Crimson Empire (Багровая Империя)

## Нью-Йорк. Бруклин. Понедельник. 06:15 утра. Аиша тренировалась с пяти утра. Всегда с пяти. Это было не дисциплиной — дисциплина предполагает усилие. Это было просто частью того как она была устроена. В пять утра тело просыпалось само, требовало движения, и она давала ему движение. Тренировочный зал на втором этаже базы в Бруклине. Большой — половина этажа. Боксёрские мешки вдоль одной стены, маты на полу, стойка с оружием у другой стены. Зеркала — она их убрала три года назад. Не из суеверия. Просто она не тренировалась для того чтобы смотреть на себя. Сейчас — снаряд. Руки без перчаток. Это тоже было её правилом — она тренировалась без перчаток, чтобы руки помнили что такое настоящий контакт. Перчатки смягчали не только удар — они смягчали ощущение. А ей нужно было ощущение. Она работала ровно. Технично. Без злости — злость в тренировке была расточительством. Злость нужна в деле, не на снаряде. Удар. Уклон. Связка. Шаг назад. Снова. За окном Бруклин светлел — медленно, без торжественности. Просто темнота делалась серой. На базе кроме неё — четверо её людей на охране. Остальные переведены на запасные точки после атаки двух ночей назад. База сейчас была полупустой — намеренно. Меньше людей, меньше риска. Она работала снаряд и думала о четырёх связанных людях в подвале. Блум должна была приехать на допрос вчера вечером. Не приехала — написала что встреча с Валтором перенесена, детали утром. Значит — что-то изменилось. Что именно Аиша не знала и ждать объяснений не умела хорошо — ждание было её слабым местом, она это знала. Она ударила снаряд сильнее чем следовало. Остановилась. Потрясла рукой. Нормально. Взяла бутылку воды с пола. Услышала. --- Шаг на лестнице. Один человек. Тяжёлый — не по весу, по постановке ноги. Так ходят люди с хорошей тактической подготовкой — они ставят ногу иначе, распределяют вес иначе. Её люди на охране ходили не так. Аиша поставила бутылку. Повернулась к двери. Дверь открылась. Мужчина. Тридцать с небольшим. Смуглый, тёмные волосы коротко стриженные, лицо — спокойное, собранное, с той особой плотностью которая бывает у людей привыкших думать быстро и в сложных обстоятельствах. Не высокий — среднего роста, но это тело которое двигается правильно. Она это видела сразу. Одет просто. Никакого оружия в открытую. Он остановился в дверях. Смотрел на неё. — Аиша, — сказал он. Не вопрос. — Да, — сказала она. — Ты — Набу. Пауза. — Откуда? — Рокси описала людей Oblivion, — сказала она. — Ты единственный кого ещё не видели лично. По описанию подходишь. Он смотрел на неё. — Твои люди внизу, — сказал он. — Все четверо. Живые. Я их не трогал. — Я знаю, — сказала Аиша. — Иначе ты бы не вошёл спокойно. Правда была в том что она не знала — он вошёл со стороны где камер не было, это был слепой угол который она планировала закрыть на следующей неделе. Не успела. Но показывать это не было смысла. — Зачем ты здесь? — спросила она. — Валтор хотел установить прямой контакт. С каждым из клана отдельно. — Он вошёл в зал. Осмотрелся — быстро, профессионально, как человек который оценивает пространство автоматически. — Мне поручена ты. — Почему? — Потому что я — стратег. Ты — военная сила. Нам нужно понять друг друга до того как будет принято решение об объединении усилий. Аиша смотрела на него. — Объединение усилий, — повторила она. — Это уже решено? — Нет. — Он смотрел прямо. — Ещё нет. Поэтому я здесь. Честно. Она это ценила — честность без украшений. Не *мы союзники* пока решение не принято. Просто — ещё нет, поэтому разговор. — Говори, — сказала она. — Не говорить, — сказал он. — Смотреть. — Он кивнул на маты. — Я хочу видеть как ты работаешь. Аиша смотрела на него. — Зачем стратегу видеть как я работаю? — Потому что стратег без понимания реальных возможностей людей строит планы которые не работают, — сказал он. — Я никогда не видел тебя в деле. Я видел отчёты. Отчёты — это слова. Я предпочитаю видеть сам. — И если мне не нравится что меня изучают? — Тогда я ухожу, — сказал он просто. — И мы находим другой способ. Пауза. Аиша смотрела на него. Он стоял спокойно. Без нетерпения, без давления. Просто ждал. Это было — неожиданно. Большинство людей которые приходили с предложением чего-то давили хоть немного. Создавали ощущение срочности, важности, что если не сейчас то потом будет хуже. Он не давил. Просто ждал её решения как будто оба варианта были одинаково приемлемы. — Ладно, — сказала она. Она подошла к стойке с оружием. Взяла два тренировочных ножа — затуплённые, резиновое покрытие. Повернулась. Бросила один ему. Он поймал одной рукой. Посмотрел. — Ножи, — сказал он. — Ты сказал хочешь видеть как я работаю. — Она встала на маты. — Это видно только в контакте. Он смотрел на неё секунду. Потом снял куртку. Под ней — тёмная футболка. Он встал напротив. Аиша смотрела на его стойку. Интересно. Не боксёрская. Не борцовская. Что-то своё — смешанное, с элементами нескольких школ. Человек который учился у разных людей и взял от каждого что нужно. — Начинай когда хочешь, — сказала она. Он не начал. Стоял. Ждал. Она поняла — он не нападёт первым. Ждёт её движения. Хочет видеть как она атакует, не как защищается. Умно. Она атаковала. --- Первые тридцать секунд она изучала его. Двигался хорошо — очень хорошо. Экономно, без лишних движений. Каждый шаг имел смысл. Он не пытался доминировать пространство размером — он работал углами, перемещением, создавал позиции. Нож она пустила в ход на десятой секунде — быстрая атака снизу. Он ушёл. Не блоком — уклоном. Контратака — точная, в зону которую она чуть открыла намеренно, проверяя. Он попал. Она отступила. Оценила. Видит открытия. Быстро. Значит — настоящий бой, не демонстрация. Хорошо. Она перестала изучать и начала работать всерьёз. Следующие две минуты были настоящими. Она была быстрее — это было очевидно, она это знала про себя. Скорость всегда была её главным преимуществом. Но он компенсировал скоростью мышления — он был на полшага впереди не физически, а в прочтении ситуации. Она делала движение и он уже готовился к следующему. Они обменялись несколькими попаданиями — тренировочные ножи оставляли отметины на одежде. Счёт был примерно равным. Потом она сделала ошибку. Маленькую — поставила ногу на сантиметр неправильно после серии ударов. Она сама не заметила. Он заметил. Захват, разворот, её рука с ножом зафиксирована, она вынуждена была или бросить нож или потянуть руку. Она бросила нож. Освободилась — стоило контрдвижения которое он тоже поймал, они оказались вплотную, оба без ножей, оба держат захваты. Секунда. Она отступила. Он отпустил. Они стояли друг напротив друга. Оба чуть с изменённым дыханием — не запыхавшиеся, просто работали. Аиша смотрела на него. — Ты увидел ошибку в постановке ноги, — сказала она. — Это не очевидно. — Это была маленькая ошибка, — сказал он. — Да. Большие я не делаю. — Знаю, — сказал он. — Поэтому смотрел на маленькие. Она смотрела на него. — Кто тебя учил? — спросила она. — Много людей. — Он поднял с пола свой нож. — Ты? — Армия. Потом — сама. — Видно. — Он осмотрел нож. — Армейская база, потом личные надстройки. Ты переработала стандартную технику под себя. — Стандартная не подходит для моих параметров. — Логично. Они стояли. Аиша взяла свою бутылку. Протянула ему. Он взял. Отпил. Вернул. Это был маленький жест — неважный сам по себе. Но она обратила внимание. Взял без колебания. Не демонстративно — просто взял потому что предложила. — Ты стратег, — сказала она. — Что это значит в Oblivion конкретно? — Планирование операций. — Он сел на край мата. — Анализ противника. Разработка сценариев. — Валтор не сам это делает? — Валтор видит картину целиком. Я разбираю детали. — Пауза. — Разные функции. Аиша кивнула. Понятно. — Операция «Феникс», — сказала она. — Что ты знаешь о её структуре. Военной. Он посмотрел на неё. — Это уже не знакомство, — сказал он. — Это работа. — Ты пришёл чтобы понять возможности клана, — сказала она. — Я хочу понять возможности Oblivion. Тоже логично. Пауза. Он думал. — Ладно, — сказал он. — Структура «Феникс» — военная составляющая. Три уровня. Первый — ячейки наблюдения. Маленькие, автономные, как те что нашли в Бронксе и Квинсе. Работают на сбор данных. Второй уровень — оперативные группы. Более крупные, вооружённые, занимаются нейтрализацией. Именно они выходили на людей из списка. — Именно они жгли дома, — сказала Аиша тихо. — Да. Молчание. — Третий уровень? — спросила она. — Командный центр. Мы его не нашли. Ни физически, ни структурно. Знаем что существует — по характеру координации операций. Всё слишком слаженно для автономных ячеек. Кто-то управляет сверху. — Адрес архива который Муза нашла через ячейку в Квинсе — это выход на командный центр? Он посмотрел на неё. — Текна уже работает с адресом? — С ночи. — Быстро. — Это её работа. Он кивнул. — Возможно, — сказал он. — Архив и командный центр могут быть связаны через один канал. Если Текна найдёт как — это прорыв. Аиша встала. Прошла к окну. За окном — Бруклин просыпался. Первые машины. Первые прохожие. Серое утро которое обещало облачный день. — Набу, — сказала она не оборачиваясь. — Да. — Атака на мою базу. Люди с нашивками Oblivion. Ты знаешь кто это был? — Нет, — сказал он. — Но у нас есть версия. — Какая? — Третья сторона которая хочет чтобы вы и Oblivion воевали. — Пауза. — Они провоцируют конфликт. Используют нашу символику чтобы создать враждебность. — Зачем третьей стороне наш конфликт? — Потому что пока мы заняты друг другом, — сказал он, — мы не заняты ими. Аиша думала. Логично. Прямолинейно. Классическая тактика — создать войну между теми кто потенциально опасен для тебя. — Программа «Феникс», — сказала она. — Это они? — Скорее всего. Но возможно кто-то за ними. — Он говорил ровно, без спекуляций — только то что можно было подтвердить или обосновать. — Программа существует двадцать два года. Это большая инерция. За ней кто-то стоит. Кто-то с достаточным весом чтобы держать её живой так долго. — Политик? — Или структура. — Пауза. — Мы работаем над этим. Аиша повернулась от окна. Смотрела на него. Набу сидел на краю мата. Спокойный. Не разыгрывающий спокойствие — настоящий. Это было редким качеством которое она ценила — умение быть спокойным не потому что нет причин для тревоги, а потому что тревога в текущий момент бесполезна. — Ты хороший боец для стратега, — сказала она. — Ты хороший стратег для бойца, — ответил он. Она посмотрела на него. — Это комплимент? — Это оценка. Аиша чуть — очень чуть — улыбнулась. Он заметил. Не сказал ничего. — Что ты хочешь от этого разговора? — спросила она прямо. — Конкретно. Что ты должен сообщить Валтору по итогу. Он думал секунду. — Что твоя военная часть клана Crimson Flame — реальная сила, не номинальная. — Он смотрел на неё. — Что с тобой можно идти в сложную операцию и рассчитывать на результат. Что ты не сломаешься под давлением и не сделаешь ошибку которая стоит людей. — И? — И что ты думаешь — не только реагируешь. — Пауза. — Это важнее всего остального. Аиша смотрела на него. — Что ты скажешь ему? — Что да, — сказал Набу просто. Тишина. — Хорошо, — сказала она. — Я скажу Блум то же самое о тебе. Он кивнул. Встал. Взял куртку с пола. — Одно ещё, — сказала Аиша. Он остановился. — Те четверо в подвале. — Она кивнула вниз. — Блум хочет их допросить. Но они не заговорят с нами. — Они заговорят, — сказал Набу. — Почему? — Потому что я их знаю, — сказал он спокойно. — Это не люди «Феникс». Это наёмники. Третья сторона наняла их специально — людей без истории с программой, чтобы если поймают — не нашли связи. Наёмники разговаривают когда понимают что ситуация изменилась. — Ты будешь на допросе? — Если Блум разрешит, — сказал он. — Это её решение. Аиша кивнула. — Я передам. Он надел куртку. Направился к двери. — Набу. Он обернулся. — Ты вошёл через слепой угол, — сказала она. — Северо-западный. Там нет камеры. Он смотрел на неё. — Я знаю, — сказал он. — Откуда? — Я изучил план базы до того как прийти. — Где ты взял план? — Построил по открытым данным и наблюдению. — Пауза. — Три часа работы. Аиша смотрела на него. — Камера будет стоять завтра, — сказала она. — Я знаю, — сказал он. И было неясно — знает ли он это потому что логично предположить, или потому что знает ещё что-то. Он вышел. Аиша слышала как его шаги спускаются по лестнице. Потом — тишина. Она стояла в тренировочном зале. Думала. Набу. Тихий. Точный. Видит маленькие ошибки потому что не смотрит на большие — большие он уже учёл раньше, это было видно в том как он двигался. Работает с информацией так же как она работает с телом — экономно, без лишнего. Она взяла тренировочный нож с пола. Посмотрела на него. Потом — на маты. Подошла к снаряду. Начала снова. Но думала теперь о другом — не о базе, не о четырёх людях в подвале, не об операции «Феникс». Думала о постановке ноги. О маленькой ошибке которую он увидел. Которую она не видела сама. Это было редко. Это было — интересно. Она ударила снаряд. Правильно поставила ногу. Отметила. --- ## Бруклин. База. Подвал. 09:30 утра. Блум приехала в половину десятого. Аиша встретила её внизу. Коротко рассказала о визите Набу — без деталей, только суть. Блум слушала молча. — Он прав насчёт наёмников? — спросила Блум. — Возможно. — Аиша помолчала. — Я ему верю. Блум посмотрела на неё. Аиша почти никогда не говорила *я верю* — она говорила *данные указывают* или *логика подтверждает.* Это было отступлением от её обычного языка. — Хорошо, — сказала Блум. — Пусть присутствует на допросе. — Ты уверена? — Если он прав и они заговорят — нам нужно это быстро. — Блум смотрела на закрытую дверь подвала. — Свяжись с Валтором. Набу — сегодня, через час. Аиша кивнула. Достала телефон. Блум смотрела на дверь подвала. Думала о том что сказал Валтор в ту ночь на складе. *Вся война кланов была частью огромного плана.* Наёмники с чужими нашивками. Ячейки прослушки. Правительственная программа которая работает двадцать два года. И кто-то над всем этим. Кто-то кто держит всё это живым. Она сжала кулак. Разжала. Скоро.