Изъян в идеальном аду

Мы бежали сквозь густые заросли, хрипло вдыхая тяжелый воздух острова. Тэнза на мгновение обернулся, его лицо было залито потом, а взгляд метался по теням деревьев. — Вроде оторвались... — выдохнул он, но его голос оборвался. Мир вокруг снова превратился в размытое пятно. Золотисто-оранжевый силуэт возник за спиной Тэнзы мгновенно, словно соткался из воздуха. Существо занесло руку для сокрушительного удара, способного размозжить череп палача. Я не раздумывал. Мои рефлексы, скрытые под личиной наемника, сработали на пределе. Вспышка стали — и я рассек его руку прежде, чем она коснулась Тэнзы. Существо замерло. Его глаза, холодные и золотые, медленно перевели взгляд на меня. В этом взгляде впервые мелькнуло нечто похожее на удивление — он явно не ожидал, что «обычный человек» способен перехватить его движение. Вторая рука существа метнулась к моему животу. Удар был страшен: я почувствовал, как металл моей катаны которой я попытался заблокировать удар гнется, а кости грудной клетки с хрустом ломаются под чудовищным давлением. Я позволил этому импульсу подбросить меня. Мое тело, словно тряпичная кукла, пролетело несколько метров и с глухим ударом врезалось в массивный ствол дерева. Я сполз по коре, оставляя на ней кровавый след. Изо рта хлынула густая алая кровь, тело замерло в неестественной позе, имитируя агонию. Для любого смертного это был конец. Но для меня это был идеальный момент — момент, когда я окончательно «сбросил балласт», заставив их поверить в мою обречённость. — Алекс! — хором вскрикнули Тэнза и Наругай. Их голоса, полные отчаяния и ужаса, эхом разнеслись по лесу, пока я лежал неподвижно, изнутри запуская процессы ускоренной регенерации и готовясь к тому, что будет дальше. Я поднялся, пошатываясь, и каждый мой вдох сопровождался булькающим хрипом. Изо рта на растительность густо капала кровь, а в груди всё отчетливо трещало, имитируя раздробленные ребра. Тэнза и Наругай замерли, глядя на меня с ужасом и немым восхищением — для них я был покойником, который отказывается умереть. — Тэнза... я уже не жилец... — выдавил я сквозь кровавую пену, и мой голос звучал так натурально-безнадежно, что даже во мне на миг проснулось что-то человеческое. — Бегите... я задержу его... Я перехватил погнутую, искореженную ударом катану. Металл жалобно звякнул, но я крепко сжал рукоять, демонстрируя готовность стоять до конца. Я встал в стойку, нарочито низкую и тяжелую, перекрывая собой путь к моим спутникам. Тэнза хотел что-то крикнуть, рвануться ко мне, но я видел в его глазах это мучительное понимание: сейчас каждая секунда промедления стоит жизни которую, как они думают, я отдаю за них. Я был их единственным шансом на спасение, их добровольной жертвой. Что это? Воспоминание? Снова это чуство, дежавю? Нет это отчётливое воспоминание. Это существо зовут Тэнсэн. Тэнсэн, стоящий напротив, склонил голову набок. В его золотых глазах не было сочувствия, лишь любопытство исследователя, наблюдающего за предсмертными судорогами насекомого. Он не знал, что под этой маской агонии вирус уже перестраивал мои клетки, готовясь вырваться наружу, как только друзья скроются из виду. Я стоял, опираясь на погнутую сталь, и слушал, как треск ветвей под их ногами становится всё тише. У Наругай хлынули слёзы — я видел, как сверкнули дорожки на её грязном лице, прежде чем она скрылась в изумрудном полумраке. Они рванули вперед, вцепившись в этот призрачный шанс на спасение, который я им подарил своей «смертью». — Мы выживем! Твоя жертва не будет напрасна! — прокричал Тэнза напоследок. Его голос, сорванный и полный отчаянной решимости, эхом прокатился под сводами огромных деревьев и затих. Теперь их не было. Я чувствовал, как вибрация их шагов окончательно исчезла в густой подложке из мха и цветов. Я остался один на один с существом. Воцарилась звенящая, неестественная тишина. Тенсэн стоял неподвижно, его оранжевые волосы слегка колыхались на ветру. Он смотрел на меня сверху вниз, как на сломанную игрушку, которая внезапно подала признаки жизни. Капли моей крови продолжали глухо шлепаться на траву, но я больше не хрипел. Боль, которую я так старательно имитировал, начала сворачиваться внутри, сменяясь холодным, пульсирующим зудом перестраивающихся клеток. Мои плечи медленно расправились. Я больше не сжимал катану как спасение; теперь это был просто кусок мусора в моих руках. Существо чуть наклонило голову, заметив, как в моих глазах исчезает предсмертный туман, уступая место чему-то темному и бесконечно голодному. Мы просто смотрели друг на друга в этой мертвой тишине, и лес Райского острова замер в ожидании того, что сейчас сорвется с цепи. На глазах у существа алая кровь, еще мгновение назад заливавшая мое лицо, начала неестественно быстро впитываться обратно в поры, не оставляя даже следа. Воздух наполнился сухим, дробным хрустом — это раздробленные кости вставали на свои места, срастаясь и укрепляясь структурой, которая была прочнее любого человеческого скелета. Я разжал пальцы. Погнутая, бесполезная катана с глухим звоном упала в цветы. Больше не было нужды притворяться. Мое лицо, застывшее в гримасе предсмертной агонии, медленно разгладилось. Каждая мышца, каждый нерв замерли, и маска человеческого страдания перетекла в ледяное, абсолютное безразличие. Теперь я смотрел на Тенсэна таким же пустым и вечным взглядом, каким он смотрел на этот мир. Мы стояли друг напротив друга — два существа, вышедших за пределы человеческой природы, и тишина вокруг нас стала по-настоящему осязаемой. Существо наклонило голову еще сильнее, почти по-птичьи, и блеск удивления в его золотых глазах окончательно сменился холодным исследовательским интересом. Он не чувствовал от меня того страха и отчаяния, которые обычно исходили от смертных перед кончиной. — Твоё тао такое странное... — протянул он, и его голос теперь звучал не как угроза, а как вопрос учёного, столкнувшегося с неведомым видом. — Ты человек? Не удостоив его ответом я начал медленно сокращать дистанцию, давая ему возможность осознать: добыча только что превратилась в хищника. Моя кожа начала приобретать матовый, почти стальной оттенок, а пальцы подергивались, готовые в любой микромомент превратиться в смертоносные лезвия. — Ох, если бы я знал, что такое Тао, — бросил я, и мой голос теперь звучал ровно, без единой интонации страха или боли. Я продолжал идти вперед, сокращая дистанцию. Существо, решив проверить мою природу на практике, сделало молниеносный выпад. Его рука, жесткая как клинок, с влажным хрустом пробила мне грудную клетку насквозь. Я даже не поморщился, не сбился с шага. Стоило Тенсэну с легким недоумением выдернуть окровавленную ладонь, как рваные края раны стянулись за доли секунды, сшиваясь новыми волокнами биомассы. — Хмм, Риэну могло бы быть интересно твоё тело... — задумчиво произнес он, явно имея в виду кого-то из своих сородичей. Но я не собирался слушать его рассуждения. Пока он заканчивал фразу, мои костяшки покрылись слоем угольно-черного, сверхплотного хитина, превращая кулак в массивный молот. Я вложил в удар всю мощь своих усиленных сухожилий, нанося удар снизу вверх. Раздался оглушительный треск, будто лопнуло вековое дерево. Мой кулак прошел сквозь его челюсть и шейные позвонки с такой силой, что голова существа, оторвавшись от плеч, улетела в густые заросли папоротника. Обезглавленное тело покачнулось, фонтанируя густой кровью. Голова восстановилась с влажным, чавкающим звуком — ткани сплетались из воздуха, восстанавливая идеальные черты лица всего за несколько секунд. Тенсэн даже не пошатнулся, словно потеря головы была для него не более чем досадной помехой. — Хотя... — протянул он, разминая шею. — Просто потом принесу твоё тело. Воздух взорвался от его рывка. Золотистая вспышка промелькнула перед глазами — он целился точно в шею, желая вернуть мне должок. Я качнулся в сторону, чувствуя, как ветер от его удара обжигает кожу, и в тот же миг моя правая рука удлинилась, покрываясь бритвенно-острыми когтями из черного хитина. Одним широким взмахом я буквально располовинил его торс по диагонали. Верхняя часть его тела медленно сползла вниз, но стоило ей коснуться песка, как между двумя половинами вырвались сотни тонких, лиан. Они стянули плоть воедино быстрее, чем капля крови успела упасть на землю. — О, что это с твоей рукой? — с неподдельным интересом спросило оно, рассматривая мои когти, которые всё ещё пульсировали, меняя форму. — Видимо, я тебя просто так не убью, — мой голос стал глубже, в нём зазвучал металлический скрежет. — Тогда сожру. С влажным разрывом ткани из моей спины вырвались толстые, сегментированные жгуты. Они хлестали воздух, как стальные тросы, стремясь пробить его и впиться в плоть. На руках мутации сменяли друг друга в безумном калейдоскопе: когти превращались в костяные лезвия, затем в тяжелые молоты, не давая существу ни секунды на передышку или контратаку. Тенсэн, который до этого вел себя как вальяжный бог, теперь двигался рывками. Он уворачивался, отлетал назад и изгибался под немыслимыми углами. В его глазах впервые промелькнуло нечто, чего он, вероятно, не чувствовал веками — животный инстинкт самосохранения. Он сам не осознавал, почему его тело так отчаянно пытается избежать контакта с моими жгутами, всё его нутро кричало об опасности: я был не просто врагом, я был энтропией, пришедшей его поглотить. Мой жгут с сухим треском пробил его голень, пригвождая ступню к песку. В это мгновение существо среагировало совершенно невероятным образом: его тело потекло, кости стали тоньше, а черты лица снова приобрели женское изящество. За счет мгновенного уменьшения в размере оно буквально выскользнуло из захвата, как змея, сбрасывающая кожу. Но эта уловка дала ему лишь секунду. Следующий жгут, ведомый моим яростным намерением, вонзился точно в плечо, пришпилив существо к стволу ближайшего дерева. Удар был такой силы, что кора треснула, а кровь Тэнсэна брызнула мне на лицо. Не давая существу возможности снова сменить форму, остальные жгуты, извиваясь, как голодные змеи, вонзились в его плоть. Я почувствовал, как мои сенсоры сошли с ума от вкуса его биологии. Это не было обычным мясом. Это была концентрированная энергия, облеченная в материю, сладкая и бесконечно чуждая. Существо в облике женщины широко открыло рот в беззвучном крике, и я ощутил, как через жгуты в меня потек первый поток его..... Энергии? Это то Тао о котором он говорил? Моя биомасса взревела, поглощая эту силу, перестраивая мои собственные цепи ДНК под этот новый, божественный стандарт. Я удерживал её мертвой хваткой. Жгуты пульсировали, выкачивая золотистую эссенцию, и я ювелирно выверил темп поглощения: я пожирал её ровно с той скоростью, с которой её божественное тело успевало восстанавливать плоть. Это был бесконечный цикл регенерации и разрушения, замкнутый круг, в котором я был единственным выгодоприобретателем. Существо, зажатое между деревом и моими отростками, содрогалось. Женское лицо исказилось от немыслимого ранее бессилия. — Да что ты такое?! — вырвалось из её уст, и в этом крике больше не было высокомерия божества, только первобытный ужас перед чем-то, что стоит вне законов этого острова. Я не стал отвечать. Я лишь смотрел на неё, и на моем лице, которое теперь казалось отлитым из холодного обсидиана, проступила хищная, надменная усмешка. Мои жгуты стали шире, покрываясь микроскопическими зубами, чтобы увеличить площадь всасывания. С каждым глотком её энергии я чувствовал, как внутри меня рождается новая сила — странная, цветочная, пугающе мощная. Я не просто убивал Тенсэна, я впитывал всю её мощь которая улучшит и без того идеальный организм. Сильный толчок в грудь — и меня буквально вынесло назад, вырывая жгуты из податливой плоти. Это не было физическим ударом, скорее мощная волна энергии, детонировавшая в момент её предельного отчаяния. Я пропахал спиной растительность, оставляя глубокую борозду, и вскочил на ноги за долю секунды. Но её уже не было на том месте. Тенсэн, приняв женский облик, на одних инстинктах рванула прочь, мелькая между деревьями золотистой вспышкой. Она бежала не как божество, а как раненый зверь, впервые осознавший свою смертность. — Что это было? Почему меня откинуло? — прорычал я, чувствуя, как внутри всё ещё кипит поглощенная энергия, вступая в реакцию с вирусом. Я дернулся было следом, но вовремя остановился. Она была слишком быстра, а лес впереди уже начал смыкаться, скрывая её след за мириадами запахов ядовитых цветов. — Сука, — зло сплюнул я густую, ставшую уже почти черной кровь. Все мутации — жгуты, хитиновые наросты и когти — с влажным шорохом втянулись обратно под кожу. Мое тело снова приняло облик «Алекса-наемника», хотя кимоно теперь превратилось в лохмотья. Я был в одном шаге от того, чтобы поглотить Тэнсэна, но её тяга к жизни оказалась сильнее, чем я рассчитывал. Тем не менее, вкус её той энергии Тао остался на моих «зубах», и я уже чувствовал, как вирус начинает переваривать полученную информацию, делая меня еще опаснее. Я сосредоточился, заставляя биомассу имитировать поврежденную человеческую ткань. Через несколько секунд я восстановил свой прежний вид — в точности тот, в котором меня оставили Тэнза и Наругай: бледный, изможденный, с запекшейся кровью на подбородке. Даже кимоно поддалось моей воле: волокна ткани сплелись заново, закрывая глубокие разрезы, и я оставил лишь одну рваную дыру в области живота — немой свидетель того самого «смертельного» удара. Надо было найти их. План созрел мгновенно: я выберусь из густых зарослей, тяжело дыша и едва переставляя ноги, словно само провидение или чудо подарило мне еще несколько минут жизни и шанс на побег. Всего через несколько минут мне удалось найти их примерное место положение. Они должны были быть на полянке за зарослями. Я прополз через колючий кустарник, намеренно ломая ветки, чтобы создать шум, и выбрался на небольшую прогалину, по которой они уходили. — Тэнза... Наругай... — прохрипел я, вкладывая в голос всю возможную слабость. Я повалился на одно колено, прижимая руку к дыре на животе. Теперь оставалось только ждать их реакции. Я поднял голову и увидел Тэнзу, который с побледневшим лицом посмотрел в мою сторону. Возле него стояла Наругай и новая фигура, мгновенно приковавшая моё внимание. Это был высокий мужчина с ослепительно белыми волосами. На его закрытых глазах были шрамы, но то, как он держал голову, и то, как его рука покоилась на рукояти меча, говорило о том, что зрение ему не особо и нужно. — Алекс! — вскрикнул Тэнза. Его голос сорвался от смеси ужаса и облегчения. Он рванул ко мне, буквально на лету подхватывая под плечи, чтобы я не свалился в отвратительно яркие цветы. Наругай следовала за ним по пятам, её глаза всё ещё были красными от слез, но теперь в них горела надежда. — Ты жив... Как? Мы видели, как он пробил твой живот! — Тэнза лихорадочно осматривал мою разорванную одежду и запекшуюся кровь. Беловолосый мечник остался стоять чуть поодаль. Он слегка наклонил голову, и мне показалось, что он не просто слушает, а буквально сканирует пространство вокруг меня. От него веяло таким спокойствием, что даже моя вирусная натура на мгновение насторожилась. Я закашлялся, имитируя слабость, и сильнее прижал руку к «ране». — Удачно... — прохрипел я, глядя на Тэнзу. — Удар пришелся вскользь, а я... я притворился мертвым. Он бросил меня, решив, что всё кончено. Внутри я гадал: кто этот беловолосый? Если он ореинтируеться с помощью других чувств моя маскировка может оказаться под угрозой. — Ляг, — скомандовал Тэнза, его голос дрожал от напряжения. Я послушно опустился на траву, заставив свою грудную клетку издать отчетливый, сухой хруст «сломанных ребер». Звук был настолько натуральным, что Наругай вздрогнула и прикрыла рот ладонью. — У вас есть что-нибудь, чтобы обработать рану? — Тэнза быстро оглядел Наругай и беловолосого мечника. Не дождавшись ответа, он, не раздумывая ни секунды, схватил край своего одеяния и с треском оторвал широкую полосу ткани. Его руки работали быстро, он пытался остановить воображаемое кровотечение, плотно прижимая самодельный бинт к моей дыре в животе. — Он не жилец, — внезапно прорезал воздух холодный, бесстрастный голос беловолосого. Тэнза замер, его руки на мгновение задрожали. — О чем ты говоришь, Сион? Он дышит! Он здесь! — Его кости сломаны и скорее всего позвоночник тоже не совсем цел, повреждены внутренние органы и, скорее всего, началось внутреннее кровотечение, — продолжал слепец, даже не поворачивая головы в мою сторону, словно он видел меня насквозь каким-то иным зрением. — В нормальных условиях это исправить очень тяжело, а здесь шанс на выживание стремится к нулю. Я лежал неподвижно, глядя в небо, и внутри меня вирус почти насмешливо переваривал поглощенное Тао Тенсэна. Этот Сион был чертовски точен для человека — он действительно чувствовал разрушения, которые я имитировал. — Я не брошу его здесь! — огрызнулся Тэнза, туго затягивая узел повязки на моем животе. — Если он смог сбежать от того чудовища, значит, боги еще не решили забрать его. Сион не стал отговаривать Тэнзу. Хоть он явно был реалистом но всё-таки понимал что те двое мне жизнью обязаны. Они без лишних слов с помощью пары веток и большых листьев соорудили некое подобие носилок, и меня перетащили в полумрак небольшой пещеры, скрытой за водопадом папоротников. Внутри пахло сыростью и старым камнем. Меня устроили на подстилке из сухих листьев. Сион сел поодаль, сложив руки на коленях. Его повязка была направлена в мою сторону — он напоминал неподвижное изваяние, бесстрастного судью, который просто ждал неизбежного финала. Этот человек восхищал меня: его чувства были настолько обострены, что он видел правду сквозь плоть, и всё же он не мог постичь ту бездну, что скрывалась под моей кожей. Он был прав в своих медицинских выводах, но абсолютно не прав в оценке того, с чем столкнулся. — Можно... воды... — прохрипел я, едва шевеля губами. Каждый мой вздох звучал как предсмертный хрип, а горло я намеренно сделал сухим, как пергамент. Наругай тут же подскочила, загремела какой-то флягой и, дрожащими руками приподняв мою голову, прислонила горлышко к моим губам. Вода была ледяной и отдавала вкусом горного ручья. Я пил жадно, позволяя части жидкости стекать по подбородку, чтобы усилить образ умирающего. — Пей, Алекс, пей... — шептал Тэнза, сидя рядом. Он выглядел так, будто сам готов отдать свою кровь, лишь бы я не закрыл глаза. Сион в углу пещеры едва заметно шевельнул бровью. — Вода не срастит позвоночник, Тэнза, — негромко произнес он. — Но его волны. Они какие-то странные. Такие не должны исходить от умирающего человека. Он будто просто отказывается покидать этот мир. Я замер. Его слова были опасны. Поглощенная энергия Тенсэна внутри меня действительно начала бурлить, переработка шла полным ходом. Спустя ещё несколько часов имитации ночной мрак заполнил пещеру, и единственным звуком оставался мерный шум капающей воды и тяжелое дыхание спящих Тэнзы и Наругай. Сион сидел у входа, прямой и неподвижный, как скала. Он был живым барьером между нами и ужасами острова, и его внимание не ослабевало ни на миг. Я использовал эти часы затишья, чтобы вирус внутри меня завершил интеграцию поглощенного Тао. Я чувствовал, как поврежденные ткани — те, что я действительно позволил Тенсэну повредить для убедительности — срастаются, становясь плотнее и совершеннее. За сдерживанием этих порывов я провёл всю ночь. Когда первые лучи рассвета робко коснулись стен пещеры, я открыл глаза и не подумав сел. — Невероятно, — раздался тихий голос Сиона. Он даже не обернулся, но я знал, что он «видит» мое движение. — Несмотря на то что ты и часа не должен был прожить ты похоже ещё и за ночь поправился. Тэнза и Наругай мгновенно проснулись от звука голоса, видимо сон был неспокойным.Тэнза подскочил к моей подстилке, его глаза округлились от шока. — Алекс? Ты... ты сидишь? — выдохнул он, боясь поверить своим глазам. — Кажется, я еще не готов отправиться к предкам, — проговорил я. Мой голос больше не хрипел, он звучал твердо, хотя я намеренно оставил в нем нотку усталости. Я слегка пошевелил плечом, имитируя преодоление легкой боли. — Не знаю, что это было — чудо или просто моё упрямство, но мне уже лучше. Я могу двигаться. Наругай радостно всплеснула руками, а Сион наконец медленно повернул голову в мою сторону. — Это не просто упрямство, — произнес беловолосый мечник, и в его тоне проскользнула глубокая задумчивость. — Твоё тело восстановилось после травм, которые превратили внутренности в кашу. Наверное это самое невероятное что я видел за всю свою жизнь. Он произнёс это нарочно сделав акцент на слове видел. Хах забавно. Я поймал его «взгляд». Он всё еще подозревал неладное, но сейчас, на фоне общей радости друзей, его слова звучали скорее как философское наблюдение, чем как прямое обвинение. Я сделал вид, что попытка встать дается мне с трудом, и оперся спиной о холодную стену пещеры. Тэнза тут же подставил плечо, но я лишь благодарно кивнул, показывая, что справлюсь сам. — Слушайте, я еле выжил, но кое-что понял, — я обвел их взглядом, делая паузы для пущей убедительности. — Это существо... оно не бессмертно. В какой-то момент, когда оно пробило меня, я перестал бояться. И тогда я начал чувствовать его движения. Не видеть, а именно чувствовать. И в этот миг его раны перестали затягиваться так быстро. Словно его сила зависит от чего-то. Сион чуть заметно выпрямился. Мои слова о «чувствовании» движений срезонировали с его собственным восприятием мира через волны. — Тэнза, ты говорил, что на острове есть другие группы, — продолжал я, переводя дыхание. — Их стоит найти и объединить усилия. В одиночку против такой мощи не выстоять. А этих тварей там несколько... оно упоминало кого-то ещё. Хотело забрать меня на опыты, решив, что я достаточно интересный и стойкий. Но в итоге просто бросило подыхать, когда я перестал сопротивляться. Наругай поежилась, представив себя на месте «образца для опытов», а Тэнза помрачнел, сжимая кулаки. — Шик этих чудищ ещё и несколько — Тэнза посмотрел на Сиона. — Если Алекс прав и их можно убить, у нас есть шанс. Но нам нужны люди. Мастер Сион, вы знаете, где могут быть остальные? Беловолосый мечник хранил молчание несколько секунд, словно прислушиваясь к шелесту леса за пределами пещеры. — Насколько я знаю большая часть мертва— наконец произнес он с явной горечью. — Однако есть одна группа... по идее должна быть к югу отсюда. Габимару Пустой и Сагири. Возможно к ним присоединилась куноичи с Сэнтой. А также я ничего не слышал от группы Тамии Гантэцусая и Фути, скорее всего тоже живы. Если так подумать велика вероятность что выжившие двинулись к центру острова. Я ответил коротким, уверенным кивком, принимая его слова. — Скорее всего, ты прав, — произнес я, вглядываясь в густые, зловещие заросли, уходящие вглубь суши. Тэнза, внимательно слушавший наш разговор, заметно напрягся. В его взгляде промелькнуло осознание того, к чему мы клоним, и это явно его не обрадовало. — Но как мы собираемся туда дойти? — выпалил он, переводя обеспокоенный взгляд на мои окровавленные лохмотья. — Алекс, ты ведь ранен, и ранен чертовски серьезно! Его искренняя тревога вызвала у меня лишь тень мимолетной, горькой усмешки. Забавно наблюдать за его паникой, зная, что вся эта «смертельная» слабость — не более чем декорация, мастерски исполненная имитация. — Я смогу идти, может не сам но смогу — отрезал я, стараясь, чтобы голос звучал достаточно твердо, несмотря на мой «плачевный» вид. — Не думаю, что нам стоит засиживаться на одном месте, — произнес Сион, и его голос в полумраке прозвучал особенно сухо. — Пещера — неплохое укрытие, но шансов на выживание у нас будет гораздо выше вместе с остальными. Наругай, до этого хранившая молчание, согласно кивнула, подтверждая общее решение. — Я думаю, они правы, — коротко бросила она, ее взгляд был устремлен в сторону выхода, где буйствовала чуждая этому миру растительность. Я же, сохраняя образ тяжелораненого, добавил веса своим словам: — С моим состоянием я неизбежно стану обузой при быстром переходе. Нам стоит держаться самых густых зарослей, чтобы не попасться на глаза тем гигантам. Лишнее внимание сейчас — это последнее, что нам нужно. Я тяжело, с натужным выдохом, оттолкнуться от стены пещеры. Тело слушалось неохотно, имитируя скованность и боль от «глубоких» ран. Тэнза тут же оказался рядом: он подхватил меня под руку, помогая удержать равновесие и принимая на себя часть моего веса. Его поддержка была искренней, и я позволил ему верить в мою слабость. Оставив позади прохладный сумрак пещеры, мы вышли наружу. Согласно нашему плану, наш небольшой отряд начал медленное продвижение вглубь острова. Мы старались ступать бесшумно, растворяясь в тени гигантских папоротников и искривленных деревьев, чья ядовито-яркая зелень, казалось, сама тянулась к нам, стоило лишь углубиться в эти жуткие чащи.

***

Доброго времени суток дорогие читатели. Вот и новая глава. Писал ночью поэтому возможны неточности, если заметите то пишите. Всё равно потом прочитаю ещё раз и исправлю. Я не знаю когда будет следующая глава но будем надеяться на лучшее. Не забывайте про коментарии и самое главное МОЙ ТЕЛЕГРАММ КАНАЛ. Серьезно он есть в описании подпишитесь. Спасибо за прочтение. С поклоном ваш автор🫡.