Охотник за головами.

Они появились на пороге виллы, и Блейз встретил их так, будто ждал весь вечер. Ева первой шагнула вперёд, и они легко обнялись — тепло, по-дружески, без лишней формальности. Блейз отстранился, его белозубая улыбка ярко выделялась на фоне тёмной кожи, а в глазах плясали насмешливые огоньки. Он выглядел как человек, которому этот мир принадлежит по праву: шёлковая рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, в руке — бокал холодного белого вина, а за его спиной терраса виллы утопала в ароматах лимонов и дорогого табака. — Осторожнее, Ева, — Блейз шутливо подмигнул ей, бросив быстрый взгляд на Драко, который стоял чуть позади, сжимая набалдашник трости с видом человека, готового к дуэли. — Если ты будешь обнимать меня так горячо, наш дорогой Лорд решит, что дуэльный кодекс — это не пустой звук. А я слишком люблю своё лицо, чтобы подставлять его под палочку ревнивого Малфоя. Драко подошел ближе, собственнически положив руку на талию Евы и притягивая её к себе, едва только она освободилась из объятий друга. Его взгляд был острым, но в нем уже не было того ледяного холода, что предназначался для журналистов. — Тебе повезло, Забини, что мы пришли за твоим лучшим вином, а не за твоей головой, — процедил Драко, хотя уголок его губ всё же дернулся в намеке на усмешку. — И перестань называть её «горячей». Это привилегия мужа — оценивать температуру моей жены. — О, я вижу, статья в «Пророке» ничуть не преувеличивала, — Блейз рассмеялся, жестом приглашая их пройти к столу, накрытому прямо под открытым небом. — «Итальянская горячка», говорите? Драко, весь Лондон гудит. Тео прислал мне сову, он клянется, что Люциус заказал новый портрет... правда, он не уверен, будет ли там изображена ваша семья или только Ева, попирающая ногами достоинство Риты Скиттер. Драко усадил Еву в плетеное кресло, его пальцы на мгновение задержались на её плече, прежде чем он сам сел рядом. Он обвел взглядом роскошный вид на тосканские холмы, и его мысли невольно вернулись к предложению Евы о собственном доме. Здесь, вдали от Лондона, эта идея казалась не просто правильной она казалась необходимой. — Пусть обсуждают, — бросил Драко, принимая бокал от домовика Забини. — Мы здесь не для того, чтобы подкармливать сплетни. На самом деле... — он бросил быстрый, многозначительный взгляд на Еву, — нам нужно обсудить недвижимость. Блейз, расскажи-ка, кто из твоих соседей погряз в долгах и готов продать поместье с хорошим виноградником? Блейз замер с бокалом у губ, его брови взлетели вверх от удивления. — Решил сменить туманный Мэнор на солнце Тосканы? — в голосе Забини прозвучал неподдельный интерес. — Или это прекрасная леди Малфой так быстро научила тебя ценить настоящий комфорт, подальше от глаз Люциуса? Ева рассмеялась — легко, звонко, с той самой дерзкой ноткой, которая неизменно притягивала к ней внимание. — Ваша покорная слуга, леди Малфой, обладает прекрасным вкусом, — она чуть склонила голову в шутливом реверансе, — и не только на мужчин. Она бросила короткий, лукавый взгляд на Драко, словно нарочно подливая масла в огонь, и снова повернулась к другу. Блейз усмехнулся, явно довольный её ответом: — О, в этом я никогда не сомневался. Вопрос лишь в том, насколько этот вкус… избирателен. — Прекрасный вкус? — Драко низко рассмеялся, и в этом звуке просквозило неприкрытое самодовольство. Он притянул Еву ближе, так что её плечо плотно прижалось к его груди, а его губы оказались в опасной близости от её виска. — Ты слишком скромна, любовь моя. Ты выбрала лучшее, что могла предложить Британия. Остальным остается только смотреть на колдографии и кусать локти. Блейз тем временем ловко откупорил бутылку «Кьянти» столетней выдержки. Тёмно-красная жидкость с глухим плеском заполнила хрустальные бокалы, отражая последние лучи тосканского солнца. — Ну, раз уж Леди Малфой официально одобряет этот выбор, — Блейз с улыбкой протянул бокал Еве, задержав взгляд на её вишневых волосах чуть дольше, чем того требовали правила приличия, — я просто обязан помочь вам с обустройством. Если вы купите поместье по соседству, Драко, я лишусь покоя, но зато у меня наконец-то появятся соседи, чей вкус не ограничивается цветом семейного герба. Драко принял свой бокал, кончиками пальцев коснувшись ладони Евы. Его взгляд стал более задумчивым, когда он окинул горизонт, где небо окрасилось в глубокий фиолетовый. Он сделал глоток вина. — Блейз, завтра же подготовь список всех доступных вилл в этом районе, — Драко снова выпрямился, возвращая себе маску Лорда. — И убедись, что там достаточно большие балконы. Моей жене... нравится вид на Италию. И мне нравится видеть её на фоне этого вида. Блейз понимающе усмехнулся, усаживаясь в кресло напротив. — Похоже, поместье Малфоев в Уилтшире скоро окончательно опустеет, — заметил Забини, салютуя им бокалом. — Люциус будет в восторге. Или в ярости. Скорее всего, и то, и другое одновременно. Как вы думаете, он пришлет вам проклятие по почте или приедет лично проверять высоту ваших новых заборов? — О, дружище, ты не поверишь, — Ева рассмеялась, откинувшись в кресле и закинув ногу на ногу. — Родители Драко подослали эльфа за нами шпионить. А мы передали им привет… через него. — Это была лучшая часть, — подхватил Драко с явным удовольствием, небрежно покачивая бокалом. В его глазах плясал азарт. — Видел бы ты, Блейз, с каким выражением лица этот несчастный эльф исчез. Думаю, мой отец пересчитывал фамильное серебро, чтобы успокоиться. Блейз расхохотался, едва не расплескав вино. Он поставил бокал на стол и провёл рукой по лицу, стирая выступившие от смеха слёзы. — О, Мерлин… я жалею, что не видел этого, — выдохнул он, качая головой. — Малфои, шпионящие за собственным сыном в медовый месяц — это уже новый уровень семейной… вовлечённости. Ева усмехнулась, склонив голову и лениво проводя пальцем по краю бокала: — Думаю, мы их немного… разочаровали. Она бросила короткий взгляд на Драко, в котором мелькнула та самая тёплая, почти интимная искра: — Хотя, если честно, я даже рада. Пусть знают, что у нас всё более чем хорошо. Блейз прищурился, переводя взгляд с одного на другого: — О, я и без эльфов это вижу. Вы буквально светитесь… и, смею заметить, раздражающе счастливы. Драко лениво усмехнулся, притягивая Еву чуть ближе к себе: — Привыкай, Забини. Это надолго. Блейз одобрительно кивнул. — Люциус всегда был мастером контроля, но, кажется, он недооценил темперамент своей новой невестки. Ева, дорогая, ты — лучшее, что случалось с этой семьей за последние сто лет. Ты превращаешь их чопорную трагедию в чертовски увлекательный роман. — Она превращает мою жизнь в приключение, — поправил его Драко, и его голос внезапно стал мягче. Он положил ладонь на шею Евы, его большой палец нежно поглаживал её кожу прямо под линией волос. — И если для этого нужно выставить из спальни парочку эльфов — что ж, так тому и быть. Блейз чуть наклонился вперед, его взгляд стал деловым, хотя улыбка не сходила с лица. — Раз уж вы настроены серьезно насчет дома, — он кивнул в сторону холмов, где в темноте начали зажигаться огоньки других поместий, — есть одна вилла. К югу отсюда, за Сиеной. Прежний владелец... скажем так, не рассчитал свои силы в игре, и теперь поместье ищет нового хозяина. Там старые виноградники и балкон, с которого видно половину Тосканы. Драко прищурился, явно заинтересовавшись. Его пальцы продолжали медленно перебирать пряди вишневых волос Евы. — Сиена? — протянул он, обдумывая предложение. — Это достаточно далеко, чтобы совы из Мэнора летели дольше, чем мне хотелось бы их видеть. Что скажешь, Ева? Поедем завтра смотреть? Или у тебя на утро были более... интенсивные планы в нашей нынешней спальне? Он лукаво улыбнулся, и его взгляд, скользнувший по её лицу, был полон того самого нескрываемого желания, которое так взбесило Риту Скиттер и так восхищало Блейза. — Только представь, — прошептал он ей на ухо, игнорируя присутствие Забини. — Никаких шпионов, никаких родителей. Только ты, я и балкон, на котором мы сможем делать всё, что захотим. Блейз тактично откашлялся, поднимая бокал. — Ну, если вы двое сейчас начнете обсуждать детали своей личной жизни прямо здесь, я потребую плату за аренду террасы. Пейте вино, влюбленные безумцы. За ваш новый дом. За свободу от предков и эльфов! Они чокнулись бокалами, вино мягко зазвенело в тёплом вечернем воздухе. Ева сделала глоток, затем перевела взгляд на Блейза, прищурившись с лёгким интересом: — Тео тебе не писал, случайно? Блейз замер с бокалом у самых губ, его глаза весело блеснули в свете магических огней. Он театрально вздохнул, поставил вино на стол и медленно вытащил из кармана жилета измятый кусок пергамента. — О, Ева, «писал» — это мягко сказано, — протянул он, встряхивая письмом. — Твой брат прислал мне сову через полчаса после того, как «Пророк» упал к его завтраку. Он развернул пергамент, пробегая глазами строки, и усмехнулся: — Если верить его словам, он едва не умер от смеха, когда прочитал твою тираду про «ядовитые цвета» Скиттер. Ева довольно улыбнулась, откинувшись на спинку кресла: — Я старалась. Блейз тихо хмыкнул и продолжил: — Но дальше интереснее. Он поднял взгляд на неё, явно наслаждаясь моментом: — Он пишет: «Передай моей сестре, что если она продолжит в том же духе, мне придётся лично приехать в Италию, чтобы убедиться, что она окончательно не свела Малфоя с ума… или наоборот». Драко усмехнулся, лениво крутя бокал в пальцах: — Поздно. Этот этап мы уже прошли. Ева бросила на него быстрый взгляд, в котором мелькнула тёплая искра, и снова повернулась к Блейзу: — И всё? Неужели без нравоучений? Блейз расплылся в широкой улыбке: — О, нет, конечно. Там ещё приписка. Он сделал паузу, нарочно выдерживая интригу: — «И скажи ей, что я горжусь. Но если Малфой её обидит — я действительно приеду». На секунду повисла тишина, но она была тёплой, почти уютной. Ева тихо усмехнулась, качнув головой: — В его стиле. Она сделала ещё глоток вина и, чуть наклонившись к Драко, почти шёпотом добавила: — Похоже, тебе придётся быть очень осторожным, мой лорд. У меня серьёзная группа поддержки. Драко, услышав о реакции друга, расслабился и усмехнулся. — А Остин? Он что-нибудь передавал? Блейз сложил письмо и снова взял бокал, глядя на молодоженов с искренним интересом. — Остин хранит молчание, — тихо проговорил Забини. — Но мы же знаем твоего младшего брата, Ева. Скорее всего, он сейчас пересчитывает, насколько выросли акции вашей семьи после такого эффектного появления в высшем свете. Вы теперь — самая влиятельная пара, и это пугает половину Министерства. Он сделал глоток и обвел взглядом тихий сад. — Но здесь, — Блейз понизил голос, — вы просто двое сумасшедших, решивших купить виллу в Сиене. Тео просит меня присматривать за вами. Хотя, глядя на то, как Драко держит тебя за руку, я думаю, что присматривать нужно скорее за теми, кто решит подойти к вам ближе, чем на три фута. Драко перевел взгляд на Еву, и в глубине его серых глаз вспыхнуло нечто теплое и очень личное. Он наклонился зашептав ей на ухо, игнорируя Забини. — Я действительно куплю тебе эту виллу. И вторую. И всю Италию, если ты продолжишь так улыбаться. Они просидели так ещё долго. Время словно растаяло в тёплом воздухе тосканского вечера — в звоне бокалов, в ленивых шутках, в редких порывах ветра, приносящего запах винограда и ночных цветов. Ева смеялась — искренне, без оглядки, иногда запрокидывая голову, иногда пряча улыбку в бокале. Разговор шел легко: они вспоминали Хогвартс, старые выходки, споры, которые тогда казались важными, а теперь вызывали только смех. Будущее тоже мелькало между словами — осторожно, как нечто ещё не оформленное, но уже желанное. Дом в Италии. Путешествия. Жизнь, в которой не нужно никому ничего доказывать. Иногда наступали короткие паузы — те самые, редкие, когда никто не спешит говорить, потому что и так всё понятно. В такие моменты Ева просто сидела рядом с Драко, чувствуя тепло его руки на своей, и ловила себя на странной, почти непривычной мысли — ей спокойно. По-настоящему спокойно. *** Лунный свет пробивался сквозь высокие окна виллы, освещая живописный беспорядок: сброшенный небесно-голубой шелк, разлитое вино и обломки того, что еще пару часов назад было антикварной кроватью из темного ореха. Драко, тяжело дыша, откинулся на груду подушек, которые теперь покоились прямо на полу. Его грудь мерно вздымалась, а на бледной коже в полумраке блестели капли пота. — Ева… — он низко рассмеялся, и в этом смехе было столько первобытного торжества, сколько никогда не слышали стены Малфой-мэнора. Он притянул её к себе, заставляя устроиться на своем плече. Он запустил пальцы в её спутанные вишневые волосы, слегка оттягивая их назад, чтобы заглянуть в глаза. Его взгляд был затуманенным, но полным обожания. — Кажется, ты была серьезна, когда говорила «к черту приличия», — прошептал он, целуя её в висок. — Ты просто невозможна. И, клянусь Мерлином, я не хочу, чтобы это заканчивалось. Никогда. *** В то же самое время в Малфой-мэноре... Маленький эльф по имени Тинки дрожал так сильно, что его уши хлопали по щекам. Он стоял на ковре в малом кабинете, не смея поднять глаз на Люциуса, который застыл у окна с тростью в руках. Нарцисса сидела в кресле, изящно листая каталог магических артефактов, но её внимание было полностью приковано к докладу. — Продолжай, Тинки, — холодно произнес Люциус. — Ты сказал, они вернулись от мистера Забини в полночь. И? — Хозяин... Хозяин Люциус... — пролепетал эльф, заикаясь. — Молодой хозяин Драко и молодая хозяйка Ева... они очень... громкие. Тинки хотел зайти, чтобы предложить освежающий напиток, но... кровать... она сломалась, хозяин! Совсем! Люциус медленно повернулся, его брови сошлись у переносья. — Сломалась? — переспросил он ледяным тоном. — Ты хочешь сказать, магическая защита мебели не выдержала? — Нет, хозяин! — Тинки всхлипнул. — Она треснула от... от интенсивности чувств! И молодая хозяйка смеялась. А молодой хозяин... он велел Тинки убираться и больше не шпионить, иначе он превратит Тинки в подставку для зонтов. Нарцисса тихо прикрыла рот краем кружевного платка, скрывая победную улыбку. — Кажется, Люциус, — негромко заметила она, — наш сын наконец-то нашел достойное применение своей энергии. Тебе не стоит беспокоиться о продолжении рода. Люциус коротко взглянул на жену, его пальцы на набалдашнике трости сжались. — Слишком много шума, — процедил он, хотя в его глазах на мгновение промелькнуло нечто, подозрительно похожее на удовлетворение. — Тинки, скройся. И передай Драко... нет, ничего не передавай. Пусть ломают, что хотят. Лишь бы это не попадало на первую полосу «Пророка».