Пламя, связавшее нас

      Домино готовилось к необычному путешествию. — Я не понимаю, зачем столько вещей, — Валтор с недоумением смотрел на три огромных чемодана, которые Блум методично заполняла одеждой, игрушками и непонятными ему предметами. — Мы едем на три дня. — Это Земля, — терпеливо объяснила Блум, упаковывая очередное платье. — Там другие обычаи. Нужно выглядеть соответственно. — Мы можем наколдовать себе любую одежду. — Не на Земле, милый. Там магия не работает так, как здесь. Вернее, она работает, но её нельзя показывать. Поэтому мы едем как обычные туристы. — Туристы, — повторил Валтор, пробуя слово на вкус. — Звучит унизительно. — Это весело, — поправила Блум. — Ты увидишь. Рител влетел в комнату, нагруженный игрушками, которые сыпались из его рук на каждом шагу. — Мама, а там есть батут? А мороженое? А можно я покажу бабушке Ванессе свои искры? — Нельзя показывать искры, — строго сказала Блум. — На Земле магия — это секрет. Помнишь, мы говорили? — Помню, — вздохнул Рител. — Но если чуть-чуть? — Ни чуть-чуть. Там живут обычные люди, они не знают о волшебном мире. Мы не должны их пугать. — А если они не испугаются? — Рител. — Ладно-ладно, — сдался мальчик. — Но можно я хотя бы возьму все игрушки? — Ты взял уже половину своего веса в игрушках, — заметила Лумия, бесшумно появляясь в дверях. Как всегда, никто не слышал, как она вошла. — А вдруг я без них заскучаю? — Ты будешь играть с бабушкой Ванессой и дедушкой Майком, — напомнила Блум. — Им будет обидно, если ты всё время будешь играть с игрушками. Рител задумался. Эта логика показалась ему убедительной. — Ладно, — он вывалил половину игрушек обратно на пол. — Но вот этого зайчика я возьму. Он маленький. — Договорились, — улыбнулась Блум. Лумия подошла к матери и тихо спросила: — Мама, а бабушка Ванесса и дедушка Майк... они правда хорошие? — Правда, — Блум присела, чтобы быть на одном уровне с дочерью. — Они вырастили меня, когда я была маленькой. Они дали мне столько любви, сколько могли. Ты им понравишься. — Я постараюсь, — серьёзно кивнула Лумия. — Ты им понравишься такой, какая есть, — поправила Блум. — Не надо стараться. Валтор наблюдал за этой сценой и чувствовал, как сердце наполняется теплом. Его дочь, такая серьёзная и глубокая, и его жена, которая умела находить нужные слова. И его сын, который уже умудрился запутаться в собственных игрушках и теперь пытался высвободиться из плена плюшевых зверей. — Я помогу, — вздохнул он, направляясь к сыну. — Папа, я застрял! — Вижу. — Это смешно? — Очень, — улыбнулся Валтор, освобождая его. — Но мы никому не скажем. — Договорились! — засмеялся Рител.

***

      Портал решили открыть прямо во дворе Домино, подальше от любопытных глаз. Орител и Марион пришли проводить. — Передавай привет Ванессе и Майку, — сказала Марион, обнимая дочь. — Скажи, что мы благодарны им за всё. — Передам, — пообещала Блум. — А можно я с вами? — с надеждой спросил Орител. — Папа, мы говорили об этом, — вздохнула Блум. — Ты не можешь просто так появиться на Земле. Ты король. Это вызовет вопросы. — Я буду в маскировке! — Ты будешь привлекать внимание, — отрезала Марион. — Оставайся здесь и присматривай за дворцом. — Я всегда присматриваю за дворцом, — обиженно пробормотал Орител. — Хочется иногда приключений. — Твои приключения обычно заканчиваются падением в фонтан, — напомнила жена. — Это был один раз! — Три раза за последний месяц. Рител захихикал, но тут же сделал серьёзное лицо под взглядом матери. Валтор открыл портал. Это было непросто — Земля находилась далеко и была окружена особым магическим полем, скрывающим её от посторонних глаз. Но он справился. — За мной, — скомандовал он и шагнул в сияющую арку. Блум взяла детей за руки и последовала за ним. — До свидания! — крикнул Рител, махая бабушке с дедушкой. — Я привезу подарки! — Мы будем ждать! — крикнула Марион. Портал закрылся, и двор опустел. — Ну вот, — вздохнул Орител. — Опять мы одни. — У нас есть мы, — напомнила Марион. — Идём, я испеку твой любимый пирог. — С вишней? — С вишней. — Ты лучшая, — Орител обнял жену, и они пошли во дворец.

***

      Гардиния встретила их тёплым летним солнцем и запахом цветущих магнолий. Портал вывел их прямо в сад за домом Ванессы и Майка — Блум настояла на этом месте, чтобы не пугать соседей внезапным появлением странной семьи. — Ого! — Рител завертел головой. — А где дворцы? Где магия? Где летающие феи? — Здесь нет магии, — напомнила Блум. — Здесь обычный город. Смотри, вон там качели, вон там песочница, а вон там... — СОБАКА! — заорал Рител, указывая на соседский двор, где мирно спал пожилой лабрадор. — Можно пойти её погладить? — Нельзя, она чужая, — остановила его Блум. — И вообще, сначала поздороваемся с бабушкой и дедушкой. — А где они? — В доме, наверное. Идёмте. Они подошли к двери, и Блум постучала. Сердце её билось быстрее обычного — прошло уже несколько лет с последнего визита, и она волновалась, как всё пройдёт. Дверь открыла Ванесса. На мгновение она замерла, глядя на дочь. Потом на Валтора. Потом на двух маленьких детей, стоящих рядом. — Блум? — голос её дрогнул. — Мама, — улыбнулась Блум. И Ванесса разрыдалась. — Деточка моя! — она бросилась обнимать дочь так крепко, что у той перехватило дыхание. — Я так скучала! Ты совсем не приезжала! Мы думали, забыла нас! — Никогда не забывала, — Блум гладила мать по спине, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Просто дела... много всего... — А это, — Ванесса наконец отстранилась и посмотрела на детей. — Это они? Наши внуки? — Да, — Блум подтолкнула детей вперёд. — Это Рител, а это Лумия. Дети, это ваша бабушка Ванесса. Рител, недолго думая, бросился обнимать новообретённую бабушку. — Бабушка! А ты правда печёшь пироги? Мама говорила, что ты печёшь пироги! А у вас есть телевизор? А можно посмотреть мультики? А где дедушка Майк? Ванесса растерянно засмеялась, пытаясь одновременно обнимать внука и вытирать слёзы. — Дедушка Майк на работе, но скоро придёт. Пироги есть, телевизор есть, мультики тоже. Всё будет, только дайте мне на вас посмотреть! Она перевела взгляд на Лумию, которая стояла чуть поодаль, внимательно изучая обстановку. — А ты, наверное, Лумия, — мягко сказала Ванесса. — Твоя мама много о тебе рассказывала. — Здравствуйте, — вежливо сказала Лумия. — У вас красивый сад. — Спасибо, милая, — растрогалась Ванесса. — Ты такая серьёзная. Прямо как... — она запнулась, посмотрев на Валтора. — Как я, — закончил Валтор, делая шаг вперёд. — Здравствуйте, Ванесса. Она посмотрела на него долгим взглядом. Того, кого когда-то Блум называла «золотым дядей». Того, кто ждал её восемнадцать лет во льдах. Того, кто стал её мужем и отцом её детей. — Здравствуй, Валтор, — наконец сказала она. — Я много слышала о тебе. — Только хорошее? — осторожно спросил он. — В основном. А плохое мы обсудим за ужином, — усмехнулась Ванесса. — Заходите все. Чай уже заварен.

***

      Дом Ванессы и Майка был уютным и тёплым — всё в нём дышало спокойствием и любовью. Мягкие кресла, цветы на подоконниках, фотографии на стенах — много фотографий, где Блум была ещё маленькой. — Смотри, Лу, это мама в твоём возрасте, — сказала Ванесса, показывая на снимок, где рыжая девочка в смешной панамке ела мороженое. Лумия внимательно изучила фотографию. — Похожа, — заключила она. — Только мама была веселее. — Я и сейчас весёлая! — возмутилась Блум. — Только иногда, — дипломатично ответила дочь. Рител тем временем уже исследовал каждый угол дома. Он нашёл телевизор и теперь пытался понять, как он работает. — А где здесь магия? — спросил он, тыкая пультом. — Он сам включается? — Там нет магии, — объяснила Ванесса. — Это электричество. — Элек-три-че-ство, — по слогам повторил Рител. — А это как магия? — Это наука, — улыбнулась Ванесса. — На Земле люди обходятся без магии. Они придумали другие способы делать жизнь удобной. — Странно, — задумался Рител. — А зачем, если можно просто колдовать? — Рител, — предостерегающе сказала Блум. — Я ничего не делаю! Просто спрашиваю! Валтор сидел в кресле и наблюдал за этой сценой с лёгкой улыбкой. Ему было интересно смотреть на мир, где он когда-то видел только Блум. Теперь он видел её дом, её детство, её другую жизнь. — Валтор, — Ванесса села напротив. — Можно тебя спросить? — Конечно. — Ты правда ждал её восемнадцать лет? — Правда. — И всё это время видел её? Во снах? — Да. Каждый день. Каждую ночь. Я видел, как она растёт, как учится ходить, как смеётся. Я видел её с вами. И я... — он запнулся. — Я благодарен вам. За то, что вы дали ей счастливое детство. Ванесса смотрела на него и видела не страшного мага, не тёмного демона, а просто мужчину, который любит её дочь так сильно, что готов был ждать вечность. — Ты хороший, — сказала она просто. — Я это всегда чувствовала. Когда Блум была маленькой и улыбалась в пустоту, я знала — там кто-то есть. Кто-то, кто любит её. — Я был там, — тихо ответил Валтор. — Всегда.

***

      Дверь хлопнула, и в коридоре раздался громкий голос: — Ванесса! Я дома! А где наши гости? Майк ввалился в гостиную, всё ещё в пожарной форме, с огромным тортом в руках и сияющей улыбкой на лице. — Блум! — закричал он, роняя торт на пол и бросаясь обнимать дочь. — Доченька! Как же я скучал! — Папа, торт! — засмеялась Блум, обнимая его. — Наплевать на торт! Ты здесь! — он отстранился, разглядывая её. — Красивая какая стала! Совсем взрослая! — Пап, я уже давно взрослая. — Для меня ты всегда маленькая, — он перевёл взгляд на детей. — А это? Это мои внуки? — Дедушка Майк! — Рител уже нёсся к нему со всех ног. — Ты пожарный? А у тебя есть настоящая пожарная машина? А можно на ней покататься? А ты тушил пожары? А страшно? Майк рассмеялся, подхватывая внука на руки. — Какой активный! Весь в тебя, Блум! — он посмотрел на Лумию, которая подошла чуть медленнее. — А это, наверное, Лумия. Красавица, вся в маму. — Здравствуйте, — вежливо сказала Лумия. — Можно просто дедушка, — улыбнулся Майк, осторожно обнимая её. Она позволила, хотя и чувствовалось, что объятия — не её любимое занятие. — Дедушка, — повторила она, и в её тёмных глазах мелькнуло что-то тёплое. Майк наконец заметил Валтора, который стоял чуть в стороне, наблюдая за этой сценой с непривычной для него мягкостью. — А ты, значит, тот самый Валтор, — сказал Майк, подходя к нему. — Муж моей дочери. Отец моих внуков. — Да, — ответил Валтор, внутренне готовясь к чему угодно — от недоверия до открытой враждебности. Майк смотрел на него долгую минуту. Потом улыбнулся и протянул руку. — Рад познакомиться. Ванесса мне о тебе рассказывала. И Блум, когда звонила. Ты нам уже почти родной. Валтор пожал протянутую руку, чувствуя, как напряжение отпускает. — Спасибо, — сказал он. — За то, что приняли. За то, что растили её. Я знаю, что никогда не смогу отблагодарить вас достаточно, но... — Ты её любишь, — перебил Майк. — Это главное. Остальное неважно. — Люблю, — просто ответил Валтор. — Больше жизни. — Ну, тогда пошли пить чай, — заключил Майк, поднимая с пола упавший торт. — Жалко, конечно, но мы его всё равно съедим. Кто обратит внимание на форму, если внутри вкусно?

***

      После обеда Блум предложила прогуляться по городу. Рител запрыгал от радости, Лумия согласно кивнула, а Валтор с некоторой опаской посмотрел на улицу. — Там много людей? — спросил он. — Достаточно, — улыбнулась Блум. — Но ты справишься. Просто улыбайся и не светись магией. — Я не свечусь, — обиделся Валтор. — Светишься. У тебя глаза горят. — Это от радости. — Вот и притуши радость, — засмеялась Блум. — А то соседи решат, что мы пришельцы. — Мы и есть пришельцы, — напомнила Лумия. — Тихо, — шикнула Блум. — Не напоминай. Гардиния оказалась типичным маленьким городком — уютные домики, зелёные газоны, редкие прохожие, которые приветливо кивали, узнавая местных. Ванесса и Майк шли впереди с Рителом, который вертелся как юла, разглядывая всё подряд. — Смотри, собачка! А это что? А почему здесь так пахнет? А можно мороженое? — Можно, — смеялась Ванесса, покупая внуку огромную порцию. — Только не испачкайся. Рител испачкался через три секунды. Лумия шла рядом с родителями, держась за руки с ними обоими — редкий момент близости, который она позволяла себе только в особых случаях. — Здесь спокойно, — заметила она. — Не как дома. — Дома у нас магия, дворцы и летающие феи, — напомнила Блум. — Здесь всё проще. — Мне нравится, — сказала Лумия. — Трава зелёная. И пахнет по-другому. — Это бензином пахнет, — усмехнулся Валтор. — Машины. — Что такое машины? — Это такие... повозки без лошадей. На них люди ездят. Лумия задумалась, пытаясь представить повозку без лошадей. — Странно, — наконец сказала она. — Но интересно. Они прошли мимо парка, где дети играли в футбол. Рител замер, глядя на них. — Мама, а можно я тоже? — спросил он с надеждой. — Не сегодня, — ответила Блум. — Мы только знакомимся с городом. — А завтра? — Посмотрим. — Я запомню, — пообещал Рител. — Ты сказала «посмотрим». Это значит «да». — Это значит «посмотрим», — строго сказала Блум, но улыбнулась. В кафе на углу они остановились выпить сока. Валтор с подозрением разглядывал меню. — Что это? — спросил он, указывая на какой-то пункт. — Это пирожное, — объяснила Ванесса. — Очень вкусное. Попробуй. — Оно не отравлено? — Валтор! — возмутилась Блум. — Я просто спросил, — смутился он. — На всякий случай. — Здесь всё безопасно, — заверил Майк. — Ешь смело. Валтор осторожно откусил кусочек пирожного. На его лице отразилась гамма чувств — от подозрения до удивления и, наконец, удовольствия. — Вкусно, — признал он. — Конечно вкусно! — обрадовалась Ванесса. — Я же говорю, у нас тут хорошо!

***

      Когда стемнело, дети наконец угомонились. Рител уснул прямо в кресле, утомлённый впечатлениями, а Лумия сидела на крыльце и смотрела на звёзды. — Не такие, как дома, — сказала она, когда Блум вышла к ней. — Другие. — Другие, — согласилась Блум, садясь рядом. — Но тоже красивые. — Мама, а ты скучала по ним? Когда уехала в Домино? — Скучала, — честно ответила Блум. — Очень. Но я знала, что всегда могу вернуться. — А они знали, что ты фея? — Знали. Я рассказала им, когда уезжала в Алфею. — И они не испугались? — Нет. Они сказали, что всегда это чувствовали. Лумия задумалась. — Они хорошие, — сказала она наконец. — Твои земные родители. — Наши, — поправила Блум. — Они теперь и твои тоже. — Наши, — повторила Лумия, и в её голосе впервые за день послышалась настоящая теплота. В доме Валтор сидел на кухне с Майком и Ванессой. Разговор шёл о жизни, о магии, о будущем. — Ты правда тёмный маг? — спросил Майк без обиняков. — Правда, — ответил Валтор. — И много тёмного натворил? — До встречи с Блум — много. После — стараюсь не натворить. — А дети? Они унаследовали? — Да. Рител — свет, как Блум. Лумия — тьму, как я. Но они хорошие, — добавил он быстро. — Они добрые. Я слежу за этим. — Мы верим, — сказала Ванесса. — По глазам видно. Ты их любишь. — Люблю, — просто ответил Валтор. — Больше всего на свете. — Ну и хорошо, — заключил Майк. — Любовь — это главное. А тьма... от неё никуда не деться. Главное, чтоб она не управляла тобой. — Не управляет, — улыбнулся Валтор. — Теперь уже нет.

***

      На второй день случилось неизбежное. Поход в супермаркет казался обычным делом — нужно было купить продукты к ужину. Ванесса везла тележку, Майк тащил Ритела на плечах, Блум с Лумией выбирали фрукты, а Валтор с интересом разглядывал бесконечные полки с товарами. — Как здесь много всего, — удивлялся он. — И всё это без магии? — Без магии, — подтвердила Ванесса. — Просто люди придумали, как делать вещи. — Удивительно. Всё шло хорошо, пока Рител не увидел отдел с игрушками. — Смотрите! — заорал он, спрыгивая с плеч деда и устремляясь к огромной горе плюшевых зверей. — Там зайцы! Медведи! Динозавры! — Рител, стой! — крикнула Блум, но было поздно. Рител нёсся по проходу, не глядя по сторонам, и врезался в пирамиду из банок с консервами. Конструкция пошатнулась и с грохотом рухнула, рассыпая банки по всему полу. — Ой, — сказал Рител, замирая посреди разрушений. На шум прибежал охранник. — Что здесь происходит? — строго спросил он. — Извините, — Блум бросилась к сыну. — Он случайно, я всё оплачу... — Мальчик не ушибся? — охранник сменил гнев на милость, увидев испуганное лицо ребёнка. — Нет, я цел, — пискнул Рител. — Я не хотел. — Давай-ка убирать, — вздохнул охранник, начиная собирать банки. Валтор подошёл к сыну, присел рядом. — Больше так не делай, — тихо сказал он. — Здесь не Домино. Здесь нельзя магией убирать. — Я знаю, — шмыгнул носом Рител. — Я просто испугался. — Ничего страшного, — Валтор погладил его по голове. — Всякое бывает. Пока взрослые собирали банки, Лумия стояла в стороне и внимательно наблюдала. Потом она подошла к брату и взяла его за руку. — Я тоже один раз уронила торт, — сказала она. — Прямо перед приездом тёти Стеллы. — Правда? — удивился Рител. — Правда. И ничего, все выжили. Рител улыбнулся сквозь слёзы. — Ты лучшая сестра. — Знаю, — спокойно ответила Лумия, но в уголках её губ мелькнула улыбка.

***

      Последний вечер выдался особенно тёплым. Сидели в саду, пили чай с пирогами, смотрели на звёзды. — Как быстро пролетело время, — вздохнула Ванесса. — Даже не верится, что завтра вы уезжаете. — Мы будем прилетать чаще, — пообещала Блум. — Честно. — Ты всегда так говоришь, — улыбнулся Майк. — Но мы не обижаемся. У тебя своя жизнь, своя семья, свои заботы. Главное, что вы есть. — Дедушка, а можно я возьму с собой этого зайчика? — спросил Рител, показывая плюшевую игрушку, которую ему купили в том самом злополучном супермаркете. — Конечно, малыш. Это твой. — Я буду его беречь, — серьёзно сказал Рител. — И каждый раз, когда буду на него смотреть, вспоминать вас. — А ты, Лумия? — спросила Ванесса. — Хочешь что-то взять на память? Лумия подумала, потом подошла к цветущему кусту роз и сорвала один бутон. — Можно? — спросила она. — Конечно, милая. — Я посажу его в Домино, — объяснила Лумия. — Чтобы он рос там и напоминал о вас. Ванесса смахнула слезу. — Какая же ты у нас умница, — прошептала она. — И добрая. — Я стараюсь, — скромно ответила Лумия. Валтор сидел чуть поодаль, наблюдая за этой сценой. Майк подошёл к нему с двумя бокалами. — Выпьешь? Это местное вино, не магическое. — Спасибо, — Валтор взял бокал. — Я не пью обычно. — А сегодня можно, — улыбнулся Майк. — За семью. — За семью, — согласился Валтор. Они чокнулись и выпили. — Знаешь, — сказал Майк. — Когда Блум сказала нам, что выходит замуж за мага, да ещё и бывшего злодея, я, честно говоря, испугался. Думал, обидит её, сломает ей жизнь. — Я тоже этого боялся, — признался Валтор. — А теперь смотрю на тебя, на детей, на то, как ты на неё смотришь... и понимаю: лучшего мужа ей и не надо. Ты её любишь. По-настоящему. — Люблю, — просто ответил Валтор. — Больше всего на свете. — Ну и ладно, — Майк хлопнул его по плечу. — Добро пожаловать в семью, зять. Официально. Валтор улыбнулся — той редкой, тёплой улыбкой, которую берег для самых близких. — Спасибо, — сказал он. — За всё.

***

      Утро выдалось солнечным, но грустным. Ванесса уже успела наплакаться, Майк держался молодцом, но то и дело отворачивался, чтобы никто не видел его слёз. — Ну всё, нам пора, — сказала Блум, обнимая мать. — Мы вернёмся. Обещаю. — Знаю, детка, знаю, — всхлипывала Ванесса. — Вы только берегите себя. И детей берегите. — Будем. — И его береги, — она кивнула на Валтора. — Он хороший. — Знаю, мама. Рител обнимал дедушку так крепко, словно не собирался отпускать никогда. — Я буду скучать, — бормотал он. — Ты самый лучший дедушка на свете. — А Орител? — усмехнулся Майк. — Он тоже лучший, — нашёлся Рител. — У меня два лучших дедушки! — Дипломат, — засмеялся Майк. — Весь в мать. Лумия подошла к Ванессе и протянула ей маленький камешек, который нашла в саду. — Это вам, — сказала она. — Я на него магию наложила. Если будет плохо или грустно, посмотрите на него — и станет легче. Ванесса смотрела на внучку, и слёзы текли по щекам. — Спасибо, милая, — прошептала она. — Ты у нас особенная. — Я знаю, — серьёзно кивнула Лумия. — Вы тоже особенные. Валтор пожал руку Майку и обнял Ванессу. — Спасибо, что приняли, — сказал он. — Я буду беречь их. Всех. — Верю, — ответила Ванесса. — Летите уже, а то я сейчас разрыдаюсь окончательно. Портал открылся прямо в саду — Блум настояла, чтобы не пугать соседей окончательно. Сияющая арка засветилась в утреннем воздухе. — До свидания! — крикнул Рител, махая рукой. — Я пришлю вам рисунки! — Мы будем ждать! — крикнул Майк. Лумия на прощание помахала рукой — сдержанно, но с искренней теплотой. Блум шагнула в портал, за ней дети, и последним — Валтор. — Береги их! — крикнула Ванесса вдогонку. — Всегда! — донеслось из сияния. Портал закрылся. Сад опустел. Ванесса повернулась к Майку и уткнулась ему в плечо. — Они вернутся, — сказал он, гладя её по спине. — Обязательно вернутся. — Знаю, — всхлипнула она. — Просто так трудно каждый раз отпускать. — Зато как радостно встречать. Они пошли в дом, где на столе остались недопитый чай и недоеденный пирог. А на подоконнике лежал маленький камешек, который тихо светился в лучах утреннего солнца — напоминая о том, что магия бывает разной. Даже на Земле.

***

      Домино встретило их привычной роскошью и теплом. Портал выбросил их прямо в саду, где их уже ждали Орител, Марион и Дафна с маленькой Иленией. — Вернулись! — закричал Орител, бросаясь к ним. — Как съездили? Как Земля? Как Ванесса с Майком? Внуки, идите к дедушке! Рител с разбегу запрыгнул к нему на руки. — Дедушка, там так интересно! Там есть магазин, где всё падает, если бежать быстро! И собаки! И мороженое! И дедушка Майк — он пожарный! — Я знаю, малыш, — улыбался Орител, но в его глазах мелькнула тень ревности. — Расскажешь всё подробно? — Расскажу! А ты покажешь мне свои доспехи? — Покажу! Лумия подошла к бабушке и протянула ей розовый бутон. — Это с Земли, — объяснила она. — Я посажу его в саду. Чтобы он рос. — Чудесно, милая, — Марион обняла внучку. — Ты устала? — Немного. Там шумно. — Отдыхай. Валтор обнял Блум, глядя, как дети общаются с бабушкой и дедушкой. — Хорошо дома, — сказал он. — Хорошо, — согласилась Блум. — Но и на Земле было хорошо. — Да. Там твой дом. — Наш дом, — поправила она. — Теперь у нас много домов. Валтор поцеловал её в висок. — Главное, что ты со мной. — Всегда. Вечером, когда дети уснули, а гости разошлись, они снова вышли в сад. Звёзды над Домино сияли ярко, совсем не так, как над Землёй, но тоже красиво. — Знаешь, о чём я думаю? — спросила Блум. — О чём? — О том, что у наших детей теперь есть целых две бабушки и два дедушки. И все их любят. — И все будут их баловать, — усмехнулся Валтор. — Рител от этого совсем избалованным станет. — Пусть, — улыбнулась Блум. — Главное, чтобы счастливым. — Счастливым, — повторил Валтор. — Как мы. — Как мы, — согласилась она. Они стояли, обнявшись, глядя на звёзды, и думали о том, как удивительно устроена жизнь. Из тьмы родился свет. Из одиночества — семья. Из боли — любовь. И где-то далеко, на маленькой планете Земля, в уютном домике с цветами на подоконнике, Ванесса и Майк тоже смотрели на звёзды и улыбались. — Они там, — сказала Ванесса. — Знаю, — ответил Майк. — И у них всё хорошо. — Откуда ты знаешь? — А вот тут, — он прижал руку к сердцу. — Чувствую. На подоконнике тихо светился маленький камешек, напоминая о том, что любовь не знает расстояний. Ни земных, ни магических.