Охотник за головами.

3 мая 1990 года.  Прошло несколько недель. В поместье всё было спокойно. Дни текли размеренно: прогулки по огромному саду, вечера у камина. Но в тот вечер тишина Малфой-мэнора была нарушена. За окнами уже стемнело. Огромная гостиная была освещена мягким светом каминов, огонь отбрасывал тёплые блики на дорогую обивку кресел и полированное дерево мебели. В кресле у камина сидела Нарцисса, раскладывая пасьянс. Иногда она поднимала взгляд на детей, но в целом в комнате царила спокойная, почти сонная атмосфера. У книжного шкафа стоял Люциус, листая старинный фолиант. Теодор сидел на ковре возле стола, раскладывая карточки с волшебниками. Тишина длилась ровно до того момента, пока её не разорвал пронзительный визг. — Ай! Отпусти! Ты что, с ума сошла?! Посреди комнаты стояли Драко и Ева. Драко одной рукой вцепился в её косичку, а второй отчаянно пытался вырваться, потому что Ева крепко держала его за запястье. Её глаза горели, щёки раскраснелись от злости. — Ты! Белобрысый павлин! — выкрикнула она. — Пусти! Больно же! — Драко дёрнулся, но Ева не отпустила. — Мама! Карты в руках Нарциссы рассыпались на ковёр. Люциус захлопнул книгу. Тео вскочил на ноги так резко, что карточки разлетелись по полу. — Драко! Ева! — Нарцисса уже поднималась из кресла. — Немедленно прекратите! Драко нырнул за спинку кресла, прижимая к себе укушенную руку и возмущённо сопя. — Она первая начала! — пожаловался он, выглядывая из-за обивки. — Я просто хотел спросить, можно ли потрогать её волосы! Они такие… ну… блестящие! А она как укусит! Люциус посмотрел на сына холодным, тяжёлым взглядом. — Драко, — произнёс он спокойно. — Подойди сюда. Немедленно. Мальчик нехотя вылез из-за кресла. Он был надутый и явно обиженный на весь мир, но всё же подошёл к отцу. Люциус смотрел на него сверху вниз. — Что я говорил тебе о гостях? — холодно спросил он. — О девочках. О том, как должен вести себя молодой волшебник из нашего дома. Драко буркнул себе под нос:— Не трогать за волосы… не дразнить… не… — Громче, — резко перебил Люциус. — Чтобы все слышали. Драко тяжело вздохнул и сказал уже громче, хотя в голосе звучала явная обида: — Не трогать девочек за волосы. Не дразнить. Быть джентльменом. Тем временем Нарцисса уже подошла к Еве. Она опустилась на корточки и осторожно поправила растрепавшуюся косичку. — Ева, милая, — мягко сказала она. — Он больше не будет. Я обещаю. Она внимательно посмотрела на девочку. — Ты не ушиблась? Он сильно дёрнул? Теодор  встал чуть впереди сестры, на всякий случай, словно маленький телохранитель. — Драко, — тихо, но очень серьёзно сказал он. — Если ты ещё раз тронешь мою сестру, я тебе сам вмажу. Понял? Из-за спины отца, Драко показал Тео язык. Но в следующую секунду получил лёгкий, но ощутимый подзатыльник от Люциуса. — Драко, — холодно произнёс он. — Я надеюсь, ты не забыл, где находишься. Ты будешь извиняться, молодой человек, сейчас же. Драко надулся ещё сильнее, но под тяжёлым взглядом отца всё-таки подошёл ближе. Он уставился в пол и пробормотал едва слышно: — Прости… Я больше не буду. Ева молча сложила руки на груди и демонстративно отвернулась от него. — Я подумаю. В гостиной повисла тишина. Ева стояла с каменным лицом, скрестив руки. Растрёпанная косичка упрямо свисала набок. Драко растерянно переминался с ноги на ногу. — Ну Ева… — пробормотал он. — Я же извинился. Чего ты ещё хочешь? Люциус слегка отвернулся, пряча усмешку в высокий воротник мантии. Нарцисса же едва заметно прикусила губу, чтобы не рассмеяться. — Драко, дорогой, — мягко сказала она. — «Извинился» — это только половина дела. Нужно, чтобы извинения приняли. Драко окончательно растерялся. — А как? — спросил он почти жалобно. — Я же не знаю… Тео, скажи ей! Теодор пожал плечами. В его глазах плясали откровенно весёлые искры. — Сам влип, сам выкручивайся, — спокойно сказал он. — Я тут вообще ни при чём. Он кивнул в сторону сестры. — Она моя сестра. Я на её стороне. Драко невольно сделал шаг назад, потирая укушенную руку. Он беспомощно оглянулся на родителей. — Ну что мне сделать? — почти простонал он. — Ма-ам? Люциус взглянул на Драко с холодной строгостью. — Драко, если ты не умеешь выстраивать отношения со сверстниками в десять лет, что будет в двадцать? — его голос был ровным, лишённым эмоций. — Предлагаю тебе подумать и найти способ загладить вину. А пока… — он повернулся к Еве — — Ева, может быть, чай с пирожными улучшит твоё настроение? Добби испёк твои любимые — с малиной. Словно услышав своё имя, Добби тут же материализовался рядом с камином, держа поднос, на котором лежали аккуратные пирожные. Его огромные глаза были как блюдца, а голос писклявый: — Добби принес! Добби старался! Добби знает, что юная госпожа любит малину! Драко стоял, замерев, словно изумлённый волшебный зверёк. Он смотрел то на Еву, то на родителей, то на поднос, и в его голове явно кипел мучительный мыслительный процесс. Ева гордо и серьёзно глянула на мальчика: — Добби, вот настоящий джентльмен. Поучился бы уму разуму. Добби замер, словно его сердце застыло на мгновение. Голос писклявый, дрожащий: — Юная госпожа назвала Добби… джентльменом? Добби? Добби — домовой эльф! Добби не смеет… Слёзы счастья начали катиться по морщинистой мордочке эльфа, а поднос в его руках едва не выскользнул от дрожи. Люциус, не отводя взгляда, медленно поднял бровь. В его глазах мелькнула странная смесь удивления.  — Впервые слышу, чтобы кто-то назвал эльфа джентльменом… — тихо, почти про себя произнёс он. — Элизабет бы гордилась. Нарцисса, прикрыв рот ладошкой, пыталась сдержать улыбку, но в её глазах блестели слёзы умиления.  — Ева, милая… Добби очень тронут. Правда, Добби? — мягко произнесла она. Эльф, шмыгая носом и продолжая всхлипывать, снова поднял взгляд к юной госпоже: — Добби… Добби теперь будет служить юной госпоже ещё лучше! Добби будет чистить её ботинки! Добби будет гладить её простыни! Добби… Он начал быстро перечислять всё, что готов сделать, загибая длинные тонкие пальцы, будто каждая обязанность была священной клятвой. Драко стоял с открытым ртом, словно слова Евы выбили почву из-под ног. Его взгляд метался между плачущим Добби и юной госпожой, не в силах понять, как реагировать. — Ты… ты назвала эльфа джентльменом? Эльфа? — пробормотал он, моргая, словно пытался осознать услышанное. А меня, белобрысым павлином. Спасибо, Ева… Очень мило. Тео не выдержал и прыснул со смеху, сразу же зажав рот рукой, чтобы не рассмешить всех в гостиной. — Драко, не обижайся, — сквозь смех сказал он. — Зато теперь ты знаешь, какое место занимаешь в иерархии Евы. Ниже Добби. Драко ощутимо покраснел до корней волос и отвернулся к камину, делая вид, что его совершенно увлекают танцующие языки пламени. Он тихо пробормотал себе под нос: — Ну и пожалуйста… Подумаешь… Эльф… Джентльмен… Я тоже могу быть джентльменом… если захочу… Нарцисса подошла к Еве и мягко коснулась её плеча, улыбаясь. — Ева, ты невероятная девочка, — сказала она тепло. — Пойдем, я помогу тебе поправить косичку, а потом мы все вместе выпьем чаю с пирожными. Драко пока посидит и подумает о своем поведении. В гостиной повисла лёгкая, почти домашняя атмосфера: камин потрескивал, Добби тихо всхлипывал от счастья, а маленький Драко, краснея, изучал половицы под ногами, словно надеясь, что они проглотят его стыд.