской семьи. Блум сжала руку Валтора. Он был бледен, но спокоен. — Сегодня, — твёрдо сказал Орител, — я, король Домино, перед лицом всех собравшихся, перед лицом Великого Дракона, снимаю все обвинения с Валтора, сына Домино, крёстного отца моей старшей дочери, спасителя моей младшей дочери. Шёпот прокатился по залу. Кто-то ахал, кто-то переглядывался, но большинство молчали, внимая словам короля. — Он не предавал нас, — продолжал Орител. — Он сражался рядом с нами. Он пытался защитить нас. И когда мы запечатали себя в Обсидиане вместе с Древними Ведьмами, он восемнадцать лет ждал, страдая во льдах Омеги, чтобы однажды вернуться и спасти нашу дочь. Он сдержал клятву, данную нам. Он защитил Блум. Он любил её все эти годы, даже не имея надежды когда-либо увидеть. В зале стало совсем тихо. Слышно было только, как потрескивают свечи. — Поэтому сегодня я объявляю перед всеми: Валтор — не предатель. Он — герой Домино. Он — наш брат. И отныне он — полноправный член королевской семьи. Марион подошла к Валтору и взяла его за руку. — Иди сюда, Валтор, — позвала она мягко. Валтор, не веря своим ушам, шагнул вперёд. Орител надел ему на шею золотую цепь с гербом Домино — знаком королевской семьи. — Добро пожаловать домой, — сказал король, обнимая его. В зале взорвались аплодисменты. Винкс хлопали громче всех, специалисты аплодировали стоя, даже Скай, хоть и с кривой усмешкой, но присоединился к овациям. Блум смотрела на Валтора, и слёзы текли по её щекам. Она видела, как он, созданный из тьмы, отверженный, проклятый, наконец-то получил то, чего был лишён всю жизнь — признание, семью, дом. Он поймал её взгляд и улыбнулся — светло, открыто, счастливо. Когда аплодисменты стихли, Орител поднял руку снова. — Это ещё не всё, — сказал он. — Сегодня мы должны объявить о том, кто продолжит наше дело, когда нас не станет. В зале снова воцарилась тишина. — Хранители Пламени Дракона — это древнейший титул, передающийся из поколения в поколение, — продолжал король. — Мы с Марион носили его восемнадцать лет, пока были заточены. Но теперь пришло время передать его дальше. Он посмотрел на Блум. — Блум, наша младшая дочь, доказала, что достойна этого титула. Она сражалась с тьмой, она верила в любовь, она спасла нас. Отныне она — Хранительница Светлого Пламени Домино. Блум замерла. Она не ожидала этого. Марион подошла к ней и надела на её голову золотую диадему с огненным рубином. — Гордись, доченька, — прошептала королева. — Ты заслужила это. — Но... — начала Блум, чувствуя, что что-то не так. Ведь Валтор... — А теперь, — громко сказал Орител, поворачиваясь к Валтору, — мы должны назвать второго Хранителя. Потому что Пламя Дракона — это всегда двое. Свет и Тьма, соединённые воедино. Валтор поднял голову, и в его глазах мелькнуло недоверие. — Валтор, — торжественно произнёс Орител, — созданный из искры Огня Дракона и тьмы, прошедший через ад и сохранивший любовь в сердце, доказавший свою верность и преданность. Отныне ты — Хранитель Тёмного Пламени Домино. Равный Блум. Её вторая половина. Её вечный спутник. Марион подошла к нему и надела на его голову серебряную диадему с чёрным опалом, переливающимся золотыми искрами. — Ты наш брат, — сказала она. — Всегда им был. Теперь весь мир будет знать это. В зале снова взорвались аплодисменты. Винкс повскакивали с мест, крича «ура». Даже Фарагонда, Гриффин и Саладин, стоящие в стороне, аплодировали — искренне, от души. Валтор смотрел на Блум, и в его глазах стояли слёзы. Она подбежала к нему, обняла, и они замерли в объятиях под овации всего зала. — Ты теперь Хранитель, — шептала она. — Ты — официально мой. — Я всегда был твой, — ответил он, целуя её в висок. — А теперь и все знают.

***

      Бал продолжался. Музыка лилась рекой, гости танцевали, смеялись, поздравляли друг друга. Блум и Валтор танцевали вместе, и весь мир перестал для них существовать. — Можно тебя на минуту? — вдруг спросил Валтор, когда танец закончился. — Конечно, — удивилась Блум. — Что случилось? — Идём со мной. Он взял её за руку и вывел на балкон, тот самый, с которого они любили смотреть на возрождающееся Домино. Ночь была тёплой, звёздной, и внизу сиял огнями город. — Зачем мы здесь? — спросила Блум, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Валтор повернулся к ней, и она увидела в его глазах то, чего никогда не видела раньше — не просто любовь, не просто нежность, а что-то большее. Трепет. Благоговение. И надежду. — Блум, — начал он, и голос его дрогнул. — Я никогда не думал, что доживу до этого момента. Я никогда не думал, что буду стоять здесь, на балконе дворца Домино, с тобой, и просить тебя о чём-то. Я не умею говорить красиво. Я не знаю правильных слов. Но я знаю одно: моя жизнь началась в тот момент, когда я впервые взял тебя на руки. И каждый день без тебя — это смерть. Каждый день с тобой — это рай. Он опустился на одно колено прямо перед ней, и Блум ахнула, прижимая руки к груди. — Блум, принцесса Домино, Хранительница Светлого Пламени, моя родственная душа, моя истинная пара, — он достал из кармана маленькую коробочку и открыл её. Внутри лежало кольцо — золотое, с двумя камнями: огненным рубином и чёрным опалом, переплетёнными в едином узоре. — Выходи за меня замуж. Стань моей женой. Навсегда. Блум смотрела на него, на кольцо, на звёзды над ними, и чувствовала, как слёзы текут по щекам. — Да, — прошептала она. — Да, да, тысячу раз да! Он надел кольцо ей на палец дрожащими руками, встал и поцеловал её так, что звёзды, казалось, замерли в небе. — Я люблю тебя, — выдохнул он в перерыве между поцелуями. — А я тебя, — ответила она. — Больше жизни. Со всех сторон донёсся гром аплодисментов. Они обернулись и увидели, что весь зал смотрит на них — гости вышли на балконы и к окнам, наблюдая за этим моментом. Винкс визжали от восторга, Орител вытирал слезы, Марион улыбалась сквозь слёзы, а Дафна аплодировала громче всех. — Кажется, нас видели, — усмехнулся Валтор. — Пусть видят, — улыбнулась Блум. — Пусть весь мир знает: я твоя, а ты мой. Навсегда.

***

      Много лет спустя, когда Домино цвело и процветало, а в волшебном измерении воцарился долгожданный мир, Блум и Валтор стояли на том же балконе. Они были уже не молоды — серебро тронуло их волосы, морщинки легли вокруг глаз. Но их руки были сцеплены так же крепко, как в первый раз, а пламя в глазах горело всё так же ярко. — Долгая жизнь, — сказала Блум задумчиво. — Мы прожили долгую жизнь. — И я хочу прожить ещё столько же, — ответил Валтор, обнимая её. — С тобой. — Мы бессмертны? — спросила она. — Как Хранители? — Не знаю, — честно ответил он. — Но знаю одно: даже если наши тела однажды уйдут, наша любовь останется. В этом мире, который мы спасли. В тех, кто будет помнить нашу историю. — Красиво, — улыбнулась она. — Правдиво, — ответил он. В их руках вспыхнуло пламя — светлое и тёмное, переплетённое в вечном танце. Оно взметнулось в небо, озаряя Домино золотым и чёрным сиянием. — Спасибо, что ждал меня, — прошептала Блум в который раз. — Спасибо, что светила мне в темноте, — ответил Валтор. И они поцеловались под звёздами, как много лет назад, когда всё только начиналось. Их история не закончилась. Она продолжалась — в каждом восходе солнца над Домино, в каждом вздохе ветра, приносящего аромат цветущих садов, в каждой искре света, что зажигалась в сердцах тех, кто верил в любовь. Две половинки одного пламени. Навеки вместе.